Примерно в это же время Нефи убиралась на кухне после завтрака. В последнее время маги замка стали питаться более регулярно, так что убирать приходилось довольно долго. Впрочем, все всегда съедали всё до последней крошки, поэтому с остатками еды возиться не приходилось.

Белые волосы Нефи были собраны в пучок, чтобы не мешать уборке. В последнее время Лилит часто делала это для неё. На ней было её привычное синее платье, белый фартук и зачарованные сапоги. Вместе с ней на кухне находились Рафаэль, Фолл, Лилит и Альшера.

— Хм? А где Селфи? — спросила Нефи, заметив её отсутствие.

— Сказала, что ей нужно поговорить с Заганом, — ответила Фолл.

У маленькой девочка были зелёные, как весенняя трава, волосы, из которых торчали два рога. В её янтарных глазах были вертикальные зрачки. На самом деле она была не девочкой, а юным драконом. Она закатала рукава у своего любимого традиционного платья и носила фартук, как у Нефи, занимаясь мытьём посуды. Она была драгоценной дочерью Загана и Нефи.

На самом деле эта девочка была одним из самых одарённых магов в замке – а возможно, и во всём мире. С помощью магии она могла бы вымыть всю посуду за считанные секунды, но редко прибегала к такому. Она очень ценила такие моменты, когда можно было поболтать и посмеяться вместе со всеми. Поэтому и Нефи убиралась наравне со всеми, не полагаясь на магию.

— Как необычно, — слегка наклонив голову, сказала Нефи. — Наверное, она хочет что-то у него спросить ?

— Да… скорее всего, так, — робко ответила Лилит. — Похоже, в последнее время её что-то тревожит.

Из её алых волос выходили изогнутые рога, за спиной виднелись крылья, как у летучей мыши, а под ними тянулся длинный тонкий хвост. Она была очаровательным суккубом с золотыми, словно луна, глазами. В замке, полном магов, Лилит была обычным человеком, совершенно не способным к магии, но при этом её нельзя было назвать беспомощной. После недавнего инцидента в каком-то смысле именно она нуждалась в защите больше всех.

— Обычно, если её что-то беспокоит, она приходит ко мне… — пробормотала Лилит, и от её нынешнего сложного положения на её лицо легла тень.

Нефи ответила многозначительной улыбкой.

“Значит, даже Селфи может о чём-то тревожиться…”

Та девочка жила в замке Архидемона с абсолютно оптимистичным взглядом на мир, никогда не показывая и намёка на застенчивость. Нефи даже представить себе не могла, чтобы Селфи о чём-то переживала. Но в одной вещи Селфи была гением. Говорят, обычным людям не понять забот гения. Возможно, её тревоги были для Нефи попросту непостижимы.

— И о чём вообще может переживать эта девчонка?

Нефи показалось, что благоразумнее будет оставить свои мысли при себе, но дворецкий Рафаэль безжалостно озвучил то, что думал. Он был настолько высоким, что ей приходилось смотреть на него снизу вверх. Несмотря на то что ему было уже под пятьдесят, спина его оставалась идеально прямой. Левая рука была искусственной и закованной в броню, но правая – без доспеха – была столь же мощной. Его грубоватая манера речи часто вводила в заблуждение, однако в готовке и уборке он был безупречен. Этот пожилой джентльмен был бывшим Архангелом. Его Священный Меч сейчас хранился внутри искусственной руки. Как магам Заган доверял Кимарису и Гремори, но как правой руке он безоговорочно доверял именно Рафаэлю.

Глаза Лилит слегка расширились от неожиданных слов дворецкого.

— Она вообще-то довольно часто переживает, знаете ли? Ну, обычно из-за сравнительно пустяковых вещей, но…

— Например? — спросил Рафаэль.

— У-у… — простонала Лилит, нахмурившись. — Эм… Есть такие насекомые, муравьи, да? Иногда они уносят маленькие кусочки сладкого, и она задумалась, что они с ними делают, ведь это точно нельзя поделить на всех… А ещё, что если бы она была муравьём, то ушла бы из муравейника, если бы не каждый раз получала свою долю… И потом она стала думать, как живут муравьи, которые ушли из колонии…

— Как… философски.

Это было единственное, что Рафаэль смог выдавить, изо всех сил пытаясь прочитать обстановку.

Наступила тишина.

Затем все взгляды сами собой обратились к Альшере, которая всё это время подозрительно молчала. Вернее, не столько молчала, сколько витала мыслями где-то далеко. Впечатляло то, что она всё равно умудрялась исправно мыть посуду.

У Альшеры были такие же золотые глаза, как у Лилит. Нефи знала, что под её золотистыми волосами, заплетёнными в два хвостика, скрывались сломанные рога. Её кожа была бледной, а из-под тонких губ выглядывали два клыка. Она была самым сильным вампиром в мире. Жутковатая мягкая игрушка, которую она всегда прижимала к груди, сейчас лежала на стуле рядом с ней.

— А ты что думаешь, Альшера? — спросила Фолл.

— А? Ох, я не слушала. О чём вы говорили?

Альшера пришла в себя и наклонила голову, пока остальные переглядывались.

— Эм, мы говорили о том, что Селфи ведёт себя странно, — сказала Нефи. — Ты ничего не замечала?

— Ну, она всё-таки подрастающая девочка. Не то чтобы я в этом сильно разбиралась…

— Альшера, что-то случилось? — спросила Фолл, не сводя с вампирши пристального взгляда.

— Нет, эм… я просто задумалась.

— Если это не связано с Селфи, тогда, может, с тем, что произошло сегодня утром?

Все обитатели замка знали, что на рассвете Заган поднял шум. Судя по тому, что волна дошла даже сквозь барьер тронного зала, это было нечто весьма серьёзное.

— Среброглазый Король тоже подрастающий мальчик, — тихо ответила Альшера, отводя взгляд.

— Что произошло? Ты же подслушивала через барьер, да? — спросила Фолл, внезапно приблизившись и заставив Альшеру отклониться назад.

— Не могла бы ты не говорить обо мне так, будто я настолько бесцеремонна?

— Но ты ведь действительно подслушивала.

Альшера не ответила и сохранила молчание. Похоже, она и правда подслушивала.

Нефи скрестила руки и погрузилась в размышления.

“Хм… Мне не хочется лезть в её тайны, но, похоже, это связано с господином Заганом.”

Когда эта девушка вот так замыкалась в себе, дело всегда касалось либо её долга – то есть ужасного существа, угрожающего всему миру, – либо самого Загана. Вспомнив недавние события, Нефи отчётливо пришла к одному выводу.

— Кажется, в тот момент господин Заган разговаривал с моей матушкой.

— Значит, Заган и бабушка что-то обсуждали тайком… Тогда это связано с тобой, Нефи? — добавила Фолл.

— Возможно. Но если бы это было верно, леди Альшера не реагировала бы так.

— Девочки, не слишком ли много предположений вы делаете от одного выражения моего лица?.. — пожаловалась Альшера. Нефи же теперь была уверена, что попала в точку.

— Нефи, тебе что-нибудь приходит в голову? — спросила Фолл, глядя на неё снизу вверх, продолжая мыть тарелку.

— Дай подумать… Единственное, что приходит на ум, – скоро будет почти год с тех пор, как я познакомилась с господином Заганом.

Никто не упустил из виду то, что Альшера снова отвела взгляд.

— Похоже, мы близки к сути, — заметила Нефи.

— Хм? — вдруг пробормотала Лилит с любопытным выражением лица.

— Что-то не так, Лилит?

— Просто… вы говорите, что с вашей первой встречи с его Высочеством прошёл почти год?

— Да.

— Я вот подумала… а когда у него день рождения?..

Нефи отчётливо увидела, как Альшера вздрогнула на месте.

— Вот оно что…

Эльфийка натянула нежную улыбку, затем, словно скользя по полу, отступила назад и бесшумно закрыла кухонную дверь.

— Зачем ты закрываешь дверь? — спросила Альшера.

Не то чтобы это могло помешать ей сбежать. Вампирша уже собиралась рассыпаться стаей летучих мышей, но Фолл крепко схватила её за плечи и удержала. Вслед за этим Рафаэль, словно внезапно решив отполировать клинок, выхватил свой Священный Меч и вонзил его в пол. Как позже узнала Нефи, это был барьер против нежити, который могли создать лишь Архангелы.

Нефи была готова в любой момент применить небесный мистицизм. Даже сильнейшему в мире вампиру было бы непросто прорваться сквозь такую осаду. От внезапного напряжения в комнате единственная девушка без способности к бою, Лилит, тихо пискнула, но никто не обратил на это внимания.

— Великолепно, Лилит, — сказала Нефи, хлопнув в ладоши и кивнув. — Сами бы мы этого не заметили.

— А-а… Э-э… Вы не так поняли… Я-я вовсе не хотела…

Похвалив суккуба, которая теперь дрожала с влажными от слёз глазами, Нефи вместе с остальными окружила Альшеру.

— Ну что ж, может, немного поговорим? — спросила она вампира.

— Ты меня как-то пугаешь…

Странно было говорить о цвете лица вампира, но казалось, будто Альшера стала ещё бледнее и уставилась взглядом в пол. Если бы она умела потеть, холодный пот сейчас заливал бы ей лицо.

Нефи считала, что за всё время, проведённое рядом, она достаточно хорошо поняла натуру Альшеры – пусть и не так глубоко, как Заган. Если бы та действительно не хотела или не могла говорить, она бы так не реагировала. В конце концов, она могла бы без труда сбежать ещё до того, как её окружили. А значит, Альшера либо хотела рассказать, либо считала, что должна.

“Значит, ей просто трудно сказать это самой?”

Что ж, раз она намерена говорить, её надо было лишь немного подтолкнуть. Нефи сложила руки у груди в просительном жесте и улыбнулась, слегка наклонив голову.

— Позвольте спросить прямо. Вы знаете точную дату рождения господина Загана?

Это больше напоминало не пинок в спину, а толчок с обрыва. Луноподобные глаза Альшеры закружились от паники, но через мгновение она сдалась.

— Я не против рассказать… но у меня есть условие.

— Разумеется. Какое?

— Не расспрашивайте и даже не пытайтесь догадаться, откуда я это знаю. Вот моё условие.

Вот, значит, почему она не заговорила сразу.

“Мне всё равно, пока это не станет помехой для господина Загана…” подумала Нефи и обменялась взглядами с остальными. Рафаэль и Фолл уловили её намерение и кивнули. Лилит же… судя по всему, полностью выпала из происходящего из-за непредсказуемости ситуации, так что спрашивать её было бессмысленно.

Убедившись в этом, Нефи кивнула Альшере.

— Хорошо. Обещаю, мы не будем ни расспрашивать, ни думать об этом.

— Спасибо… — пробормотала Альшера, спокойно приводя дыхание в порядок – пусть на самом деле она и не дышала, – а затем сказала. — Среброглазый Король родился девятого числа Талассы.

— Девятого Талассы…? — повторила Нефи.

“Разве это не в этом месяце? Стоп, а какое сегодня число?..”

Глаза Нефи распахнулись, и она почти закричала:

— Это же через неделю!

Если бы Альшера им не рассказала, они бы точно его пропустили. От потрясения у ног Нефи между трещинами каменной плитки начали пробиваться сорняки.

— Нефи, успокойся. Трава растёт, — сказала Фолл.

Полностью её проигнорировав, Нефи пошатнулась и неуверенными шагами подошла к Лилит, после чего схватила её за плечи.

— Ик! Ч-Ч-Ч-Ч-Что такое?!

— Лилит! Пожалуйста, скажи мне! Что делают, чтобы отпраздновать день рождения?!

— Ч-Ч-Ч-Что?!

Лилит была совершенно сбита с толку, тогда как Альшера схватилась за голову.

— И ты тоже не знаешь?.. — пробормотала она, глядя на Нефи.

— Н-нет, не знаю. Я слышала о таких праздниках в деревне, но в такие дни меня никогда не выпускали из подвала…

Разумеется, Нефи не знала и даты собственного рождения.

“А? Значит, господин Заган и матушка тогда говорили о…”

Однако Нефи уже пообещала не расспрашивать и даже не размышлять об этом. Их разговор можно было счесть именно таким расспросом, поэтому она сознательно оборвала мысль. В итоге Нефи натянуто улыбнулась, чем совершенно озадачила остальных.

— Тяжёлая у тебя была жизнь… — простонала Фолл.

Это вернуло Лилит в чувство.

— Э-эм… В моём случае мне обычно дарили одежду или украшения, — сказала суккуб. — Вот, например, это кольцо Альшера подарила мне, когда мне исполнилось пять.

Лилит подняла руку, показывая золотое кольцо с тонко вырезанным гербом. Увидев его, Нефи и Фолл затаили дыхание.

— Потрясающе… — сказала Нефи. — Даже я чувствую в нём сильное благословение, с которым лучше не шутить.

По ощущениям оно было ближе к мистицизму, чем к магии, хотя Нефи и не могла сказать наверняка. Она не знала, что это за сила, но ясно ощущала, даже духи не рискнули бы ей противостоять.

— Альшера. Вот это гиперопека, — с изумлением сказала Фолл.

— Э-это было давно и не имеет отношения к настоящему, верно?

Для вампира десять лет – почти вчерашний день, но Нефи пообещала не расспрашивать, поэтому оставила это без комментариев.

— Мы каждый год отмечали мой день рождения, но это всё равно моё самое дорогое сокровище, — добавила Лилит.

— Как мило. Кстати, а когда у тебя день рождения, Лилит? — спросила Нефи.

— У меня? Тридцать первого Климаки.

— Ох… — виновато пробормотала Нефи. Это был день их путешествия в Атластию. — Прости, что тогда не поздравила тебя.

— А? Нет, ну… тогда было не до этого. К тому же родители отпраздновали со мной как обычно, так что не переживай. А-что насчёт вас, сэр Рафаэль?

Лилит бросила умоляющий взгляд на дворецкого. Он был ещё одним ценным немагом в этом замке. У него вполне мог быть опыт празднования дней рождения, но Рафаэль смутился от вопроса.

— В моём случае мои подчинённые праздновали со мной несколько раз. Правда, чаще всего мы просто заваливались в таверну, так что вряд ли я подходящий пример, — сказал он, затем ненадолго задумался и кивнул, что-то вспомнив. — Хотя… Я праздновал день рождения другого человека. В один из таких дней я подарил Куроке её трость.

Кат-ши Курока в прошлом лишилась зрения. Это уже произошло к тому моменту, когда она познакомилась с Рафаэлем.

“Понятно. Неудивительно, что Курока так дорожит этой тростью.”

— Фолл, что насчёт тебя? — спросил Рафаэль.

— Я? Хм… А. В день моего рождения отец уходил и добывал для меня пир. Типа созерцателей или саламандр. Они были жутко вкусные.

Увидев, как у её дочери необычно заблестели глаза, Нефи улыбнулась.

“Полагаю, «добывал» в данном случае означает «охотился».”

Даже Нефи знала, что созерцатели и саламандры были далеко не по силам обычному магу. Это многое говорило о подлинной мощи дракона.

И тут Нефи внезапно охватил шок.

“Если подумать… я ведь даже не знаю, когда у фол день рождения! Разве это не чудовищный провал как для родителя?!”

— Э-эм… А когда у тебя день рождения, Фолл? — робко спросила Нефи.

После всего произошедшего задавать такой вопрос казалось стыдным, но после паники из-за незнания дня рождения Загана сейчас было не до стыда.

Фолл немного подумала, затем кивнула и сказала:

— Тогда… пусть будет шестое Дидимо.

Глаза Нефи и Рафаэля расширились.

— Это день, когда я стал дворецким моего повелителя.

— Угу. И день, когда Заган и Нефи удочерили меня.

— Тебя правда это устраивает? — озадаченно спросила Нефи. — Ты ведь родилась в другой день, верно?

Фолл покачала головой, словно это было пустяком.

— Ну, я никогда не считала по человеческому календарю, так что не знаю, когда это на самом деле было. Так что да, этот день подойдёт.

В этом был смысл. Дракон вряд ли стал бы жить по человеческому календарю. Её отец, Оробас, наверняка точно знал дату, но сама Фолл, похоже, никогда об этом особо не задумывалась. Нефи присела, чтобы оказаться с ней на одном уровне, и с улыбкой погладила её по голове.

— Хорошо. Тогда давай устроим в этот день замечательный праздник.

— М-м! Звучит весело!

После этого Нефи подняла взгляд на Рафаэля.

— А когда ваш день рождения?

Он явно не ожидал такого вопроса. На мгновение Рафаэль выглядел удивлённым, прежде чем ответить:

— Двадцать первое Кори.

Это было примерно тогда, когда Нефтерос впервые оказалась в церкви.

“Дни рождения… Почему я раньше об этом не задумывалась?”

Нефи стало стыдно за собственное невежество, за то, что она упустила такие драгоценные возможности.

— Вернёмся к делу, — сказала Нефи, снова посмотрев на Альшеру. — леди Альшера, вы случайно не знаете, как вообще принято отмечать дни рождения?

— А? Я? Эм… — Альшера запнулась. Тело её напряглось, затем она прижала руку ко лбу, словно сдерживая головную боль. — Эм, Альшер Имера в итоге стал национальным праздником, а то, что было перед этим, было уже тысячу лет назад… Мы тогда вообще делали что-нибудь особенное?

Нефи знала, что Альшер Имера приходится на день рождения этой девушки, но, как выяснилось, совпадение дня рождения с государственным праздником было скорее тяготой. По словам Загана, церковь и вампиры находились в противостоянии, так что всё это выглядело странно.

“Интересно, связано ли это с тем, что Альшер Имера так подозрительно созвучно её имени?”

Не может же быть, чтобы святой день церкви на самом деле праздновал день рождения самой вампирши?.. Как бы то ни было, жизнь этой девушки была куда тяжелее, чем у Нефи или Загана.

— Однако… на самом деле было кое-что, что я хотела сделать ради одного человека… — прошептала Альшера. — Э… Что?

Нефи обхватила одну руку Альшеры, а Фолл схватила её за другую.

— Тогда решено, — сказала Нефи.

— Что решено?

— Что бы ты ни хотела сделать, мы сделаем это для Загана, — ответила Фолл. — Мы же вообще не знаем, как отмечают дни рождения.

По Альшере прошла дрожь, словно она с головой угодила в ловушку.

— Э-Это не то, о чём мы договаривались! — запротестовала она.

— Нет, мы лишь хотим откликнуться на ваши чувства, леди Альшера. Мы ничего не выпрашивали и ни о чём не догадывались.

Рафаэль тем временем снял фартук и аккуратно сложил его, после чего сказал:

— Хм. Если мы собираемся готовиться так, чтобы мой повелитель ничего не заметил, не лучше ли сменить место? Здесь мы уже всё убрали.

Пока остальные удерживали Альшеру, Рафаэль успел расставить всю посуду. Таков был дворецкий Загана – само воплощение эффективности.

— Большое спасибо, сэр Рафаэль. Ну что ж, тогда пойдём? — сказала Нефи.

— Куда вы меня тащите? — спросила Альшера.

— Во Дворец Архидемона. Там Заган нас не услышит, и я хочу всё осмотреть, — ответила Фолл.

— Прекрасное предложение, Фолл. Заодно пригласим Нефтерос и Шастиль. Думаю, Нефтерос особенно обрадуется.

Так на Альшеру обрушилось очередное свежее бедствие.