— Снаружи как-то шумно, да?

Одна из гостевых комнат замка Загана.

В маленьких креслах друг напротив друга сидели две девушки. Это была комната, выделенная Куроке на время лечения. Услышав шум, она вопросительно дёрнула треугольными кошачьими ушками, зажала человеческие уши ладонями и нахмурилась. Курока была кат-ши с островного государства Люкаон. Её небольшой рост и блестящие чёрные волосы придавали ей такое очарование, которое редко встретишь на континенте. Раньше она носила традиционное платье Люкаона, но в последнее время облачалась в платье, похожее на то, что носила Альшера. По всей видимости, таково было указание Загана.

Её алые глаза, в которых прежде не было ни искры света, теперь живо бегали по комнате. Нефи не смогла сдержать лёгкой улыбки, глядя на неё. У Нефи были белоснежные волосы и почти прозрачная кожа. Её глаза отдавали лазурью, и в целом она была почти полной противоположностью Куроке. Она, как всегда, носила форму горничной, а на шее – грубый ошейник, украшенный ленточкой. Её заострённые ушки дёрнулись в воздухе, словно стараясь уловить звуки, о которых говорила Курока.

“Похоже, её восстановление идёт хорошо.”

Глаза Куроки были исцелены с помощью мистицизма. Это была великая сила, но нестабильная и непредсказуемая. После лечения её зрение стало лучше, чем у самой Нефи, однако изначальная травма затронула и зрительные нервы в мозге.

Поэтому требовалось пристальное наблюдение за её состоянием, чтобы убедиться, что побочные эффекты не заденут другие функции мозга, например, память. Так пролетел уже целый месяц. И хотя основной задачей Нефи были медицинские осмотры, за столь длительное время и частые встречи между ними естественным образом возникла близость.

Нефи несла на себе грех: она позволила погибнуть своему народу. Курока тоже несла грех: она была убийцей. Возможно, именно это породило между ними некую связь.

Нефи приложила палец к розовым губам и слегка склонила голову.

— Я ничего не слышу. Это как-то связано с тем взрывом ранее?..

Полчаса назад, когда она, как обычно, пришла в комнату Куроки для осмотра, снаружи прогремел оглушительный взрыв. За ним последовал рёв Рафаэля и вопль Шакса. Даже не видя, что происходил, она по одному только звуку поняла, что это опять их привычный переполох.

Сейчас она предположила, что шум был продолжением тех беспорядков. Но Курока покачала головой.

— Эм, по-моему, это что-то другое. Похоже на чьи-то шаги. Будто несколько человек бегают вокруг. Хотя… всё же не похоже, что случилось что-то плохое.

Подробный ответ Куроки заставил Нефи с восхищением выдохнуть:

— Вот это да. Говорят, у эльфов выдающийся слух, но я совсем не могу уловить такие детали.

Курока снова покачала головой.

— В вашем случае, леди Нефи, это, скорее, потому, что вы умеете слышать кое-что иное. Однажды я встретила обычного эльфа, и он рассказал мне, что представители его народа чувствительны к звукам ветра и тому подобному, но не способны слышать голосов духов.

Нефи была редкой разновидностью эльфов – высшим эльфом, способной управлять мистицизмом и небесным мистицизмом. Она слышала голоса духов – проще говоря, голоса самой природы – и, общаясь с ними, могла творить чудеса, совершенно отличные по природе от магии.

Мнение Нефи по поводу её сородичей-эльфов было не очень хорошим, поэтому она натянуто улыбнулась.

— Правда, мне немного стыдно, что я не могу делать то, с чем справляется нормальный эльф.

— О, это неправда. Всё наоборот, разве нет?

— Что ты имеешь в виду?

Нефи с интересом посмотрела на Куроку. Та чуть подумала и начала объяснять:

— Эм... У меня действительно чувствительные уши, но раньше всё было совсем не так. Мой слух улучшился только после того, как я потеряла зрение.

— Вот как...

— Так что, может быть, это сегодняшние эльфы утратили силу, которая есть у вас, и поэтому их другие чувства стали острее, чтобы это как-то компенсировать?

По всей видимости, современные эльфы обрели свой острый слух именно так. Нефи искренне обрадовалась такому ободрению и улыбнулась.

— Спасибо тебе, Курока. После этих слов мне стало как-то легче.

— Пустяки... Вы ведь столько сделали для меня, леди Нефи.

— Ты же знаешь, что тебе не нужно звать меня «леди». Ты ведь дочь сэра Рафаэля. А значит, ты – часть нашей семьи.

По крайней мере, сама Нефи верила в это, и она была уверена, что Заган считает так же. Фолл тоже ощущала с Курокой близость и часто забегала к ней в комнату поиграть.

Курока покраснела.

— Эм... Знаете, вы для меня кумир. Я правда восхищаюсь вами.

— Что? Восхищаешься мной?..

“Чем же во мне можно восхищаться?..”

Нефи знала, что её любят Заган, Фолл и другие. Но она была новичком в магии, а её младшая сестра Нефтерос сильно превосходила её в изучении небесного мистицизма. Она не думала, что достигла чего-то такого, что было бы достойно восхищения. Пока она сидела с озадаченным лицом, Курока принялась теребить пальцы.

— Я… я имею в виду, вы же такая красивая, милая, у вас белоснежная кожа, и вообще – все ваши действия такие девичьи…

— Ч-Что?.. Девичьи?

Нефи совершенно растерялась от такого неожиданного объяснения. Увидев её замешательство, Курока беспомощно вздохнула:

— Вот, я именно об этом и говорю. Эх...

— Н-но ты тоже очень красивая и женственная! — решительно заявила Нефи, но Курока помотала головой.

— Хорошо бы, если бы это было так... Но, по всей видимости, меня даже не воспринимают как девушку.

Уши Нефи дёрнулись. Она тут же поняла, кого подразумевала Курока.

— Эм... Опять что-то с сэром Шаксом?

Щёки Куроки моментально вспыхнули алым. Поначалу она пыталась скрыть это, но всё же коротко кивнула.

— …Как бы это сказать… Он увидел моё нижнее бельё, верно? И хотя он его даже потрогал, всё, что сказал – это «мне это совершенно неинтересно» или «для мага это объект для исследования и не более». Разве так можно?!

— Ааа…

Нефи закрыла лицо руками, не в силах вынести столь горестную историю.

“Сэр Шакс, даже если вы стесняетесь, это уже чересчур…”

Если бы Заган сказал ей что-то подобное – хотя она могла с уверенностью сказать, что такого никогда не произойдёт – Нефи бы точно не смогла от такого восстановиться. Нет, скорее бы он, потеряв самообладание, пробормотал бы «Я собирался вернуть их». Или нет… Скорее всего, это было бы так:

— Я прошу прощения, но не жалею об этом.

А после этого корчился бы от стыда, ломая голову, зачем вообще сказал такую глупость.

Как бы там ни было, оставив воображение Нефи в стороне, реальной проблемой оставался Шакс. Хотя, конечно, если бы он не сказал что-то подобное, Рафаэль разрубил бы его на месте... всё равно стоило потом нормально объясниться. Нефи не выдержала и обняла Куроку.

— Фвэ?

— Всё хорошо. Ты очаровательная девушка, Курока. Даже я завидую твоей мягкой коже, прекрасным чёрным волосам и всему остальному.

— Леди Нефи…

Курока немного успокоилась, шмыгнула носом и наконец отпустила Нефи.

— Простите... Я немного потеряла самообладание.

— Не стоит извиняться. Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь.

Нефи не хотелось верить, что Шакс настолько ничего не понимает сам. Скорее наоборот – он, возможно, даже больше всех и думал о Куроке.

“Но он до безумия тугодум…”

Пускай речь и поведение Загана были неловкими, Нефи всё равно часто чувствовала, что он смотрит на неё как на женщину.

— Но мне стало хоть немного полегче. В следующий раз постараюсь быть такой же, как вы, леди Нефи.

— Вот так-то! Молодец, — убедившись, что настроение Куроки улучшилось, Нефи поднялась на ноги. — Ну что ж, на этом осмотр закончен. Если почувствуешь себя как-то не так, или тебя что-то будет тревожить – обязательно скажи. Даже если это что-то совсем незначительное.

— Хорошо. Всё в порядке... А, но...

— Что-то случилось?

Шакс как-то обмолвился, что именно период, когда кажется, будто послеоперационное восстановление идёт отлично, – самый опасный. Нефи напряглась, и Курока продолжила, чуть запинаясь, словно ей трудно было подобрать слова:

— Эм, я ведь уже больше месяца здесь под вашей опекой... И, как мне кажется, моё тело слабеет от того, что я всё время провожу в комнате…

Она вполне могла ходить, но Шакс всё равно волновался и настаивал на постельном режиме.

“Если вы так за неё переживаете, пожалуйста, сосредоточьтесь на других вещах, касающихся Куроки…”

Но, не ведая о внутренних страданиях Нефи, Курока решительно перешла к сути:

— Теперь я снова вижу, и думаю, что смогу заниматься многими вещами. Есть ли какая-то работа, с которой я могла бы помочь?

— Работа?

— Да. Хотя я, конечно, не так много умею, но всему могу научиться. Пожалуйста, дайте мне хоть какое-нибудь дело.

Нефи случайно выпустила вздох.

“Даже если она такая милая…”

В кого влюбляться, зависело от человека, но прямо сейчас невозможно было не видеть Куроку как женщину.

Курока была здесь и пациентом, и гостьей. Давать ей работу было бы против разумных правил. Но ведь именно Нефи назвала её семьёй. А ещё она хорошо помнила, каково это – получать заботу и не иметь возможности что-то дать взамен. Поэтому она крепко сжала ладонь Куроки и кивнула:

— Хорошо. Я спрошу у господина Загана и сэра Рафаэля, есть ли где нехватка рук.

— Благодарю вас, леди Нефи, — сказав это, Курока, немного смущаясь, тут же поправилась, — То есть... спасибо, Нефи.

Нефи слегка растерялась, а затем с тёплой улыбкой ответила:

— Взаимно. Давай постараемся вместе, Курока.

И в тот момент раздался стук в дверь.

— Входите, — пригласила Курока.

В комнату вошла Фолл.

— Нефи, Курока! Это просто невероятно!

— Что случилось? — спросила Нефи.

— Заган сказал, что собирается построить огромную купальню!

— Купальню?

Нефи и Курока переглянулись. Они понятия не имели, что вдруг навело его на такую мысль и почему именно сейчас. Но, зная Загана, они были уверены, что ничего плохого не случится. И, не сговариваясь, обе девушки натянуто улыбнулись.