Примерно в то же самое время Шастиль и Вальякка продвигались по лабиринту.

— Толчки прекратились. Всё уже уладилось?

— Вероятно, это сражался либо Гиниас, либо Дикмайер. Братья Ютилайнены не звучали бы так нежно.

Звуки боя, сотрясавшие лабиринт, прекратились около полуминуты назад.

“Было бы хорошо, если бы воров поймали. А если нет, значит, пал один из Архангелов…” Шастиль потупила взгляд.

— Беспокоишься? — спросил Вальякка.

— Конечно. Даже если мы не сходимся во мнениях, они всё равно мои товарищи.

— Я рад это слышать.

Шастиль нахмурилась.

— Что вы имеете в виду, лорд Вальякка?

Вальякка театрально пожал плечами.

— Я верю в тебя, но я всё равно вынужден быть рядом с тобой настороже после всех слухов, что о тебе ходят, понимаешь? В конце концов, говорят, будто ты связана с Архидемоном Заганом, который и стал причиной всех наших последних проблем.

— Мне, конечно, не нравится, что такие слухи ходят, но да, это правда – я действительно связана с ним клятвой.

— Клятвой?

Вальякка прищурился, и Шастиль решительно ответила:

— Да. У этого мира нет будущего, если церковь и маги будут продолжать сражаться до полного уничтожения одной из сторон. Точно так же, как церковь нужна как сдерживающая сила для магов, маги необходимы тем, кто слаб. Вот почему я хочу нащупать ту грань, которую обе стороны не в силах уступить, и найти способ жить по разные стороны от неё.

— ...Ты действительно веришь, что церковь такое признает?

— Если не признает, мне придётся изменить церковь, пока этого не случится. И я стану настолько сильной, насколько потребуется, чтобы это произошло.

Они долго смотрели друг другу в глаза. Первым сдался Вальякка.

— Какой бред... Хотел бы я сказать. Но я вижу, что ты настроена серьёзно.

— Вы мне верите?

Он взглянул на потолок от беспомощности.

— Раз на твоей стороне есть даже эльф, у меня просто нет выбора, правда? Я бы поспорил, что даже Дикмайер готов с тобой сотрудничать. А в таком случае, ты уже стала силой, которую церковь больше не может игнорировать.

Шастиль и подумать не могла, что он примет её сторону, и потому смотрела на него в изумлении. Затем Вальякка поклонился ей.

— Прими мои извинения. Это в знак признания тебя как полноправного Архангела.

— ...Что вы имеете в виду?

— Это про Сильвестра, твоего брата. Я был никудышным начальником, раз позволил ему погибнуть.

— Это не…

Вальякка покачал головой.

— В тот день мы разбирались с инцидентом, известным как охота на редкие виды. Но попались в ловушку Архидемона Шер-Хана и я потерял множество бойцов. Если бы не самоотверженность Сильвестра, я бы тоже тогда погиб.

Он ненадолго замолчал, а затем склонился ещё ниже.

— Я живу, неся на себе этот позор, лишь благодаря Сильвестру. И я клянусь, я помогу тебе, чтобы хоть как-то искупить свою вину перед ним.

— Лорд Вальякка... — Шастиль покачала головой. — Поднимите голову, лорд Вальякка. Ваших сожалений о случившемся уже достаточно, чтобы спасти и моего брата, и меня.

— Ты действительно говоришь такое для меня?..

И как только слёзы наполнили его глаза, по лабиринту вновь прошла мощная дрожь.