— Ну и? Что тут происходит?

Заган прошёл через тень Барбатоса, преследуя Шакса, который, вероятно, знал, где находится Курока. В тот же миг в него устремились когти Кимариса, хотя и остановились в последний момент.

— Эм... Это довольно трудно объяснить...

— Просто отвечай «да» или «нет». Ты знаешь, где сейчас Шакс?

Похоже, он прекрасно понимал, что Кимарис сегодня втайне чем-то занимался.

“Но я пообещал не лезть в его дела.”

Вот почему Заган ограничился коротким вопросом. Золотые глаза Кимариса распахнулись от удивления, и он тут же вежливо склонил голову:

— Да. Полагаю, они направляются к Дворцу Архидемона.

— Понятно. Не знаю, что именно их преследует, но Дворец Архидемона ближе, чем замок, да?

Этого и следовало ожидать от того, кого он оставил за главного среди своих подчинённых в церкви. Его решение было вполне разумным. И именно поэтому потерять его здесь было бы очень жаль. Его нужно было спасти. Заган перешёл к следующему вопросу:

— Когда ты говоришь «они», это значит, что Курока с ним?

— Да. Однако, похоже, Курока превратилась в настоящую кошку. Причина мне неизвестна.

— Превратилась в кошку…? Постой, она ведь кат-ши, верно…?

Кат-ши были расой кошачьих фей. Считалось, что они еще ближе к кошкам, чем табакси.

— … Может быть, раньше кат-ши обладали этой способностью.

И затем утратили её с течением времени. Однако Курока была редкой особью с четырьмя ушами. Если это признак атавизма, как у Нефи, то ничего особо невероятного в этом нет. Исторические справки о кат-ши были довольно расплывчаты, и почти никто уже не знал, чем именно они отличались от табакси.

“Согласно информации, которую мы нашли в Люкаоне, тысячу лет назад множество рас были полностью истреблены.”

Если последние из них укрылись в Люкаоне, то отсутствие сведений о них на континенте вполне объяснимо.

И, наконец, Заган задал последний вопрос:

— Так кто они такие?

Повсюду вокруг Кимариса были разбросаны трупы. Похоже, он с ними сражался. Многие из них выглядели мёртвыми, но кое-кто всё ещё пытался подняться. Вокруг города стоял барьер, способный обнаружить любого чужака, ступившего на его владения.

Сотни и тысячи чужаков проходят через город ежедневно, но это явно была большая и организованная группа. Хотя его барьер должен был среагировать на подобное, Заган не смог заметить их вторжение.

“Единственные, кто не вызывают срабатывание барьера – это такие, как Барбатос, умеющие прыгать сквозь пространство.”

Прыжки через пространство – это крайне продвинутое колдовство, и мало кто им владеет. А значит, по нему достаточно просто отследить виновника. Но разбросанная по земле толпа совсем не походила на высококлассных магов.

— Похоже, это гомункулы. Но как они вообще попали в город?

По какой-то причине Кимарис, услышав это стал выглядеть так, будто по нему ударила молния.

— Гомункулы...? Они...?

— Ну, для меня они выглядят именно так.

Заган не был экспертом по гомункулам, но успел на них насмотреться во время инцидента с Нефтерос и Бифронсом. То были безвольные, почти пустые существа. И те, кто сейчас валялись тут, напоминали ему именно тех жалких созданий.

Кимарис покачал головой, потрясённый собственной невнимательностью:

— Ужасно, как опасны предубеждения. Почему-то я был уверен, что это нежить…

Видя, что Кимарис необычно для себя растерян и говорит вещи не в свойственном для него духе, Заган сузил глаза:

— … Понятно. Значит, тут замешана Альшера.

— Ирк.

Кимарис заметно напрягся.

— Сэр Заган, это недоразумение! Она – одна из их целей! Она ни в коем случае не является виновницей происходящего!

— Ну, раз ты так говоришь – я поверю. Однако это не отменяет того факта, что все эти неприятности пришли вместе с ней.

— Это…

Кимарис не знал, что ответить.

— Глупец, — вздохнул Заган, — я же сказал, что не буду лезть дальше. Всё, что мне нужно – это ответы «да» или «нет».

— А…?

Кимарис выглядел так, будто не понимал, что происходит. Тогда Заган просто повторил вопрос:

— Это – наши враги. Альшера не враг. Верно?

— … Д-да! Я не знаю их истинной природы, но это точно враги. Кроме того, у них есть такое неприятное свойство, что из их тел вылезают новые.

— То есть, они будут появляться снова и снова, если их не уничтожить полностью.

Пока они разговаривали, из трупов снова начали вылазить тени. Но всё это время Заган не стоял без дела. Вокруг теней закрутились маленькие огоньки, похожие на снежную пыль. Увидев это, Кимарис широко распахнул глаза.

— Это же... Снежное Поле Небесной Чешуи?

Это была сила, которую Заган разработал для своей дочери. Но этим заклинанием дело не ограничивалось.

— Верно. Однако теперь я превращу его в кое-что другое. Небесный Фосфор: Блуждающий Огонёк.

Заган щёлкнул пальцами, и снежные огоньки, крутившиеся вокруг теней, в тот же миг окрасились в чёрный. С этим действием всё закончилось. Лежащие тени, стоящие тени, тени, выползающие из трупов – всё окрасилось в чёрный и развеялось на ветру. Осмотрев результат, Заган довольно кивнул.

— Хм. К точности использования вопросов нет.

Он пообещал Фолл, что когда она подрастёт, он обучит её Небесному Фосфору. Он считал, что эта сила подходит для его дочери.

В горле Кимариса прозвучал сдавленный глоток.

— Значит, вы довели его до такой степени…

— Ага. Хотя... Я, конечно, попал по всем нужным целям, но чтобы обратить тело в пепел, приходится прикреплять к каждой цели по несколько огоньков. Это можно использовать как вариацию Снежного Поля, но как отдельное заклинание оно не слишком выдающееся.

У него не было пробивающей силы Пятигранного Великого Цветка или широты охвата Молнии Осени, хоть это всё и были вариации Небесного Фосфора. На первый взгляд, «Блуждающий Огонёк» мог показаться неудачным заклинанием, но его истинная ценность была в том, что оно позволяло точно выбирать цели даже среди толпы. К тому же, до того момента, когда он передаст его Фолл, было ещё много времени, а значит, был и простор для доработок.

“Но, полагаю, можно считать, что финальная обкатка Небесного Фосфора завершена.”

Небесный Фосфор был заклинанием с несравнимой разрушительной силой, способной сжигать саму основу жизни. Однако Заган всё ещё не считал его завершённым. Оно не могло испепелить по-настоящему гигантское и живучее тело, как у Грязевого Владыки Демонов, и не было достаточно гибким, чтобы эффективно бороться с толпами. Кроме того, оно сжигало всё, к чему прикасалось, так что его можно было легко нейтрализовать, взяв заложника.

Именно поэтому Заган и создал вариации Небесного Фосфора, чтобы закрыть подобные недостатки. Теперь, когда последний тест-драйв был окончен, он мог сосредоточиться на завершении самого заклинания. Всё ради того, чтобы иметь силы истребить любого врага, что встанет у него на пути, будь то Архидемоны, Владыка Демонов, демоны, церковь или кто угодно ещё. Всё ради спокойной жизни с Нефи и Фолл.

“Хотя в последнее время я начинаю думать, что, может, и не обязательно устраивать полную резню…”

Но даже так – ему всё равно нужна сила. Мир не был чем-то настолько простым, что его можно было бы установить и сохранить без конфликтов. Он напоминал колыбельку на дереве – даже лёгкий ветерок мог сбросить её наземь.

Мир устанавливается лишь благодаря непревзойдённой силе и власти, насаждается через подчинение и уничтожение всех, кто выступает против. Это величайшее достижение, которого можно достичь только путём кровопролитной борьбы, стоя на горе жертв.

Именно поэтому Заган должен быть сильнее всех. Он вновь внутренне подтвердил для себя свою решимость, проверяя эффективность Блуждающего Огонька, а затем обернулся к ошарашенному Кимарису.

— Ну что ж. Мне пора спасать Шакса и Куроку. Если там и Альшера, то всё оставшееся отребье наверняка уже собралось вокруг них. Прекрасная возможность разом от них избавиться.

Загану не хотелось связываться с Альшерой, но однажды он её уже спас, пусть и по просьбе Нефи. Он может допустить, если он случайно спасёт и её, когда будет спасать остальных. Так или иначе, Кимарис был явно настроен оберегать ту вампиршу.

— Что же будешь делать ты? Пойдёшь со мной? — спросил Заган у льва.

— Прошу позволения сопровождать вас, мой повелитель, — ответил Кимарис, почтительно поклонившись. А затем, подняв голову, добавил. — Но есть одна проблема. Где-то должен быть заклинатель, управляющий ими. Если не остановить его, то всё будет повторяться вновь и вновь.

Если это действительно гомункулы, значит, есть тот, кто их создал. Более того, судя по увиденному Кимарисом, их запас мог быть неограничен. Однако Заган лишь равнодушно пожал плечами.

— Ну, это само как-нибудь рассосётся.

— В каком смысле...?

— Гремори как-то странно воодушевлена насчёт этого всего. Она ведь хочет исполнить свою мечту – обнять весь мир своими миролюбивыми ручками, проповедуя силу любви. И её стремление заслуживает восхищения. Даже если мы оставим её одну, она точно прикончит любого идиота, который попытается испортить сегодняшний праздник, — прокомментировал Заган усталым голосом.

Сам он не особо хотел на это рассчитывать, но это было чистой правдой. Более того, почему-то и Барбатос тоже решил помочь. Где бы ни скрывался заклинатель, это уже не было столь большой проблемой.

— … Даже не знаю, как это сказать... Мне правда жаль, что мисс Гремори всегда так себя ведёт…

Похоже, как только ты хоть как-то связываешься с Гремори, то рано или поздно тебе придётся извиняться за неё, даже если ты ни при чём.