Металлический звон непрерывно эхом разносился в воздухе. Казалось, два Архидемона просто стояли друг напротив друга, не двигаясь ни на миллиметр. Но несмотря на это, между ними постоянно вспыхивали ослепительные искры.

Небесная Чешуя уже окутывала кулак Загана, и каждый раз, когда вспышки разрывали воздух, его кулак выглядел размытым. Кулаки Загана и Священный Меч Андреалфуса безостановочно сталкивались друг с другом.

Андреалфус резко обрушил свой меч на Загана сверху вниз, но тот отбил его тыльной стороной кулака. В следующий миг он метнулся вперёд, направляя удар прямо в лицо противника, однако тот тут же выставил перед собой клинок, блокируя атаку.

Дважды встретившись с Небесной Чешуёй, даже Священный Меч уже был покрыт сетью тонких трещин. Однако, поглощая окружающую ману, он мгновенно восстанавливался. Андреалфус вновь атаковал, теперь нанося рубящий удар сбоку, и вновь Заган с лёгкостью отбил атаку и ответил таким же резким выпадом, снова осыпая воздух сверкающими искрами.

Оба они пока лишь прощупывали друг друга, сражаясь всего одной рукой. Именно поэтому со стороны казалось, что они стоят неподвижно. И всё же, несмотря на этот напряжённый обмен атаками и защитой, голос Андреалфуса прозвучал скучающе:

— Слушай, Заган. Это называется бессмысленным повторением. В таком темпе мы можем биться вечно.

— Ты уже видел все мои приёмы, а я пока не видел ни одного твоего. Я просто осторожничаю.

— О, а ты прав. Но я не посылал на тебя Декарабию, чтобы узнать, на что ты способен. Пожалуй, в качестве извинения покажу тебе один из моих козырей.

Андреалфус прекратил атаки и взялся за лезвие собственного Священного Меча, позволив крови стечь вдоль клинка.

— Ну что ж, прошло немало времени. Пой, сколько душе угодно.

Заган поднял кулаки в боевую стойку.

“Это духовная сила Священного Меча?”

Как Шастиль могла управлять светом, а Рафаэль – пламенем, так и этот человек наверняка мог управлять силой своего меча. Так насколько великую силу мог извлечь Архидемон из Священного Меча? Заган был начеку, однако в следующий миг застыл в полном ошеломлении.

— Ангельское Покаяние – Захариэль.

Чёрное сияние вырвалось из Священного Меча. Дрожащий клинок издавал звук, напоминающий игру на духовом инструменте. Этот звук должен был казаться зловещим, но в нём звучала странная умиротворённость. Чёрный свет не устремился в сторону Загана – вместо этого он окутал самого Андреалфуса.

— Смотри внимательно, Шастиль. Прошло двести лет с тех пор, как кто-то использовал это в нашем мире. Даже Рафаэль не смог достичь этого уровня. Это – финальная форма Священного Меча.

То, что появилось перед Заганом, было зловещими, но в то же время завораживающе прекрасными доспехами, украшенными крыльями. Они были вдвое выше самого Андреалфуса, который и без того отличался внушительным ростом. Перчатки доспехов казались настолько огромными, что могли сжать в каждой руке по человеческому телу, а в их руках сияло гигантское копьё, сотканное из чистого света. Силуэт этих доспехов каким-то образом казался женственным. Светлая, полупрозрачная броня, сплетённая из сияния, наложилась на тело Андреалфуса, сливаясь с ним воедино.

Андреалфус извлёк из своей Освящённой Брони броскую деревянную коробку. Судя по всему, он без спроса стащил её из их багажа. Это была новая упаковка завернутого табака. Он достал одну сигару, грубо откусил конец и сплюнул его, засунул её в рот, поджёг кончик с помощью магии и с наслаждением выпустил струю дыма.

— В каждом Священном Мече заточены так называемые серафимы. По сути, они что-то вроде живых столпов.

— Серафимы...?

Даже Заган никогда не слышал о таких существах.

“Возможно, это и есть тайна силы Священных Мечей…”

Даже когда Нефи воспроизводила на клинках те же символы на Небесном, что и на Священных Мечах, они не могли сравниться по силе с оригиналами.

— В этом мире есть монстры, которых мы называем демонами. Наверняка ты уже сталкивался с ними пару раз. Кто-то уровня Архангела может надеяться убить такого только ценой своей жизни. В таком случае ты не задумывался, почему мир до сих пор не пал?

— Ты хочешь сказать, что с ними сражаются эти самые серафимы?

— Похоже на то. Во всяком случае, так утверждал старик Маркозиас.

Снова услышав имя предыдущего Архидемона, Заган прищурился.

“Опять Маркозиас? Это имя преследует меня с тех пор, как я попал в Атластию…”

Хотя, если Маркозиас действительно утверждал такое, значит, как тот, кто участвовал в войне с демонами тысячу лет назад, он скорее всего говорил правду. Более того, Заган и сам смутно ощущал, что так оно и было. В этом мире явно было нечто, выходящее за пределы понимания – что-то вроде богов и дьяволов из легенд. Демоны, столь похожие на архетипические представления о дьяволах, действительно существовали. В таком случае должно было быть и нечто, соответствующее образу богов.

Но самое раздражающее было то, что все, кто мог пролить свет на эту тайну – будь то Маркозиас или Мудрый Дракон Оробас, – уже давно мертвы.

— Но почему тогда нет никаких записей о существовании серафимов? Если они обладают столь великой силой, то хоть какие-то упоминания о них должны были сохраниться.

— Ах, насчёт этого... — Андреалфус ответил с выражением явного раздражения и горькой улыбкой, — Старик Маркозиас уничтожил их, не оставив и песчинки.

— Чего?!

— Похоже, у него была к ним серьезная неприязнь. Он выжег всё до основания, уничтожив даже малейшие следы их существования. Вот почему, если ты спросишь меня, что именно такое эти серафимы, я не смогу ответить. Я не вру, честно.

“Даже если он не может точно мне ответить, он явно что-то знает…”

Заган хотел продолжить расспросы, но, судя по тону Андреалфуса, было ясно, что тот просто будет увиливать.

Андреалфус лишь рассмеялся, давая понять, что не собирается говорить больше.

— Ой, прости, отвлёкся. Короче, в этом Священном Мече заточён серафим. Так называемое "Покаяние" – это высшая форма Священного Меча, в которой Ангельский Рыцарь облачается в самого серафима, — С этими словами Андреалфус небрежно щёлкнул пальцами, отбрасывая ещё тлеющий окурок, — Ладно, отдых закончен. Постарайся не откинуться, ты ведь у нас действующий Архидемон.

Cерафим обрушил своё копьё света. Заган схватился за края своего плаща и взглянул на серафима с неподдельным восхищением.

— Понятно... Значит, ты надеваешь его, да? Этот твой серафим, возможно, неожиданно близок к тому, что делает магия.

Копьё света устремилось вниз, но чёрное сияние застыло всего в волоске от головы Загана.

— Небесная Чешуя: Западное Небо.

Левая рука Загана оказалась в огромной перчатке из чистой маны. Она простиралась от плеча и была примерно того же размера, что и Покаяние Андреалфуса. Это была левая рука, сотканная целиком из Небесной Чешуи. И раз это была левая рука, значит, была и...

— Небесная Чешуя: Восточное Небо.

С правой стороны Загана образовалась ещё одна гигантская перчатка из маны.

“Завершённая форма Небесной Чешуи – это Форма Дракона, но она слишком громоздка для боя с одним противником.”

Сила, высвобождаемая Формой Дракона, была слишком велика. Даже если обрушить её на одного противника, она уничтожит и всё остальное в непосредственной близости. Это был не самый удобный метод для уничтожения небольшой цели. Более того, Форма Дракона не смогла бы угнаться за скоростью этого человека. Эта же версия Небесной Чешуи была создана Заганом специально для боя с такими врагами. Западное Небо удерживало копьё. А значит, Восточное Небо оставалось свободным.

— Ну что ж, надеюсь, ты тоже не сдохнешь раньше времени.

Кулак Восточного Неба обрушился на противника. Андреалфус насмешливо присвистнул и поднял левую руку Покаяния. Вокруг неё собрался чёрный свет, принявший форму щита, который перехватил удар Восточного Неба. Таким образом, из разрушительная сила была…

— Так мы равны...

— … Похоже на то.

В тот момент, когда правый кулак Загана пошёл в атаку, копьё света выскользнуло из захвата Западного Неба. Вместо меча Андреалфус теперь сжимал копьё, а вместо кулака Загана была массивная перчатка. Их прежний обмен ударами повторился. Скорость была та же, но масштабы разрушений стали несравнимо больше. Нефи и остальные больше не могли оставаться рядом и вынуждены были отступить.

И именно тогда Андреалфус заговорил снова, будто провоцируя Загана.

— Вот ведь просчёт. Или, может, это просто незавершённая техника? Раз уж ты удосужился придать ей форму человеческих рук, мог хотя бы создать и оружие.

Правый кулак Загана, сталкивающийся со щитом, был цел, но левый, сдерживающий копьё, начинал покрываться трещинами. Даже самая прочная броня со временем ломается под постоянными ударами меча. Восточное и Западное Небо неизбежно разрушатся, если по ним будет непрерывно бить это копье. Однако Заган лишь хмыкнул, словно это было совсем не важно.

— Ты что, слепой? Они безоружны именно потому, что им не нужно никакое оружие.

Это было правдой, что копьё Покаяния оставляло на Небесной Чешуе царапины, но к следующему удару они уже регенерировали.

Небесная Чешуя – это заклинание, бесконечно поглощающее любую энергию вокруг и превращающая её в прочнейший щит. Аура Священного Меча не была исключением. Небесная Чешуя впитывала силу Покаяния и самовосстанавливалась.

Осознав, что его сила поглощается, Андреалфус расплылся в довольной улыбке.

— Ха-ха. Теперь понятно, почему Ориас сомневалась, делать ли тебя Архидемоном! Значит, ты можешь поглощать и Архидемонов, и Архангелов, да? Ужасно... просто ужасно!

Но, несмотря на то, что Заган поглощал его ману и ауру, Покаяние не ослабевало. Напротив, копьё света ещё больше наполнилось силой и прорезало в земле гигантскую расщелину. Его наконечник уже достиг края пляжа. Если Андреалфус направит его в воду, волна накроет всё вокруг, словно вторая атака. Этот остров точно затопило бы, если бы он так сделал.

— Они оба просто проклятые монстры... — простонал Барбатос.

Но Заган холодно ответил:

— Это моя территория. Мне будет невыгодно, если этот остров затонет. Может, ты не против уже помереть?

— Да ладно тебе. Ты, может, забыл, но моя основная профессия – маг, знаешь ли.

Покаяние было его силой как Архангела. Но он ещё не показал свою силу Архидемона. Вдруг раздался крик Шастиль.

— Заган, посмотри на землю!

И только тогда Заган понял, что что-то не так. Из ниоткуда на земле возник огромный магический круг, в центре которого стоял Андреалфус.

“Он начертил круг остриём копья во время атак?”

На первый взгляд казалось, что Андреалфус просто размахивал своим копьём. Но в действительности, каждый его взмах оставлял узоры на земле.

“Но магию я поглотить могу.”

Так должно было быть, но Андреалфус помахал пальцем.

— Ох, правда? Ты в этом уверен?

Его заклинание активировалось. Это явно было какое-то высшее колдовство, достойное Архидемона.

“Но я же поглотил его!”

Заклинание Андреалфуса распалось, стало пищей для Загана и обвило его руку. Он чувствовал это.

Но внезапно торс Загана открылся нараспашку.

— Ч-что... за...?!

Ему не удалось скрыть своего потрясения.

“Невозможно... Я действительно поглотил его магию!”

В подтверждение этого мана Загана усилилась прямо пропорционально тому, что он поглотил.

— О? Как любопытно. Сработало. Может, это и не было колдовством, а?

Услышав слова Андреалфуса, и Нефи, и Нефтерос невольно сглотнули.

— Не может быть... Небесный мистицизм...?

— Исключено. Он же человек, верно?

Небесный мистицизм – это волшебство, доступное только высшим эльфам. Если бы люди могли использовать его, Бифронс не стал бы создавать Нефтерос.

Заган взглянул на свою рану.

“Эта рана... от Священного Меча...?”

Как она обошла его способность поглощать магию и Небесную Чешую? Заган прижал руку к ране, пытаясь залечить её, но она не затягивалась. То же самое произошло, когда его ранила Шастиль – аура Священного Меча блокировала любое исцеление.

Кровь брызнула на землю, образовав у его ног алую лужу. Если он не разгадает этот секрет прежде, чем упадёт на колени, шансов на победу у него не останется.

“Заклинание соткано этим магическим кругом под ногами, так?”

Поскольку оно было вычерчено с помощью ауры Священного Меча, обычная магия не смогла бы его разрушить.

— Восточное Небо.

Заган использовал Западное Небо, чтобы защититься от копья Покаяния, а Восточное Небо направил вниз, целясь в магический круг.

“Небесная Чешуя способна поглощать даже ауру Священного Меча.”

По крайней мере, так должно было быть...

— Воу, не делай так— Захариэль!

Чёрный свет хлынул прямо из Священного Меча и отбил Восточное Небо.

“Значит, он может использовать Священный Меч, даже управляя Покаянием?”

Более того, оставалось это таинственное заклинание, которое он не смог поглотить. Казалось, что он сражался сразу против троих противников.

— Ну что ж, время на размышления закончилось. Продолжим.

Заган прижал свои перчатки друг к другу, словно усиливая оборону.

“Это определённо магия, я точно что-то поглотил. Проблема в том, что я поглотил её, но она всё равно активировалась.”

— Получай!

Магия Андреалфуса активировалась снова.

— Чёрт...!?

И вновь кровь хлынула из тела Загана.

“Всё ещё нет!”

Его способность поглощать магию работала исправно. Небесная Чешуя оставалась целой. Более того, обе перчатки стали ещё мощнее.

“Значит, он вступает в прямой контакт?”

Андреалфус демонстративно постучал Священным Мечом по плечу.

— Не думаешь, что пора сдаться? Довольно впечатляюще, что ты выдержал этот удар дважды и всё ещё стоишь. Ты, наверное, самый живучий из всех нынешних Архидемонов, знаешь?

Второй удар глубоко прорезал правый бок Загана. Кровь хлынула ещё сильнее, чем в первый раз.

“Первый удар был рубящий. Второй... колющий?”

Если он не мог исцелить раны, значит, их причина – либо Священный Меч, либо Покаяние.

“Другими словами, он не атакует меня самим заклинанием.”

Оно лишь вызывало какое-то чертовски неприятное явление. И после столь дружелюбного предупреждения Заган демонстративно ударил кулаком по ране в боку.

— Ты слишком любезен.

— А как же ещё? Разве старики не должны воспитывать молодёжь с перспективным будущим?

— Это излишняя забота. Но, похоже, я понял в общих чертах.

Андреалфус приподнял бровь.

— Хммм. Не похоже, что блефуешь. Ну ладно, в следующий раз я не буду сдерживать удар, понял?

В его голосе явно читался намёк. Заган криво улыбнулся.

— Я же сказал, мне не нужна твоя жалость. Сдерживаются только сильные перед слабыми.

Он произнёс это с высокомерной ухмылкой, отчего Андреалфус довольно улыбнулся.

— Вот это я понимаю. Вот такой энергичной и должна быть молодёжь.

Андреалфус достал из кармана коробку с табаком.

— О, последняя осталась, да..? Эй, ты куришь?

— Нет. Я не стану курить то, что может испортить вкус блюд, которые готовит моя невеста.

— Вот незадача. Ты так половину жизни упускаешь... После тяжёлой работёнки можно просто выпустить весь негатив вместе с дымом, понимаешь? Если выиграешь, я тебе её отдам.

— Говорю же, мне это не нужно.

— Ну-ну, просто заткнись и попробуй хоть раз. Лови…

Андреалфус подбросил коробку. И в тот же миг оба Архидемона оттолкнулись от земли. Магический круг под ногами Андреалфуса засветился, активируя его загадочное заклинание.

“Принцип поглощения магии заключается в том, чтобы воссоздать магический круг противника.”

Если соткать абсолютно идентичный круг с разницей в долю секунды, можно перехватить поток маны. Именно на этом строилась сила Загана, а также базовая теория способности Декарабии к отражению магии. Однако что будет, если это действие произойдёт слишком поздно? Если оригинальное заклинание завершится в ту самую долю секунды до того, как он перехватит поток?

Поэтому Заган скопировал магический круг ещё быстрее. Быстрее, чем требовалось для отражения заклинания. Быстрее, чем для его перехвата. Быстрее, чем сам Андреалфус. Он украл его магию ещё до того, как успел её поглотить. И в итоге Заган и Андреалфус активировали свои заклинания одновременно.

— Ч-что...!?

Когда Заган попытался заговорить, голос не захотел выходить наружу.

— Хм. Значит, ты действительно раскусил меня всего после двух атак. Впечатляет.

Он понял, что говорит телепатически. Мир вокруг стал бесцветным. Всё вокруг: брошенная в воздух коробка сигар, Нефи, которая сглотнула в напряжении, Шастиль, сжимающая Священный Меч в поисках момента для удара, ветви деревьев, тихо колышущиеся над головой, – всё это неподвижно застыло. Единственным объяснением происходящего могло быть...

— Остановка времени...!? Вот в чём твоя магия?!

Андреалфус лишь горько усмехнулся.

— Ну, на самом деле, оно не совсем остановилось. Оно всё ещё движется, просто очень-очень медленно. Это мы с тобой ускорены. Для нас одна секунда растянулась примерно на полчаса.

Они оказались в мире, где всё двигалось примерно в восемнадцать тысяч раз медленнее. Способность Загана поглощать магию занимала десятую долю секунды – и теперь это было слишком долго.

Андреалфус перевёл Покаяние в боевую стойку.

— Ну что ж, давай покончим с этим.

— Согласен. У меня тут вообще-то отпуск.

Западное и Восточное Небо всё ещё действовали, как и Покаяние Андреалфуса. Отныне это была чистая схватка между мечом и кулаками.

— Хотя, знаешь, я не люблю играть вторым номером, когда всё-таки использую свою магию. Ну-ка, начнём!

Первым в атаку пошёл Андреалфус. Одного его шага хватило, чтобы рассечь землю ещё сильнее. Однако к тому моменту и Заган уже двигался. Он раскрыл кулак и выставил ладонь Западного Неба вперёд. Чёрное копьё Покаяния рванулось прямо к нему и врезалось в Западное Небо, оставляя трещины на защите Загана и вызывая глухой удар. Остриё копья пробило Западное Небо и приблизилось к Загану.

“Небесную Чешую сломали?!”

Такое произошло впервые со времён боя с Рафаэлем. Однако копьё Покаяния тоже застопорилось.

— Недурно! Но у меня есть ещё кое-что—Захариэль!

Чёрный свет хлынул из Священного Меча, стремясь нанести горизонтальный удар.

“Но он не так силён, как Покаяние!”

Заган направил на него Восточное Небо.

— Останови его, Восточное Небо!

И хотя лезвие прорезало гигантскую перчатку, оно не смогло пробиться дальше, оказавшись в ловушке.

— Тьфу, серьёзно?!

Хотя в голосе Андреалфуса угадывалось волнение, он всё ещё оставался Архидемоном. Немедленно отпустив Священный Меч, он вновь призвал Покаяние.

— Но теперь у тебя больше не осталось козырей. Покончи с ним, Покаяние!

Покаяние отбросило чёрное копьё и оставшейся рукой с щитом нанесло удар тараном. С его Западным и Восточным Небом, исчерпанными в бою, Загану теперь нечем было защититься. Но, несмотря на это, на его лице распласталась улыбка.

— Неудачный ход, Андреалфус.

Теперь, когда Покаяние больше не удерживало копьё, Западное Небо смогло полностью его поглотить. Восстановив все повреждения за счёт полученной ауры, оно вернуло себе полную боеспособность.

— Хватай эту суку, Западное Небо!

Теперь уже Покаяние оказалось беззащитным. С флангового удара Западного Неба ему было нечем защититься. В голосе Андреалфуса даже прозвучала нотка восхищения.

— Великолепно. Но тебе не хватает завершающего удара.

Хотя Заган сумел пробить оборону Андреалфуса, его Западное и Восточное Небо теперь были запечатаны. А этот человек был способен управлять Покаянием и одновременно владеть Священным Мечом, а значит, мог сражаться и без них. Он отступил за пределы досягаемости Небес.

— Завершающий удар? Так вот же он.

Заган улыбнулся дерзко и самоуверенно.

“Ты не единственный, кто умеет сражаться.”

Он исчерпал силы Восточного и Западного Неба, чтобы запечатать Священный Меч и Покаяние. А в его руках теперь сосредоточилась вся поглощённая им ранее мана.

— Гх!!

Левый кулак Загана рванул вперёд. Освящённая Броня Андреалфуса разлетелась, как хрупкое стекло. Сквозь его руку передался глухой звук ломающихся рёбер и разрывающихся внутренних органов.

— Га... хак…

Следом согнутого Андреалфуса, плюющегося кровью, встретил правый кулак Загана.

— Давненько я так серьёзно не дрался. Ты ведь должен быть сильнейшим, да?

Заган впечатал свой кулак прямо ему в лицо. Цвета вернулись в мир. Замерший пейзаж вновь пришёл в движение. Андреалфуса швырнуло назад, он пролетел через деревья, ломая стволы, и исчез в лесу.

Все, кто наблюдал за сражением, распахнули глаза в потрясении, не в силах понять, что только что произошло. Листва медленно кружилась в воздухе, оседая на землю.

А тем временем Заган протянул правую руку и поймал коробку с сигарами, падающую с неба. Он достал последнюю сигару, откусил кончик, как это делал Андреалфус, вложил в рот, щёлкнул пальцами и затянулся.

Красные искры упали с кончика, а в его груди разлилось резкое, жгучее ощущение. Впервые испытав такой вкус, он ощутил сложную, трудно описуемую эйфорию. Немного насладившись этим чувством, он медленно выдохнул дым.

— Хм... Неплохо. Но перед едой такое точно лучше не употреблять.

Так завершилась схватка между Заганом и сильнейшим Архангелом, который одновременно был и сильнейшим Архидемоном.