“Интересно, они в порядке?”

Заган незаметно следовал за Лилит и Курокой, не издавая ни звука. За ним находились Нефи, Нефтерос и Фолл. К счастью, благодаря густому лесу, их присутствие пока оставалось нераскрытым. Курока, возможно, могла их почуять, но из-за обилия живности в лесу она вряд ли могла точно понять, что именно её тревожит. На вид между двумя девушками не было никакой неловкости.

Это было ожидаемо, ведь Заган не замечал за Курокой ничего необычного, пока Гремори на это не указала. У него не было ни малейшего представления о том, что же могло её тревожить.

“Вопрос с Рафаэлем уже должен быть разрешён…”

Однако у каждого могут свои заботы. Размышляя об этом, он нахмурился, а Нефи, заметив его беспокойство, тихо поинтересовалась:

— Господин Заган, между мисс Лилит и мисс Курокой что-то произошло?

— Я и сам не знаю. Но, по словам Гремори, Куроку что-то тревожит. А это, в свою очередь, беспокоит Лилит.

Нефтерос, похоже, что-то поняла, и кивнула в ответ.

— Теперь я припоминаю: она действительно всегда держится чуть в стороне от других.

— Хм... Они же уже зарыли топор войны с Шастиль?

— Вроде бы да… Но иногда она относится к Шастиль как к незнакомцу. Так что это вполне может быть связано.

— ...Честное слово. Почему я должен разбираться со всем этим...

— Разве ты не всегда так делаешь, братец?

— ....

Загана поставило в ступор то, что даже его свояченица видит его именно таким. Затем Фолл, будто вспомнив нечто важное, пробормотала:

— Эта девочка-табакси испугалась, когда прикоснулась к лицу Загана.

Она говорила о том моменте, когда они встретились в Атластии. Тогда, из-за проклятия, превратившего Загана в ребёнка, он приложил ладонь Куроки к своему лицу, чтобы объяснить ситуацию, но её реакция на это была чрезмерно взволнованной.

— Точно... Но что это значит?

Заган был ранен ею, когда пришел остановить её в момент ярости. Возможно, она испытывала чувство вины за это. Заган ломал голову над тем, в чем могла быть причина, пока Нефи продолжила задавать вопросы.

— Она ведь была частью группы убийц под названием Азазель, верно?

— Да. Она использует Святое Сокровище и может сражаться наравне с Шастиль. Её почти можно назвать тринадцатым носителем Священного Меча, — ответил Заган, а Нефи, прижав руку к груди, кивнула.

— Тогда, мне кажется, я её понимаю, — сказала Нефи а затем продолжила так, словно признавалась в преступлении, — Разве это не потому, что она убила кого-то из собственной злобы?

Глаза Загана широко распахнулись.

“Нефи когда-то переживала из-за того, что позволила уничтожить всю свою деревню.”

Сейчас она больше не показывала таких тревог наружу, но  она наверняка никогда не забудет об этом.

— Месть приносит удовольствие в момент её свершения. Но после неё возникает сильнейшее чувство ненависти к себе. «Ах, я запятнала свои руки... могу ли я такими руками готовить еду для господина Загана?» Даже у меня были такие мысли.

И тогда Заган наконец понял.

“«Мои руки… запачканы… касаться ими чьего-то лица -  это слишком…»”

Она совершенно точно убивала магов, будучи церковной убийцей. Её руки, побуждаемые ненавистью, отнимали чужие жизни, и теперь она боялась касаться ими других.

“Ты ведь даже не можешь узнать, как выглядят лица людей, не прикоснувшись к ним, так ведь?”

Даже Заган знал, что слепые могли воспринимать лица других, используя осязание. И всё же эта девушка отказалась от этой возможности из-за чувства вины. Вряд ли было что-то более тревожное, чем общение с людьми, чьи лица оставались для неё полной загадкой.

— …Какая глупая девчонка. Среди тех, кто её окружает, нет никого, кому это было бы важно... — добавила Нефтерос.

Шастиль была той, кто приняла её. Кто мог бы осуждать её за грехи убийцы?

— Согласен, это совершенно глупо. Нет смысла переживать о жизни и смерти совершенно чужих людей.

Заган тоже убил немало людей. Такими уж людьми были колдуны. Даже сейчас Заган убил бы любого, кто встал бы у него на пути, не придав этому значения. Он немного сдерживался, потому что чувствовал, что станет отвратителен Нефи, если будет резать людей направо и налево. К тому же, в последнее время стало удобнее оставлять людей в живых для достижения его целей.

В результате так получилось, что он давно никого не убивал, хотя скорее потому, что те, кого он бил с намерением убить, каким-то образом оставались живы. Именно поэтому Заган мог сказать следующее:

— Однако только кто-то вроде магов, как мы, мог бы полностью игнорировать такое. Куда более невинно переживать из-за этого. По-настоящему глупое переживание.

Нефи удивленно на него посмотрела, а затем прижалась к его плечу.

— Единственный, кто может назвать такие переживания глупыми, - это вы, господин Заган…

“Знаешь, я бы никогда так не подумал до встречи с тобой”

Эти слова застряли у него в горле, так и не вырвавшись наружу. Вместо этого он лишь пожал плечами.

— Однако если мы скажем это Куроке, то эти слова не дойдут до неё. Даже с Рафаэлем не сработало бы.

Единственным, кто мог донести до нее эту мысль, был кто-то, кто провел с ней достаточно времени и разделил ту же боль. И одновременно с этим Заган вдруг осознал, что даже это может быть неверно.

“Нет, возможно, все несколько проще.”

Иногда в этом мире встречаются такие идиоты, которые не считают истину истиной, которые с легкостью отбрасывают рассудок и бескорыстно заботятся о других. Для Нефтерос это была Шастиль. У Куроки наверняка тоже был кто-то, способный сделать для нее то же самое. И словно подтверждая эту мысль, в воздухе раздался голос.

— Дурёха! Я была так счастлива, узнав, что ты жива, понимаешь?! Как ты можешь говорить такие вещи!?

Они не могли понять, о чем говорили две девушки, но Лилит, зарыдав, обняла Куроку. Курока на мгновение растерялась, но вскоре, словно сдавшись, обняла ее в ответ.

— Л-Лилит, пожалуйста, не плачь. Я жива и здорова. Я не считаю, что мне следует умереть... Эй, хватит… Если будешь так плакать, я тоже…

Наблюдая за этим, Заган и остальные слегка отступили.

— Кажется, мы переживали зря.

— Господин Заган, ваша интуиция оказалась верной.

— Как будто я мог такое предположить. Лилит просто взяла и сделала это сама.

— Несмотря на это, братец, ты выглядишь довольным, — заметила Нефтерос с любопытством.

— Замолчи. Идите уже искать еду!

— Ха-ра-шооо.

Нефтерос и Фолл ушли, тихо посмеиваясь.

— Честное слово…

И хотя он так сказал, в душе Заган подумал: “Неужели мне так повезло с подчинёнными?”

Мысль о том, что одни люди могут спасать других, казалась ему наглой и нелепой. Тем не менее, если кому-то кажется, что его спасли, значит, был кто-то, кто действительно это сделал. Подобные случаи - это чистое совпадение, не более чем чудо. Это не то, что можно достичь по желанию. И когда-то, насмехаясь над этим, он услышал от Архидемона Ориас:

“Я верю, что тот, кто знает это, но все равно готов попробовать, и является человеком, способным спасти других.”

Похоже, она тогда не шутила. И все же...

“Хорошо, если Лилит смогла помочь Куроке.”

Оставив позади двух обнимающихся девушек, Заган не смог не улыбнуться.