«…Больше не могу двигаться…»

Облокотившись на ствол дерева, Нефтерос наконец остановилась. Она непрерывно использовала божественное колдовство день за днём, не имела возможности достать даже еду или воду, и уже давно превзошла пределы, которые можно было исцелить с помощью магии.

Она была теперь далеко от того леса, где её обнаружил Бифронс, но так яростно бежала, что и сама не понимала, где и как оказалась. По пути пересекала равнины, города — и не имела ни малейшего представления, где находится сейчас. И вот теперь, в незнакомой местности, её ждало лишь одно: быть настигнутой тем монстром и съеденной заживо.

Небо, на которое она взглянула затуманенным взором, было угнетающе тусклым и покрытым холодными облаками.

«Что ж, это закономерный конец для собственности господина Бифронса, предавшей своего хозяина...»

Она не жалела о том, что сбежала. И всё же… Хотелось, чтобы хоть кто-то… хоть кто-нибудь… был с ней в эти последние мгновения.

— Ха-ха…

Когда она так подумала, почему-то первым в голову ей пришло лицо Нефелии. Что за отвратительная женщина, раз даже в такой момент всплывает в голове.

И всё же…

«Впервые протянула мне руку помощи тоже… она, не так ли?..»

Нефтерос всё ещё ненавидела ту девушку. Узнав «истину», она испытывала к ней почти проклятую злобу. Но всё же…

«Одиночество... оказывается, такое мучительное...»

С Нефелией… Нет, можно ли вообще с уверенностью утверждать, что та девочка была именно Нефелией? Неизвестно. Но это было всего несколько дней назад, когда она провела время с ней, с Заганом и остальными.

Это было совсем недолго. Всего-то три дня. И всё же сейчас ей невыносимо не хватало того времени.

До ушей Нефтерос, чьё сознание начинало затухать, донёсся шорох листвы.

«Неужели… догнали…»

Золотистые глаза устремились в сторону звука — но там стояли не посланные Бифронсом чудовища.

— Эй, разве там не лежит без сознания маг?

Перед ней появилась группа рыцарей, облачённых в серебристые доспехи. В их руках были мечи с выгравированными узорами. Это были святые рыцари церкви. Даже Нефтерос знала, что они считают магов «злом» и живут ради того, чтобы истреблять это зло.

«И в этот последний момент меня убьют святые рыцари...»

Хотя это все же лучше, чем быть растерзанной неразумным монстром. В любом случае, у неё уже не было сил даже злобно взглянуть в ответ. Нефтерос закрыла глаза, будто отдаваясь сну…

— Эй, держись. Вот вода. Сможешь пить?

Почему-то рыцари не стали опускать мечи. Наоборот: они приподняли Нефтерос, как будто пытаясь ей помочь.

— ?.. — не понимая, что происходит, Нефтерос в растерянности смотрела, как ей протягивают флягу.

«Вода!..»

Схватив флягу дрожащими пальцами, Нефтерос жадно припала к ней губами. Холодная вода, попавшая в пересохшее горло, обожгла его жгучей болью.

— Кх… кх…

Из-за того, что не смогла нормально пить, она закашлялась, и вода закапала с её смуглой кожи. Но рыцарь не смеялся над этим жалким видом, а успокаивающе сказал:

— Всё в порядке. Пей спокойно.

Когда боль немного отступила, Нефтерос наконец смогла заговорить:

— Почему… святые рыцари?..

На эти слова рыцарь посмотрел на неё с удивлением:

— Мы просто патрулируем этот лес.

— Я не об этом…

Святые рыцари должны были считать магов своими заклятыми врагами. Похоже, наконец поняв, к чему она клонит, рыцарь с добродушной улыбкой сказал:

— Не знаю, кто ты такая, но… мы не настолько низко пали, чтобы оставить раненую женщину без помощи.

Это были слова, в которые трудно было поверить.

Пока она пребывала в растерянности, заговорил другой рыцарь:

— Она сильно истощена. Давайте сначала доставим её в штаб и окажем помощь, а вопросы зададим потом.

— Согласен. К тому же поступали сообщения о магических зверях.

Магический зверь. Нефтерос сразу поняла, что речь идёт о химере, которая её преследует. Химера шла по следу Нефтерос. Конечно, она уже приближалась к этому лесу.

— Вам... нужно бежать... Она... идёт сюда.

— Не беспокойся. Мы не из тех, кто отступает перед магическими зверями…

Слова рыцаря были внезапно заглушены пронзительным воплем. Из-за деревьев показалось это существо — чудовище с бесчисленными руками и ногами.

— Чёрт, что это за отвратительное создание?!

Целью чудовища была Нефтерос. Прежде чем рыцари успели обнажить мечи, оно взмахнуло своими конечностями, намереваясь раздавить и святого рыцаря, и Нефтерос.

— Ггх!.. — рыцарь вскрикнул, когда его рука хрустнула, словно соломенная палочка.

Но он остался жив. Не успев выхватить меч, он, держа Нефтерос на руках, мгновенно отпрыгнул назад. Сам факт того, что он смог так среагировать, говорил о его боевых навыках. Однако он больше не мог сражаться.

Остальные рыцари обнажили клинки и бросились на чудовище.

— Ричард! Уведи её отсюда! Доберись до штаба и запроси подкрепление!

— Чёрт... Простите. Держитесь!

Рыцарь со сломанной рукой, видимо, понимал, что теперь только обуза. Он подхватил Нефтерос и посадил на своего коня, затем попытался вскочить сам.

«Против химеры, в которую вживлён фрагмент «Бога Демонов», обычные святые рыцари не имеют ни малейшего шанса.»

От силы — несколько минут. Все они будут растерзаны. И всё же… это была неожиданная спасительная рука.

«Если использовать их как щит, можно убежать…»

Даже пара минут — это шанс. Успев восстановить немного сил, можно будет попытаться хотя бы запечатать чудовище, если не уничтожить его.

Так казалось… Но...

— Эй, девушка!

— Уезжайте. Оно... охотится за мной, — выскользнув из рук рыцаря, Нефтерос хлопнула коня по крупу, заставив его рвануть вперёд.

Почему она сама прогнала спасение — Нефтерос и сама не знала. Возможно, это было просто упрямство — не хотела поступать так же, как Бифронс.

«…Но быть убитой такой тварью должна только я».

А значит — она будет сражаться.

Пока Нефтерос спускалась с лошади, один из святых рыцарей уже был повержен. Похоже, он не успел уклониться от удара чудовищной руки. Его тело лежало с раскинутыми руками и ногами, не подавая ни малейших признаков движения.

Вместе с ускакавшим рыцарем и его лошадью, а также сражённым воином, их оставалось четверо. И на этих четверых обрушились конечности чудовища.

— Клык Луны, Селена Кариодос.

Положив руку на землю, она произнесла слова божественного колдовства, и из трещин в земле взметнулись кристальные клинки. Они пронзили конечности чудовища, словно щитом прикрывая рыцарей. Но в тот же миг Нефтерос накрыла волна жгучего головокружения, и она рухнула на колени.

«Пара глотков воды — слишком мало, чтобы восстановиться…»

Она уже не могла подняться, но всё же выкрикнула:

— Вы тоже убегайте! Это чудовище — бессмертно! Его не убить!

Святые рыцари, вероятно, уже осознали всю силу врага. Но вместо того чтобы отступить, они лишь крепче сжали мечи и приготовились к бою.

— Мы не можем этого допустить. Если это существо доберётся до города, сколько жизней будет потеряно? И потом… когда тот, кого мы должны защищать, сам встаёт на бой — мы, святые рыцари, не имеем права бежать!

Это были лица тех, кто уже примирился со своей смертью.

«Почему… я же говорю вам бежать!»

Не имея шансов на победу, рыцари всё равно бросились в бой. Нефтерос попыталась поднять руку, чтобы помочь, но божественное колдовство не отозвалось на её зов. В её теле больше не осталось ни крупицы силы.

Чудовище пронзило грудь одному из рыцарей, и тот пал.

— Бегите…

Другой рыцарь попытался спасти своего товарища, рубя конечность чудовища, но его клинок разлетелся в прах. В момент замешательства, оставшись без оружия, он был раздавлен ногой монстра — кровь брызнула фонтаном.

— Я же сказала — бегите!!!

Наверное, они слышали её крик. Но, несмотря на это, рыцари не дрогнули и продолжили сражение.

— Мы должны продержаться до прибытия подкрепления! Оно обязательно придёт!

Святой рыцарь, который выкрикнул это, был отшвырнут чудовищем, врезался в ствол дерева и больше не шевелился. Один из святых рыцарей, лавируя между руками чудовища, прыгнул ему прямо на голову.

— Уооооо! Умри, чудовище-е-е-е!

Его меч вонзился в голову чудовища, но не смог разрубить её.

— Чёрт... ЧЁРТ ТЕБЯ ПОБЕРИИИИ!!! АААХ!

Чудовище разинуло пасть и откусило рыцарю половину туловища, убив его на месте. Разбросав рыцарей, как щепки, монстр наконец повернулся к Нефтерос.

Её голос был сорван от крика, она уже не могла даже прошептать слова божественного языка. В последней попытке сопротивления она лишь уставилась на чудовище, когда то занесло свою чудовищную конечность для удара.

— Уклоняйся!

Это крикнул тот самый рыцарь, который, казалось, был повержен первым. Видимо, его раны позволяли ещё двигаться — он резко толкнул Нефтерос в сторону. И в тот самый момент, когда она упала в сторону, в том месте, где она только что сидела, брызнула кровь.

Она даже не успела разглядеть лицо рыцаря, который только что спас ей жизнь.

— Почему…

Если бы он просто продолжал притворяться мёртвым, он хотя бы сейчас остался бы жив. Он мог выжить — так зачем же пошёл на верную смерть? Незаметно для неё самой по щекам Нефтерос потекли слёзы.

«Убей только меня… разве этого недостаточно…»

Почему же тогда убивают даже тех святых рыцарей, которые просто помогли ей? Почему смерть человека, чьего имени она даже не знает, причиняет такую боль?

— Сколько… ещё всё это… будет продолжаться…?

Она уже устала.

Ей было всё равно, если она умрёт.

Хотя она вроде бы уже смирилась с этим… но теперь её переполняла горечь.

Божественное колдовство больше не работало. Да и обычная магия тоже. В ней не осталось сил.

Но даже не понимая собственных эмоций, Нефтерос закричала:

— Я не позволю такому, как ты, убить себя, идиот!!!

Её крик гулко разнёсся по лесу. Чудовище открыло свою огромную пасть, чтобы сожрать Нефтерос. И в этот момент — его лицо было разорвано светом.

— Э?.. — Нефтерос прошептала в оцепенении, когда чьи-то руки мягко, но крепко обняли её.

— …Прости, что опоздала.

Это был голос, который она уже слышала раньше. Голос, что был ей знаком, — и тем обиднее было признавать, насколько надёжным он сейчас звучал.

— За павших товарищей! Святой рыцарь Шастиль Лилквитс — сражаюсь во имя правосудия!

Нефтерос, до этого блуждавшая в панике, не зная, куда бежать, каким-то образом оказалась на территории Кианоидеса — владениях «Владыки Демонов» Загана.

Как настоящий герой из сказки, эта девушка встала перед Нефтерос. Хотя она и должна была быть совершенно ненадёжной, Нефтерос почувствовала в ней спасение.

◇

Почему Нефтерос, исчезнувшая в тайной деревне эльфов, оказалась здесь? Почему она, вторая по силе после «Владыки демона», была доведена до такого состояния?

Шастиль хотелось спросить так много, но первым делом она просто обняла Нефтерос.

«Никогда не думала, что эта девочка будет плакать вот так...»

Она ощутила сильное желание защитить её. После этого Шастиль быстро осмотрела окрестности и прикусила губу. Они находились в лесу на окраине Кианоидеса.

Не тот Лес Затерянных, где стоял замок Загана, а обычный, где не водились опасные твари вроде магических зверей. Обычно здесь ходили торговцы и путешественники, и лишь изредка появлялись бандиты: именно поэтому святые рыцари Церкви патрулировали эти места.

И вот во время такого патруля они столкнулись с чудовищем. Из шести человек, составлявших отряд, все, кроме одного, отправившегося за подкреплением, были повержены. Почти все из них — очевидно с первого взгляда — мертвы.

А их убийца...

Это был не магический зверь, а скорее продукт алхимии, химера.

Оно носило рваную мантию, но его размеры — намного превосходили не только Шастиль, но и самых рослых рыцарей. Из-под мантии беспорядочно торчали множество конечностей — но это были не паукообразные лапы, а явно человеческие руки и ноги.

От одного вида тошнило. Но ещё сильнее, чем отвращение, Шастиль охватила ярость, от которой кровь закипала в жилах.

Шастиль обратилась к сопровождавшим её святым рыцарям:

— Ричард, позаботься о ней. Три Рыцаря Синего Неба — за мной! Мы покончим с этим чудовищем!

— Так точно!

Она уже собиралась броситься вперёд, как вдруг Нефтерос резко вскрикнула:

— Шастиль, берегись!

Подняв голову, она увидела — голова чудовища, которая, казалось, была разрублена надвое, уже восстановилась, и в ней копился свет.

— Оно собирается атаковать!

Рефлекторно она хотела уклониться, но вспомнила: позади стоит Нефтерос. Если Шастиль увернётся, та погибнет.

— Тогда... я разрублю это здесь и сейчас!

К тому моменту, как она приняла решение, её священный меч уже был обнажён.

— Сияй — Священный меч «Азраил»!

По её зову меч озарился светом. В тот же миг от головы чудовища вырвался луч магической энергии.

Как Рафаэль с помощью «Метатрона» управляет пламенем, так и сила «Азраил» заключалась в свете. Свет меча принял атаку чудовища прямо в лоб и разрезал её надвое. Когда, наконец, душащий жар луча рассеялся, следом подул прохладный ветерок.

«Азраил» разрубил даже само пламя.

Чудовище, похоже, осознало угрозу священного меча — оно опустило несколько конечностей на землю, пригнулось, а затем мощно отпрыгнуло назад. Массивное тело весом в несколько сотен килограммов легко взмыло в воздух.

— Такая ловкость... Сложный противник.

Хотя его тело и выглядело как у чудовища, с такими тонкими конечностями оно не могло бы выдерживать собственный вес. Видимо, оно удерживает форму с помощью магии или чего-то подобного. А значит, оно может использовать магию. Если оно возьмёт дистанцию, это будет плохо.

Хладнокровно оценив ситуацию, Шастиль отдала приказ:

— Три рыцаря, уменьшите количество его ног!

— Принято!

Чудовище подняло одну из конечностей, намереваясь раздавить его. Движение казалось неуклюжим, но в нём чувствовалась разрушительная сила, сравнимая с ударом Загана.

— Смешно!

Райан принял удар прямо на щит, затем развернул запястье и отвёл его в сторону. Он парировал снова. Удар прошёл впустую, и чудовище на мгновение потеряло равновесие. Тут же Райан обрушил на него весь вес своего щита. От удара «щитовым тараном» массивное тело чудовища сильно накренилось.

— Сейчас! Вперёд, Торрес, Альфред!

— Есть!

За спиной Райана уже мчались Торрес с копьём и Альфред с длинным мечом. Не упустив момент, они принялись отсекать конечности чудовища. Не прошло и десяти секунд с команды Шастиль, как чудовище лишилось подвижности, пригвождённое к земле.

Если не считать... ну, многократных «воспитательных» пинков Загана, в обычном бою они справлялись с таким без труда. Просто Заган был слишком силён.

— Отлично сработано! Добьём его — «Азраил»! — Шастиль вновь сосредоточила свет в своём Священном мече и рванулась вперёд.

Прямым ударом она рассекла морду чудовища, обратным — разрубила туловище. Но комбинация на этом не закончилась: следующий удар отсек голову, затем лезвие пронзило от плеча к туловищу, от туловища к ногам, и наконец — ещё один удар по уже искалеченному телу.

Обычный человек увидел бы лишь мелькание света. За одно мгновение Шастиль нанесла более десяти ударов.

— Получилось! — воскликнул в восторге один из рыцарей.

Но на лице Шастиль не было и тени победы.

«...Что это за ощущение?»

Будто она вообще не наносила ударов. Слишком острый клинок иногда создавал чувство, будто режешь воду. Но сейчас не было даже этого.

Поэтому Шастиль крикнула:

— Ещё рано! Не расслабляться!

И в тот же миг из тела чудовища вырвались новые конечности. С хрустом ломая собственные суставы, они атаковали не только Шастиль, но и трёх рыцарей, которые должны были находиться вне досягаемости.

— Грх!..

— Что за?!.

Благодаря предупреждению Шастиль, рыцари смогли отразить атаку. Но Шастиль, находившаяся в непосредственной близости, не смогла уклониться.

— Кх!...

Она вновь выпустила сверкающий мечом свет, но едва рассекла одну конечность, как тут же появилась следующая.

«Не успеваю отражать!..»

Атаки, превосходящие по количеству даже Шастиль, считавшуюся быстрейшей среди двенадцати командиров Святых Рыцарей. И вот одна из неотражённых рук чудовища нацелилась в незащищённый живот Шастиль.

«Попалась!»

Она напряглась, готовясь к удару, но в этот момент...

— Клык Луны… Селена Кариодос…

Едва слышный голос. Но в ответ на него Священный меч засиял ослепительным светом. Из его острия вырвался поток кристаллов цвета радуги, рассыпавшихся, будто выстрелы.

«…Что это за сила?»

Это была не сила Священного меча. Под градом кристаллов конечность чудовища, уже схватившая Шастиль, раскололась на куски.

— ГРЯАААААААААА! — издало душераздирающий вопль чудовище.

Затем, в ужасе отпрянув от Шастиль, оно с отвратительным шуршанием скрылось в глубине леса. Убедившись, что присутствие чудовища полностью исчезло, Шастиль наконец опустила меч.

— Убежало… Нет, скорее, отпустило нас?

Она обернулась к Нефтерос.

«Это… она меня спасла?..»

Выстрел радужных кристаллов, исходивший из Священного меча, был очень похож на божественное колдовство, в котором специализировалась Нефтерос. Однако у неё не было возможности спросить.

— Нефтерос!

Темнокожая эльфийка уже потеряла сознание и лежала на земле. В панике Шастиль подхватила её на руки, её лицо напряглось.

— Сильный жар... Истощена до предела. Нужно срочно оказать помощь...

Нефтерос тяжело дышала, уже практически теряя сознание.

«Не могу поверить, что её довели до такого состояния…»

Насколько знала Шастиль, если не считать таких, как Заган, носивших титул «Владыки Демонов», не существовало мага, равного по силе Нефтерос. Она гордилась магической силой высшего эльфа, владела божественным колдовством и высшей магией, и была беспощадной. В чистой боевой мощи, возможно, даже превосходила Нефи.

Шастиль обратилась к святым рыцарям:

— Трое рыцарей — выследите химеру… И окажите помощь выжившим.

К сожалению, на сбор погибших рук не хватало. Но даже без приказа три рыцаря уже начали оказывать помощь раненым. Рыцари с большим щитом — Райан и Альфред с длинным мечом — поднялись.

— Мы с Райаном пойдём по следу чудовища!

Голоса звучали бодро, но их лица были мрачными. Торрес, перевязывавший раненых, тревожно пробормотал:

— Пропавший вчера новенький и это чудовище… Не связаны ли они?

Да. Жрец, который должен был прибыть вчера, так и не появился. Они уже запросили информацию у штаба Церкви, но ответа пока не было. А чтобы добраться от той церкви до Кианоидеса, нужно было пройти именно этой дорогой.

«Не хочется думать, что его атаковало это чудовище...»

Но уже слишком много святых рыцарей погибло. Она не хотела верить, что жертв ещё больше.

Проводив взглядом Альфреда и других, отправившихся по следу чудовища, Шастиль обратилась к тени у своих ног:

— Барбарос, ты ведь здесь?

В ответ тень у её ног зашевелилась. Затем раздался недовольный голос:

— А? Чего надо?

— Свяжись с Заганом. Это была химера. Не знаю, кто её создал, но без мага тут не обошлось.

Попросив об этом, она увидела, как из тени выплыло угрюмое лицо. Под глазами — тёмные круги, и уж точно не лицо доброго человека. Тем не менее, это был маг, когда-то считавшийся кандидатом в «Владыки Демонов», а теперь почему-то исполнявший роль телохранителя Шастиль.

Барбарос недовольно уставился на неё:

— Эй, ты. Мне Заган сказал присматривать за тобой, но я тебе ничего не должен, поняла?

Что ж, таковы уж маги. Он защищал Шастиль только по приказу Загана и за вознаграждение. Без личной выгоды выполнять её просьбы он не собирался.

— Но я всё равно прошу. Кажется, здесь каждая минута на счету. Если я смогу что-то для тебя сделать — я сделаю. Поэтому, пожалуйста.

Шастиль склонила голову, и Барбарос округлил глаза. Затем он цыкнул.

— Тьфу, не нравишься ты мне… Но, пожалуй, создать долг перед Церковью — не самая плохая идея.

— Спасибо. Я в долгу.

Несмотря на ситуацию, Шастиль улыбнулась и поблагодарила его, и Барбарос снова удивлённо расширил глаза. Затем отвернулся и снова цыкнул.

— …Всё равно не нравишься.

— ?.. Я что-то не то сказала?

Барбарос лишь скривился и ничего не ответил. Вместо этого он перевёл взгляд на потерявшую сознание Нефтерос.

— Ну и? Передать только про химеру?

— Да. И сообщи Загану о Нефтерос. Думаю, под его защитой ей будет безопаснее, но там ещё Нефи… Пока лучше просто доложить.

В эльфийской деревне они, казалось, ладили, но тогда Нефи была превращена проклятием в ребёнка. Сейчас неизвестно, как обстоят дела.

— Она и так изранена — вести её туда, где добавится стресса, не лучшая идея.

Барбарос, похоже, понял намёк и пожал плечами.

— Ладно-ладно, ща сгоняю… Ай!

Когда Барбарос попытался скрыться в тени, тонкие пальцы вцепились в его волосы.

— По…годи… Ему… не говори…

— Нефтерос?

Тёмная эльфийка, неизвестно когда пришедшая в себя, бормотала, словно в бреду.

— Но…

— Прошу… Не хочу… чтобы она… Нефелия… видела меня…

— Отпусти ты, чёрт тебя побери!

— Да отпусти ты уже!

После недавних событий казалось, что они с Нефи стали ближе, но, видимо, между ними всё ещё оставалась глубокая неприязнь. Шастиль с сожалением посмотрела на ругающегося Барбароса.

— Ладно. Барбарос, передай Загану только про химеру. …Нефтерос, отпусти его уже, пожалуйста?

Но Нефтерос, всё ещё сжимая волосы Барбароса, снова потеряла сознание, и на освобождение ушло ещё полчаса. В этот момент Шастиль… нет, даже сама Нефтерос не знала: у неё уже не осталось сил, чтобы использовать божественное колдовство, даже ценой собственной жизни.

◇

В то же время.

Не ведая о происшествии на окраине города, Заган вышел в Кианоидес. Без Нефи и Фолл, что редкость — совсем один.

— …Хм? Что-то случилось?

Кианоидес — город святых рыцарей. Видеть, как они спорят с хулиганами, — обычное дело. Но сегодня почему-то группы рыцарей с напряжёнными лицами скакали на лошадях туда-сюда. Заган был не единственным, кто почувствовал неладное — жители тоже тревожно наблюдали. Слухи ещё не распространились, но тяжёлая атмосфера, словно капля чернил в чистой воде, уже витала в воздухе.

«Это напоминает тот день, когда я встретил Нефи…»

Тогда он приехал в город на аукцион с Барбаросом. А в городе как раз происходили похищения девочек, и все были на взводе. Кстати, Загана тоже приняли за подозреваемого и даже пытались убить на месте.

Тогда он с Барбаросом пришёл на аукцион, но в городе происходили похищения девушек, и настроение было мрачным. Кстати, самого Загана даже подозревали, из-за чего на него сыпались взгляды, полные ненависти.

Но сейчас, в отличие от тогда, незаслуженной вражды к нему не было.

Да и одежда горожан изменилась. Четыре месяца назад многие носили лёгкую одежду с открытыми руками, но теперь все кутались в тёплые пальто, мягкие шарфы и перчатки. Скоро здесь начнутся снегопады.

Заган тоже почувствовал холод и с помощью магии повысил температуру тела. Если станет ещё холоднее, придётся окружить себя магическим пламенем или духами, чтобы согреться. Может, проще было бы обзавестись тёплой одеждой, как горожане, но магии хватало, и так он переживал каждую зиму.

«Фолл, наверное, в порядке… Но, пожалуй, стоит научить Нефи защите от холода».

Однако даже защита от мороза не развеяла тревожную атмосферу. Сейчас город и церковь святых рыцарей возглавляет Шастиль.

— …Ну, если что-то выйдет из-под контроля — она скажет.

Он оставил с ней Барбароса. В крайнем случае, он спасёт ей жизнь, да и Шастиль не настолько беспомощна, чтобы бездействовать до последнего.

...Хотя в личной жизни это правило не всегда работает.

«Пожалуй, пока я займусь тем, что должен».

Причина, по которой Заган пришёл в этот город, была проста и ясна:

— Итак, свидание, как я понял, предполагает прогулку по городу. Но где именно стоит гулять, чтобы было интересно?

Он проводил так называемую разведку для свидания. Благодаря книжке с картинками, которую принесла Фолл, он узнал, что влюблённые пары обычно ходят на свидания. Но для него это было совершенно новым понятием.

Нефи тоже не разбиралась в таких вещах. Значит, Загану пришлось бы самому во всём разобраться. Однако тут же он столкнулся с первой проблемой.

«Чёрт, из магазинов я знаю только лавку Мануэлы!»

Заган не разбирался в одежде и всегда полагался на одну и ту же продавщицу. Но она сразу норовила нарядить Нефи как куклу. Стоит ли заходить в такие магазины на свидании — большой вопрос.

Пока что он решил понаблюдать, в какие лавки заходят другие парочки. Правда, когда те замечали, что он на них смотрит, пугались и вздрагивали. Похоже, многие покупали фрукты в уличных палатках и ели их на ходу. Так что Заган тоже купил сочное яблоко.

«Пожалуй, прогуляться с Нефи, перекусывая яблоком, — неплохая идея».

Размышляя об этом, он уже собирался идти дальше, как вдруг заметил нечто странное.

— ...Кажется, там что-то происходит?

Хотя это был оживлённый торговый район, и шум в нём был делом обычным, особенно после каких-то происшествий, среди всего гама он уловил звуки ссоры.

Оглядевшись, он не увидел никакой явной драки. Более того, прохожие, похоже, вообще не замечали перепалки. Видимо, это магически усиленный слух уловил то, что обычный человек бы не услышал. Заган остановился и сосредоточился на голосах.

— Как ты посмела сбежать! — Довольно проблем от тебя! — Ты вообще понимаешь, что делаешь?— Быстро тащи её! — Она дорого стоит!

Один голос принадлежал грубому мужчине, угрожавшему собеседнику. Другой — молодой девушке, дрожащей, но отчаянно пытающейся что-то объяснить. Судя по обрывкам фраз, это, видимо, работорговец, у которого возникли проблемы с «товаром».

«Что же делать...»

Поскольку это, похоже, не касалось святых рыцарей, Заган задумался. Дело в том, что работорговля — легальный бизнес, и освобождение раба не всегда означает спасение.

Во-первых, покупка раба требует денег. А раз требуются деньги, продавец заинтересован в том, чтобы товар был в хорошем состоянии: рабам обеспечивают еду, одежду и здоровье. До продажи их жизни в безопасности, а покупатели, заплатившие большие деньги, не станут просто так избавляться от них.

Хороший пример — сама Нефи.

Конечно, она не сопротивлялась, но её кормили, одевали и содержали в чистоте. Несмотря на её красоту, никто не смел осквернить её тело. Безусловно, никаких прав у неё не было, и в каком-то смысле это всё равно было угнетением. Да и продавцы с покупателями — отбросы.

Но она оставалась жива.

В этом мире людей убивают по куда более глупым причинам. Некоторые дети, возможно, даже рады, что их продали, а не убили, чтобы «не кормить лишний рот». Если бы работорговля исчезла, рабы обрели бы свободу и достоинство. Но многие из них просто умерли бы без неё.

Заган не был уверен, стоит ли оправдывать рабство, но он, маг, не имел права осуждать его. Ведь он сам занимался магией, грабежами и убийствами ради выживания.

«Хотя... если бы похитили Нефи или Фолла, я бы убил похитителя».

Не то чтобы в нём проснулась справедливость, но его это задело. Заган свернул в сторону, откуда доносились голоса.

Похоже, спор шёл в переулке.

В одном шаге от оживлённых улиц тянулись тихие, безлюдные улочки. В своё время Заган и сам жил в таких местах, так что атмосфера была ему знакома. Вскоре он нашёёл источник шума.

— Я ни за что вам её не отдам!

— …хх… хх…

Две девочки-зверолюди сжались в углу. Видимо, сёстры.

Перед ними стояли четверо мужчин с головами собак — кобольды. Один из них держался за руку — видимо, получил ранение и был раздражён. Один из кобольдов вытащил нож:

— Эй, стерва, не зарывайся!

— Успокойся. Она редкая. Если повредишь — продадим дешевле.

— Но она же меня укусила!

Один из кобольдов, судя по всему, укушенный за руку, закричал в ярости, а другие пытались его успокоить. бедные девочки дрожали, но, судя по всему, старшая заслонила младшую собой, словно щитом.

Если бы они просто дрожали, не пытаясь сопротивляться, Заган, скорее всего, прошёл бы мимо. Но старшая вонзила свои жалкие клыки в нападающего, защищая сестру. Его это тронуло — по крайней мере, настолько, чтобы захотеть помочь.

«...Ээ? А как вообще в таких случаях нужно вмешиваться?»

Заган даже не решил, стоит ли помогать, и теперь не понимал, как именно это сделать. Раздумывая, он наблюдал, как кобольды лают, и откусил кусок от купленного ранее яблока.

«Эти парни, если уж собираются напасть, могли бы побыстрее...»

Если бы они начали действовать, вмешаться было бы естественнее. Однако в криках кобольдов звук хруста яблока прозвучал неестественно громко.

— Э… Кто ты такой?..

Кобольды наконец заметили Загана, и их лица мгновенно застыли. Видимо, даже работорговцы знали, как он выглядит. Заган, словно зритель, наблюдающий за скучным спектаклем, спокойно откусил ещё кусок яблока и произнёс:

— Что такое? Продолжайте.

Он не старался специально, но его голос прозвучал ниже и опаснее, чем обычно.

Кобольды побледнели и затряслись. Хотя их морды были покрыты шерстью, «побледнели» — не преувеличение.

У одного коричневая шерсть побелела, будто лишившись пигмента. У другого шерсть посыпалась клочьями. Остальные облились потом, и их пушистая шерсть прилипла к коже, словно промокла под ливнем. Дрожа, как в лихорадке, кобольды начали умолять о пощаде:

— И-и-и... я не хочу умирать!

— П-пожалуйста, пощадите!

«…Эээ… У меня что, действительно такое жуткое лицо?»

Конечно, он не считал свою внешность особенно дружелюбной, но настолько панически бояться… это даже немного обидно. Да и вообще, пусть не смеют говорить «не хочу умирать» те, кто сам торгует людьми, как товарами. Раз уж вы подонки — так умирайте с достоинством.

В любом случае, Заган вновь понял, что всё же не стоит лезть в непривычные для себя ситуации. Он устало дёрнул подбородком:

— Если не продолжаете — проваливайте. Мешаете.

— С-сейчас же!

Кобольды швырнули нож и бросились наутёк. Оставшиеся сёстры смотрели на Загана растерянно.

«...Хм? Так они не сёстры?»

Присмотревшись, он понял: «старшая» — кошачий зверочеловек с ушами и хвостом кошки, а младшая — лисий зверочеловек с большими лисьими ушами и хвостом.

Увидев лицо Загана, лисья девочка дрогнула. Ну а что — если вооружённые кобольды сразу же стали молить о пощаде, её реакция понятна. Зато кошачья девочка, казалось, расслабилась и выдохнула:

— Э-эм... спасибо. Вы ведь нас спасли, да? — уточнила она с робкой улыбкой.

Её чёрные волосы были аккуратно подстрижены по шею, а над ними торчали треугольные уши. Покрытые мягкой чёрной шерстью, с более светлым мехом внутри, они дрожали — видимо, страх ещё не прошёл.

Одежда, испачканная после поимки работорговцами, была красного и чёрного цветов, с развевающимися рукавами и подолом. Возможно, это национальный костюм, но он не похож на то, что носит Фолл. Несмотря на кошачью кровь, её кожа и форма пальцев были человеческими.

«Бесстрашная девчонка...»

Но он тут же понял, что ошибся.

«...Она что, слепая?»

Её красные глаза были с полностью расширенными зрачками, в которых ничего не отражалось. Видимо, поэтому она и не испугалась его. А вот лисья девочка прижалась к кошачьей, бледная от страха.

Заган пожал плечами:

— Ошибаешься. Я просто проходил мимо. Не имею к этому отношения.

Пусть у него и было смутное желание помочь, но работорговцы сбежали сами, без его вмешательства. Приписывать себе спасение было бы странно.

Ему здесь больше нечего было делать.

Он уже собрался уходить, но взгляд упал на ноги девочек. На их лодыжках были железные кандалы. Цепи перебиты — видимо, так они и сбежали. Однако было очевидно, что если они просто выйдут в город в таком виде, то снова станут мишенью для подобных ублюдков.

«….Всё равно останется неприятный осадок., если я их так брошу».

Нехотя Заган остановился перед девушками и сунул недоеденное яблоко лисе.

— Держи.

Та, видимо решив, что её убьют за неповиновение, послушно взяла его. Освободив руки, Заган грубой силой разорвал кандалы на их ногах. Девушки уставились на него в ошеломлении.

—…Ну, бывайте.

Делать что-то ещё для случайных прохожих было бы уже слишком. Он собрался уйти, выхватив яблоко обратно у младшей, но кошачья девушка вскрикнула:

— Эй, подождите... А-а-ай!

Несмотря на снятые кандалы, она шлёпнулась лицом в землю. Поднявшись со слезящимися глазами, она начала шарить руками, что-то ища.

— Э-э? Куда же оно делось?

Заган наклонил голову и заметил длинную палку, лежащую поодаль.

«А, трость».

Он слышал, что слепые используют трости, чтобы ориентироваться. Младшая девушка слишком испугалась, чтобы заметить её. Заган поднял трость.

«...Хм? Странно тяжёлая».

Она казалась слишком тяжёлой для хрупкой слепой кошачьей девушки. К тому же, довольно длинная — почти как посох странствующего монаха. Он быстро понял, что это на самом деле, но молча протянул ей трость.

— Держи.

— Ах, спасибо большое! — неожиданно бодро воскликнув, она взяла её.

И когда она поклонилась, Заган увидел кое-что. Помимо кошачьих ушей, у неё были и человеческие.

«Четыре уха, значит».

Такое бывает у гибридов людей и зверолюдей или у тех, кого прокляли. Редкая мутация, ценная для магов. Приглядевшись, он заметил, что её хвост тоже раздваивался. Довольно необычная черта. Видимо, из-за этого на неё и охотились.

— Меня зовут Курока!

Услышав имя, Заган взглянул на её волосы. Чёрные, как смоль, с торчащими кошачьими ушами. Наверное, имя отсылало к ним.

«…А, я же сам не представился».

Он уже собирался назвать своё имя, когда...

— Как же мне отблагодарить за... А-а-ай?!

Пока она кланялась, сверху обрушился поток воды. Оказалось, кто-то из окна второго этажа выплеснул воду из вазы. Заган заметил, как та исчезает в окне. Струйки грязной воды стекали с головы Куроки, а сама она дрожала.

«Впервые вижу настолько неудачливого человека...»

Шастиль тоже была бестолковой, но эта девушка будто магнитом притягивала неприятности. Лисья девушка закрыла лицо, не в силах смотреть.

«У меня и без этого дел хватает...»

Заган не выдержал и неохотно произнёс:

— ...Пойдёмте со мной.

◇

— Уф-фу-фууу! Отлично! Просто потрясающий материал!

С безумным восторгом прижималась щекой к Куроке старшая продавщица из знакомого магазина одежды — Мануэла. Взмахивая изумрудными крыльями за спиной, она едва сдерживала волнение, бросая взгляд на Загана.

— Её можно наряжать, как я захочу, да?!

— Э-э? Что значит "как захочу"? Где мы?!

Похоже, слепая Курока не поняла, куда её привели, и, не в силах определить, что за заведение перед ней, испуганно вскрикнула.

«…Может, стоило объяснить, что это магазин одежды?.. Хотя лень…»

Заган не был настолько добрым, чтобы проявлять особую заботу к кому-либо, кроме Нефи или Фолл. В итоге он просто молча наблюдал.

— Уф-фу! Не волнуйся, доверься старшей сестрёнке — я обо всём позабочусь.

Хотя Заган начал чувствовать себя немного виноватым, он всё же подумал, что позволить ей разгуливать по улицам насквозь мокрой — это было бы ещё печальнее. Он лениво кивнул:

— Надень на неё что-нибудь приличное, чтобы не стыдно было на улицу выйти. Остальное — на твой вкус.

— Уха-а! Никогда не видела тебя таким щедрым! Обычно ты злишься, если я хоть что-то сделаю по своей воле!

— Я её просто на улице подобрал. Мы впервые встретились. У меня нет причин так уж о ней заботиться.

Хотя он и сам удивлялся, что тратит силы на подбор одежды для совершенно незнакомой ему девчонки, Заган сказал это холодным тоном. Курока побледнела, как будто её только что бросили. Зато Мануэла сияла от радости.

— Раз такое дело, сделаю скидку! Только приводи ко мне ещё таких милых девочек!

Сказав это Мануэла потащила Куроку в примерочную, даже не дождавшись её ответа. Изнутри донёсся отчаянный крик:

— Няаааааа!

От такого зрелища девочка лиса начала дрожать, скрежеща зубами.

Если приглядеться, можно понять, что она вовсе не так уж и мала — скорее всего, это её раса отличается небольшим ростом. Черты лица — да, скорее по-детски миловидные, но тело уже имело женственные очертания. По крайней мере, развитие у неё было получше, чем у той же Шастиль.

Хотя сейчас её миленькое личико было перекошено страхом.

Ну, не удивительно: её привёл в дорогой магазин мужчина с такой зловещей внешностью, что даже работорговцы бросались в бегство. Логично предположить, что её снова хотят продать. Заган не собирался её пугать, поэтому снова сунул ей надкушенное яблоко.

— Ешь... Мне просто стало жалко, вот и решил дать вам одежду. Как переоденешься — можешь идти, куда захочешь.

Дальше помогать он не планировал. Услышав это, лисья девочка наконец заговорила::

— Э-эм… Меня зовут Ку. А вы… дядя, вы ведь господин… Заган, да?

«Дядя?..»

Заган, которому всё ещё не исполнилось и двадцати, немного приуныл. Хотя даже такая малышка знала его имя.

— Ну, да, меня так зовут.

— Я думала, вы… страшнее…

— Если имеешь в виду "злой" — то не ошиблась.

Лисья девочка — Ку — наконец улыбнулась.

— Я знаю, что по-настоящему плохие люди всегда называют себя хорошими. Те кобольды… они так и говорили.

— Тогда в следующий раз не попадайся.

— Угу!

Пока они болтали, вернулась Мануэла:

— Уф-хахах! Ну как, господин Заган?

Курока, которую она вытащила, была практически в нижнем белье.

Пупок был полностью открыт, грудь и шея прикрыты слегка эластичной, полупрозрачной тканью, но она была слишком мала, так что нижняя часть груди выглядывала наружу. На бёдрах — похожие на ниточки шортики, едва ли не сваливающиеся, и накидка на бёдра, почти полностью прозрачная, сквозь которую были прекрасно видны бёдра.

Видимо, из-за худощавого телосложения в одежде она казалась стройнее, чем была — на самом деле у неё вполне женственные формы.

«Интересно… Нефи тоже бы так… Нет, это никуда не годится».

Чуть-чуть было любопытно взглянуть, но даже в стенах замка нельзя позволить носить такую одежду. Заган взглянул на неё вскользь, как будто и не заинтересовался.

— Играйся сколько хочешь, но нормальную одежду тоже подбери.

— Всё будет в порядке! В конце концов я её полностью приодену, честно!

— В к-конце концов — это как? Что на мне сейчас надето?!

— Ну-ну, тогда давай следующий комплект!

— Иняааааа?!

Поиграв с ней около получаса, Мануэла, в конце концов, подобрала одежду, напоминавшую родной костюм Куроки.

— Аааа… У девочек из Рюкаона такая упругая кожа, просто прелесть…

— …Угх…

Мануэла довольно выдохнула, а Курока была на грани слёз. Так или иначе, раз Мануэла удовлетворилась своей игрой, Заган поднялся на ноги.

— Благодарю. Сколько с меня?

— Хмм, ну… вот столько.

Сумма, которую показала Мануэла (пальцами, без слов), была меньше рыночной цены вдвое. Очевидно, она сделала это специально, чтобы девочки не чувствовали себя обязанными.

— …Так мало?

— Ну, я ведь вдоволь поразвлеклась. Если совсем не скину — вы же ко мне больше не придёте, да? А настоящие торговцы не занимаются убыточными делами.

Смотря на состояние Куроки, не было уверенности, что это не убыток, но… После того как Заган расплатился, Курока наконец-то пришла в себя, потрогала свою одежду и проверила, как она выглядит.

— Эм, но ведь мне подобрали одежду, да? Я хотя бы заплачу за это!

— …Но у тебя ведь совсем нет денег?

— Ээ…?

Её ведь схватили работорговцы — не может быть, чтобы с неё ничего не сняли. Хоть одежду ей и выдали, но кроме посоха у неё ничего не осталось, это было очевидно с первого взгляда. Курока побледнела и закрыла лицо руками.

— Ааааа! Ч-что мне делать?! Мне же надо на службу, а рекомендательного письма больше нету-у-у!

— На службу?..

Наверное, она имела в виду работу. Хотя, где именно она работает, он не знал — и само выражение «служба» звучало необычно. Видимо, она иностранка, возможно, использует какой-то диалект.

Когда он склонил голову в задумчивости, Курока с удручённым видом пробормотала:

— А-а… Я пришла в этот город по работе. Но… я потеряла рекомендательное письмо… и к тому же уже один день как прогуляла без предупреждения… Аууу, что же делать…

Похоже, с тех пор как этих девочек схватили, уже прошла целая ночь. О том, как они связаны, Заган тоже не спрашивал, но, видимо, они просто сбежали вместе из плена. Кстати, он даже не спрашивал, каковы их отношения, но, судя по всему, раз их поймали одни и те же люди, то они просто вместе сбежали.

— С-сестрёнка, всё будет хорошо, честно… — попыталась утешить Куроку Ку, но та лишь бессильно осела на землю.

Даже Мануэле стало тяжело на это смотреть, и она наконец заговорила:

— Я не знаю всех обстоятельств, но для начала попробуйте попросить убежища в церкви. С тех пор, как Шастиль стала главой, пожертвования стали куда скромнее. А если ты попала в какую-то неприятную историю, они наверняка помогут тебе доказать свою невиновность.

Её слова напомнили Загану, что Шастиль действительно занимает пост епископа. Церковь в этом мире исполняет и роль прибежища для тех, кого преследуют маги или разбойники. Поэтому люди и платят такие большие пожертвования, хоть и ворчат.

Но вот Курока, услышав про церковь, лишь с ещё более мрачным лицом опустила плечи.

— Я ведь должна была работать именно в этой церкви… Но теперь вот так всё вышло… Мне стыдно показываться перед епископом…

«Хм, — подумал Заган.— …Так значит, святые рыцари, что носились по городу, искали вот эту?»

На важную фигуру она совсем не похожа, но зная характер Шастиль, можно было предположить, что даже если пропадёт обычная монахиня, она начнёт масштабные поиски.

— …Да вообще-то, я хотел бы поскорее закончить свои дела и вернуться в замок.

Наверное, Нефи с остальными уже заняты приготовлением ужина. Он уже и момент для приглашения на свидание упустил. Раздражённо, Заган схватил Куроку за шкирку и поднял её в воздух.

— Иииик?!

Проигнорировав её вскрик, Заган повернулся к Ку:

— Отведу её в церковь. А ты что будешь делать?

— Э-э… — замялась та.

— …Есть куда вернуться?

Девочка-лисица молча покачала головой.

— Тогда идём со мной. Церковь хотя бы даст тебе крышу над головой.

С этими словами он зашагал вперёд, и Ку в панике поспешила за ним.

— Спасибо, что заглянули! В следующий раз обязательно приводите с собой Нефи и Фолл! — напутствовала их Мануэла, а девочкам от её слов оставалось только вздрогнуть.

◇

— Э-э… Я сама могу идти, пожалуйста, отпустите меня! — взмолилась Курока, которую буквально несли за шкирку, как кошку. Кстати, посох ей позволили нести самой.

Но Заган холодно ответил:

— Я занят. Не могу вечно с вами возиться.

Если уж так, то проще было бы бросить их и всё. Но по какой-то причине эта мысль ему даже не пришла в голову. Он тут заметил, что Ку больше не может идти в ногу.

Ну, шаг у взрослого и у ребёнка, разумеется, разный. Остановившись, Заган без лишних слов подхватил Ку другой рукой. Та ничего не сказала, только с удивлением посмотрела на него снизу вверх. Почувствовав это настроение, Курока как-то по-доброму, с теплотой в голосе, пробормотала:

— Вы… вы добрый.

— Тебе показалось.

— Хе-хе… Чем-то вы напоминаете моего отца.

— Значит, мне жаль твоего отца.

Если он похож на Загана, то вряд ли был хорошим человеком. Но выражение её лица не говорило о плохих воспоминаниях.

— Я хочу как-то отплатить вам.

— Не надо.

— Ну пожа-а-а-луйста!

Не понимая, чего она так упрашивает, Заган нахмурился.

«Ладно… Она же девушка, в конце концов».

Может, она знает то, чего не понимает мужчина.

— Тогда ответь. Что делает девушек счастливыми?

Курока и Ку остолбенели.

— Э-э… это про вашу… девушку?

— …Ну, можешь считать, что да.

Они уже признались друг другу в чувствах, но ничего по-настоящему «парного» ещё не делали. Назвать это полноценными отношениями Заган пока не решался.

Первой подняла руку Ку.

— …Ну, в общем-то, неудивительно.

Однако, если речь о еде, то вкуснее всего готовит Нефи. Заган не был уверен, что сможет подарить что-то настолько вкусное, чтобы это её порадовало. К тому же, во время свидания всё равно можно будет зайти куда-нибудь перекусить. Это казалось ему слишком слабым вариантом для решающего подарка.

Пока Заган так мучительно размышлял, заговорила Курока:

— Но, думаю, подарок всё равно будет приятен. Когда отец подарил мне этот посох, я была безумно счастлива.

— Хм… Подарок, значит…

Он и раньше иногда покупал ей одежду, но повседневная одежда Нефи — это синее платье и фартук, как у служанки. Что-то более милое, пожалуй, могло бы подойти.

«…Только есть риск, что эта Мануэла будет забавляться, наряжая её», — отметил он про себя.

Но если обойти эту проблему, то идея была неплохая.

— Хорошая мысль. Благодарю.

— Рада, что смогла помочь.

Так или иначе, Заган был магом. Физические способности мага были сверхчеловеческими, так что, пока они разговаривали, уже показалась церковь. Курока, которую всё это время тащили за шкирку, выглядела измождённой, но это не проблема.

Церковная штаб-квартира располагалась в старинном соборе.

Огромные двери, до которых приходилось задирать голову. Если считать и центральную шпиль-колокольню, то здание, пожалуй, было даже больше замка Загана. Каменные стены были украшены величественными статуями святых рыцарей, словно олицетворяя богатство и власть церкви.

Собираясь постучать в такие двери, Заган нахмурился.

«…Этот запах… кровь?»

Это было не настолько сильно, чтобы подумать, что внутри кого-то убили, но, возможно, туда принесли раненого. И это заметил не только он. Курока шумно втянула носом воздух, и её лицо напряглось.

— П-пожалуйста, отпустите меня. Кажется, что-то случилось!

— Похоже на то.

Когда Заган опустил её на землю, Курока встала на ноги, опираясь на посох. Видимо, услышав их голоса, изнутри вышел один из святых рыцарей. От него тоже тянуло запахом крови, и Заган понял, что, скорее всего, он только что вернулся с сражения. По крайней мере, внутри собора не было видно никого лежащего без сознания.

Однако лицо рыцаря показалось ему смутно знакомым. И стоило Загану задуматься, как мужчина вдруг выкрикнул:

— М-м! Ты! Что тебе здесь нужно?!

—…А, понял. Ты же один из той самой троицы идиотов.

Это был один из прихвостней Шастиль. Обычно они ходили втроём, так что в одиночку он сразу и не вспомнился.

— Я пришёл повидаться с Шастиль, но похоже, она сейчас занята.

— Тьфу ты, да как ты можешь думать, что такой, как ты, встретится с тем благородным безо всякой договорённости!

Видимо, испугавшись громкого крика, Курока спряталась за спиной Загана и потянула его за край одежды.

— Э-э, э-э, это же церковь, да? Этот священник... страшный человек?

— Не обращай внимания. Он не священник, а просто хулиган.

Услышав это, святой рыцарь покраснел от ярости.

— Наглец! Мы, Три святых рыцаря Синего неба, имеем сан священнослужителей… Постой, а кто эти девушки?

Только сейчас он заметил Куроку и Ку, и глаза его округлились.

— Нашёл их по дороге. Эта вот, Курока, говорит, что у неё есть дело в церкви. А Ку — несчастная девочка, похищенная работорговцами. Похоже, ей некуда возвращаться, так что пусть вы за ней присмотрите.

— Дважды наглый… Но похищение, говоришь?

Ку кивнула в ответ на его взгляд.

— Меня увели какие-то страшные дядьки, но этот брат и эта сестра меня спасли.

— Хм… похоже, она не врёт.

Когда Заган поставил Ку на землю, святой рыцарь опустился на колено перед девочкой-лисой и сказал:

— Я — святой рыцарь Торрес. Здесь, в церкви, безопасно, так что можешь быть спокойна. Мы сможем позаботиться и о месте для жилья.

Ку подняла взгляд на Загана, будто спрашивая, можно ли доверять этому человеку.

— Про него — не знаю, но его начальник — надёжный человек. Думаю, довериться можно.

— У-угу.

Наконец Ку перестала настороженно его разглядывать, и святой рыцарь перевёл взгляд на Куроку.

— А та девочка тоже была похищена?

— Похищена — да, но вообще я говорила, что с вчерашнего дня должна была начать здесь работать.

— Со вчерашнего дня?.. — Святой рыцарь удивлённо приподнял брови и распахнул глаза. — Неужели ты — та самая Курока Адельхайд, священник, что должна была заступить на должность вчера?

— Д-д-да! Простите, что опоздала! — Курока, почти со слезами на глазах, поклонилась, и Заган удивился такому повороту.

«Так у этой девчонки, оказывается, титул — «священник»?»

Священник — это, между прочим, довольно высокий чин в церковной иерархии.

Куроке на вид было лет шестнадцать–семнадцать, и, помимо того, что на неё наверняка и так косо смотрели из-за четырёх ушей, она ещё и слепая. Как же ей удалось занять такое положение? Пока Заган задавался этим вопросом, святой рыцарь с явным облегчением провёл рукой по груди, словно сбросил тяжесть с плеч.

— Теперь я спокоен. Я уж думал, на тебя напало чудовище, и мы собирались послать поисковый отряд. Выходит, ты сражалась, чтобы спасти похищенную девочку.

— Н-нет, ничего такого достойного… В итоге меня всё равно поймали.

Ну да, выглядела она совсем не так, чтобы обладать каким-то боевым умением. С такой-то потерей зрения она и убежать-то не сможет, но, видимо, всё равно не смогла пройти мимо, когда увидела, что Ку хотят похитить.

«Эй, раз она священник, неужели нельзя было выделить ей охрану в церкви?..»

Заган, раздражённо вздохнув, подумал об этом, а святой рыцарь, глядя на покорно кланяющуюся Куроку, сказал с тёплой улыбкой:

— Прости, что сразу после прибытия, но нужно срочно приступить к работе. Как видишь, тут завал, людей катастрофически не хватает.

— Да! Я постараюсь!

Наблюдая за этим разговором, Заган вдруг задался вопросом:

— Кстати, ты ведь слепая… а что за работа у тебя?

— Всё в порядке! Я ведь наизусть знаю все священные книги, могу сама проводить собрания!

— Хм, это впечатляет.

Заган и сам, если речь о гримуаре, мог запомнить всё после одного прочтения, но запомнить такие толстенные священные книги без интереса к ним он бы не смог. А ведь в случае с Курокой кто-то должен был читать ей вслух, и она не пропустила ни единого слова, запоминая всё дословно. Это требовало огромных усилий.

Однако если Заган был впечатлён, то святой рыцарь, наоборот, пришёл в полное замешательство.

— Что? Слепая? У этой девушки зрение отсутствует?..

— Да это ж и так видно, разве нет?

У неё в руках трость, и хотя она поворачивает лицо на голос, веё згляд с собеседником не встречается. Даже Заган подумал, что рыцарь мог бы догадаться сам, но причина его потрясения, похоже, была в другом.

— Так она приехала не в качестве чиновника?

Заган и Курока одновременно склонили головы набок.

«Чиновник» — буквально означает человека, занимающегося административной работой — от ведения документации до разработки политик.

«…Она же вряд ли сможет читать документы, как же это будет?»

Курока тоже стремительно побледнела.

— Э-э, э-э, может, меня здесь не ждали, или я вообще не должна была приходить?..

— Эй, не реви! Я же сказал, что у нас нехватка людей? Работы тут сколько угодно!

— Шмыг… Простите, я постараюсь!

Тем не менее, она впервые внутри этого здания. Святой рыцарь взял Куроку за руку и повёл внутрь. Ку последовала за ними в собор, а затем помахала им на прощание.

— Братик, спасибо!

— Хватит, иди уже.

Когда он махнул рукой в ответ, показывая «шуруй давай», Курока оглянулась с обеспокоенным лицом.

— П-постойте, господин, а как вас зовут?

Услышав это, Заган понял, что так и не представился.

«Ку ведь и так знала меня ещё до того, как представилась».

В конце концов, Курока тоже церковный человек. Обычно общение с магами ей радости не приносит. Если она не знала этого, то пусть остаётся так.

— Ну что, пока.

Поэтому Заган махнул рукой и повернулся спиной. Именно тогда, когда он собирался обойти собор с боковой стороны в поисках Шастиль.

— Наконец-то остался один, да?

Угрюмый голос донёсся из тени рядом.

◇

Из тени, отбрасываемой зданием, вдруг показалось болезненное лицо.

— Барбарос, это ты? Что случилось?

Лицо не из приятных, но понятно, что среди святых рыцарей что-то произошло. Раз уж этот парень, который охраняет Шастиль, появился, значит, он пришёл не просто так поболтать. Барбарос, почёсывая голову с выражением недовольства, вылез из тени.

— Ты никак не оставался один, я уж устал ждать.

Похоже, разговор не для посторонних ушей.

— Хм. Подожди немного.

Заган щёлкнул пяткой и на земле начал ткать магический круг. В тот же момент их образы закачались, словно мираж, и исчезли. Это была защита, искажающая звук и свет. Они стали невидимы для окружающих, а внутри даже крики звучали, как шум ветра, и приближающиеся теряли ориентир и обходили это место.

Увидев этот барьер, Барбарос свистнул с удивлением.

— Ты, как всегда, одной левой такую штуку лепишь…

— Разве это сложно?

Ведь эта защита уже была установлена на базе Барбароса, которую Заган разрушил.

— Ха, ну собрать-то такую может кто угодно. За пару дней — запросто.

Само по себе это обычное заклинание, не очень сложное. Но чтобы без подготовки и без формул создать его на месте — таких магов мало.

— Так зачем ты пришёл?

— …Хм. Ты же знаешь, что святые рыцари бегают туда-сюда? В лесу неподалёку появилась химера — вот и переполох.

Заган прищурился.

— Это не значит, что какой-то дурак не справился с домашним питомцем, верно?

Созданные магией химеры, гомункулов или прочие магические существа быстро распадаются, если маг их не контролирует. Если они бодро бегают, значит, какой-то маг творит беспредел на землях Загана.

«И ещё: сила химеры не может превосходить возможности мага, который её контролирует».

Если использовать магию, превышающую собственные силы, она либо выходит из-под контроля, либо не срабатывает. Если бы кто-то создал химеру сильнее себя, в первую очередь пострадал бы сам маг.

Раньше Заган сражался с химерами, сделанными из демонов, но их создал предыдущий «Владыка Демонов» Маркосиас. Такие химеры могли контролировать только «Владыки Демонов», и после смерти Маркосиаса они вышли из-под контроля.

— То есть, есть кто-то настолько безрассудный, что послал на мои земли химеру, которая не только разбила святых рыцарей, но и которую даже Шастиль не смогла убить.

Поскольку химера не может превосходить силы мага, святые рыцари редко проигрывают обычной химере. Тем не менее, в собор доставляют раненых и убитых рыцарей, а Шастиль, их предводитель, наверняка уже там.

А раз Барбарос пришёл с сообщением, значит, химера всё ещё жива. Если химера такого уровня — она примерно равна тем демоническим химерам Маркосиаса.

Барбарос пожал плечами.

— Ты быстро схватываешь — это облегчает дело.

— Что за химера? Ты ведь видел её?

Если узнать характеристики химеры, то, возможно, удастся определить и личность заклинателя. Барбарос, что бывало редко, нахмурился.

— Эта дрянь регенерировала, даже когда та дура Шастиль кромсала её на куски. Похоже, скрестили нескольких магов. Было много… человеческих частей.

Поскольку это дело рук магов, ничего здорового там ожидать и не стоило, но даже для них это было мерзко. А если в качестве материала использовали магов, то есть вероятность, что химера способна и на использование магии.

— И ещё…

Барбарос пробормотал это с каким-то затруднением.

— Что?

— Мне кажется… будто я видел что-то похожее совсем недавно.

Того, что рассказал Барбарос, было недостаточно, чтобы составить полное представление. Когда Заган молча ждал продолжения, Барбарос, будто сдерживая тошноту, выдавил из себя:

— Это... та самая. Та грязеподобная тварь, что появилась в Суфлигиде — ту, которую Бифронс называл “Богом Демонов”.

— Хо?.. — Заган усмехнулся с боевым настроем.

— Точно, тогда она моментально восстанавливалась от любых ран.

Тогда, чтобы сразиться с ним на равных, потребовались сам Заган, Нефи, получившая божественное колдовство, два священных меча, а также десятки магов, включая бывших кандидатов в «Владыки Демон». И только тогда они смогли сдержать его. И если Барбарос говорит, что это похоже, то дело явно не только в регенерации.

«В таком случае, становится ясно и кто виновник, и какова его цель».

Приводя мысли в порядок, Заган пробормотал:

— Понятно. Тогда, скорее всего, тот, кто управляет этой химерой, — Бифронс.

— Эй-эй, ты прямо с места в карьер делаешь дикий вывод, а?

Пока Барбарос вытирал пот со лба, Заган ответил как о чём-то очевидном:

— Даже если это лишь остаточная мысль, Бифронс всё же воскресил «Бога Демонов». Не мог же он просто смотреть со стороны. Он наверняка забрал что-то — останки или ядро. Да и вообще, если кто и может контролировать более шумного, чем демоны, «Бога Демон» — так это разве что «Владыка Демонов».

Согласно словам Бифронса, «Печать Владыки демонов», которую носят тринадцать «Владык», является чем-то вроде ключа, что запечатывает останки «Бога Демонов». Поэтому демоны подчиняются «Владыкам Демонов», и можно даже пробудить остаточную мысль «Бога демонов». Для вмешательства в такое существо, выходящее за рамки человеческого понимания, кроме «Печати Владыки Демон» другого способа нет.

«Я и не думал, что он просто отступит… но, похоже, он решил действовать раньше, чем я ожидал».

Барбарос, похоже, тоже всё понял — он сглотнул со слышимым звуком.

— Однако, если он решил напасть, странно место и цель. Если бы хотел вступить в конфликт со мной или с Нефи, выбрал бы замок или момент, когда мы снаружи.

Даже если целью была Шастиль со Священным мечом, ситуация была бы той же. Тот факт, что Барбарос ничего не сказал, означал, что с Шастиль всё в порядке. А Бифронс, если выберет жертву, может поиздеваться, но уж точно не отпустит.

«Значит, нужно думать, что у него была другая цель, и по этой причине он затесался в мои владения».

Заган уже дал понять, что связываться с ним — невыгодно. И если Бифронс всё же пошёл на такой риск, то ради чего-то, что оправдало бы этот риск…

— Остаётся предположить, что дело в Нефтерос.

Если она, исчезнув в тайной деревне эльфов, по какой-то причине стала целью погони, то появление такой опасной химеры легко объяснить. Ведь та тёмная эльфийка достаточно сильна, чтобы даже отряд из магов или святых рыцарей не смог бы справиться с ней.

Барбарос дёрнулся, напрягшись. Эта реакция дала понять Загану, что тот знал о Нефтерос, но умолчал. Заган злобно посмотрел на него.

— Почему ты молчал о Нефтерос?

— …Дурёха просила молчать.

— Хм?..

Что там произошло, Заган не знал, но было неожиданно, что Шастиль так поступила, а Барбарос согласился.

«Хотя, с другой стороны, это же Нефтерос…»

Если учесть характер той девушки…

— Похоже, она не хотела, чтобы об этом узнала не я, а Нефи.

— Ты что, видел это?

Похоже, Заган попал в точку. Барбарос выглядел потрясённым.

— Нет, просто если учесть обстоятельства и характер той, другой догадки быть не может.

— Да ладно тебе…

Увидев, как Барбарос непонимающе нахмурился, Заган покачал головой.

— Ладно, не важно.

— А? И тебя это устраивает? — удивился Барбарос.

Заган пожал плечами.

— Она ведь не ребёнок. Если Шастиль сказала молчать, значит, решила сама разобраться с этим. Пусть делает, как хочет.

— Не кажется тебе, что это добром не кончится?

— Бывает, она полный бесполезный хлам, но когда надо — толковая.

— …Это ты сейчас хвалишь, да?

Барбарос изобразил на лице усталое выражение, но больше спорить не стал.

«Впрочем, мне-то хочется просто сходить на свидание с Нефи. Совсем не до Бифронса!»

Так подумав, Заган вдруг резко насторожился.

«Нет, погоди. Разве можно быть уверенным, что Бифронса интересует только Нефтерос?»

Этот маг был из тех, кто живёт ради того, чтобы досаждать другим. Что если он просто дал своей собаке укусить хозяина, а потом, позволив жертве помучиться, недооценил её упорство, и та сбежала на территорию Загана? Слишком глупо.

Гораздо логичнее предположить, что он специально устроил неприятности именно в тот момент, когда Заган меньше всего хотел, чтобы его отвлекали.

«То есть он специально выбрал этот момент, когда я хочу спокойно провести время с Нефи!»

Это, может, и было чистой паранойей, но, к несчастью, Бифронс был таким магом, что опровергнуть подобные подозрения ему бы не удалось никакими оправданиями.

— Ку… ку-ха-ха-ха… — сам собой вырвался смешок у Загана.

— Эй, Заган?.. — осторожно спросил Барбарос.

Последнее время… то есть, с тех пор как он встретил Нефи, он почти не смеялся так. Барбарос инстинктивно попятился, словно опасаясь.

— Интересно… Он до такой степени издевается надо мной — совсем ничему не научился, похоже.

От переполняющей злости магическая сила брызнула наружу и красивый каменный пол с треском раскололся. Заган перевёл взгляд на Барбароса.

— Похоже, пришло время убрать Бифронса. Можешь о нём не беспокоиться.

— С чего бы? Что он, по-твоему, задумал?

— Я сказал, тебе не нужно об этом знать.

Признаваться, что дело в свидании с Нефи, Заган не собирался — засмеют. Поэтому он только зловеще посмотрел на Барбароса. Судя по всему, взгляд подействовал — тот шумно втянул воздух и закрыл рот.

— Это всё, что ты хотел доложить?

— А? А-а… да.

— Тогда проваливай. Мне нужно кое-что обсудить с Шастиль до того, как я убью Бифронса.

— П-понял…

С лицом, будто он только что увидел гибель мира, Барбарос кивнул и скрылся в тени. Когда тот исчез, Заган снова щёлкнул каблуком, снимая защитный барьер.

До кабинета Шастиль ближе всего было дойти через чёрный вход собора. Направившись туда, он на мгновение снова взглянул внутрь зала.

Курока, держа в руках миску с налитой водой, бегала туда-сюда и с громким шумом растянулась на полу.

◇

Через задний вход церковного собора Заган вошёл так, словно это был его собственный дом.

«Кстати, я ведь впервые захожу отсюда».

Он приходил сюда с Нефи, чтобы встретиться с Шастиль, но всегда они разговаривали прямо в зале. Внутрь он раньше не заходил. Вскоре откуда-то выскочили святые рыцари, с обнажёнными мечами, но, увидев лицо Загана, остановились.

— Ух… Т-ты… «Владыка демонов» Заган! Какое дело привело тебя в нашу церковь?!

Хотя Шастиль, пусть и временно занимавшая пост главы этого места, принадлежала к редкой в церкви фракции сторонников сосуществования с магами, для обычных святых рыцарей маги всё равно оставались врагами.

«Вот за что я не люблю святых рыцарей… какие же они зануды».

Можно было просто проигнорировать их и вышибить, но всё же это была территория, подконтрольная Шастиль. Из уважения к ней Заган решил говорить.

— Мне нужно к Шастиль. Она у себя, в кабинете?

Рыцари, подавленные его присутствием, отступили, но всё же, дрожащими руками держа мечи, снова зарычали:

— Гу… нуу… Понял. Я её позову, так что подождите в гостевой комнате.

— Нет, не утруждай себя. Я вижу, что у вас и так полно дел, — сказав это в одностороннем порядке, Заган зашагал дальше вглубь.

Видимо, поняв, что он не питает враждебных намерений, святые рыцари так и остались в оцепенении и не пытались преградить ему путь.

— Я… я не смог двинуться!.. Нужно же предупредить госпожу Шастиль об опасности!

— Погоди, а может, он сейчас сказал что-то вроде “Вы заняты, так что специально звать не нужно”… в таком духе?

— Эй, да он же «Владыка Демонов»!

— Ну… да, но всё-таки…

Святые рыцари что-то вполголоса перешёптывались, а потом, видимо, решив, что будут за ним наблюдать, пошли следом за Заганом.

«Если у вас есть время на это, лучше бы раненым помогли…»

Впрочем, возможно, у них есть чёткое распределение обязанностей, и Загану не сто́ит соваться с замечаниями.

В тихом коридоре раздавались лишь звуки твёрдых подошв и скрип деревянного пола.

Внутри церковь была достаточно ухоженной, но в отличие от величественного зала собора, здесь всё выглядело скромно и уютно. Заган думал, что раз церковь получает пожертвования от простых людей, то и обстановка будет роскошнее, но, похоже, это не так.

«Ну, всё-таки святые рыцари — солдаты. Раз они рискуют жизнью, должны получать достойную оплату».

К тому же, недавно несколько святых рыцарей погибло. Их семьям, скорее всего, тоже полагаются выплаты. Возможно, те самые пожертвования, что получает церковь, вовсе не так уж и грабительны, как думает народ.

Размышляя об этом, Заган вскоре оказался перед кабинетом Шастиль. Он взглянул на табличку «Кабинет» над дверью и постучал.

— Шастиль, ты здесь?

— Ииик?! Э-этот голос… Заган?

Внутри послышалась суета, и вскоре дверь осторожно приоткрылась.

— Э-эм… заходи…

Шастиль выглянула с откровенно растерянным выражением.

«Хм… может, Нефтерос сейчас тоже там?»

Судя по словам Барбароса, её хотели держать в секрете. Сделав вид, что ничего не заметил, Заган отвёл взгляд.

— Ну… Барбарос рассказал мне кое-что. Сейчас можем поговорить?

— …Ты специально пришёл из-за этого? То есть… беспокоился?.

Лицо Шастиль заметно покраснело.

— Ну… есть ещё и другое дело… — сказал он, бросив взгляд на стоящих за ним святых рыцарей.

Шастиль, как человек на службе, поняла его без слов и кивнула.

— Он мой гость. Здесь всё в порядке, возвращайтесь к своим обязанностям.

— Но…

— Да поймите же намёк!

Кто-то из рыцарей попытался возразить, но другой отдал честь и прервал его:

— Есть! В таком случае, если что-то понадобится, позовите нас, госпожа Шастиль.

Сказав это, они ушли. Некоторые из них, казалось, опустили плечи и смахивали слёзы.

— Н-не может быть… чтобы госпожа Шастиль с таким мужчиной…

— Эй, ещё ничего не решено!

— Не говори так, Домингес. Если госпожа Шастиль выбрала его сердцем, нам остаётся лишь принять это.

— Андре, вытри слёзы.

«Эй, а вы там, похоже, обсуждаете что-то, что мне не нравится…»

Шастиль, похоже, не слышала их шёпота и лишь с недоумением склонила голову.

— Что такое? Не заходишь?

— …Ладно, неважно.

Сделав вид, что ничего не слышал, Заган вошёл в кабинет. Комната была маленькой — три шага широким шагом, и упрёшься в стену. Когда-то здесь Рафаэль убил кардинала Кравела, но сейчас никакой мрачной ауры не ощущалось.

Похоже, кроме них двоих, никого внутри не было. В глубине стоял массивный дубовый стол, заваленный бумагами. Перед ним — низкий столик для гостей и диван, на одном из которых Шастиль уже сидела.

— С-садись пока. Сейчас никого нет, так что особо угостить нечем…

— С каких это пор святой рыцарь должен угощать мага? — усмехнулся Заган.

Шастиль, наоборот, горько улыбнулась.

— Ты забыл, к какой фракции я принадлежу?

Заган не до конца понимал, чем именно занимается её «фракция сосуществования», но, судя по всему, в данной ситуации ничего плохого не происходило. То, что она так спокойно парировала, лишь подтверждало: сейчас Шастиль была на службе.

Заган пожал плечами.

— Хм. Ну ты и скажешь...

Сказав это, Заган собирался опуститься на диван, но заметил, что Шастиль явно не может успокоиться и всё время смотрит куда-то за его спину — к стене в глубине кабинета. Мельком взглянув туда, он заметил за полками и в тени неприметную маленькую дверь. Судя по расположению, это была, скорее всего, временная спальня для епископа.

Взгляд Шастиль, направленный в ту сторону, был тревожным, но выглядел так, словно она беспокоится не о том, что Заган заметит, а о том, всё ли там в порядке.

«Неужели там Нефтерос?»

Он думал, что во время службы она держит себя в руках, но, похоже, в умении скрывать что-то её личная жизнь ничем не отличается от обычного поведения. Он напряг слух и попытался уловить присутствие. За дверью слышалось лишь едва различимое дыхание, и даже малейшего движения не было.

Либо спит очень крепко, либо потеряла сознание.

«То есть… Нефтерос, неужели она ранена?»

Хотя он и догадался, что Нефтерос замешана, но о том, в каком она состоянии, он не задумывался. Ему хотелось побыстрее поручить дело о «Тринадцатом» и уйти, но, заметив это, уже сложно было сделать вид, что ничего не произошло.

Погрузившись в диван и поразмыслив пару секунд, Заган начал разговор так:

— Ты говорила, что появился химера? Скорее всего, управляет ею Бифронс.

Шастиль удивлённо распахнула глаза:

— Невероятно. Даже не прошло и часа с того момента, как я столкнулась с ним, а ты уже всё выяснил.

— Это мой враг. Тебе не стоит об этом беспокоиться. Оставь мне Бифронса и химеру, я разберусь.

«Если химера будет шататься тут, я же не смогу спокойно пойти на свидание с Нефи!»

Сейчас для Загана это был приоритет номер один.

Шастиль сначала удивилась, но затем улыбнулась:

— Если ты так говоришь, то и просить о большем нельзя… Но, раз ты так злишься, с Нефи что-то случилось?

«А? Она что, всегда была такой сообразительной?»

Он знал, что во время службы она способна работать толково, но сейчас она оказалась куда проницательнее, чем он ожидал. Попадание в точку, но сказать, что всё из-за желания не допустить срыва свидания, было неловко, поэтому Заган откашлялся, пытаясь сгладить ситуацию:

— Пока что ничего не случилось. Но скоро этот тип обязательно станет помехой мне и Нефи. Поэтому я хочу избавиться от него заранее.

— ?.. Не до конца понимаю, но если это обеспечит Нефи безопасность, то я не возражаю.

Тем не менее её улыбка померкла и стала тревожной. Похоже, она всё же беспокоится о Нефтерос.

— Кстати, ты говорила, что нашла раненого мага. Не повезло — попасть под атаку химеры Бифронса. Как он? — спросил Заган, делая вид, что не знает, кто это.

Шастиль вздрогнула:

— А-а, да… Раны не опасные, но она сильно ослаблена… Надеюсь, всё будет в порядке.

Это не было прямым допросом, но, похоже, Шастиль даже не поняла, что проговорилась. Заган кивнул.

«Когда она в прошлый раз использовала божественное колдовство тоже выплюнула кровь…»

Похоже, для неё применение божественного колдовства слишком тяжело. И, судя по всему, химера вынудила её использовать её снова.

— Магическая сила, истощённая от магии, со временем восстанавливается. Можно и получить её извне, но лучше всего — дать отдохнуть.

— Что? Магическую силу можно получить извне?

Он подумал, что не стоило упоминать «магическую силу», но Шастиль зацепилась именно за это.

«Похоже, Нефтерос действительно в тяжёлом истощении».

Хотя самой Шастиль в этом плане ничего сделать нельзя.

— Ну, скажем так… это не невозможно. Просто обычно так не делают.

Гомери, наверное, с радостью бы взялась за дело, но именно поэтому этой старушке лучше об этом не знать.

— Всё же расскажи. Эта передача магической силы — её может сделать и не маг?

— Эм… ну, в принципе, возможно…

— Тогда хочу знать. Возможно, это спасёт чью-то жизнь.

Заган нахмурился и ответил с явным нежеланием:

«Эээ… ты серьёзно предлагаешь, чтобы я это объяснил женщине?»

Видя его реакцию, Шастиль тревожно спросила:

— Это опасно?

— Ну… если так сказать… опасно — и да, и нет…

Хотелось сказать: «Догадайся сама», — но требовать от святого рыцаря знания об основах магии было бы слишком. Не слишком догадливая Шастиль устремила на него глаза, полные ожидания.

— Думаю, лучше тебе этого не знать… — произнёс он.

— Я хочу по-настоящему понять магов… Разве нельзя?

Похоже, если он не расскажет, она не отступит. Вздохнув, Заган нехотя открыл рот.

— Ну… это, знаешь… поцелуй, половой акт… и всё такое.

Это был способ самый примитивный, а потому — универсальный и надёжный.

Разумеется, существуют и заклинания, способные, например, односторонне высасывать магическую силу из человека, ступившего на подготовленный круг. Но если говорить о том, что доступно абсолютно каждому, то вариантов не так уж много.

Видимо, смысл сказанного не сразу дошёл до Шастиль, и она несколько раз моргнула, а затем её лицо, полное ожидания, постепенно залила густая краска.

— П-п-п-прости! Что за глупости я спросила!

— …Да нет, мне-то всё равно, — ответил он.

Заган тоже отвёл взгляд, испытывая неловкость. Возникло какое-то странное напряжение, и, чтобы сменить тему, Заган спросил:

— Кстати, раз уж ты сторонница сосуществования, разве святому рыцарю можно вот так открыто помогать магу?

Даже в этой церкви к Загану относились с явной настороженностью.

«Ну да, у меня, вроде, лицо злодея…»

Он и сам это осознаёт, так что жаловаться не станет. Шастиль вновь округлила глаза, но с натянутой улыбкой покачала головой.

— Если встречу мага, нападающего на людей, я без колебаний его зарублю. Сторонники сосуществования или противники — это не про то. Это вопрос того, каково у тебя на сердце.

— Это как?

— Сложно выразить словами, но, думаю, суть в том, веришь ли ты в возможность…

— О, философски загнула, — усмехнулся он.

— Не так уж и философски, — отозвалась она. Шастиль спокойно откинула со лба прядь волос и продолжила, подбирая слова:

— Я считаю, что люди могут измениться, будь то маги или нет. За ошибку нужно требовать не наказания, а искупления. Возможно, многие маги и запятнали себя преступлениями, но если у них есть человеческое сердце, разве нельзя достичь примирения и сотрудничества?

— Мысль мне понятна, но это невозможно, — возразил он.

— Думаешь? Да, возможно, в нынешних условиях, когда святые рыцари без разбора видят в магах врагов, это трудно. Но если обсудить, в чём мы не можем пойти на уступки, а в чём можем, то сосуществование вполне реально.

— Понятно, — кивнул Заган. — Иными словами, предлагаешь разделить территории. Но даже если это воплотить, идиоты, которые будут нарушать границы, найдутся по обе стороны.

— Может быть. Но разве это не то же самое, что с обычными преступлениями? Нужно установить правила и чётко определить, по какому закону наказываются их нарушения, и тогда это можно будет предотвратить. По крайней мере, церковь в прошлом таких усилий не предпринимала. Так что, думаю, стоит попробовать.

Этот ответ впечатлил даже Загана.

«Чёртов Рафаэль… Умеет же людей подбирать».

В словах Шастиль не было одной лишь красивой риторики — она трезво оценивала настоящее, при этом предлагала возможности и действовала. В качестве символа церкви лучше кандидата, пожалуй, и не найти.

— Поэтому, если магу нужна помощь, я её окажу. Если он нарушит наши законы — я его остановлю. Вот так я думаю… Разве это странно?

Такая неуверенность в конце, похоже, и была её сущностью.

Заган усмехнулся:

— Кто знает? Но если бы не ты такая, мы бы сейчас и не разговаривали. Права ли ты — пусть решают те, кто хочет об этом судачить.

— Ты всегда такой непоколебимый. В этом я тебе, признаться, немного завидую.

Похоже, в ходе разговора она успокоилась. Шастиль улыбнулась совершенно естественной улыбкой.

«Ну что, можно уже перейти к делу?»

Заган, взглянув на часы, достал из-за пазухи клочок бумаги.

— Пожалуй, заболтались. Но пришёл я к тебе, хоть момент и не самый подходящий, с одной просьбой.

— Ты — с просьбой ко мне? Редкость.

— Ты узнала это? Это было записано в дневнике, найденном в скрытой деревне эльфов.

Заган показал ей «тринадцатый» герб, встречавшийся в записях эльфов. Шастиль внимательно посмотрела на бумажку и покачала головой.

— Очень похоже на герб Священного меча, но именно такой я никогда не видела.

— Так и думал. Этот герб не принадлежит ни одному из двенадцати Священных мечей.

Похоже, она мгновенно поняла смысл сказанного. Лицо Шастиль напряглось.

— То есть… это значит, что существует ещё один Священный меч?

Одного лишь слова было достаточно, чтобы она поняла всё до такой степени — это, конечно, Шастиль, находящаяся при исполнении.

— Возможно. Поэтому я хочу, чтобы ты выяснила, есть ли это в церкви или нет.

На это даже Шастиль не ответила «Да, поняла».

— Не знаю… Я ведь тоже не знаю абсолютно всё о церкви. Даже если обратиться к единомышленникам, думаю, будет трудно.

Под «единомышленниками» она, вероятно, имела в виду людей из фракции сосуществования.

— В таком случае, разве не господин Рафаэль должен знать об этом лучше?

— Вот именно. Но, по его словам, если это и существует, то, возможно, в тёмной стороне церкви.

Шастиль моргнула, словно усомнившись в своих ушах.

— «Тёмная сторона»? Ты хочешь сказать, что у церкви есть организация, занимающаяся убийствами?

Судя по её реакции, Шастиль совсем не знала о такой организации.

— Похоже на то. Говорят, он тоже занимался расследованием этой тёмной стороны. При жизни, разумеется.

Даже в кабинете Шастиль никто не мог быть уверен, что за ними не подслушивают. Поэтому Заган специально выделил слова «при жизни». Шастиль с горьким выражением на лице прикусила губу.

— Господин Кравел был причастен к этой тёмной стороне?

— Кто знает. Рафаэль не был в этом уверен, но человек, убивавший командиров святых рыцарей из поколения в поколение, скорее всего, имел к этому отношение.

Ведь яд, способный убить святого рыцаря, облачённого в святые доспехи, даже кардиналу было бы непросто достать.

Шастиль на мгновение задумалась, но быстро кивнула.

— Поняла. Не знаю, насколько смогу помочь, но попробую изучить записи господина Кравела.

— Полагаюсь на тебя. …Но, учитывая ещё и вопрос с химерой, делай это в разумных пределах.

— Ага. …А? — кивнув, Шастиль вдруг наклонила голову. — Эмм, а ты что, пытаешься проявить заботу?

— ?.. Ну, я ведь приставил к тебе «няньку», потому что мне будет неудобно, если ты умрёшь.

— Нет, не об этом… А про то, что ты сначала заговорил о химерe…

Если подумать, обычно Заган начинал бы разговор с собственной просьбы.

«…Ну, если она растеряется и сболтнёт лишнего, будет плохо.»

Разболтать что-то вроде информации о тёмной стороне — всё равно что попросить, чтобы тебя убили. Шастиль наконец-то выглядела немного успокоенной.

— Спасибо. Я постараюсь узнать как можно больше и о гербе.

Сказав это, Шастиль вдруг воскликнула «Ах».

— Кстати, а у него разве нет чтения? Если это герб Священного меча, то, думаю, он написан на божественном языке.

— Ах да, верно, — Заган хлопнул себя по ладони, будто только что вспомнил. — «Азазель» — такова, похоже, надпись «тринадцатого».

Это имя — довольно зловещее звучание для названия священного меча.

◇

— Ха… ха… Чёрт, не повезло! — выругался кобольд-мужчина.

— Наоборот. Тебя заметил «Владыка Демон» и отпустил. Обычно бы уже убили.

— Но ведь факт остаётся фактом — мы упустили первоклассный товар.

В трущобах на окраине Кианоидеса, далеко от оживлённых улиц, кобольды-работорговцы поливали друг друга потоками брани.

Солнце уже давно зашло. Опасаясь, что тот страшный Заган всё ещё преследует их, работорговцы продолжали бежать, пока могли. Но несколько часов такого бега истощили их силы. Когда ноги наконец остановились, у них появилось время открыть рот, и началась отвратительная перебранка с перекладыванием вины.

Один из кобольдов сказал:

— Вот поэтому и надо было вчера же их сбыть!

— Да что толку говорить об этом сейчас?

Это должно было быть всего лишь гнусным перекладыванием ответственности. Но, к несчастью, один из кобольдов ощутил в этих словах какое-то несоответствие и невольно задал вопрос:

— Эй, а почему мы вчера их не продали, а держали пойманными?

Ведь их бизнес — торговля людьми. Товар они не закупали — красивых людей попросту похищали. Естественно, если выйдут на их след, их убьют без разговоров, и пожаловаться будет некому. Именно поэтому риск нужно было сводить к минимуму.

И всё же… почему именно в этот раз они, схватив добычу, вместо того чтобы сразу её сбыть, просто продолжали на неё глазеть?

Один из кобольдов, будто это само собой разумеется, ответил:

— Ну, товар-то первосортный. Хотелось выручить за него подороже… да?

— А мы что, сделали хоть что-то, чтобы продать дороже? И вообще, что мы собирались делать?

В отличие от честных работорговцев, на чёрном рынке товар сбивают в цене до минимума. При таком раскладе нет никакого смысла приводить «продукцию» в приличный вид. Они это прекрасно знали. Так почему же не побежали сразу продавать?

Ни у кого ответа не нашлось, и кобольдов охватило странное, зловещее чувство.

— Да к чёрту всё это! — буркнул один. — Всё равно она сбежала. Лучше давай бухнём. У нас ведь остались деньги, что мы у них отжали?

— А-а… ну да, точно…

В их деле порой случается встретить всякую жуть. В такие моменты полагается просто напиться до беспамятства и забыть. Они уже собирались гурьбой искать кабак, как вдруг…

— А? Эй, да это ж та самая девка…

По какой-то причине навстречу им шла та самая зверочеловек, что недавно сбежала. Шаткая походка, взгляд бессмысленный, ни на чём не сфокусирован.

Кобольды переглянулись и мерзко ухмыльнулись.

— Эй, киска. Ходить одной в таких местах — опасно, знаешь ли.

— У… а…?

Судя по её лицу, было непонятно, слышит ли она их вообще. Она рассеянно подняла голову на кобольдов. Похоже, происходящее до неё попросту не доходило.

— Эй, что с ней такое?

— Да Заган же маг, а? Подобрал аппетитную девку — не мог ведь просто так отпустить.

Иными словами, её будто бы спасли от работорговцев, а потом она подверглась ещё более ужасному насилию от безжалостного мага.

— Хи-хи! Вот она и решила, что у нас всё же лучше. Даже нам странно такое говорить, но такой невезучей бабы я ещё не видел.

Она, похоже, не слышала и их шёпота, просто стояла, пошатываясь. Глядя в её пустые глаза, они почувствовали, как у них внизу закипает похоть.

— Эй, а чего тянуть, давай хоть попробуем на вкус?

— Ага, почему бы нет. Всё равно сегодня лавочку закрываем. Заодно и настроение поднимем.

Скабрезно ухмыляясь, мужчины начали рвать одежду с девушки. Когда обнажилась её изящная грудь, и они облизнулись…

…как вдруг рука одного из них, тянувшаяся к девушке, исчезла до середины.

— Э?..

Из среза фонтаном брызнула кровь, словно от искры. Осознать, что её оторвали нечеловеческой силой, он так и не смог. Мгновение он был ошеломлён, а затем жгучая боль пронзила мозг.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Моя… моя рука-а-а-а-а!

Корчась на земле, он увидел, что из груди девушки извергается нечто, похожее на тёмную, как бездна, «грязь». И в этой «грязи» медленно тонула его оторванная конечность. Никто в тот миг не осознал, что столкнулся с чем-то, с чем им не справиться.

— С-сука!

Один из кобольдов выхватил нож, но не успел замахнуться — «жижа» вытянулась, как щупальце, и хлестнула. В следующее мгновение голова кобольда лопнула, как перезрелый плод. Однако странно: из обрубка не текла кровь. Хотя оторванная рука первого до сих пор хлестала, словно водопад, из головы второго не лилось ни капли. Лишь зияла чёрная, как дыра, рана.

И тут начался кошмар.

Тело кобольда, которому снесло череп, вогнулось внутрь и сжалось, будто втянутое внутрь, и из него брызнула не кровь, а та же самая «грязь», что и снесла его голову. Даже без знаний магии стало ясно: их пожирает эта субстанция.

— И-и! БЕЖИИМ!

Обернувшись, один из кобольдов попытался удрать, но щупальце «грязи» срезало ему лодыжки, словно косой. Он рухнул лицом вниз, уткнувшись в землю.

— Гии! ПОМОГИИИИИИИИТЕЕЕЕЕЕЕ!

Кричащее лицо кобольда начало изрыгать «грязь». Его пожирали изнутри.

Эта агония, от которой хотелось зажать уши, закончилась всего через несколько секунд. К тому времени его тело уже окончательно обрушилось и исчезло. Остальные кобольды, возможно, пытались бежать, но это было бессмысленно.

Когда они опомнились, кроме того, кому первым оторвали руку, все остальные уже были растворены в «грязи». Перед кобольдом, который не мог даже издать звук и лишь дрожал, глаза девушки провернулись в орбитах. И впервые на её лице появилось некое подобие выражения — удивлённый взгляд на кобольда.

— А, ну надо же? Ещё живой остался… Понятно. Ты такой хилый, что руку тебе оторвало ещё до того, как я успела съесть. Слабый, но тебе повезло. Ахаха!

Смеясь детским голосом, в котором невозможно было понять, принадлежит ли он мальчику или девочке, девушка и не пыталась прикрыть свою разорванную грудь, весело прохаживаясь вокруг кобольда.

Этот голос явно не принадлежал той пленённой девушке, которую они держали.

— Ч-что… что ты такое?.. — выдохнул он, вовсе не ожидая ответа.

Но девушка с безумным взглядом обернулась к нему и улыбнулась.

— Ой, прости, я ведь ещё не представился, да? Не знаю, слышал ли ты обо мне, но я — Бифронс. Коллега Загана, который управляет этим городом.

Напевая, она грациозно повернулась на месте.

— Я просто немного заигралась со своей милой, милой куколкой… и увлеклась так, что она сбежала на территорию Загана. Но было бы скучно, если бы Заган просто забрал себе мою драгоценную куклу, верно? Так что сейчас я как раз немного колдую, чтобы этого не случилось!

Видимо, находя всё это крайне забавным, девушка, назвавшаяся Бифронсом, снова рассмеялась:

— Заган, конечно, страшный, но у него много слабых мест. Например, это тело девчонки. Да и хочется показать, что Священный Меч находится не только в его руках. Хи-хи-хи… Похоже, будет весёлая вечеринка.

С улыбкой, будто совершенно невинной, девушка присела перед кобольдом. Тот уже был на грани потери сознания из-за кровопотери. До смерти оставались считанные мгновения.

— Ах да, спасибо тебе. Благодаря вам я смог дать Загану прикоснуться к “Азазелю”. Ахах, какая трагедия — узнать, что девочка, с которой ты сблизился, на самом деле твой заклятый враг жаждущий мести! Ах, это так весело… Эй? Ты меня не слышишь?

Кобольд уже закатывал глаза, и девушка, надув щёки, недовольно пробормотала:

— Ну и ну. Я раскрываю такие интересные секреты, а ты не слушаешь. …Раньше мне помогала Нефтерос, но, кажется, я её слишком избаловал. Я просто не умею себя сдерживать! А-ха-ха!

Отсмеявшись вдоволь, девушка разжала губы. Из её рта, словно слюна, начала капать тёмная, как ночь, «грязь».

— Ну, тогда пока. Радуйся — пусть и как останки, но ты станешь жертвой «Бога Демонов».

И последнего кобольда поглотила «грязь».

— А? — девушка-зверочеловек с дрожащими треугольными ушами издала голос. — Э-э? Где я?.. Почему я… — с растерянностью в голосе она вдруг ощутила, что её грудь странно холодна. — Иии! Ч-что это? Одежда… порвана?!

В её голове мелькнули жуткие картины того, что могло случиться с девушкой, у которой разорвана одежда… Но вокруг не было никого. Да и на собственном теле она не ощущала следов насилия.

— …Как-то мне нехорошо.

В душе зародилось беспокойство о том, что с ней произошло, но оно почему-то постепенно стало затухать, пока совсем не исчезло.

— Эм-м… Что я делала? А, точно, за поручением ходила… Значит, вернусь в церковь.

И, так ничего и не узнав, девушка направилась обратно в своё новое место жительства.