— Ребята, мы попали в чарты!!

Несмотря на то, что ради подготовки к шоукейсу участники The Dawn находились в тренировочном зале с рассвета и, безусловно, уставали всё сильнее, они не могли скрыть своей радости. Не только количество просмотров на MV продолжало расти, но и Second Chance вошла в два из трёх крупнейших музыкальных чартов, Tinkerbell и Tap.

— П-пусть сейчас мы уже из них вышли, но...

Хотя мы были на 91-ом месте, тот факт, что мы вообще попали в чарт, был достижением.

— Я не мог спать ночью – всё время обновлял страницу...

— Я тоже, хён...

Сон Дживон, став заметно более расслабленным, болтал с Чон Даджуном. Однако я всё равно был очень напряжён.

Оставался только Mango чарт.

— Я слышал, что Mango вчера был реорганизован... Что это значит? – в недоумении склонил голову Ким Сонхён.

О, самое время для этого вопроса.

— Изначально для входа в рейтинг учитывались только 24 часа, но сейчас систему изменили, чтобы учитывался и процент от прослушиваний в реальном времени.

— О, правда? Не знал об этом.

Я сидел на заднем сиденье и слушал разговор, подпирая подбородок рукой. Всё это слово в слово было написано в статье, которую я читал вчера.

Около месяца назад, когда я ещё был продюсером, я слышал об этом от одного знакомого.

'Я что, совсем сумасшедший, чтобы ставить на рейтинг только 24 часов?'

Как могли новички попасть в чарт всего за день? Если честно, достать звезду с неба было бы проще.

Динь!

[...По какой-то причине вы были очень уверены в себе в тот момент, и даже начали делить шкуру неубитого медведя прямо перед директором.]

Конечно.

'Я не иду на риски.'

Пусть не было и шанса, что кто-то услышит, я всё равно ответил и разблокировал телефон. Хотя изменение структуры чарта было сделано правильно, результаты прослушиваний за 24 часа были смешаны, а прослушивания в реальном времени не отображались корректно из-за ночных часов, и всё это привело к запоздалому входу в чарт.

— Хм-м... не хочу заявлять на банкротство.

— Что?

— Нет, ничего.

Сейчас было важно не просто достигнуть хорошего результата; Second Chance должна подняться выше ради моего пари с генеральным директором.

Я был рад, что клип вышел лучше, чем ожидалось, но не мог в полной мере прочувствовать реальность происходящего, потому что сам не видел реакции со стороны.

Ким Сонхён, всё ещё в радостном волнении разговаривавший с Кан Ичхэ, несильно ткнул меня пальцем.

— Посмотри.

— Что это?

— Анализ музыкального клипа уже вышел.

— Так быстро?

Фанаты оказались активнее, чем я думал?

Кстати об этом, я ещё не проверил реакции в соцсетях. Я взял отданный мне Ким Сонхёном телефон и начал читать пост.

[Тема: Анализ клипа The Dawn.

Наши детки наконец выпустили музыкальное видео после долгого перерыва!!!!

Значение ношения нашими детками униформы – они красивы. Значение пистолета в руке и раскладывания карт – Со Хоюн безумно привлекателен. Значение неожиданного бега Ким Сонхёна – он максимально обаятельная личность...]

— ...Ким Сонхён.

— Что?

— Ты правда хотел услышать анализ, говорящий, что ты "максимально обаятельная личность"?

— Это не так!

Ким Сонхён, слегка смущённый, быстро пролистнул вниз. Настоящий анализ теперь появился на экране.

— Читай дальше.

[... Как вы могли почувствовать из божественного бита ☆богини☆ Чонбом, музыкальное видео сделано в жанре апокалиптической научной фантастики.

Со Хоюн/Сон Дживон – часть правительственных сил, которые подавляют силы повстанцев. Ким Сонхён возглавляет восставших, с Кан Ичхэ в роли штурмовика и Чон Даджуном в качестве ключевого участника. Они выжидают возможности начать открытое противостояние с правительством.

Но здесь есть один интересный момент. Сон Дживон не убивает своего врага, Ким Сонхёна, а вместо этого совершает самоубийство и возвращается в начало. Из строк "говоря мне снова: я вернулся" и "не могу упустить этот шанс" мы понимаем, что Сон Дживон – регрессор.

В это время появляется Со Хоюн в той же униформе, что и Сон Дживон. (Его сценический псевдоним был Хоу-Хоу, но сейчас, кажется, его сменили, и он больше не всплывает...) Со Хоюн кладет пять карт на стол и достает их поодиночке. Джокер в этом случае символизирует Чон Даджуна, "ключ", важный как для правительства, так и для повстанцев. Со Хоюн откладывает её, как будто уже ожидал такого исхода, но многозначительно улыбается, увидев последнюю карту.

Убегающие_Чон_Даджун_Ким_Сонхён_клип.gif

После этого Чон Даджун и Ким Сонхён сбегают от правительственных сил. Затем они встречают правительственного агента Сон Дживона во время своего побега, но, как видно из слов "не бойся этого странного чувства", они испытывают странное ощущение близости.

Говоря "не стоит волноваться", Сон Дживон не убивает Ким Сонхёна. Вместо этого он замечает, что что-то пошло не так, когда видит серьёзно раненного Чон Даджуна. Тогда он направляет пистолет себе в висок.

Сон_Дживон_направляет_пистолет_на_себя.gif

Он пытается совершить самоубийство и вернуться назад. Всё выглядит в точности так, как в начале клипа.

На самом деле Сон Дживон был на стороне повстанцев. Но вот ещё один поворот: Кан Ичхэ, которого мы считали частью сил сопротивления, стреляет в Сон Дживона, предотвращая его регрессию.

Кан_Ичхэ_держащий_снайперскую_винтовку.gif

Выстрел, который мы слышали в самом начале, принадлежал не Сон Дживону, а Кан Ичхэ...!!!

Это говорит нам, что регрессия в первой сцене провалилась.

"Я не промахнусь на этот раз", Кан Ичхэ, оказавшийся правительственным шпионом, связывается с кем-то по рации.

Среди развалин появляется Со Хоюн. Его появление означает начало.

"Не бойся этого странного чувства."

Затем песня продолжается. "Ничего не бойся, я поведу тебя."

Всё верно. Со Хоюн спланировал всю операцию. Регрессия Сон Дживона провалилась, силы сопротивления попали в руки Со Хоюна, и он даже заполучил "ключ", "джокера" Чон Даджуна. Со Хоюн знал обо всём с самого начала.

Со_Хоюн_переворачивающий_карту.gif

На карте изображён червонный король, Карл Великий. Знаете, как ещё называют эту карту?

Король-самоубийца.

Со Хоюн знал не только о том, что Чон Даджун станет джокером, но и том, что Сон Дживон, который, как мы думали, был на его стороне, на самом деле пытался спасти повстанцев, совершая суицид и регрессируя к началу.

Я не уверена, что будет дальше, потому что всё указывает на то, что история продолжится...

Ребята... Я выгляжу так, будто роняю слёзы за просмотром божественного сюжета этого клипа?

Вместо того чтобы вытирать мои слёзы, послушайте нашу песню.

Это The Dawn, которые зажгли во мне огонь фанатки К-попа впервые за долгое время...]

— Ого...

'Этот анализ действительно хорошо написан...'

Я бессознательно кивал, читая написанное. В то же время я почувствовал любопытство и спросил у Ким Сонхёна:

— Кто потратил так много усилий, чтобы написать это?

— Это, должно быть, наш фа... фанат.

Ким Сонхён понизил голос, выглядя смущённым. С таким талантом было вполне естественно, что появятся фанаты, но до того момента было ещё далеко.

В то же время я тоже почувствовал себя странно. Было так неловко и странно, что кто-то говорит обо мне вот так.

'Есть ли у меня фанаты?'

Это ощущение не пропадало, пока мы не приехали в место съёмки шоукейса. Мы достигли концертного зала, святыни всех шоукейсов, где наши фотографии были вывешены на видном месте. Перед входными дверями уже стояла очередь людей, ожидавших концерта, который начнётся только через несколько часов.

— Посмотрите на этих людей...

— А, должно быть, здесь будет ещё какое-то выступление?

Участники не слишком долго думали об этом. Мы были никому не известны, поэтому фанаты, ожидающие нас заранее, казались чем-то невозможным. Мы все вышли из машины с такими мыслями.

— Дживон! Сон Дживон!

— Ичхэ, Сонхён, посмотрите сюда!

...Мы ошибались.

Мы услышали, как выкрикивают наши имена, как только вышли наружу. Мы в удивлении посмотрели на них.

Хотя их было немного, люди махали нам билетами и снимали нас своими камерами.

Сон Дживон, заикаясь, спросил:

— Чт, что это?

— Давайте быстро их поприветствуем.

Среди всеобщего замешательства мы услышали, как нас зовут ещё раз. Поражённые, мы поклонились, и раздались приветственные крики.

— Даджун такой милый!

— Они... наши фанаты? – нервно пробормотал Чон Даджун.

Неважно, какими новичками они были, за год они уже должны были как-нибудь привыкнуть...

Я тоже поклонился следом за Чон Даджуном.

— Хою-ю-ю-ю-ю-юн!

— ...!

Удивлённый, я увидел фанатку, размахивающую слоганом и кричащую в мою сторону.

— Хоюн, удачи сегодня!

— Красивый!!

...Я?

Я тупо пробормотал в ответ на эту первую на моей памяти ситуацию. Когда я указал на себя, они закивали головами.

— Хоюн, когда ты улыбаешься, я тоже чувствую себя счастливой!

Не в состоянии принять реальность, я моргнул. Ким Сонхён обхватил меня за шею и игривым тоном сказал:

— Что ты делаешь? Скажи им привет.

— А... э.

Не зная, что делать, я неловко поклонился, и среди толпы фанатов раздались щелчки затворов камер.

Когда я, всё ещё сбитый с толку, вместе с остальными вошёл в концертный зал, Кан Ичхэ со смешком поддразнил меня:

— Хён, думаю, я впервые вижу тебя таким смущённым.

— Правда же? Он всегда такой спокойный, что бы ни происходило... но он чуть в обморок не упал от криков фанатов.

— ...

Участники вокруг меня прошли мимо, вставляя свои пять копеек. Они тоже были смущены, но, по-видимому, моя реакция оказалась самой неожиданной.

Я всё ещё не мог поверить, что у меня были фанаты.

'Это точно реальность?'

Все только закидывали меня мусором, называя "злобным продюсером". Бесконечный поток доброты казался незнакомым.

Умом я мог принять тот факт, что с таким уровнем известности у меня будут фанаты, но это всё ещё не ощущалось по-настоящему.

Поэтому я всё не мог прийти в себя, даже когда меня отвели в гримёрную, чтобы нанести макияж и сменить одежду.

— Сегодня снова прекрасно выглядишь, Хоюн, – сделала мне комплимент стилист, поправлявшая мой костюм.

Надев внутриканальный наушник и встав перед зеркалом, я увидел своё отражение. Так как сегодня был мой первый раз, я принял предложение стилиста надеть технологичную одежду. Но после нанесения сценического макияжа я ощутил неловкость.

'...Странное чувство.'

Мой телефон завибрировал. Текстовые сообщения от Лим Хёнсу, Чу Усона и Со Ходжина.

[Со Ходжин: Хён]

[Со Ходжин: Взорви эту сцену и возвращайся]

[Со Ходжин: Если не справишься, я сменю пароль на входной двери, чтобы ты не смог зайти]

С моих губ сорвался горький смешок.

Да, стоит сосредоточиться на том, зачем я здесь.

Сделав глубокий вдох, я обернулся и увидел всех остальных ребят из группы, кроме Сон Дживона, собравшихся вместе и пытавшихся скрыть свое волнение. Чон Даджун с встревоженным лицом заговорил со мной:

— Хён, мы скоро выходим. Приготовься.

— Что насчёт Сон Дживона?

— Он сказал, что пошёл в туалет? Он опаздывает.

— Я пойду за ним.

Думаю, я знаю, что с ним случилось.

Я покинул гримёрку и направился в сторону уборной. Было бы идеально быстро подобрать Сон Дживона и выйти на сцену.

По привычке кивая проходящим мимо сотрудникам, я спрятался за торговый автомат в коридоре, когда никого не было рядом, и тихо шепнул:

— Магазин предметов.

[Открытие магазина предметов.]

Разнообразные предметы появились перед моими глазами, и все блестели, как будто умоляя купить их. Без всяких сомнений я выбрал вещь, которую приметил в прошлый раз, пробежавшись взглядом по всем товарам.

— Приобрести успокоительное.

[Покупка успокоительного произведена успешно.]

[Списаны 300 очков.]

Одновременно с этим я слегка сжал и разжал руку, и в ней появился шарик успокоительного, завернутый в золотую фольгу.

Ого, это правда было удивительно.

Проверив, что вокруг никого нет, я купил воды в автомате и пошёл искать Сон Дживона.

'Как я и думал.'

Я нашёл его. Прямо напротив уборной на лестнице сидел Сон Дживон с бледным лицом.

— ...Эм.

Тяжело вздохнув, Сон Дживон неловко улыбнулся мне, когда мы встретились взглядами.

— Это ты, Хоюн?

— Что ты делаешь? Пойдём.

— А... просто, я немного волнуюсь.

Выглядело так, что он не просто "немного волновался".

Его лицо было такое бледное, что казалось, будто это не я недавно побывал в больнице, а Сон Дживон.

— Прости... Я сделаю так, что группа не пострадает.

Я тихо сел рядом с ним. У нас всё ещё оставалось время. Увидев, как слабо мямлит Сон Дживон, я подумал, что шоукейс провалится, если это не исправить.

Он даже дышал с трудом. Из-за нестабильного дыхания казалось, что он может свалиться в обморок в любой момент. Я спокойно посмотрел на него.

Динь!

[Помогите Сон Дживону успешно завершить шоукейс!

Сон Дживон устал быть вечным трейни.

Он очень беспокоится из-за своих внезапных успехов.

Успокоить Сон Дживона 0/1

Успешно завершить шоукейс 0/1

При успехе: Очарование +30, Танец +10, Вокал +10

При неудаче: Очарование -50, Танец -30, Вокал -30]

'Сбалансируй кнут и пряник, бестолочь.'

— Эй.

Я протянул Сон Дживону успокоительное и бутылку воды. Сон Дживон слегка нахмурился.

— Выпей. Это успокоительное.

— ...Как ты догадался, что я нервничаю?

— Ты никогда этого не скрывал – как я мог не знать?

Во время записи было то же самое. На репетициях у него всё хорошо, но как только дело доходит до настоящего выступления, он неожиданно теряется, как будто пережил травмирующий опыт.

— На мне такое не работает.

— Просто выпей.

— Нет, мне и так норм-кхе!

Оно было дорогим.

Я закинул таблетку Сон Дживону в рот, пока он говорил. Она вошла как следует. Это напомнило мне о временах, когда я ухаживал за приболевшим Со Ходжином.

Я быстро предложил воду Сон Дживону, который сидел с ошеломлённым выражением лица, не в состоянии закрыть рот.

Не имея возможности выплюнуть, Сон Дживон неохотно запил таблетку водой, бросая злобные взгляды на меня.

— ...Ты выбрал очень странный способ дать мне лекарство.

— У меня есть младший брат. Если я кидаю его вот так, будто давая корм собаке, он всё съедает.

— Ты хочешь сказать, что я собака?

Я посмотрел на Сон Дживона, бросаясь непринужденными фразами.

[Напряжение Сон Дживона снято!]

Похоже, лекарство начало действовать, потому что его прерывистое дыхание успокоилось, и он облегчённо вздохнул. Сон Дживон моргнул.

— Как хорошо сработало. Что это? Или это эффект плацебо?

— Хорошо, если сработало.

Если говорить объективно, Сон Дживон – лучший среди нас. Нам необходимо как-нибудь спасти его, чтобы без происшествий завершить шоукейс. Сон Дживон выдавил слабую улыбку, которая могла исчезнуть в любой момент.

— Ты правда совсем не волнуешься.

— Я тоже волнуюсь.

— Что? Не может быть.

Я неловко почесал шею:

— Честно. Я просто стараюсь этого не показывать.

— Ха-ха, ну, это хорошо, что ты не выглядишь особо тревожным.

— Почему ты волнуешься?

У Сон Дживона было всё. Благодаря своей долгой жизни в качестве трейни он был самым популярным и уравновешенным участником.

Сон Дживон заколебался, сомневаясь, говорить или нет, и затем глубоко вздохнул.

— Это наш первый и... возможно, последний шоукейс.

— Верно.

— Я боюсь провала. Знаю, это не то, что хочется слышать в такие моменты...

Я так не думал. Я просто слушал речь Сон Дживона, не делая никаких замечаний.

— Я был трейни уже долгое время, да? Мне выпадало несколько возможностей, но все они заканчивались провалом. Я боюсь, что и наш текущий успех скоро исчезнет.

Я мог понять. Сон Дживон был больше знаком с бесконечными провалами, чем с победами. Его отбрасывало назад каждый раз, когда он делал шаг вперёд, и дверь к успеху каждый раз захлопывалась перед ним.

Поэтому Сон Дживон боялся сделать этот шаг. Он опасался, что этот последний шанс тоже будет упущен.

Я был хорошо знаком с этим чувством. Очень хорошо.

— ...

— ...Эм, прости, я не должен был поднимать эту тему. Почему-то я считал, что ты ни разу не сталкивался с неудачами, поэтому невольно вырвалось.

— У меня тоже не всё было гладко.

— Э?

— Показать?

Прежде чем Сон Дживон смог ответить, я закатал свой рукав. Сон Дживон недоумённо посмотрел на меня.

— Что, что ты делаешь?

Переводчику есть что сказать:

Червонный король – одна из карт червонной масти. Во французской колоде традиционно ассоциируется с Карлом Великим; в англо-американской колоде карту называют королём-самоубийцей, потому что кажется, что меч он направил себе в голову.