— Вот здесь.

Я показал Сон Дживону длинный шрам, тянущийся от моего предплечья до плеча. Он побледнел со временем, но если присмотреться, следы раны всё ещё были ясно различимы.

Некоторые, может, и заметили его во время тренировок, но никто из группы не спрашивал меня об этом раньше.

— Этот шрам, он остался от автомобильной аварии десять- нет, несколько лет назад. Тогда мне сказали, что я могу вообще потерять возможность снова двигать рукой.

— ...

— Я усердно старался на реабилитации, и сейчас могу пользоваться ей без всяких проблем... но тогда я был в настоящем ужасе. Что бы я ни делал, рука просто не слушалась.

Впервые я рассказывал об этом кому-то, кроме Со Ходжина. Я ещё не был уверен, является ли Сон Дживон важным для меня человеком, но эти слова определённо были необходимы в тот момент.

— Я хорошо знаю это чувство, когда кажется, что что бы ты ни делал, ничего не сработает.

— ...

— И всё же, во время реабилитации я понял, что каждому даются возможности. Они несправедливы, но они есть, и только подготовленные могут ими воспользоваться.

Это было не только о реабилитации. После потери родителей я вошёл во взрослое общество немного раньше остальных и пережил бессчётное количество несправедливостей.

Люди, которые выросли в богатой семье без всяких трудностей и верили, что для них естественно переступать через других...

В моей жизни было так много подобных людей, что я потерял веру в человечество. Хорошие возможности всегда доставались кому-то другому.

Даже прямо сейчас, достаточная или нет, нам была дана возможность.

Но, как и всегда, возможности придут к тем, кто готов к ним. Даже если всего лишь раз.

Я встретился глазами с Сон Дживоном.

— Ты усердно готовился, не так ли?

— ...

— Верно же?

Сомневаясь, Сон Дживон кивнул. Значит, он готов воспользоваться выпавшим шансом.

Я опустил свой засученный рукав. Как бы я ни старался его расправить, он всё равно выглядел помятым. Наверное, я получу нагоняй от стилиста.

Я бросил взгляд на Сон Дживона, отвлекаясь от своей мятой рубашки.

— Этого достаточно.

— Ага.

— Давай перестанем ныть и пойдём дальше.

Сон Дживон сжал челюсти и встал на ноги. Затем он мягко прошептал мне:

— Я сделаю всё возможное.

[Сон Дживон доверяет вам.

Ваши отношения с Сон Дживоном очень дружелюбные.]

'Я сказал слишком много.'

Я почувствовал облегчение, что этот момент не попал на камеры. Я уже сожалел, что показал шрам и произнёс эту стариковскую речь.

Это, наверное, станет постыдным воспоминанием в будущем, но хотя бы я завоевал расположение Сон Дживона.

— Эту слезливую историю стоит приберечь до времени перед камерами...

— Ха-ха, и правда... Ты всё такой же.

— ...?

Всё такой же?

— А, прости. Давай уже пойдём.

Сон Дживон выглядел озадаченным, хотя сказал это сам. Я почувствовал себя немного неуютно, но решил не спрашивать, и мы вернулись в гримёрную.

Участники выглядели беспокойными, потому что мы опаздывали, а шоукейс должен был скоро начаться.

— Почему вы так поздно?

— Так не терпелось в туалет?

— Конечно, сопляки.

Они наигранно поддели нас, хотя уже поняли, что случилось.

'Быстро соображают.'

Вместо ответа я последовал инструкциям персонала, который провёл нас в тёмное место за кулисами. Звук заранее записанного видеоряда с лицами каждого из уастников раздавался в зале.

Ким Сонхён, как настоящий лидер, собрал нас всех вместе.

— Давайте скажем нашу кричалку.

— ...У нас была кричалка?

— Не-а.

— Давайте придумаем одну, быстро.

Каждый стремился высказаться, и начался бардак. Ким Сонхён тяжело вздохнул и поднял руку, стоя в кругу участников.

— Давайте просто поднимем руки. Мы должны сделать что-то такое перед выходом на сцену.

— Да.

Пять рук взмыли в воздух. Мне казалось одновременно неловко и естественно принимать в этом участие.

Что я имею в виду? Не спрашивайте. Я и сам не могу понять это чувство.

Я мог видеть лица всех участников, нервничавших или неуютно улыбавшихся. Ким Сонхён немного поколебался, прежде чем заговорить:

— Мы действительно упорно работали последний месяц... Давайте продолжим стараться и в следующем месяце.

— У-у-у!

— Слабо!

— Давайте придумаем более крутой лозунг!

— А, давайте просто выложимся на полную.

— Да, давайте как следует постараемся.

— Давайте взорвём эту сцену.

Ким Сонхён с энтузиазмом сказал:

— Давайте, вперёд!

Потому что это для нас было впервые, мы все смеялись и поддразнивали друг друга из-за кричалок, и напряжение развеялось. Было приятно видеть их всех более расслабленными.

Когда мы вышли на тёмную сцену, раздались приветственные крики. В кромешной темноте я встретился глазами с Сон Дживоном. Он одними губами прошептал:

'Удачи.'

Хотя он был самым тревожным из нас, Сон Дживон подбодрил меня. Кто ещё кого поддерживает?

Как бы то ни было, я не сожалел, что потратил свои очки на то успокоительное.

Я ухмыльнулся, но быстро стёр с лица улыбку, когда заиграла музыка.

С началом песни крики фанатов усилились. В то же время можно было услышать их голоса, скандировавшие:

— Ким Сонхён, Сон Дживон, Со Хоюн, Кан Ичхэ, Чон Даджун!

— ...

'Это фанчант?'

Фанаты кричали нам свой фанчант снизу. Мы все были удивлены, не ожидая такого.

— The Dawn, Second Chance!

Как только фанчант закончился, я подобрал микрофон и начал подпевать Сон Дживону:

— Дай мне, дай мне, дай мне второй шанс.

Это действительно был наш второй шанс. Сон Дживон открыл глаза и тряхнул головой. Доброта в его глазах исчезла, уступая место выражению человека на сцене.

Его выражение сменилось на недоумевающее, но, когда он закрыл лицо правой рукой и опустил голову, недоумение сменилось решимостью.

— Не могу упустить этот шанс.

'Как и ожидалось от Сон Дживона.'

Сон Дживон махнул рукой камере, и я, в ожидании стоявший позади, поднял голову и прошёл к передней части сцены.

Кан Ичхэ и Ким Сонхён скрестили руки, притворяясь, что раскладывают карты, и при этом пели.

'Я – айдол, айдол, айдол...'

Я был уверен, что смогу сделать похожие жесты.

— У-у, выбери карту, и будущее прояснится,

Низкие шансы волнуют твоё сердце; ничего не бойся.

— Ва-а-а-а-а-а-а!

...Честно говоря, я удивился. Если бы я тренировался хотя бы немного меньше, моё выражение лица на мгновение бы дрогнуло.

Я равнодушно повернул голову, вытащил карту и коварно улыбнулся.

— Всё хорошо, я поведу тебя.

Возгласы раздались в мою сторону. Ким Сонхён и Чон Даджун выступили вперёд, подпевая друг другу, когда я отправился назад после своей части.

— Идём со мной, идём со мной,

Не бойся, идём со мной,

Я обрёл свой второй шанс.

Ким Сонхён начал танцевать под припев. За ним я краем глаза заметил фанатов, размахивающих плакатами.

— Скажу это снова: мы в самом начале,

Я буду возвращаться всегда.

Ты боишься этого странного чувства,

Не стоит волноваться, я поведу тебя.

Я встретился глазами с Кан Ичхэ, ожидавшим своего момента позади. Он игриво сморщил нос с восторженным выражением лица, как бы говоря, что всё пройдёт хорошо.

Затем Чон Даджун наклонился, Кан Ичхэ наступил ему на спину, взмыл в воздух, сделал сальто и приземлился на сцену.

— Вставая с чёткой целью, полный уверенности,

Я не упущу эту леденящее чувство.

Я вижу твоё лицо, даже закрыв глаза;

Я не промахнусь на этот раз.

Он практически летал.

Кан Ичхэ мгновенно взял сцену под свой контроль. Его чёткая дикция, оправдывавшая позицию главного рэпера, и зашкаливающая уверенность в себе выплеснулись на сцене. Никто не мог остановить бесстрашного и страстно увлечённого Кан Ичхэ.

Когда он сделал движение, имитирующее стрельбу из пистолета, некоторые зрители вздрогнули, как будто в них и правда выстрелили.

Я не мог не издать небольшой смешок, хотя и не должен был.

— Скажу это снова: мы в самом начале,

Я буду возвращаться всегда.

Не бойся этого странного чувства,

Не стоит волноваться,

Я поведу тебя.

Всё, что мы репетировали до посинения последние недели, мы выплеснули на эту сцену. Может быть, получилось лучше, чем мы думали. Пот струился по нашим лицам.

Хорошая песня, приличный план, обсуждаемые сплетни, искренне увлечённые участники. И фанаты.

— Только в этот раз, хотя бы в этой жизни, я должен.

Я оглядел зрителей. Бешено трясущиеся плакаты и слепая, сильная вера в нас.

Может быть, я недооценивал эту работу.

Я встретился глазами с Сон Дживоном на противоположном конце сцены. Я почувствовал, как воздух застревает в горле. Чувство накрыло меня с головой.

Мы сможем сделать это.

— Я обязательно спасу тебя (спасу тебя).

Я почти выкрикнул высокую ноту. Сон Дживон твёрдо подпел мне в припеве.

Одновременно с этим мы все развернулись, следуя ритму, и встали в начальную позицию. Затем, как будто медленно шатаясь на ветру, мы стали раскачиваться из стороны в сторону.

— Дай мне, дай мне, дай мне второй шанс.

Даю тебе, даю тебе, даю тебе...

Ким Сонхён сложил пистолет из пальцев и направил его на Сон Дживона. Когда Сон Дживон упал на пол и его дрожь затихла, наша формация распалась, и я один медленно встал на ноги.

— Второй шанс.

Музыка закончилась вместе с этой произнесённой почти шёпотом фразой. Мы все задержали дыхание, пока на сцене не погас свет.

Мгновение тишины вскоре сменилось целым каскадом криков. Это было до невозможности громко.

Это была слепая привязанность, которой, как я думал, я никогда не смогу заполучить.

— ...

Мы поднялись и глубоко поклонились фанатам. Опустив голову, не в силах объяснить странные эмоции, готовые разорвать моё сердце, я почувствовал, как кто-то похлопал меня по плечу и спине.

Чон Даджун, такой гордый, как будто его сейчас разорвёт, и Ким Сонхён, чьё выражение лица выражало облегчение от первого преодолённого препятствия. Стоявший рядом с благодарным Сон Дживоном Кан Ичхэ широко улыбнулся.

***

— Ого, вы, ребята, были просто невероятны. Давно я не видел такого трудного группового танца. Не так ли, дорогие зрители?

Пока участники остывали и пили воду, персонал быстро поставил на сцену стулья.

Как только всё было готово, на сцену поднялся ведущий и открыл шоукейс похвалой. Зрители с энтузиазмом вторили ему.

— Теперь, пусть каждый из вас представится.

Так случилось, что я, сидевший ближе всего к ведущему, поднял микрофон первым.

— Здравствуйте...

— А-а-а-а-а! Наш кролик такой милый!

'...Кролик??'

Крики раздались после всего одного слова. Они были громче, чем мой голос, усиленный микрофоном.

Я мгновенно оказался сбитым с толку и забыл, что сказать следующим, поэтому ведущий быстро заполнил паузу шуткой:

— Кто дал этим людям микрофон?

Никогда ещё чужая реакция не заставала меня врасплох, но сегодня это случилось несколько раз.

'Кро... Может, я неправильно расслышал.'

Я собрался с мыслями и продолжил разговор.

— Эм... Здравствуйте, я Со Хоюн, саб-вокалист The Dawn. Большое спасибо, что пришли сегодня.

Закончив своё приветствие, я передал микрофон следующему участнику. Мы все по очереди рассказывали о себе, и каждый раз оказывались застигнутыми врасплох криками фанатов.

В конце концов, мы никогда ещё не получали столько внимания.

— Сегодня мне нужно задать вам столько вопросов. The Dawn – горячая тема сегодня, не так ли?

Ведущий уверенно повёл программу дальше.

— Для начала давайте послушаем о долгом перерыве Хоюна и о том, как он вернулся в группу.

Я был готов к этому вопросу. Будет лучше, если ответит кто-то другой, потому что это создаст более лестную картину.

Сон Дживон сразу же поднял микрофон:

— Да, Хоюн изначально был частью участников, готовившихся к дебюту, но он взял перерыв из-за проблем со здоровьем и теперь участвует в деятельности группы, начиная с этого сингла.

— Слышал, он вернулся, горя энтузиазмом, да?

...Этого в сценарии не было. Информация обо мне так быстро просочилась?

'Типичные фразы о том, что родители гордятся мной, наблюдая и слыша меня.'

Он говорил разного рода провокационные вещи. Неожиданной оборот, который приняло это интервью, бросил меня в холодный пот.

— Со Хоюн, не скажете несколько слов?

Ведущий посмотрел на меня и лукаво улыбнулся.