— В чём разница между усилением всего тела разом и усиления конкретной части?

— Усиление всего тела неэффективно, как не посмотри, — не постеснялся ответить Торис. — Большая часть маны работает вхолостую при том же беге.

— Во-первых — неправильно. Во-вторых — я спрашивал немного о другом. Смотрите.

Мана, окутывающая тело Волфрида сжалась подобно мышцам. Словно проникая в сами волокна, мана самую малость просвечивала сквозь тело на неприкрытых одеждой участках, но такую, казалось бы, мелочь, невозможно было упустить из внимания.

«Никогда такого не видел. Насколько чудовищной должна быть концентрация, чтобы светилось само тело, а не аура вокруг?

— Ух, а я уже напрягся, когда он закатал рукава!.. Как я только мог подумать о такой глупости, — полушепотом признался Тео своим товарищам.

— Думаю всем понятно, что произошло. Наблюдайте дальше.

В один момент излучение из тела стало тускнеть, скапливаясь в одном месте — его кулаке. Всего за пару секунд концентрация стала достаточной, чтобы слепить смотрящих на руку Волфрида. Некоторые, например Кайден, догадались специально погасить своё мана зрение. Торису же, не оставалось ничего, кроме как отворачиваться. Заметив это, Кайден подумал:

«Один из моментов, когда глаза правды являются недостатком. Хотя, Торис же говорил, что не видит ману внутри тела?..»

— Транспортировка, — ни с того ни с сего заговорил Волфдрид. Свечение перетекало из одной части тела в другую, цепляя взгляды окружающих. — Концентрация маны в определённом месте — это не что иное, как её перемещение.

— Что за занудство… — пробурчал под себя Вергилий. — К чему это всё? Это же элементарные вещи, — произнёс он раздражённым голосом.

Некоторое время Волфрид молчал, но не походило, что учителя поставили в тупик. Они взаимно испытывали терпение друг друга… и Волфрид вышел победителем. После пары медитативных вдохов, он ответил:

— Ты когда-нибудь задавался вопросом, от чего зависит скорость перемещения маны по телу?

Вергилий подошёл к вопросу практично. С виду без больших усилий, он повторил трюк учителя: сконцентрировав свою ману в плотный комок, мальчик стал «жонглировать» им, перемещая по разным сторонам тела. Хоть плотность и скорость перемещения маны Вергилия и близко не стояли с попыткой Волфрида, его выступление бросило сверстников в дрожь.

— Не знаю, может от практики?

Он вёл себя, будто не произошло ничего неординарного. То, что для девяти одноклассников ещё полминуты назад казалось тем, что под силу только учителю, Вергилий повторил словно пустяк.

— Универсальный ответ, — пожал плечами Волфрид. — Перемещая ману в конкретное место, у вас должно появиться чувство… сравнимое с движением в воде. Как будто вы уже знаете какого перемещать ману на максимальной скорости, однако её встречает некое сопротивление, сковывающее движения.

— Лучше и не опишешь… — глядя на свою ладонь прошептал Тео.

— Так отчего же зависит скорость? — не скрывая любопытства спросила Лале.

— Гм… Чтобы ваша мана не застревала в пробках, нужно правильно организовать её трафик… Такова гипотеза, которой я придерживаюсь. Всё-таки, поведение маны в теле мага не изучено настолько, чтобы говорить о таком наверняка… Есть разные учения, помогающие найти со своей маной общий язык: некоторые универсальны и проверены временем, другие амбициозные, но экспериментальные.

«Разные учения?..»

Былое напряжение утихло, ученики вникали словам Волфрида.

— Раз уж вы дети не самые простые… судя по результатам тестов, думаю можно вас ознакомить методологией моего учителя. Она возлагает особые нагрузки на мага, взамен на кратную эффективность.

В этот момент Волфрид думал совсем о другом:

«Ладно остальные, но первоклашки потянут такое со скрипом… И всё же, мне не хочется менять программу обучения ради одной параллели, как-нибудь потерпят, хе-хе».

— Метод крови.

Пугающее название сбило учеников с толку, в их головы лезли жуткие ассоциации. Увидев реакцию детей, Волфрид еле заметно ухмыльнулся.

— Ничего страшного в нём нет, гм! Практика берёт вдохновение у кровеносной системы человека, но похоже, что название «метод кровеносной системы» не прижилось. Метод крови базируется на трёх основных принципах. Первый: мана всегда должна находиться в движении. Второй: её движение должно проходить через максимально возможное количество участков вашего тела. И наконец третий: циркуляция маны не должна конфликтовать сама с собой, иными словами, не стоит отправлять ману против течения.

— Прям всегда?! — от удивления переспросила Эллен.

— Прям всегда, — подтвердил Волфрид. — Можете начинать пробовать. Разве что поправить я вас не смогу, так как большая часть кухни спрятана внутри тела, гм.

Так и началась первая практика особого класса «1-S». Каждый чувствовал себя словно ребёнок, которого попросили собрать ракетный двигатель: ни инструкций, ни опыта за плечами, даже за одноклассниками нельзя было подсмотреть… однако это играло и в лучшую сторону. Особо стыдливые не волновались, что публично опозорятся.

— Тео, ты как делаешь? — спросил Торис, чувствуя себя словно слепой котёнок.

— Вверх-вниз, а потом влево-вправо… или вправо-влево... Блин, сбился!

Подслушав разговор краем уха, Волфрид заволновался насчёт правильности своего выбора доверить столь непростую методику первоклассникам. Однако он не растерял надежды, и слегка отклонился от изначального курса по их обучению, что «каждый должен добиться мастерства, пробираясь сквозь неудачи, и вместе с одноклассниками открывать новые пути». Волфрид решил дать лёгенький толчок, чтобы навести ребят на правильный путь.

— Начните с простых форм… — сказал Волфрид с легкой неловкостью, словно покинув зону комфорта. — Мысленно прочертите овал от таза до плеч и ведите ману в одном направлении: по часовой стрелке, ну или против, кому как нравится.

— А как же ноги и руки? — спросил Кайден.

— Как сможете с легкостью проворачивать овал, тогда можете усложнять формы. Вы почувствуете этот момент. А вообще с конечностями такая же история: по овалу на каждую, потом два на каждую, это будет уже приличной основой. После этого следует настоящая заварушка. Уж лучше вам не знать…

Задача стала намного прозрачнее. Каждый сконцентрировался на поддержании движения, пока Волфрид попутно раздавал советы.

— Стабильность важнее одномоментного качества. Старайтесь поддерживать равномерную скорость. Если чувствуете, что можете ускориться, делайте это максимально плавно. Прямо как во время… а неважно.

Несмотря на внешнюю простоту, даже столь упрощённая версия метода крови вызывала трудности: стоило отвлечься хоть на мгновение, как связь с маной обрывалась. Поймать былой темп казалось задачей сродной ловле волны у сёрферов: подгадать момент и скорость, не оплошать с траекторией… ученикам было проще дождаться полной остановки и начать заново, чем каждый раз терпеть провал, ведь каждое попадание против течения отнимало слишком много энергии.

— Сначала овал будет грубым и размашистым, сконцентрируйтесь, выводите всё более чёткий контур.

Во всю шёл урок, и с каждой минутой осознание сложности отодвигалось всё дальше по мере выявления новых тонкостей. По началу совершенствование проходило небольшими рывками после длительного повторения, но временной промежуток между рывками становился всё длиннее и длиннее. В какой-то момент застой в совершенствовании дошёл до точки кипения: Кайдену и многим другим казалось, что тренироваться дальше не имело смысла.

— Ну что, чувствуете? По натоптанной тропе двигаться куда проще.

«Ни капельки не чувствую!» — стоял на месте Кайден, в попытке поддерживать циркуляцию маны.

Спустя десять минут Волфрид исчерпал набор наставлений и уселся неподалёку. Вслед за ним прошёл Вергилий, это не могло пройти мимо глаз остальных учеников, они навострили уши в попытке узнать о чём «Первый» захочет поговорить с учителем.

«Слишком тихо», — промелькнула мысль в разуме Вергилия. — «Может резко обернуться? Вот они обосрутся…»

— Тц… — Вергилий недовольно цокнул, бросив эту идею.

Он остановился перед Волфридом, сидящим на газоне. Учитель неспешно поднял голову.

— Если на сегодня это всё, то можно идти?

Вопрос оказался внезапным даже для Волфрида, не говоря об подслушивающих одноклассниках.

— А, ну… В общем-то да.

— Тогда я пошёл, — сказал Вергилий, уже развернувшись к учителю спиной.

— Постой… — словно вспомнив о чём-то важном сказал Волфрид. — Расскажи по памяти принципы метода крови… хотя хватит даже первого.

Спустя долгое время обстановка снова накалилась, и как не удивительно, в очередной раз именно Вергилий находился в очаге пожара.

Он неохотно остановился, попутно закатив глаза.

— Мана должна двигаться… Или как-то так, пофиг.

«Одарённый выскочка…» — нахмурил брови Волфрид.

— Нет, не пофиг, — грозным голосом ответил он, поднимаясь с газона. — А теперь слушай. Мана всегда должна находиться в движении. И когда я говорю всегда — это означает буквально. Всегда.

— Чё? Даже когда сплю?

— Даже когда спишь.

— Тц, не дождешься… — пробурчал под нос Верглилий, снова зашагав прочь.

— Гм… Ну если тебя не будет беспокоить, что одноклассники через пару лет тебя обгонят, тогда…

— ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! — он обернулся к своему обидчику.

В один миг вид Вергилия преобразился, вытаращенные глаза, звериный оскал из которого будто вот-вот и потекут слюни. Из-за скорченной от гнева гримасы выступили морщины. До некоторых пор ангельский облик трансформировался до неузнаваемости, словно оголяя его истинную натуру.

Выкрик Вергилия разом сбил концентрацию девятерых, до этих пор старающихся поддерживать циркуляцию. Подобно незапланированному отпуску, у них появилась возможность понаблюдать за происходящим, не волнуясь о поддержании движения. Однако на этом всё и закончилось: двое не проронили друг другу ни слова. Ребята провожали взглядом удаляющегося Вергилия, будто ожидая внезапного продолжения событий.

Вскоре урок закончился, у Кайдена, Тео и Ториса оставались двоякие ощущения, многие вещи рвались наружу для обсуждения, но все трое шли молча, пялясь в пол, к тому же до удивления медленно и осторожно, будто ступали по тонкому льду посреди озера. Самый настоящий момент, когда они поняли друг друга без слов. В головах троих засела одна и та же, в точности до интонации фраза, некогда произнесённая Волфридом:

«Мана всегда должна находиться в движении. И когда я говорю всегда — это означает буквально. Всегда».

Если поддерживать циркуляцию будучи максимально сосредоточенным оказалось непростым занятием для Кайдена и Тео, то во время ходьбы и подавно. То и дело, время от времени на лице одного из троих выражалась эмоция, всем своим видом говорящая: «Да чёрт возьми!!!» Та была сигналом, что кто-то только что облажался. Но ребята понимали, это не может продолжаться вечно. Такими темпами мальчиков ожидало два исхода: либо они сдадутся, либо заговорят друг с другом очень нескоро.

Им жизненно необходимо выйти на абсолютно другой уровень.

— Один.

Внезапно послышался голос Кайдена. Произнеся всего одно слово, он снова затих.

«Надеюсь, они догадаются. Мне не хватит концентрации, чтобы разговаривать».

Прошла минута, затем ещё одна. С того самого момента от троицы не доносилось ни единого звука, но Кайден не хотел с этим мириться. Может в такой момент его товарищей нельзя обвинять, однако сердиться ему это не мешало.

— О… дин! — повторил Кайден.

Произнеся число словно боевой клич, он толкнул плечом в плечо идущего поблизости Тео, который как падающее домино задел и Ториса.

Их лица отражали всю сложность ситуации, сравнимо с физиономией человека, со всей силы прищемившего палец в библиотеке. Гнев и желание, мягко говоря, «высказать недовольство» Кайдену по одну сторону и поддержание движения маны по другую…  Что удивительно, никто не потерял контроль над циркуляцией после этого толка.

Недовольно обернувшись к шутнику, Тео и Торис не заметили за Кайденом угрызений совести, зато он явно, чуть ли не перед их глазами показывал жест мира… Или же в этом случае он демонстрировал нечто другое?..

— Два… — с небольшой задержкой после увиденного сказал Тео.

Затем и Торис понял, что к чему.

— Три.

И начался счёт, с одновременной ходьбой и не сводя внимания с маны. Медленно совмещая магическую практику с элементами обычной жизни, как движение и примитивный разговор, рано или поздно это станет чуточку привычнее — так думал Кайден, на такие мысли его частично вдохновил подход Волфрида к методу крови с постепенным усложнением форм.

Счёт перевалил за сотню, но на подходе был следующий урок, уже с их «старым» классом, весёлое упражнение пришлось прервать. На его место пришло удержание в голове темы урока, не переставая при этом обеспечивать манообращение. Задача оказалась на порядок тяжелее чем обычный счёт. Количество сбитых попыток у каждого за единый присест урока биологии близилось к десяти.

Прошло ещё два урока, ситуация слегка выровнялась, однако изучение метода крови дало о себе знать к середине дня: даже в таком пассивном режиме это изнуряло как магическую часть, так и их бедную черепушку. Говоря о голове, у ребят она чуть ли не плавилась, мало кто выдержит по-настоящему заниматься двумя вещами одновременно, а не выдавать за подобное частое переключение между ними.

Обед по истине стал моментом, когда можно было перевести дыхание, к этому времени считалочка уже казалась безобидной забавой, но и поднять планку до стандартной беседы ещё слишком рано. Но честности ради, сейчас говорить мальчикам уже просто не хотелось, каждый молча уплетал еду, периодически произнося число по своей очереди. В этот раз они считали их «через один», ради приличия минимально подняв сложность.

Каждый раз, когда Кайден знакомился с новыми людьми, столовая и другие людные места преображались: он не мог развидеть стоящего в очереди за куриной грудкой Сирефа с того момента как им посчастливилось встретиться. Так же как и Кайден сейчас, даже в десятке метров от себя слышал доставучий голос новой одноклассницы Лале, которая в очередной раз прессовала свою подругу. И он понял, что слышал этот голос всё это время, но полностью пропускал мимо внимания. Кайден находился поблизости этих людей каждый день, их могло разлучать расстояние меньше вытянутой руки. Не скрывая своего любопытства, он оглядывался в попытке отыскать, где сидят его новые одноклассники.

«Мы трое, Сиреф и Шен, Лале и Дженни, Эллен где-то видел, она часто сидит неподалёку от… нашёл! Осталось двое…»

Мотания головы из стороны в сторону не могли упустить из виду друзья Кайдена, им не хотелось даже ничего говорить. Окинув его осуждающим взглядом, Тео и Торис оставили своего друга в покое. Наконец Кайдена встретила удача: взгляд зацепился за растрёпанный силуэт, тот сидел в одиночестве за пустым столом. Кремово-коричневатая одежда, напоминающая множество раз перевязанную под разными углами ткань.

«Как там его звали… Баскан вроде?»

Кайден решил пошпионить за ним чуть подольше, он даже не видел лица третьего места. Помимо глубокого капюшона его скрывала очередная тряпка, оставляя небольшое пространство вокруг глаз, и то вечно находящееся в тени. Но на обеде открывалась удивительная возможность разглядеть загадочное лицо и утолить любопытство.

Кайден сосредоточился, чтобы ничего не пропустить. Первым, что он увидел, уже повергло его в шок, и это даже не лицо загадочного мальчика.

«Он ест… руками?!»

Лицо Кайдена скривилось от омерзения и культурного шока. Руки Баскана без всякого стыда ныряли в гуляш, который сегодня также взял и Кайден, это произвело на него тошнотворное впечатление, но он не мог спустить глаз. Пальцы вынырнули из гуляша и на две фаланги вглубь отправились прямо в рот Баскану, затем с глянцем от слюней выбрались наружу и снова вонзились в гуляш.

За длительный просмотр Кайден заплатил пропавшим аппетитом, взамен он почти ничего не получил. Голова Баскана чуть ли не висела над тарелкой, чтобы капли с пальцев случайно его не запачкали, и даже в столовой он сидел в капюшоне. Как итог, кроме рта и кончика носа Кайден ничего не увидел, но заранее сделал вывод держаться от парня подальше… что хотя бы было не в новинку в случае с его классом.

Только второй день в школе после каникул и уже такой изматывающий, Кайден и друзья ещё не успели оправиться от непрерывного потока событий: конфликтная встреча с Сирефом, стычка с Мейв, ежедневные насыщенные тренировки, заветный матч, затем каникулы. А там паническая атака Кайдена перед поездом, магический музей, магические марионетки и старик Авраам. У друзей на следующий день была условная передышка, а Кайден встретился с Энриком, посетил Башню Чудес. Потом зоопарк, Кайдена стошнило, они отправились на магический рынок, где ребята рванули за котом Арбузиком, оставив Ториса. Встреча девушкой с перевязанным лицом, заставившая их оглядываться до конца дня, отъезд в школу, объявление о специальных классах, испытания Волфрида, знакомство со своеобразными одноклассниками и наконец изучение метода крови.

Этот промежуток в десять дней буквально не давал мальчикам отдышаться, в особенности Кайдену, который пережил больше остальных, его голова разрывалась количества раздражителей. Закрывая глаза, у него обязательно мерещилось что-то из последних дней, разум не успевал выветриваться. Впервые за очень долгое время Кайдену захотелось побыть одному: посидеть в тишине, разложить мысли по полочкам, отдохнуть от приключений хотя бы на пару дней, а может даже и от своих друзей. Поймав себя на этой мысли, Кайдену не сразу удалось её принять, но наконец увидев перед своими глазами кровать, совесть подчинительно отступила.

Торопливо разувшись, ему хотелось как можно скорее растаять в постели, растечься по ней как разлитая по столу газировка. Исчезнуть. Избавить свою голову от мыслей, проголодаться до скуки.

Уже падая в объятия одеяла, в голову подкрались навязчивые воспоминания:

«Всегда. Даже когда спишь».