Ютака мчался сломя голову, его шаги были неровными, отчаянными, будто он сам не знал, куда бежит. Но бежал. Он бежал от чего-то. Или, возможно, от кого-то?

Страх гнал его вперёд, превращая спокойного и уверенного парня в загнанного зверя. Его дыхание сбивалось, сердце бешено колотилось, а ноги, несмотря на дрожь, продолжали нести его вперёд, подальше от неведомой угрозы.

Казалось, даже сама природа пыталась остановить его: ветки хлестали по лицу, кусты цепляли одежду, а корни деревьев вырастали прямо у него на пути. Один из них оказался фатальным.

Ютака зацепился за корень, потерял равновесие и с грохотом рухнул на землю. Удар выбил из него воздух, а инерция потащила вниз по склону. Земля, грязь, камни — всё это раздирало его тело, пока он кубарем летел вниз.

— Э-э?.. Э-Э?.. А-А-А-А-А-А-А!!! — Его крик разнёсся по лесу, наполненный первобытным ужасом. В этом крике звучала боль, отчаяние, растерянность — он был воплем души, разрываемой страхом.

Лежа на холодной, влажной земле, он резко поднял голову, оглядываясь по сторонам. Лес был безмолвен, но он чувствовал это: кто-то, или что-то, всё ещё было там. Оно смотрело, ждало.

Ютака рухнул на землю с такой силой, что воздух вырвался из его лёгких. Однако это было не самым страшным. Падение оказалось катастрофическим: его нога подвернулась под неестественным углом, и пронзительная боль тут же пронзила всё тело.

Он закричал, захлёбываясь собственным голосом:

— A-A-A-A! Больно! Это... невозможно!

Когда он посмотрел вниз, перед глазами предстала ужасная картина. Коленный сустав вывернулся наружу, обнажая искривившиеся кости и разорванные мышцы. Кровь хлынула из раны густым потоком, окрашивая землю в тёмно-красный. Тепло её обжигало кожу, а животный страх перед потерей крови сковал сознание.

Ютака попытался пошевелиться, но резкая боль буквально парализовала его. Ему казалось, что каждое движение отдавалось в теле молнией, разрывающей нервы на куски.

Лицо Ютаки исказилось в мучительной гримасе, отражая весь спектр боли, который разрывал его изнутри. Каждый нерв, казалось, кричал от непосильной нагрузки, каждая клетка его тела пылала агонией. Слёзы обильно текли по его щекам, впитываясь в грязь, смешиваясь с кровью, словно поток, в котором можно было утонуть.

— Помогите... помогите... — слабым, едва слышным шёпотом произносил он, его губы еле двигались. Это был не крик, не призыв это было отчаяние, тихий мольбы, обращённые в пустоту, без надежды, что кто-то услышит.

Воспоминания о том, что произошло, промелькнули в его сознании, как разорванная киноплёнка. Десять минут. Всего десять минут назад он был другим человеком.

Десять минут назад.

«Я побежал вглубь леса, как сказала та девочка. Но никого здесь нет…» — Ютака остановился, окинув взглядом тёмную чащу.

Его охватывало беспокойство. Где же та загадочная деревня, о которой говорила девочка? Неужели её нежная, доверчивая улыбка была обманом?

Ютака покачал головой, отгоняя сомнения. Нет, он не хотел верить, что такая беззащитная малышка могла его провести. Её глаза, полные невинности, не могли лгать.

Он продолжил поиски, сжимая кулаки от нарастающего напряжения.

— Это оно? — прошептал он вдруг, услышав приглушённый крик, раздавшийся где-то неподалёку.

Звук был резкий, надрывный, и определённо принадлежал девушке. Ютака сорвался с места, мчался вперёд, разрывая колючие ветви, цеплявшиеся за одежду. Но вновь его преследовала пустота — ни души вокруг, только удушающая тишина.

Сомнения вгрызались в разум. Он остановился, тяжело дыша, вглядываясь в мрак.

«Это снова ловушка? Или я просто не успел?» — мысли, как рой ос, гудели в голове.

Он беспокойно оглядывался по сторонам, надеясь найти хоть какую-то зацепку.

— Чёрт, да где же вы?! — голос сорвался, эхом разлетевшись по лесу.

Тишина вновь повисла над ним, как тяжёлое покрывало, и Ютака уже начал терять веру в успех.

Но тут раздался новый крик. Он был громче, ближе — будто кричали прямо за его спиной. Не раздумывая, Ютака развернулся и снова побежал, перепрыгивая через коряги и скользя по влажной земле.

Первые десять метров. Потом пятьдесят. Ветер шумел в ушах, а сердце гулко билось в груди.

И снова — тишина. Никаких следов, никаких криков. Словно это был лишь призрак звука, мираж, сотканный из отчаяния.

Ютака замер, сжав зубы. Сомнение терзало его всё сильнее, но он не мог позволить себе остановиться. Ведь где-то здесь, среди мрака и обмана, кто-то действительно ждал помощи.

— Да что, мать вашу, происходит?! Вы издеваетесь надо мной?! Шутки шутите, да?! — Ютака сорвался на крик, его голос разорвал тишину леса.

Но в ответ — ничего. Тишина была почти зловещей. Даже птицы, которых должен был спугнуть такой резкий звук, оставались невидимыми и неслышимыми.

Ютака замер, обводя взглядом мрачные стволы деревьев. Его сердце билось как барабан, а разум искал объяснение.

«Почему так тихо? — пронеслось в голове. — Где монстры? Где хоть кто-нибудь?!»

Он сжал кулаки, пытаясь побороть нарастающее беспокойство. В этом лесу водятся монстры — это факт. Ханна доказала это, убив троих всего пару часов назад. Даже на меньший шум они слетелись бы, как хищники на добычу.

Но сейчас лес был пуст. Никаких звуков, никакого движения.

«Что-то здесь не так… — Ютака нахмурился, его мысли путались. — Слишком тихо. За всё время в лесу я не встретил ни одного живого существа. Ни зверей, ни монстров, никого».

Словно этот лес был каким-то мёртвым местом, где даже жизнь боялась существовать.

А крики? Те крики, которые он слышал несколько минут назад? Были ли они настоящими? Или это только его воображение, обострённое страхом и напряжением?

Внутри бушевала буря сомнений. Он не мог понять, что происходит, но ясно одно: этот лес скрывает тайну, которая с каждым шагом затягивает его всё глубже.

«Может… это вовсе не настоящий мир? — мелькнуло в голове Ютаки, и эта мысль кольнула холодным лезвием. — С самого начала, с того момента, как мы вошли в эту зону отчуждения, меня не покидает странное чувство. Будто кто-то лишний… будто третье лицо наблюдает за нами, играя с нашими судьбами».

Он шагал по лесу, разрывая путы тишины, которая угнетала сильнее любого крика. Воспоминания и сомнения, как тени, кружили вокруг него, переплетаясь с тревогой.

Эта девочка… Странная, почти обычная. Она казалась такой хрупкой, такой беззащитной. Но её просьба о помощи, эта мольба, были ли они настоящими? Или это был спектакль, умело разыгранный на чужой боли? Ютака не мог понять.

А деревня, которую он должен был спасти… Она ведь не существует.

«Как я мог этого не заметить? — в его мыслях вспыхнула яркая искра осознания. — Между последней деревней, которую мы оставили, и той, куда направлялись, нет ничего. Никакого селения, ни одной хижины. Только бесконечный лес, кусты и деревья, заполонившие всё вокруг».

Знал ли он это изначально, но забыл в спешке? Или эта мысль просто никогда не приходила ему в голову? Теперь это не имело значения. Он был в ловушке, в странной и зыбкой ситуации, выбраться из которой казалось почти невозможным.

Но если деревни нет… тогда кто же была та девочка?

Монстр, принявший облик ребёнка? Или что-то ещё более тёмное, более извращённое и опасное, чем любой монстр?

Ютака терялся в своих мыслях, пытаясь найти логическое объяснение происходящему.

Первое, что пришло ему в голову: девочка была лишь воровкой. Возможно, она просто отвлекла его, чтобы её сообщники могли обчистить повозку. Но эта версия не выдерживала проверки. Девочка была слишком мала, чтобы провернуть это в одиночку. И где её союзники? Почему она была одна?

Во-вторых, её эмоции. Они были настоящими, до пугающей искренности. Ни капли фальши, никакой наигранности.

Второе предположение: это чей-то жестокий розыгрыш, игра, подстроенная специально. Но зачем? И главное — кто способен устроить такое представление?

И последнее, самое пугающее — это иллюзия.

Всё происходящее — подделка, кошмар, ловушка, которую кто-то сплёл из эфира и тени. Ютака ощутил холодок по спине. Его интуиция, все пять чувств кричали о том, что он в опасности. Что его окружает что-то чуждое, что-то, что не должно существовать.

И в этом чужом пространстве он чувствовал взгляд. Ледяной, пронизывающий до костей, этот взгляд исходил из-за незримой стены.

«Но кто? Кто способен на такое? — думал он, сжимая кулаки, чтобы не дрожать. — Сотворить иллюзию, которая стирает грань между реальностью и сном, переворачивая разум… Насколько сильным должно быть это существо?»

Ютака знал, что с помощью эфирных частиц можно изменять окружающую среду. Но такие иллюзии — на грани вымысла. Ещё хуже, если это иллюзия пятого типа эфира, о которых ходили мрачные легенды.

Говорили, что они способны заключить человека в измерение грёз, где его мысли становятся реальностью. Там всё, что ты представляешь, оживает. И если убить кого-то в таком пространстве, последствия отразятся в настоящем мире.

Но это были лишь слухи. Никто не мог доказать существование таких иллюзий. Их разновидностей было сотни, а может, тысячи, каждая опаснее другой.

Ютака почувствовал, как его мозг начинает ломаться под тяжестью мыслей. Если это правда, если всё вокруг — лишь обман, то как это понять? Как вырваться?

Он закрыл глаза, прислушиваясь к своему внутреннему голосу.

«Это место… оно не даёт мне дышать. Не даёт думать. Здесь нет ни жизни, ни смерти. Только что-то между ними. Ложь, переплетённая с реальностью».

И эта мысль заставила его содрогнуться.

«Когда это произошло? Когда оно настигло меня?» — эти мысли бесконечным вихрем закружились в голове Ютаки.

Он стоял неподвижно, словно дерево, врезавшееся корнями в землю, а ветер, ставший неожиданно сильным, свистел в его ушах, пронизывая насквозь и заставляя плотнее прижать руки к телу.

И тут раздалось:

— Эм… простите, не могли бы вы мне помочь?

Голос… Нежный, мягкий, спокойный — но настолько знакомый, что тело Ютаки будто окаменело ещё сильнее. Это не могло быть правдой.

Он медленно, почти механически начал разворачиваться, каждое движение давалось с трудом, как будто его тянули в разные стороны. Сердце колотилось так громко, что заглушало ветер.

«Может, это всего лишь галлюцинация? Возможно, это только в моей голове?» — думал он, надеясь, что звук останется призраком в его разуме.

Но когда он обернулся полностью, его глаза округлились от шока. Он буквально прирос к месту, ощущая, как все звуки вокруг исчезают, оставляя их наедине с абсолютной тишиной.

Перед ним стояла девушка. Её лицо, её черты, её голос… Он не мог ошибиться. Это была она.

Девушка, слегка наклонив голову, нахмурилась от его странной реакции.

— Парень, что с…

— Н-нет! Тебя тут не должно быть!! — Голос Ютаки дрожал, его слова были похожи на хриплый выкрик.

Девушка удивлённо подняла брови, но не отступила. Вместо этого она развела руки в стороны и мягко улыбнулась:

— Что? О чём ты говоришь? Я же вот, перед вами стою.

Её жесты выглядели почти насмешливо, как будто она хотела показать: «Разве я не настоящая?»

Ютака сделал несколько неуверенных шагов назад. Его голова казалась наполненной ватой, шестерёнки мыслей застряли, отказавшись вращаться. Его разум отказывался воспринимать реальность.

Но девушка тоже двинулась вперёд, как будто намеренно сокращая дистанцию между ними. Её каштановые волосы, заплетённые в аккуратную косу, развевались на ветру, словно нарочно подчёркивая её присутствие. Школьная юбка взлетала под напором порывов, а бантик на рубашке едва держался, готовый вот-вот сорваться.

— Не подходи… Не подходи ко мне! — голос Ютаки был полон страха, смешанного с отчаянием.

Но она не остановилась. И хотя её лицо оставалось добрым, каждый её шаг приближал Ютаку к той черте, где реальность смешивалась с прошлым, которое он пытался забыть.

— Ты… тебя не должно быть на этом свете! Ведь… ведь я убил тебя собственными руками! — голос Ютаки разрывался между яростью и ужасом, а его рука с силой рассекла воздух, словно он хотел отбросить наваждение.

Девушка замерла, её взгляд наполнился смесью непонимания и лёгкой тревоги.

— Ч-что?.. Это невозможно. Я вижу тебя впервые в жизни. Ты не мог меня убить, — её голос оставался мягким, но в нём уже чувствовалась неуверенность. Она слегка улыбнулась, будто пытаясь разрядить напряжение, но Ютака этого не видел.

— Это… это иллюзия! Да! Точно!.. — Ютака выдохнул с отчаянием и положил руку на лоб, его взгляд метался по звёздному ночному небу, как будто он искал там ответы.

— С вами всё в порядке? — раздался её голос, спокойный и всё же настороженный.

— Тебя нет! Ты… ты в моей голове… — произнёс он, на этот раз почти шёпотом, его голос утратил прежнюю резкость, словно он пытался убедить самого себя.

— Но…

— Заткнись!!! Исчезни уже!!! Я не могу тебя видеть, особенно в этом облике!!! — крик Ютаки сорвался с его губ, а тело начало действовать само по себе.

Он размахивал руками, словно отгоняя несуществующую тень, с каждым движением всё больше погружаясь в хаос своих эмоций. В какой-то момент он закрыл глаза и уши, чтобы заглушить её голос, и начал выкрикивать бессвязные слова, будто надеясь перекричать собственный разум.

Наступила тишина. Глубокая, пронзительная. Только ветер шевелил листья, создавая едва слышный шорох.

Ютака стоял, плотно зажмурив глаза и закрыв уши, его сердце всё ещё колотилось, но он начинал ощущать, как напряжение понемногу отступает.

«…неужели я преодолел иллюзию? И она исчезла?» — мысль мелькнула в его голове, даря робкую надежду.

Медленно, почти не дыша, он убрал руки от ушей и начал приоткрывать глаза. Но вместо облегчения он ощутил, как холодный ужас пронзил его сердце.

— Э-э?! — вырвалось из уст Ютаки, глаза которого округлились в смеси шока и неверия.

Девушка чуть склонила голову, а её губы искривились в болезненной улыбке, от которой сердце Ютаки сжалось ещё сильнее. Это была зловещая улыбка, одновременно пугающая и завораживающая, словно отражение чистого безумия.

— Ахх… Ютака, неужели ты совсем не рад видеть свою старшую сестру? — произнесла она, её голос звучал с едва уловимой издёвкой, но за ним скрывалось что-то гораздо более жуткое.

«Сестру?» — мысль громом пронеслась в голове Ютаки. Он стоял как парализованный, не в силах вымолвить ни слова.

Пока он пытался осмыслить услышанное, девушка сделала шаг вперёд, приближаясь к нему всё ближе, пока не оказалась практически вплотную. Её правая рука внезапно схватила руку Ютаки, резко дёрнув её к себе. Его тело потеряло равновесие и наклонилось вперёд.

Но это было не самое страшное.

В её левой руке блеснуло нечто ужасное — кухонный нож. Её движение было быстрым, почти молниеносным. Лезвие вошло в живот Ютаки, разрывая кожу и ткани с пугающей лёгкостью.

— А-а-а…! — его крик эхом разнёсся в ночной тишине.

Тёплая кровь тут же потекла по лезвию, стекая по рукоятке и пальцам девушки, капая на землю. Чёрные ботинки Ютаки окрасились в насыщенный алый цвет. Он закашлялся, чувствуя, как что-то горячее поднимается к горлу. Из уголка его рта начала течь кровь, которая вскоре сорвалась вниз, оставляя багровые следы на подбородке.

Девушка смотрела на него, не отрывая взгляда, её лицо оставалось холодным и равнодушным, но когда его кровь брызнула ей на лицо, её губы снова изогнулись в той самой безумной улыбке.

Собрав последние силы, Ютака резко оттолкнул её от себя. Девушка пошатнулась и отступила назад, вместе с ножом, который выскользнул из его живота с болезненной лёгкостью.

Кровь хлынула из раны сильнее, пропитывая его одежду и стекая вниз, оставляя на земле алые пятна. Девушка, отойдя на пару шагов, остановилась, глядя на своё окровавленное лицо и рубашку. Её белоснежная одежда теперь была покрыта пятнами крови, придавая её облику ещё более жуткий вид.

Ютака, пошатываясь, прижал руки к животу, пытаясь хоть как-то остановить кровотечение. Его лицо было перекошено от боли, но мысли начали складываться в единое целое.

«Чёрт… место раны жжёт, как огонь… Я должен что-то сделать. Срочно!» — мысленно выкрикнул он, отчаянно стараясь не потерять сознание.

Ютака, дрожащий от боли и усталости, знал, что обычные способы ему не помогут. Годы изучения эфира дали ему шанс на спасение даже в такой ситуации.

— О! — протянула девушка, её улыбка становилась всё шире, всё пугающе неестественнее. — Не ожидала! Я ждала от тебя криков, мольбы о помощи… А мой братец стал настоящим мужчиной! — В её голосе звучала насмешка, но в её глазах горела искра безумия.

Она поднесла нож к губам, медленно облизала его лезвие, покрытое кровью Ютаки.

— Ах! — протянула она, почти застонала. — Братишка, твоя кровь… такая вкусная…

Зрелище было отвратительным, но Ютака не мог позволить себе сломаться. Несмотря на шок, он цокнул языком и отвернулся, сосредотачиваясь на своей цели.

— …ис-целение… — прошептал он, начав собирать частицы эфира вокруг себя.

Энергия начала стекаться к ране, заполняя её светящимися нитями. Кровотечение замедлилось, а затем и вовсе прекратилось, хотя боль осталась. Ютака стиснул зубы, чувствуя, как ткани его тела начинают затягиваться.

— Так ещё и исцеление! — Девушка наклонила голову, её глаза сияли от удовольствия. — Ты меня всё больше удивляешь, братик! — Она смеялась, как будто всё происходящее было для неё игрой. — Знаешь… — её голос стал мечтательным, она положила палец на подбородок. — Мы ведь так давно не виделись.

Ютака не отвечал. Он тяжело дышал, сосредоточенный на сохранении себя в сознании, но её слова заставляли дрожь пробегать по всему его телу.

— Почему ты не хочешь пойти со мной домой? — продолжала она, её голос стал мягким, почти ласковым. — Дома тебя ждут. Они скучают по тебе…

Она сделала шаг вперёд, её глаза смотрели прямо в его душу.

— Домой?.. — прошептал Ютака. Его руки сжались в кулаки, глаза блеснули отчаянием. — Нету никого дома… Я их всех…

Он замолчал, не в силах продолжить. Лицо его исказилось, и он отвернулся, прикусив губу, чтобы не дать слезам вырваться наружу.

— Ох, ты ошибаешься, — мягко сказала девушка, её голос звучал с какой-то обманчивой теплотой. — Ведь я перед тобой, значит, и они живы. Просто поверь мне. Всё, что тебе нужно, — это последовать за мной.

Она нежно коснулась его подбородка, поворачивая его лицо к себе. Её пальцы были холодными, но прикосновение странным образом казалось утешительным.

— У тебя есть шанс снова быть с нами, Ютака. Вместе… как раньше.

Её слова врезались в сознание, заставляя сомнения зашевелиться в сердце Ютаки. На мгновение он почти поверил. Мысли о том, чтобы снова увидеть маму, папу, младшего брата, начали затуманивать его разум.

Но воспоминания о той страшной ночи, о боли и утрате, были слишком сильны. Он знал, что это лишь иллюзия. Это не настоящая сестра, и её слова — ложь.

Однако его сердце отчаянно хотело верить. Хотело пойти за ней. Хотело снова обрести семью.

— Зачем?! — вскрикнул Ютака, его голос дрожал от гнева и боли.

— О чём ты? — невинно спросила девушка, склонив голову набок.

— Зачем тогда всё это?! Ты чуть не убила меня, и этим всё доказано! В этой… этой иллюзии полно недочётов! Ты никак не можешь быть моей сестрой! — Ютака резко оттолкнул её руку, с трудом поднялся на ноги и ткнул пальцем прямо в её лицо.

На мгновение она осталась неподвижной, но затем её губы начали подрагивать, а лицо исказилось в кривой ухмылке.

— Иллюзия?.. — медленно повторила она, и вдруг разразилась громким смехом. — На-ха… ХА-ХА-ХА-ХА!!!

Её хохот был неестественным, как будто кто-то пытался заставить человека смеяться через силу, и от этого смеха Ютаку охватило странное чувство беспокойства.

— Что?.. — Ютака нахмурился, пытаясь понять, что происходит.

— Ты считаешь, что всё это — иллюзия? — сквозь смех сказала девушка, вытирая несуществующую слезу с уголка глаза. — М-да, братик… Прости, но ты абсолютно не прав.

Ютака молчал, чувствуя, как в груди начинает подниматься тревога.

— Это всё нечто гораздо большее, чем просто иллюзия, — её голос стал глубже, а её улыбка растянулась ещё шире, обнажая идеально белые зубы.

В этот момент что-то изменилось.

Ютака почувствовал, как воздух вокруг них стал густым, почти осязаемым. Чувство тревоги начало перерастать в необъяснимую панику. Это не был страх или ненависть, это было что-то новое, что-то, чего он никогда не испытывал раньше — растущее, давящее чувство, будто его загоняют в угол.

Небо, и без того мрачное, стало ещё темнее. Чернота начала сгущаться, заполняя пространство вокруг них. Казалось, будто сама тьма ожила и окутывала всё вокруг.

— Что… что ты делаешь?.. — прошептал Ютака, его голос едва пробился сквозь давящий мрак.

Девушка сделала шаг вперёд, её силуэт едва виднелся в густой темноте.

— Мне придётся тебя убедить, братик, — сказала она, её голос теперь звучал, словно из разных сторон одновременно. — Убедить в том, что это… не иллюзия!

Ютака инстинктивно сделал шаг назад, его сердце бешено заколотилось. Что-то происходило, что-то непостижимое, и он не был к этому готов.

1

Ютака тяжело дышал, прячась в тени поваленного дерева. Его сердце билось так громко, что казалось, оно вот-вот выдаст его. Каждое движение было мукой: сломанная нога горела, а сознание начинало затуманиваться от боли и истощения. Но он не мог остановиться, не сейчас.

— Юта-а-а! Где же ты? — донёсся её голос, ласковый, но холодный, будто острый нож, режущий прямо по нервам.

Он сжал зубы, чтобы подавить даже намёк на звук. Её голос был повсюду — казалось, она окружала его.

Ютака вспомнил её условия: экстремальные прятки. Игра, в которой на кону была его жизнь. Если она найдёт его, он будет обречён, но если сумеет спрятаться, если продержится, он сможет уйти… по крайней мере, так она говорила.

— … — Он обхватил голову руками, стараясь подавить растущую панику.

Её образ, пугающий и одновременно знакомый, не выходил из головы. Это не была просто противница; это была она — та, кого он любил и ненавидел одновременно. Его старшая сестра, чей облик теперь стал орудием кошмара.

«Я не могу… не могу убить её снова…» — Ютака крепче зажмурил глаза, его мысли путались, но он знал одно: он не выдержит ещё одного удара. Ему легче умереть самому, чем смотреть на её лицо ещё раз.

Где-то неподалёку хрустнула ветка, и Ютака замер. Она приближалась.

— Хм… Ты ведь знаешь, братик, что от меня не спрятаться, да? — её голос прозвучал совсем рядом, и Ютака ощутил, как дыхание холодного страха охватило его.

Внезапно он понял, что сидеть сложа руки — не вариант. Он сжал кулаки, игнорируя боль, и попытался мобилизовать всё, что осталось от его сил. Его шансы были мизерными, но сдаться он не мог.

— Если конец близок, то пусть он будет достойным, — прошептал он себе под нос.

Тьма вокруг сгущалась, её шаги становились ближе. Ютака сделал вдох, приготовившись к последнему бою.

2

Когда я приблизился к источнику света, моё дыхание замерло. То, что предстало передо мной, не поддавалось осмыслению. Это было чем-то за гранью реальности, чем-то, что нельзя описать человеческими словами.

Гигантский дракон раскинулся на каменном полу, словно воплощение самой ночи. Его чешуя переливалась тёмными оттенками, как звёздное небо, искрящееся миллионами далёких огоньков. Рога, изогнутые и массивные, торчали из его головы, будто костяные пики, стремящиеся пронзить небеса. Даже в покое он излучал непреодолимую мощь. Вокруг него, как растерзанные жертвенные дары, лежали тела людей. Из их неподвижных тел поднимались тонкие нити света, растворяющиеся в массивном теле чудовища.

— Ч-что это… что это за сущность? — слова сорвались с моих губ, но я едва осознавал, что произнёс их вслух.

Пот начал струиться по моему лицу, стекал по вискам, щекотал шею, словно ледяные пальцы. Моё сердце билось в груди, как обезумевший зверь, загнанный в ловушку. Я ощущал каждой клеткой, каждым нервом, как от дракона исходила чудовищная сила. Это была не просто аура. Это был вес самого страха, который придавливал меня к земле.

Страх заполз в моё сознание, как древний паразит, цепляясь за воспоминания, за разум, за всё, что оставалось от моего духа. Колени подгибались, ноги дрожали, а руки не могли найти опоры.

Я стоял на выступе и смотрел вниз, будто на сцену кровавой трагедии. Вокруг дракона, как обломки разрушенного мира, валялись тела. Среди них я заметил знакомое лицо. Ханна. Её тело было безжизненно, но от неё, как и от других, исходил этот странный свет.

«Ханна… что она здесь делает?» — мысль ударила меня, как молот.

Дракон спал, его дыхание было тихим и глубоким, но каждый вздох отдавался в воздухе глухими вибрациями. Я понимал, что одно неосторожное движение, один звук — и всё кончено. Не просто смерть, но мгновенное истребление.

«Как я сюда попал?» — я вцепился в голову, словно это могло вытащить ответы из хаоса моих мыслей.

Воспоминания тонули в тумане, обрывки картин вспыхивали и исчезали: странное место, лица, смутные силуэты. Ничего ясного. Ничего, что могло мне помочь.

— Что мне делать? — голос дрожал, как хрупкое стекло. — Оставаться здесь? Спуститься вниз? Но если я двинусь… если разбудить его…

Мой взгляд снова упал на Ханну. Оставить её здесь? Это мысль терзала меня, как осколок, застрявший в груди. Но что я мог сделать? Безоружный, без сил, перед лицом этого… существа.

«Сражаться? Чем?» — паника начала превращаться в гнев, в жалкое подобие борьбы.

Моя катана осталась у Фуджи. Я сам отдал её на хранение, и теперь это решение казалось мне последней в череде ошибок.

— Где Ютака? — я обвёл взглядом тела. Его не было. — Может, он не здесь… может, он спасётся… или придёт за нами?

Надежда была слабой, хрупкой, как паутина, трепещущая на ветру. Но даже её хватало, чтобы удержать меня от полного падения в отчаяние.

Я решил ждать. Времени не существовало. Только эта сцена, этот момент, эта тишина, наполненная звуками моего собственного дыхания.

Но где-то внутри шёпот продолжал разрастаться, словно тень: Ты ничего не сможешь сделать. Всё кончено.

3

— Как так?! Отряд из двадцати рыцарей Ди-Найто, во главе с главнокомандующим Мурасавой, пропал с радаров?! — Девушка с гневом ударила по столу, едва не расколов его надвое.

— Д-да... — голос мальчишки в красной военной форме дрожал, словно лист на ветру.

— Вы что, шутите?! — Девушка подняла яростный взгляд.

— Н-но, маршал...

— Отправить туда разведку! И не простую — из секретного круга!

— Постойте... Это слишком опасно! Без согласования...

— Отставить разговоры! Делай, как я сказала. И немедленно! Это всё. Можешь идти.

— Б-будет сделано... — парень поклонился и, тихо пятясь, вышел из комнаты.

Оставшись одна, девушка, чьи волосы горели алым с оранжевым отливом, тяжело вздохнула. Она мрачно уставилась в окно, потом снова ударила ладонью по столу.

— Что же, черт возьми, творится на границе?! — сквозь зубы процедила она, яростно цокнув языком. — Дракон из Сумеречного леса? Нет... это невозможно. Он не мог выбраться... Подземный мир непроходим! — Она сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. — Но других объяснений у меня нет...

Девушка нервно покачивала ногой, пытаясь взять себя в руки, но мысли, подобно вихрю, не оставляли её в покое.

4

Любое терпение рано или поздно иссякает. Каким бы сильным оно ни было, даже самая крепкая воля рано или поздно ломается, словно железо, поддающееся коррозии. И вот этот момент, этот перелом, окончательно опустошил меня. Терпение иссякло, оставив внутри лишь пустоту.

Я сидел здесь, словно парализованный, осознавая свою беспомощность. Мысль о том, что я не смогу защитить Ханну и Ютаку, терзала меня. Я даже себя не в состоянии защитить, сколько раз за меня заступались другие. Постоянно. Девушка ли это была или кто-то другой — разницы не имело. Они всегда прикрывали меня, словно я был чем-то слабым и хрупким.

В прошлой жизни всё было точно так же. Я снова и снова терпел неудачи, не смог защитить то, что было мне дорого. А те, кто заботился обо мне, сами становились жертвами. Раз за разом, пока всё это не привело к трагическому финалу.

«Зачем я столько тренировался? Чтобы наблюдать, как убивают моих друзей?» — горечь от собственного бессилия комком стояла в горле.

Я продолжал утопать в мрачных мыслях, когда у одного из тел что-то изменилось.

— Н-нет... — прошептал я, стиснув зубы, едва удерживая дрожь в голосе.

Одно из тел внезапно начало светиться. Кожа темнела, словно обугливалась, а затем пересыхала, трескаясь и съеживаясь. Мышцы и жир исчезали прямо на глазах, оставляя после себя лишь сухую оболочку, натянутую на кости. Вены опустели, кровь не текла — только скелет, обтянутый кожей, неподвижно лежал передо мной.

— Н-неужели такое произойдет и с остальными? — дрожащим голосом пробормотал я. — А если и с Ханной… Ханна?!

Мир вокруг словно поплыл. Мысли вихрем закружились в голове, затмевая всё остальное.

«Сколько времени прошло? Пока я сидел здесь, она, возможно, умирала медленно и мучительно! Всё из-за меня... из-за того, что я жалкий трус! Если бы я пошёл раньше… Ч-что бы тогда произошло? Было бы иначе?»

Но ответы не имели смысла. В глубине души я уже знал: результат всегда один.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! Че-е-ерт!!! — крик сорвался с моих губ.

Я ударил кулаком по каменной стене, вложив в удар всю боль, гнев и отчаяние. Грубая поверхность разорвала кожу на руках, но мне было плевать. Капли крови алыми брызгами разлетались по серым камням, эхом разносясь в тишине пещеры. Мои крики смешивались с тягучей пустотой вокруг, словно никто и ничто не могло ответить мне.

И вдруг, воздух наполнился вибрацией. Уши дракона дернулись, реагируя на звуки. Он, видимо, пробудился от своего сна. Его огромные веки медленно поднялись, обнажая ярко-зелёные глаза, которые теперь неотрывно смотрели на меня.

Когда дракон начал вставать, тяжёлый рёв и гул заполнили пещеру. Камни задрожали, а воздух стал казаться густым, как перед грозой. Его величественный силуэт занял весь мой взгляд, словно сама природа решила поставить передо мной последнего судью.

Когда он полностью выпрямился, его величественные размеры стали ещё более внушительными, а огромные крылья раскрылись, словно охватывая всё пространство вокруг. Каждая чешуйка его сверкающей брони переливалась, будто в каждой заключена целая галактика, яркая и манящая.

Луч света, пронзающий густую тьму, замер, словно испугавшись. Весь мир будто остановился.

— Кто осмелился нарушить мой потрясающий сон? — проревел дракон, открывая пасть. Его голос, низкий и грохочущий, прокатился эхом, заставляя землю дрожать.

«Как же громко!» — мысленно вскрикнул я, тщетно пытаясь заглушить этот рёв, зажимая уши руками. Шум проникал глубже, будто вибрировал прямо внутри меня.

— В таком облике мне неудобно... — проговорил дракон, и его слова звучали уже спокойнее, но от этого не теряли силы.

Его хвост начал сокращаться, чешуя исчезать, а острые когти медленно превращались в человеческие пальцы. Огромная драконья голова уменьшилась, принимая форму черепа. Словно по волшебству, вокруг костей начали появляться тонкие сети нервов, вен и артерий, постепенно формировались органы. Мышцы, будто плетясь невидимой силой, обвивали скелет, заливаясь кровью, и, наконец, кожа разорвала их поверхность, окутывая всё тело.

От стремительного превращения поднялась густая пыль, закружилась в воздухе, затмевая вид. Но стоило ей осесть, как передо мной уже не было дракона. На его месте стоял человек. Ответ был очевиден — он перевоплотился.

Мои глаза округлились от удивления. Я не мог оторвать взгляда, ошеломлённый тем, что только что увидел. Раньше мне никогда не доводилось быть свидетелем подобного. Даже когда я впервые встретил Фуджи, она уже была в человеческом облике.

— Так, кто же ты? Такой смельчак, что смог пробудить дракона от его сна. — Голос мужчины эхом разнёсся по пещере.

«Э-это давление, оно отличается от того, который исходил от Фуджи, он более, спокойный?.. Не могу объяснить».

Передо мной стояло нечто, что лишь отдалённо напоминало человека. Его волосы были длинными, словно бесконечный космос, переливающийся таинственными звёздами. Глаза сверкали глубоким изумрудным светом, будто хранили секреты вселенной. Одежды почти не было — только кусок шкуры неизвестного зверя, небрежно обмотанный вокруг пояса, который скорее подчёркивал, чем скрывал его дикое величие.

— Может, уже выйдешь? Я ведь тебя заметил, — раздался его голос, спокойный, но всё ещё властный.

«Ничего не поделаешь, придётся показаться...» — подумал я, нехотя выходя из своего укрытия.

Когда я предстал перед ним, его взгляд стал внимательнее.

— Так это ты... Но почему ты не спишь? — вдруг резко спросил он, и тут же повысил голос. — Ты должен спать! — его крик эхом разнёсся по пустоте, но, странным образом, не вызвал у меня страха.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь! — ответил я уверенно, сам не зная, откуда взялась эта смелость.

Он замолчал на мгновение, прищурившись, а затем с лёгким вздохом произнёс:

— Ах, прости. Я, кажется, увлёкся... Но ты меня удивил. Как тебе удалось выбраться из Царства грёз? Хоть с виду ты и обычный, твоя аура... Она какая-то невероятная.

— Царство грёз?.. — переспросил я, совершенно сбитый с толку.

— Да-да, — продолжил он с лёгкой досадой. — Знаешь, я столько лет ни с кем не говорил, что умираю от желания поболтать... Хотя, честно, я планирую убить тебя.

Его слова, произнесённые с жуткой непринуждённостью, словно молния пронзили меня. Напряжение в воздухе стало почти осязаемым, будто сам воздух сгустился и давил на меня. Всё моё тело замерло, превращаясь в неподвижную статую. Сердце билось так быстро, что казалось, вот-вот выскочит из груди, пот струился ручьями, а горло будто перекрыла невидимая преграда. Я не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть.

— Ой, кажется, я немного переборщил, — сказал он, весело усмехнувшись.

С этими словами давление спало, и я, не удержавшись, рухнул на землю, лишённый сил.

— Ха... Ха... — тяжело дыша, я жадно хватал воздух, словно только что выбрался из глубин океана.

Он подошёл ближе, на его лице играла довольная улыбка.

— Ну что ж, давай поговорим. Всё-таки я — существо социальное, и иногда приятно поболтать. Особенно перед тем, как убить кого-нибудь, — сказал он с той же обезоруживающей лёгкостью, заставляя меня сомневаться: шутит он или говорит совершенно серьёзно.

Я стоял на четвереньках, моё тело дрожало под тяжестью невидимой силы.

«Я не могу встать… Какого чёрта?!» — мысль резала сознание. Подняться казалось невозможным, будто на мне лежали тонны железа.

— П-почему я не могу встать? — с трудом подняв голову, выдавил я.

Он наклонился чуть ближе, его изумрудные глаза сияли лёгким презрением.

— А, я не упомянул? Ты под воздействием усиленной гравитации. Не обычной, а сфокусированной прямо на тебе. Твоё тело сейчас весит в десятки раз больше. Даже малейшее движение может разрушить твои внутренние органы.

«Гравитация?..» — это слово отразилось эхом в голове, не находя объяснений.

Он сделал вид, будто задумался, а затем продолжил:

— Так... с чего бы мне начать? — он на мгновение замолчал, а потом его губы растянулись в знакомой раздражающей улыбке. — О! Ты ведь пришёл за той девушкой, верно?

Мои глаза невольно округлились.

— Да-да, вижу, попал в точку! Она важна для тебя? Может быть, мне стоит убить её прямо у тебя на глазах?

— С-стой! Только попробуй, сука! — слова сорвались сами собой.

Он рассмеялся, глядя на меня с нескрываемым удовольствием.

— Ого, как ты заговорил. Удивительно, что человек способен проявить такую силу, когда речь идёт о ком-то дорогом.

«Как же он меня бесит!» — ярость кипела внутри. Его голос, его манеры, его вечная улыбка — всё это сводило меня с ума.

— О-откуда ты взялся?.. — наконец выдавил я.

— Хм? А зачем тебе это? — лениво ответил он, словно вопрос его совсем не касался.

— Да просто интересно...

— Ох, это долгая история. Хочешь услышать? — он даже не дал мне ответить, решив всё сам.

Осмотревшись вокруг, он лениво отошёл на пару шагов, поднял два пальца, и каменный пол под ним треснул, выбрасывая вверх квадратную плиту, напоминающую трон.

— Так будет удобнее, — сказал он, усаживаясь на импровизированный пьедестал. — Давай начнём с формальностей. Меня зовут Юмено. Я — дракон Грёз. Рад знакомству.

Его очередная улыбка только усилила раздражение.

— Теперь твоя очередь, — сказал он, указывая на меня.

— Хер тебе, ничего я тебе не скажу! — фыркнул я, чувствуя, как ярость затмевает страх.

— Где твои манеры? Добром надо отвечать на добро.

— Добром?! Ты убиваешь людей и называешь это добром? Лучше быть злой тварью, чем таким, как ты!

— Спасибо за комплимент, — спокойно ответил он, словно мои слова его только позабавили. — Но я всё-таки хочу узнать твоё имя.

Подняв руку, Юмено закрутил пальцем, и вокруг него начал образовываться источник жёлтого света. Одним движением он направил этот свет прямо в меня. Сфера вошла в моё тело и растворилась.

— Ну что, как тебя зовут?

— Ты не... Кевин! Чёрт! Я… что только что произошло?! — слова сорвались помимо моей воли, и я не мог ничего с этим поделать.

— Прекрасное имя, Кевин. Рад знакомству.

— Твои комплименты мне ни к чему! — выкрикнул я, сжимая кулаки.

— Ух, какой ты упрямый. Тогда расскажи мне, как ты выбрался из Царства Грёз?

— Я… не знаю… ЧТО ты сделал со мной?! — в панике выкрикнул я.

Каждый его вопрос выбивал меня из реальности. Моё сознание на мгновение погружалось в пустоту, а затем возвращалось, но с ответом, которого я не хотел давать.

Это было нечто необъяснимое — сила, заставляющая говорить правду против воли.

— Прости, этого я сказать не могу, — с лёгкой насмешкой произнёс Юмено, подняв руки на уровень плеч и театрально покачав головой из стороны в сторону. — Если ты узнаешь, эффект исчезнет.

— Что ты собираешься со мной сделать? Убьёшь? — прохрипел я, пытаясь справиться с нарастающим гневом.

— Я же сказал, — спокойно ответил он, откинувшись на своём каменном троне. — Разговаривать будем. И, между прочим, ты тоже можешь задавать мне вопросы, пока я так добр к тебе.

«Хм... Это может быть полезно», — мысль, словно молния, озарила мой разум.

Если он сам предлагает, почему бы этим не воспользоваться?

— Тогда скажи, что ты сделал с моей спутницей?

— Она спит.

— ? — мои брови взлетели вверх, а глаза округлились. — Т-ты хочешь сказать, что она просто... спит?

— Да, — Юмено кивнул, и его губы изогнулись в жуткой, демонической улыбке. — Она спит сладким сном… или, если быть точнее, видит свои худшие кошмары. Она проживает их снова и снова, пока её отчаяние не достигнет предела. Она будет звать на помощь, умолять, кричать, но это ничего не изменит. Это ведь всего лишь сон.

Он сделал паузу, наслаждаясь моей растерянностью, а затем продолжил:

— В конце концов, она сойдёт с ума. Но не бойся, долгожданная "помощь" придёт, чтобы отправить её на тот свет.

«Это... это безумие!» — от ужаса мои мысли вскипели, и я не смог сдержать крик:

— Ты конченный монстр! Так это из-за тебя я видел те ужасные образы?!

Юмено равнодушно пожал плечами, словно мои слова не имели никакого значения.

— Не кричи так, это же тихая, спокойная смерть. Без боли... ну, почти. А благодаря этим кошмарам я поддерживаю свою силу. Они питают меня, делают меня таким красивым! — Он провёл рукой по своему лицу, словно хвастаясь. — Но ты всё испортил. Теперь ты умрёшь в муках, а сразу двое твоих друзей погибнут на твоих глазах.

Его последние слова пронзили меня словно кинжал.

«Двое? Что это значит?» — моя голова кругом шла от ужаса и недоумения.

Моё внимание инстинктивно переключилось на лежащие тела. Сначала я увидел Ханну… а потом, с замиранием сердца, заметил другое тело. Там лежал Ютака.

Все мои надежды рухнули, разбившись на миллионы мелких осколков. Эти осколки больше нельзя было назвать надеждой. Это были лишь обрывки несбыточных желаний, бессильных перед жестокой реальностью.

Не желая того, из моих глаз покатились слёзы. Солёные, горячие, наполненные горечью, болью и отчаянием.

— Ох, что это? Мы плачем? Неужели это тебя так сильно расстроило? — издевательски произнёс Юмено, вставая со своего каменного трона.

Его привычная улыбка исчезла, а лицо изменилось, отражая нечто более зловещее. Он шагал ко мне медленно, словно наслаждаясь каждым мгновением моего бессилия.

Я опустил голову. Стоял на четвереньках, не имея даже сил упасть полностью. Руки онемели, и я их больше не чувствовал.

Юмено остановился прямо передо мной, его тень нависала, как смертный приговор.

— Хочешь знать, как мне больно? — произнёс он, отрывая ногу от пола.

В следующий миг он с силой опустил её мне на спину, целясь в позвоночник.

— К-Х-А-А-А-А-А-А-А!!! — крик, полный нестерпимой боли, разорвал воздух.

Хруст моего позвоночника смешался с грохотом треснувшего пола. Камень подо мной раскололся, трещины разбежались на десятки метров, а подо мной образовалась вмятина глубиной около двадцати сантиметров.

Острая, раздирающая боль пронзила моё тело. Каждый нерв кричал, легкие будто схлопнулись, рёбра и шея отзывались тупой агонией. Кровь залила глаза, её вкус заполнил рот.

— Если ты плачешь, то как я должен себя чувствовать?! — кричал Юмено, его голос звучал всё громче и яростнее. — Ты нарушил мой покой! Мои прекрасные сны прерваны! А главное, ты не умер так, как должен был!

Он снова надавил на спину, заставляя трещины на полу разойтись ещё дальше.

— Ты должен был уйти спокойно, в тишине. Но нет! Теперь мне приходится пачкать руки из-за тебя! Ты меня слушаешь?! Эй, только не умирай… Это было бы совсем некрасиво…

Его слова доходили до меня словно издалека. Мир постепенно становился мутным, как будто я погружался в воду. Сознание ускользало, а тело больше не слушалось.

Последние звуки, бубнение Юмено, стали неразличимым шёпотом. Моё сознание угасало, медленно погружаясь в небытие.

5

«Где я?..» — голос, если это можно было назвать голосом, вспыхнул искрой в бескрайней бездне и тут же угас, растворившись в пустоте.

Тьма. Густая, неподвижная, как застывшая смола, она не просто окружала — она была везде. Пронизывала каждую мысль, обволакивала обрывки сознания.

«Я… не могу двигаться… Не могу говорить…» — слова вспыхивали обрывками, ломались эхом, которое будто смеялись над самим собой. Этот звук, глухой и бездушный, был единственным здесь.

Волны ощущений накатывали, как холодные приливы: ледяной мороз, бесплотность, ощущение тяжести, словно весь мёртвый космос осел на её плечах. Или, может, она и была этим космосом, сгустком мёртвой материи?

«Моё имя… Кто я? Храут? АН? Нагашима?.. Аларик?..» — чужие имена всплывали, как обрывки снов, не её собственных, а заимствованных. Попытка ухватить хоть что-то — память, мысль — рассыпалась, как пепел под ветром.

Она хотела открыть глаза, но глаз не было. Не было век, чтобы моргнуть, не было света, чтобы разглядеть. Тьма была не только вокруг, но и внутри.

Страх — не просто чувство, а живое, хищное существо — выжидал в углу её сознания. Не было тела, чтобы трястись. Не было рёбер, чтобы удержать этот страх внутри. Даже сердце, некогда барабанившее в груди, теперь молчало.

«Кто-нибудь… пожалуйста… помогите…» — отчаянная мысль разбилась о пустоту, не найдя ни ушей, ни пространства, чтобы быть услышанной.

Мгновения тянулись, как вязкая патока, замедляясь и теряя смысл. Каждый миг ломал её разум всё глубже, всё жестче, пока она не почувствовала, что тьма, окружавшая её, не просто смотрит, а поглощает. Её мысли стали чужими, а эхо — их бессмысленным отражением.

Она пыталась вспомнить. Родные лица? Смех? Голоса? Всё расплывалось, превращаясь в кровавые пятна на белом снегу. Мир, в котором она существовала, растворялся, как мелкий песок под дождём.

Она перестала считать время. Оно исчезло вместе с её именем. Вместе с её душой.

Тьма, что окружала её, стала ею. Она больше не ощущала разницы между собой и пустотой. Всё, что когда-то значило "я", исчезло. Осталась только вечность. Холодная. Безграничная.

Это не ад.

Это не смерть.

Это за гранью.

Это пустота, что пожирает всё, чем ты был.

6

— … Еле успел… Думал, что уже прикончил тебя. — Резкие, звонкие звуки пробивались сквозь мутную пелену в моей голове. Мир вокруг двоился, а тело не слушалось.

«Что происходит? Я всё ещё жив? — Мысли путались, словно утопая в вязком тумане. — Тот удар… он должен был убить меня, не оставив ни единого шанса на спасение».

Сознание постепенно прояснялось, открывая передо мной жуткую картину. На полу, в полумраке, сидел человек… полуобнажённый мужчина, чья зловещая улыбка придавала всему происходящему оттенок безумия.

Я попытался подняться, но что-то удерживало меня на месте. Руки располагались в стороны, формируя букву «V», а движения были скованы.

«Чёрт, цепи? — мысль пронзила разум. — Но откуда они здесь?»

Мои руки действительно были прикованы цепями, которые тянулись вверх, теряясь где-то в каменном потолке.

— Это твоих рук дело, ты, чёртов монстр?! — выкрикнул я, с трудом подавляя охватившую меня ярость.

— Конечно, моих, — ответил мужчина с безумным весельем в голосе. — Я же сказал, ты меня заинтересовал. По этой причине я и не стал тебя убивать.

Он хихикнул, словно нашёл в своих словах особую радость.

— Твои «причины» меня не волнуют! — рявкнул я, силясь вырваться из оков.

— Правда? А как насчёт твоих друзей? — произнёс мужчина, указывая пальцем куда-то влево.

Моё сердце замерло. Я резко повернул голову и увидел… их. Ханна и Ютака. Они были в точно таком же положении, скованные цепями, стоящие на коленях.

Глаза расширились от ужаса, зрачки сузились до точки. Непроизвольно я сжал кулаки, в отчаянной попытке освободиться, но цепи оставались неподвижными.

— Что ты с ними сделал?! — закричал я, чувствуя, как голос рвёт горло. Слюна сорвалась с губ, падая на холодный каменный пол.

— Пока что ничего, — с наигранной лёгкостью ответил он.

— Что значит «пока что»? — в моём голосе прорезалась паника.

— В прямом смысле, — его улыбка растянулась до ушей, обнажая зубы, — даже волоска с их головы не тронул.

«Эта улыбка… я не верю ни единому его слову».

— Как ты уже, наверное, заметил, я дракон… своеобразный, — продолжил он, словно наслаждаясь своей речью. — Эмоции… они у меня вспыхивают, как огонь, и меняются в зависимости от ситуации. Вы это, кажется, называете… биполярным расстройством? Не спрашивай, откуда я это знаю.

— Что за чушь ты несёшь? — я едва сдерживал гнев.

— Видимо, тебе сложно понять. Ладно, объясню проще. Я хочу изучить людей. Понять их эмоции, исследовать их досконально — от А до Я.

Его слова звучали всё более абсурдно. В его тоне читалась странная смесь восторга и безумия. Я смотрел на него, но всё, что слышал, казалось бессмысленным лепетом.

— Как мне кажется, мы слишком долго беседуем, не так ли? Пора перейти к сути нашего эксперимента, — произнёс Юмено, его голос звучал ровно, но в нём явно ощущалась угроза.

«Эксперимент? Какой ещё эксперимент?» — недоумение пронзило мои мысли, заставив тело напрячься.

Юмено подошёл к Ханне и Ютаке, остановился между ними и щёлкнул пальцами. Его жест прозвучал неожиданно громко, отдавшись эхом по всей пещере.

— Ну же, восстаньте! Все, кто спят, пробудитесь! — произнёс он громко, с налётом торжественности.

В следующую секунду остальные люди, что находились в пещере, начали приходить в сознание. Кто-то резко поднимал голову, кто-то с трудом открывал глаза, но спустя пару мгновений вокруг начался хаос. Растерянные взгляды метались по сторонам, впиваясь в каменные стены и лица незнакомцев.

— Г-где это мы?! Что здесь происходит?! — кричали люди, их голоса сливались в громкий, оглушающий шум.

— ВСЕ ЗАТКНУЛИСЬ! — вдруг взревел Юмено, подняв руку. Его голос, полный безумия и силы, заставил всех замереть. — Сегодня здесь, в этом месте, будет проведён уникальный эксперимент! И все вы — его участники.

Большинство ошарашенно смотрели на него, боясь шелохнуться, но нашлись и те, кто не пожелал подчиниться. Среди них был высокий мужчина с грубыми чертами лица, который шагнул вперёд.

— Эй, ты кто такой? Что за эксперименты?! — прорычал он, подходя ближе к Юмено. Его рука схватила безумца за шею, дерзко сжав её. — Говори, или я тебя прямо сейчас прирежу!

Мужчина выхватил из-за пояса нож, его клинок блеснул в тусклом свете.

Юмено не моргнул глазом, его лицо искривила дьявольская усмешка.

— Молодой человек, я предупреждаю вас в последний раз. Отпустите меня.

— Что ты сделаешь, псих?! — Мужчина стиснул нож сильнее, явно намереваясь действовать.

— А я вас предупреждал… — голос Юмено стал холодным и низким, как ледяной ветер.

— НЕТ! Беги, идиот! — крикнул я, осознавая, что случится дальше, но мои слова утонули в гуле событий.

Словно хищник, Юмено схватил мужчину за голову и, без малейшего усилия, стиснул её своей рукой. Раздался хруст, и мгновение спустя голова была оторвана от тела. Кровь хлынула фонтаном, окатив стены и пол. Безголовый труп с глухим стуком рухнул на землю, оставляя за собой алую лужу.

Юмено стоял посреди этого кошмара, держа оторванную голову в руке, и с кровожадной улыбкой осматривал толпу.

— Что вы чувствуете? — закричал он, голос его эхом разнёсся по пещере. — Страх? Ужас? Омерзение? Или, может быть, вы чувствуете радость?! Веселье?! Говорите! ЧТО ВЫ ИСПЫТЫВАЕТЕ?!

Его рука сжалась, и голова взорвалась, разлетевшись кусками мозга и черепа по полу. Паника охватила людей. Кто-то вскрикнул, кто-то разразился истерическим воплем.

— Монстр! Это безумие! — раздались крики, люди бросились врассыпную, карабкаясь по стенам, пытаясь найти хоть какой-то выход. Но вокруг были лишь каменные стены — не было ни дверей, ни проходов.

Я, сам потрясённый до глубины души, не мог отвести глаз от этой сцены. Каждый раз, сталкиваясь со смертью, я думал, что привыкну. Но это… это было за гранью.

Я украдкой посмотрел налево, туда, где находились Ханна и Ютака. На их лицах не было ни страха, ни ужаса. Они оставались неподвижными, как статуи, с абсолютно спокойным выражением.

«Почему они такие… равнодушные?» — подумал я, но времени на размышления не было. Юмено вновь начал говорить.

— Ну что ж, пора перейти ко второй фазе эксперимента! — провозгласил он, раскинув руки. — Но для этого мне нужно, чтобы вы не убегали.

Однако люди уже бросились в панике карабкаться по стенам, лезли в любые трещины, надеясь найти спасение. Для них теперь было важно одно — выбраться из этого ада.

— А теперь сделаем так… — произнёс Юмено, с ленивой жестокостью щёлкая пальцами.

В ту же секунду пространство вокруг ожило. Люди, которые разбежались в панике, начали сталкиваться с невидимой стеной. Воздух наполнился глухим звуком, когда вокруг появился барьер, огромный, прозрачный, но совершенно непроницаемый. Он медленно уменьшался, сжимая пространство, заставляя всех собираться в центре. Чем меньше становился барьер, тем больше людей в ужасе оказывались внутри, беспомощно барахтаясь и крича.

Когда последний человек оказался в эпицентре, Юмено заговорил, его голос разнёсся над толпой, как раскат грома:

— Как вы думаете, трудно ли делать выбор? Особенно когда он касается жизни и смерти? Сегодня наш подопытный — Кевин!

Я застыл, как громом поражённый.

«Что? Я?! — мысли метались в панике. — Что за чушь?! Какой ещё подопытный?! Я просто хочу выбраться отсюда! Я должен вернуться к Лауре… Она ждёт меня, я уверен. Это всё какой-то бред…»

— Заканчивай с этим фарсом! — выкрикнул я, ярость и страх кипели во мне. — Отпусти меня! Я больше не играю в твои игры!

Юмено лишь усмехнулся. Его лицо исказила безумная улыбка.

— Отпустить? Ты наивен, Кевин… ха-ха… ХА-ХА-ХА! Если бы ты не был моим фаворитом, я бы давно отправил тебя туда… — Он махнул рукой в сторону толпы. — Но ты другой. Ты не такой, как эти ничтожества, которых вы называете людьми.

— Чем я тебе так приглянулся?! — выкрикнул я, с трудом подавляя дрожь.

— Всем, Кевин. Твоей жаждой выжить, твоей любовью… и твоим эгоизмом. Ты и я… мы похожи. — Он развёл руки, словно открывая объятия.

— Я?! Похож на тебя?! — Я ощутил, как гнев наполняет меня. — Я не убийца, как ты! Я не играю чужими жизнями! Я человек, а не монстр!

Юмено остановился, его улыбка стала ещё шире, глаза блеснули холодом.

— Ты так уверен? Ты ведь, как и я, не из этого мира, Кевин. — Его слова пронзили меня, как кинжал.

Я замер. Это была правда, но я не мог принять её.

— Да, да, Кевин, ты чужак. И не только это… ты убийца, — добавил он, и в его голосе зазвучало нечто зловещее.

— Что ты несёшь?! — мой голос дрогнул.

— О, твоё сознание запечатано. Но не волнуйся, я открою этот замок… не сейчас, конечно. Сейчас нас ждёт выбор. — Его слова обожгли, словно ледяной ветер.

«Что за чертовщина… В какой ад я попал? — мысли смешались в хаос. — Я просто хотел спасти Ханну… Я ведь не герой. Чёрт, я всего лишь подросток…»

Юмено подошёл ближе, его холодные глаза впились в мои.

— Кевин… — произнёс он, наслаждаясь моим ужасом. — Кого ты выберешь? Своих друзей или этих людей? Выбор за тобой, но знай: на кону жизни всех.

Моя кровь застыла.

— Ч-что ты имеешь в виду? — прошептал я, хотя ответ был очевиден.

— Если выберешь своих друзей… они умрут. Быстро, я обещаю. Если выберешь толпу… ну, ты сам видел, как я справляюсь с массами. — Он вновь улыбнулся, и эта улыбка была ледяной.

— Нет… это безумие! Я не могу выбрать! — крикнул я, ощущая, как мир рушится вокруг.

— У тебя минута. Если не решишься, я выберу сам. Время пошло, Кевин. Тик-так, тик-так.

Внутри меня всё кричало.

«Как я могу выбрать?! Убить двух друзей или двадцать незнакомцев? Это невозможно! Нелогично! Безумно!»

Моя голова разрывалась от мыслей, а Юмено лишь наблюдал, наслаждаясь моими страданиями.

— Может, стоит облегчить тебе выбор? — прошептал он и щёлкнул пальцами.

Толпа разразилась криками.

— Пожалуйста, выбери их, а не нас! У меня семья!

— У меня больная мать! — Не убивай нас, умоляю!

Каждое слово вонзалось в моё сознание, как нож. Люди молили, кричали, рыдали. Они давили на меня своими историями, своими эмоциями.

— Хватит… я… не могу… — выдавил я, осознавая, что минуту назад жизнь казалась не такой уж сложной.

От крика толпы я едва слышал собственные мысли. Они бурлили, вырывались наружу, пытаясь найти правильное решение. Но голоса в голове, кричащие наперебой, только усиливали хаос. Каждая из моих мыслей врезалась в сознание, и я чувствовал, как под их натиском начинает трястись мое эго.

И вдруг, среди всех этих звуков я уловил знакомый голос. Это была она. Ханна.

— Кевин… Кевин… — слабый зов донесся до меня. Звала ли она на помощь? Не знаю почему, но мне казалось именно так…

Толпа кричала без устали, пока исход не был решен.

— Минута прошла… — голос раздался громче всех остальных. — Ну что, ты сделал свой выбор?!

Все вдруг замолкли. Наступила пугающая, оглушающая тишина.

Я остался один на один со своими мыслями. Они все так же бурлили, кипели, давили. И среди всего этого хаоса я понял — могу сделать лишь один выбор.

— Да… — едва прошептал я. Затем мой голос окреп. — Я выбираю толпу людей.

Лицо Юмено исказилось в довольной усмешке. Он словно упивался этим моментом.

— Отлично! — произнес он с каким-то болезненным восторгом. — Наш подопытный сделал свой выбор. А теперь… вы все умрете!

Толпа за барьером мгновенно поняла, что их ждет. Даже без звука, по их лицам можно было прочесть ужас. Полное отчаяние застыло в глазах каждого.

Юмено сжал кулак. Барьер начал медленно сжиматься. Люди внутри прижимались к его стенкам, давили друг на друга, но места становилось все меньше. Через несколько секунд барьер уменьшился настолько, что в нем едва можно было поместиться десяти людям. Крики ужаса превратились в приглушенные стоны. У кого-то ломались конечности, а кого-то сжимало до состояния бесформенной массы.

И спустя еще несколько секунд двадцать с лишним человек превратились в один отвратительный шар плоти, лежащий на полу. Кровь, казалось, впиталась внутрь, не оставив следов.

Меня едва не вырвало. Эта сцена была невыносимой.

«Простите… Простите… Простите…» — я закрыл глаза и продолжал без конца повторять эти слова, пытаясь найти в них хоть каплю утешения. Но что-то внутри меня уже сломалось. Я ведь мог выбрать иначе… Но не мог пожертвовать Ханной и Ютакой.

— Ну что, горд собой? — голос Юмено вернул меня к реальности. Он стоял передо мной, с издевательским выражением лица.

— …

— Молчишь? Но это ведь был твой выбор. Ты мог никого не выбирать…

Его слова резанули меня, словно лезвие. Я поднял голову, широко раскрыв глаза.

— Что… ты сказал?

— Ты мог никого не выбирать, — повторил он с равнодушным пожатием плеч. — Я ведь не говорил, что этого нельзя.

Я застыл, не веря в услышанное.

«Из-за моей слепоты… моей глупости… умерли двадцать человек… Это шутка? Это не может быть правдой!»

— Ты… издеваешься? — мой голос сорвался на крик. — Ты хочешь сказать, что я мог никого не выбирать?!

— Хе-хе… Абсолютно верно! — рассмеялся Юмено. — Браво, подопытный!

— Выпусти меня, — прорычал я.

— Что?

— Выпусти меня! — Я почти захлебывался в ярости. — Я убью тебя! Своими руками вырву тебе голову! Раздавлю, как ты раздавил их!

— Ого, какие громкие слова! Думаешь, хватит сил?

— Не сомневайся! Для тебя сил у меня еще предостаточно!

Юмено рассмеялся. Его смех эхом разнесся по помещению.

— Хорошо! Я бы на это посмотрел, но не торопись. У нас впереди последний эксперимент. — Его палец указал на Ханну и Ютаку. — Теперь решим их судьбу.

Его слова отозвались у меня в груди болью, от которой невозможно было скрыться.

7

— Итак, в этот раз...

— Зачем тебе всё это? — перебил я его, сдерживая гнев.

— Хм?.. Ты всё ещё не понимаешь? — Он приподнял бровь, будто удивлён моим вопросом.

— …

— Я хочу больше эмоций, — произнёс он, с улыбкой, растягивающейся по его лицу. — Эти чувства в людях... Они такие сильные, такие невероятные! Я жажду их. Я хочу видеть больше эмоций! Больше разнообразия! Именно поэтому я начал похищать людей. Просматривая их сны, я переживал весь спектр эмоций — от ужаса до безудержного счастья. Это приносило мне удовольствие, которое я никогда раньше не испытывал. — Его голос дрожал от восторга, а грудь гордо выпячивалась вперёд, как у человека, уверенного в своей правоте.

— Удовольствие?.. — я стиснул зубы. — Ты говоришь о счастье? Ты хоть слышишь себя?

— Ха? — он нахмурился, не понимая, куда я клоню.

— Ты отнял столько жизней... Столько судеб оборвал... И ты смеешь говорить о счастье? — Мой голос стал твёрже, ярость наполняла каждое слово. — Ты больной ублюдок! Ты понятия не имеешь, что такое счастье! Но не волнуйся... Я тебе покажу. Ты испытаешь его сполна!

Юмено замер на миг, а потом залился громким, почти истерическим смехом.

— Ха-ха-ха! Ты меня развеселил, подопытный. Ладно! Посмотрим, на что ты способен! Надеюсь, ты тоже получишь удовольствие от моего шоу! — Он улыбнулся своей дьявольской улыбкой, растягивая губы до самых ушей.

И с этого момента началось настоящее испытание. Испытание на выносливость.