Пролог

— Прости, друг, но это моё, — ухмыльнувшись, бросил один из третьегодок, мастерски выхватывая мяч у нашего игрока.

Он промчался через половину зала с такой скоростью, что наши защитники едва успевали реагировать, и выдал точный пас напарнику на позиции форварда. После череды передач мяч оказался в руках у знакомого нам человека.

— Во имя короля Артура! — громогласно провозгласил Кендзи, глава литературного клуба. С абсолютной уверенностью он запустил мяч из-за линии трёхочкового.

Зал на мгновение замер, наблюдая за полётом мяча… и тот точно попал в кольцо. Трибуны третьегодок взорвались овациями. Счёт на табло изменился на 26:12.

Я покачал головой, глядя на медленно ползущий секундомер. Похоже, судьба этого матча уже решена.

— Он действительно это сказал? — ошеломлённо пробормотала Юри, не отрывая глаз от Кендзи.

— И сделал это с монологом, — добавил я, чувствуя, как уголки губ дрогнули в невольной усмешке.

— Заявляю протест против пафоса на спортивных играх, — лениво протянула Хитоми, потягиваясь. — Наши сдались ещё к середине, а этот всё пытается выдать эпос.

— Надо признать, Кендзи-сенпай реально выделился, — продолжила Юри, качая головой. — Думаешь, он тренируется втайне?

— Да он просто начитался рыцарских романов, — фыркнул я.

Тем временем Кендзи снова получил мяч. На этот раз он финтил так, будто находился в центре внимания театральной сцены. У двоих защитников просто опустились руки.

— На колени, смертные! — выкрикнул он, двигаясь к трёхочковой линии с видом победителя.

— Снова? — Юри наклонила голову набок.

— Похоже на то, — устало произнёс я, глядя, как нашу команду разбирают на части.

— И пусть святой Грааль благословит меня! — провозгласил он и бросил.

Мяч описал идеальную дугу и угодил в кольцо. Судья поднял руки, подтверждая трёхочковый. Трибуны взорвались аплодисментами, хотя я был уверен: половина зрителей хлопала больше от шока, чем от восхищения.

— Да вы шутите! — воскликнула Хитоми. — Уверена, на физре он в жизне такое не повторит.

— Может, его вдохновляет зрительская аудитория? — предположила Юри, наблюдая, как Кендзи принимает овации своих одноклассников.

— Ага, Хиросе из мира баскетбола, — съязвил я.

Хитоми, фыркнув, подняла руку для пятюни. Не раздумывая, я ответил.

Свисток судьи вернул нас к реальности. Третьегодки снова быстро разыграли мяч, наслаждаясь своим доминированием. Наши защитники попытались их остановить, но безуспешно. Очередной пас, и мяч снова оказался у Кендзи.

— Похоже, у него праздник, — тихо пробормотал я, наблюдая, как он выходит на позицию для броска.

Кендзи сделал театральную паузу, словно давая зрителям время насладиться его «величием». Подняв мяч над головой, он с пафосом заявил:

— Сила Экскалибура ведёт меня к победе!

— Экскалибур? — переспросила Юри, закрывая лицо рукой.

— Ну, хотя бы оригинально, — заметила Хитоми, с трудом сдерживая смех.

Кендзи бросил. Мяч снова полетел по идеальной траектории и угодил в кольцо. Судья подтвердил трёхочковый.

— 29:12. Отлично, нас окончательно разнесли, — вздохнул я, глядя на табло.

— Да ладно тебе, Рю. Это же Кендзи. Он превращает поражение в искусство, — усмехнулась Хитоми.

Тем временем Кендзи, сияя от счастья, принимал аплодисменты трибун.

— Рыцарь святого кольца! — выкрикнул кто-то из зала.

— Если он начнёт писать пьесу о своём «героизме», я официально ухожу из литературного клуба, — заявила Хитоми, откидывая волосы на плечо.

— Уйдёшь? Без него наши собрания были бы скучными, — усмехнулся я.

Финальный свисток завершил матч. Счёт: 38:14. Мы проиграли. И хотя разрыв был унизительным, атмосфера на трибунах оставалась лёгкой. Даже наша команда, казалось, смирилась.

— Ладно, пошли, — предложила Юри, поправляя лямку сумки. — Пока Кендзи-сенпай не втянул нас в обсуждение «исторического» события.

— Хорошая идея, — поддержала её Хитоми, повернувшись ко мне. — Ты с нами, герой?

— Всегда, — отозвался я, следуя за ними.

Однако, на выходе нас догнал сияющий Кендзи.

— Друзья, вы видели? Я был как Ланселот! Как паладин святого баскетбольного кольца!

Мы переглянулись. Хитоми закатила глаза, Юри вздохнула.

— Сенпай, просто скажи, сколько раз ты репетировал свои монологи перед зеркалом, — усмехнулся я.

— Репетировал? — он театрально положил руку на сердце. — Это был чистый экспромт, вдохновлённый моментом!

— Экспромт или нет, но, думаю, именно ты сделал этот матч запоминающимся, — признала Юри.

— Пойдёмте уже, пока он не начал разыгрывать сцену из «Короля Артура» прямо здесь, — сказала Хитоми, увлекая нас за собой.

Мы покинули спортзал, оставив позади шумные трибуны и блеск баскетбольного «рыцаря».

Часть 1

— Ребята, что так долго? Мы уже вечность вас ждём, — протянул Кайто.

— Нужно было разобраться с одним Ланселотом, — ответил я, опускаясь на скамейку рядом с ним.

— Ланселот?.. А, понял. Этот кретин снова взялся за старое, — раздражённо пробормотал Харуки, скрестив руки на груди.

Сатоши тоже подошёл ближе, облокотившись на стол:

— Итак, наш финал завтра. На твою игру, Юри, мы, к сожалению, не успели. Прости.

Юри лишь мягко улыбнулась.

— Ничего страшного. Вы, наверное, жутко устали после своей игры. Желаю удачи в финале!

— О, это точно! — тут же влез в разговор Кайто, стряхнув невидимую пыль с футболки. — Но, слушай, я слышал, ты была неотразима! Такая — вжух, бау, пам! — он сделал пару хаотичных движений руками, изображая сражение.

Юри тихо рассмеялась, слегка смущённо почесав щёку.

— Спасибо. Я просто рада, что не ударила в грязь лицом. Это было первое серьёзное соревнование за долгое время.

— Да ладно?! — удивился Кайто, расширив глаза. — Это было просто сногсшибательно! Хоть я и не смотрел игру, говорят, тебя даже капитан клуба позвала в основную команду. Ну разве не круто?!

Юри чуть пожала плечами, её взгляд упал на асфальт.

— Да… Предложила. Но я пока не знаю, что ответить.

— Что? — переспросил Харуки, вскинув голову. — Почему?

Она тихо вздохнула, будто готовилась к этому разговору заранее.

— Волейбол был моей жизнью, когда-то. Но после травмы и долгого восстановления я… стала бояться возвращаться. Я не уверена, что готова снова рисковать. Сегодняшний матч был исключением, я просто хотела испытать свои силы.

Наступила короткая пауза. Даже Сатоши, обычно прямолинейный, не нашёл, что сказать.

— Слушай, а может, ты не будешь торопиться с решением? — заговорил Кайто, опираясь локтями на колени и наклоняясь ближе. — Ты ведь играла сегодня, и тебе понравилось, да?

Юри кивнула.

— Да, но… это ведь был просто матч, не турнир, не регулярные тренировки.

— Вот именно! — воскликнул Кайто. — Ты всё ещё можешь выбирать, и никто не заставляет тебя прыгать в это с головой. Но ты ведь сама видела, что справляешься. Значит, шаг за шагом, и всё получится.

— Ты, как обычно, всё упрощаешь, — тихо заметила Юри, но в её голосе уже не было той неуверенности.

— Нет, я всё усложняю, чтобы ты поняла, как это просто! — заявил он с широкой улыбкой, отчего Юри засмеялась.

— Спасибо, Кайто. Может, ты и прав, — наконец сказала она. — Я подумаю.

— Вот это другое дело! — радостно воскликнул он, откинувшись назад. — А пока что расслабься. Ты уже звезда этого дня.

Хитоми, молчавшая всё это время, лениво протянула:

— И кто бы мог подумать, что Кайто умеет быть таким вдохновляющим.

— Эй, я всегда такой! — возмутился блондин, но тут же засмеялся вместе со всеми.

Юри с улыбкой махнула рукой:

— Ладно, хватит обо мне. Теперь ваша очередь побеждать

Сказав это, она посмотрела на нас с Хитоми.

— Я всё ещё не знаю, в чём буду выступать, — ответил я, пожимая плечами.

— А мой теннис начнётся ближе к вечеру, — сказала Хитоми, вынимая телефон и мельком проверяя время. — У нас ещё несколько часов.

— И как так вышло, что ты не знаешь, в каком соревновании участвуешь? — Харуки приподнял бровь, глядя на меня с искренним недоумением.

Сатоши, стоявший чуть поодаль, вдруг оживился.

— К слову об этом. Макото просил тебе кое-что передать.

С этими словами он выудил из кармана скомканный листок бумаги и протянул его мне.

— Хм… — только и промычал я, принимая бумагу.

Развернув её, я заметил кривой, почти неразборчивый почерк, будто у писателя тряслись руки. На листе красовалась масса вычеркнутых слов, превращающих текст в нечто почти абсурдное.

«Для монс… (вычеркнутое слово), убий… (снова вычеркнуто) Акамэ (вычеркнуто предложение).

Ямамото Рю, как ты и просил, я написал твоё имя там, где не было кандидатов.

Но, если честно, для этого вида спорта нужны особые способности.

В общем, ты участвуешь в (вид спорта). Желаю удачи.»

Я моргнул, перечитывая текст ещё раз, словно надеялся, что буквы каким-то чудом встанут на место.

— И? Что там? — спросила Хитоми, заглядывая через плечо.

— Похоже, меня записали в какую-то авантюру, — пробормотал я, передавая ей листок.

— Особые способности? — повторила она, нахмурившись. — И что это вообще за вид спорта? Здесь даже не указано. А, нет, что-то написано... Куриные бега? Прыжки в глубь? Поло на дельфинах?

— Ага. Скоростное поедание столетних яиц не забудь, — почему-то, я решил поддержать этот абсурд.

— Подождите, — вмешался Харуки, — Макото ведь не мог просто так записать тебя. Ты же не просил его, правда?

Я вздохнул.

— Нет, конечно. Наверное, он просто решил пошутить.

— Судя по почерку, шутка далась ему тяжело, — заметила Хитоми, возвращая листок. — Ну, так что ты будешь делать?

Я задумался, взглянув на часы.

— Для начала, узнаю, что это за вид спорта. У нас ведь ещё есть время, верно?

— Ты точно не хочешь, чтобы мы пошли с тобой? — спросила Юри, подходя ближе.

Я усмехнулся.

— Лучше разберусь сам. Кто знает, что Макото мог устроить. Если я влипну, вы хотя бы сможете сказать, что не знали.

— Это звучит крайне обнадеживающе, — с сарказмом заметила Хитоми.

Сатоши хмыкнул.

— Ладно, раз уж ты настроен решительно, тогда вперёд. Мы подождём здесь. Если что, звони.

Я кивнул и, сложив листок в карман, направился к зданию спорткомитета, надеясь, что там кто-то сможет объяснить, в каком «удивительном» виде спорта я теперь участник.

Часть 2

Точка зрения рассказчика

После того как Рю ушёл выяснять, в какое мероприятие его вписал Макото, наступила тишина. Все пятеро мирно сидели на скамейках: парни на одной, девушки на другой. Никто ни с кем не разговаривал, каждый был занят своим.

Юри спокойно восстанавливала силы после матча, поглощая бенто, которое заботливо приготовила её мама. Хитоми, погружённая в экран телефона, смотрела стрим-прохождение какой-то игры, время от времени отправляя в рот остатки крекеров. Сатоши наслаждался тёплым воздухом, откинувшись на спинку скамейки, а Кайто, как всегда, волшебным образом раздобыл целую гору снеков и увлечённо смотрел обзор матчей сборных. Единственным, кто держал в руках книгу, был Харуки. Он погрузился в чтение антиутопии с роботами и разделёнными на сектора районами.

Первым тишину нарушил брюнет.

— Знаете, что я понял? — спокойно произнёс он, не отрывая взгляда от страниц.

Все синхронно повернули головы в его сторону. Почувствовав внимание, парень продолжил:

— Когда Рю нет рядом, и общения становится меньше.

— Хм, если так подумать, это ведь он нас всех свёл вместе, — задумчиво сказал Сатоши. — Тогда, во время подготовки к экзаменам.

— А ещё… от него иногда веет какой-то серьёзной, взрослой аурой, — добавила Юри, закрывая свой ланч-бокс.

— Взрослой? — переспросила Хитоми, сбрасывая с себя крошки. Она скомкала упаковку от крекеров и безошибочно метнула её в мусорный бак. — Не знаю, я ничего такого не замечала.

— Возможно, он только с тобой такой, — отозвался Харуки, закрывая книгу. — Но я заметил кое-что другое. Он слишком хорош в учёбе. Когда я случайно взглянул на его тесты, везде были ровно 80 баллов. По всем предметам: английский, математика, география. Будто он специально не набирает больше.

— Пф, Аянокоджи на минималках, — фыркнула Хитоми, оставляя своё замечание без лишних эмоций. — Тоже мне, гений.

— А я знаю, почему он такой, — неожиданно вмешался Кайто, выключая телефон.

— И почему же? — спросил Сатоши.

Кайто почесал нос и, словно раскрыв великую тайну, заявил:

— Потому что он из будущего. Сам мне об этом говорил.

После этих слов нависла гробовая тишина.

— Кайто, — первым отреагировала Хитоми, — ты когда-нибудь проходил тест на ментальный возраст? Возможно, войдёшь в историю с результатом уровня трёхлетнего ребёнка.

— Эй, я говорю правду! Он сам мне сказал! — начал защищаться блондин.

— Подожди, — Сатоши, прищурившись, подался вперёд. — А та твоя ставка на то, что «Сити» выиграет Лигу чемпионов, — это тоже слова Рю?

— Да! — уверенно кивнул Кайто. — А ещё сказал, что в будущем изменится формат турнира: будет больше матчей. Это же круто, не так ли? Надо было спросить у него про чемпионат мира или что-нибудь ещё!

В этот момент ветер резко поменял направление, и воздух словно стал гуще. Листья деревьев зашуршали, как будто прошептали что-то невнятное. Юри, машинально подняв голову, нахмурилась.

— Как-то… неуютно стало, — пробормотала она, оглядываясь. — Или мне показалось?

Харуки вскинул взгляд к кронам деревьев. Его лицо было непроницаемым, но взгляд скользнул по ветвям, словно он искал что-то или кого-то.

— Странно, — произнёс он тихо. — Обычно такие резкие перемены бывают перед дождём. Но небо чистое.

— Успокойтесь, это просто совпадение, — отмахнулась Хитоми, возвращаясь к телефону. — Лучше скажите, как вы можете верить в бред про будущее? Кайто, ты же сам признал, что в школе по истории полный ноль. Может, он просто решил тебя разыграть?

— Разве это имеет значение? — Кайто обиженно надулся, но его голос звучал неожиданно серьёзно. — Знаете, что я заметил? У него… взгляд иногда меняется. Будто он видит что-то, чего мы не видим.

— Хватит! — резко оборвала Юри, её голос дрогнул. — Вы вообще понимаете, как глупо это звучит? Он просто человек, такой же, как мы. Рю помогает всем, потому что добрый. И не надо его демонизировать.

Сатоши слегка наклонился вперёд, разглядывая Юри.

— Ты странно защищаешь его, Юри. Будто знаешь что-то, чего не знаем мы.

Девушка напряглась, но прежде чем ответить, вдруг снова зашуршали листья. На этот раз звук был странным, словно кто-то шептал, а не ветер гнал их. Все невольно обернулись.

— Так, — Хитоми встала, поджимая губы, — мне это уже не нравится. Вы слышали?

— Слышали, — тихо ответил Харуки. — И знаете, что ещё интересно? Эти звуки начались, когда мы начали говорить о Рю.

Кайто поёжился.

— А может, он действительно что-то скрывает? Не знаю, как насчёт будущего, но…

Неожиданно что-то тёмное мелькнуло за ближайшими деревьями. Юри вскрикнула, а Кайто резко подскочил.

— Ч-что это было?! — голос его дрожал, но он пытался сохранить храбрость.

Сатоши медленно поднялся.

— Может, кто-то из учеников решил нас напугать? Или…

Его слова оборвал тихий, но отчётливый голос, раздавшийся позади:

— Что, обсуждаете меня за спиной?

Все разом обернулись. Рю стоял на дорожке, одна рука в кармане, в другой — бутылка воды. На лице блуждала знакомая полуулыбка, но в глазах была тень, которая заставила Хитоми нервно сглотнуть.

— Рю… — осторожно начала Юри. — Ты слышал?

— О чём вы тут шептались? — Рю сделал шаг ближе, и снова подул ветер, будто подчиняясь его движению. — Надеюсь, ничего интересного?

Кайто открыл рот, но на мгновение замер. Рю смотрел прямо на него — с тем самым взглядом, о котором он говорил. Взглядом, который пронизывал насквозь, как будто изучал каждую мысль.

— Нет… ничего. Как там с Макото? — робко произнёс блондин.

— А, да так, не важно, как-то справлюсь, — ответил Рю, сделав глоток воды.

Закрывая бутылку, он посмотрел на Хитоми.

— Настольный теннис должен скоро начаться, пойдём? — спросил он спокойным и ровным голосом.

Хитоми чуть напряглась, но через несколько мгновений ответила:

— Да, ты прав. Давайте пойдём.

После её слов Рю одарил всех лёгкой улыбкой и взял путь в сторону зала. Ребята переглянулись, никто ничего не сказал, все молча начали следовать за брюнетом.

Часть 3

Точка зрения Рю

Когда я оставил ребят сидеть на скамейках, солнце уже начинало опускатся. Я всё ещё шёл в сторону спорткомитета, чтобы найти старосту. Помню, как просил его записать меня туда, где не хватает людей, но странное предчувствие зудело где-то в районе затылка. Решил убедиться лично — кто знает, может, он действительно записал меня на конкурс по ловле пингвинов.

Не прошло и получаса, как я оказался на месте. Без лишних церемоний распахнув дверь, вошёл внутрь. Макото сидел среди старост и учителей, сияя так, будто его лицо покрыли глянцевым лаком. Вид был самодовольный до зубного скрежета, типичный представитель «золотой молодёжи». Я даже подумал, что ему впору стоять на пьедестале с табличкой: «Главный нарцисс района».

— Ну что, убедились? Мой список на этот фестиваль просто идеален! — начал он с энтузиазмом, словно вёл рекламную кампанию самого себя. — Три финала! Да, один проиграли, но футбол мы точно затащим. Особенно если я буду играть, конечно. Волейбол мы уже выиграли, так что награда наша. Можете её сразу нам вручить, не тяните. А с поездкой что? Испания? Италия? Солнце, море, витамин D… Знаете, моей коже это прям необходимо.

Пока Макото вещал, остальные старосты сидели с таким видом, словно пытались угадать, как долго они ещё смогут его терпеть. Один учитель откровенно крутил ручку на пальце, как фокусник, а другой усиленно изучал потолок.

— Эй, что такое? Языки проглотили от моего величия? — продолжил Макото, не обращая внимания на молчаливое презрение.

— Ты опять за своё? — вырвалось у меня.

— Я-Ямамото?! К-как дела? Какими судьбами? — затараторил он с такой скоростью, что я едва понял.

— Нормально. Как сам? Рука не отвалилась от того, как ты себя хвалишь? Надеюсь, МОЙ список тебе помог, — ухмыльнулся я.

— Д-да, очень помог. Не знаю, как тебя отблагодарить… — замямлил Макото, но за его спиной уже раздавались приглушённые смешки.

— Тогда расскажи, во что ты меня вписал. А то твою писанину можно использовать вместо шифра для спецагентов, — я достал из кармана бумажку и потряс ею перед его носом.

— Ах, это… Ну, прости, писал в спешке, — Макото быстро выхватил листок, будто это был какой-то компромат.

— Ну и?

— Как ты и просил, записал туда, где не было народа, — ответил он, гордо задрав подбородок.

— Продолжай.

— Ну… это, честно говоря, странная игра. Я понимаю, что это спорт, олимпиады по нему даже проводят, но всё же…

— Короче, Макото, хватит растекаться мыслью по древу, — я закатил глаза и сложил руки на груди.

Макото запнулся, а потом издал звук, похожий на писк игрушечной уточки. Пот уже начал стекать у него по лбу.

— В общем, ты участвуешь в…

Когда он наконец закончил объяснять, я понял, что это действительно странный выбор.

— Ну, ясно. Честно говоря, ожидал чего-то более… стандартного. Чуть повыше, пожалуйста, — вздохнул я.

— Ну, извини! Ты сам попросил! — Макото вскинул руки, будто его обвинили в крушении империи.

— Не жалуюсь, — я встал и потянулся. — Кстати, массаж у тебя, Макото, — просто топ. Видимо, это твоё призвание.

— Эм… Спасибо, — пробормотал он, продолжая мять свои пальцы.

— Ну, спасибо за инфу, я пошёл, — повернувшись, чтобы уйти, я уже напралялся к выходу, но он снова окликнул меня.

— Постой! Если ты каким-то чудом выйдешь в полуфинал, то сыграешь с третьегодкой.

— Хм? Почему? — я обернулся, прищурившись.

— На первом курсе есть восходящая звезда, бриллиант, так сказать.

— Настолько хорош?

— Второе место на чемпионате мира среди несовершеннолетних, — выдал он, будто это была его личная заслуга.

У меня невольно дёрнулся глаз. Почему я не знал об этом раньше?

— Мда, с каждым разом всё интереснее и интереснее, — я чуть приподнял уголки губ.

— Странная у тебя реакция. Ты же не собираешься его победить, правда?

Я пожал плечами.

— Кто знает? Матч через два дня. Поживём — увидим.

С этими словами я вышел из здания спорткомитета, оставив Макото в окружении старост, которые тут же начали отпускать подколы, явно вдохновившись его растерянностью.

На обратном пути к ребятам я размышлял о том, что делать со своим видом спорта. Как говорил Макото, это вполне можно назвать спортом, но вот проблема: физической активности там практически не требуется. Значит, все мои навыки из «первой попытки» окажутся бесполезны. Что ж, буду надеяться на остальных. Моё соревнование будет самым последним, так что, если мы выиграем достаточно игр до него, можно особо и не волноваться.

«Или всё-таки волноваться стоило?» — эта мысль мелькнула, но пропала в момент, когда в голове раздался оглушительный звон.

— Чёрт… — едва устоял на ногах. Тошнота накатила волной, но я успел удержаться, упершись ладонью в стену. Голова, словно сломанные часы, затрещала сильной болью, и перед глазами всё помутнело.

«Что это такое? Почему это снова повторяется?»

Это было не впервые. Раньше приступы случались в классе, но тогда я списывал их на стресс. Сейчас же это ощущение было сильнее, будто… будто внутри меня что-то сопротивляется.

«Всё началось с того момента, как я в шутку сказал Кайто, что из будущего. Может ли быть так, что он воспринял это всерьёз и что-то сделал? Конечно, нет. Он идиот, но не до такой же степени, чтобы поверить в оккультизм. Хотя… а если всё-таки?..»

Я попытался отмахнуться от этих мыслей, направляясь к ближайшему автомату с напитками. Дрожащими пальцами взял бутылку воды, открыл её и принялся жадно пить.

— Ха-а… — выдохнул я, опускаясь на скамейку неподалёку. Вокруг никого, словно весь мир замер.

Тишина давила на уши, лишь слабый шелест листвы напоминал, что я всё ещё здесь. Боль в голове немного утихла, но слабость не проходила.

— Что это было? Анемия? Гипогликемия? Болезнь Меньера? — бормотал я, перебирая возможные варианты, но ни один не казался подходящим.

«Нет, это что-то другое. Что-то… неправильное».

Отгоняя туманную тревогу, я поднялся. Нужно возвращаться.

Путь к месту встречи оказался коротким, но из-за звона в голове казалось, что я иду часами. Когда наконец добрался до скамейки, то сразу понял, что что-то не так. Ребята сидели понурые, будто что-то ужасное только что произошло. Они даже не заметили моего приближения.

Когда я подошёл ближе, их разговоры моментально стихли. Все разом повернули головы, как дети, которых застали за чем-то запрещённым.

— Что, обсуждаете меня за спиной? — бросил я, стараясь говорить спокойно.

Но тишина была такой плотной, что мои слова, казалось, провалились в пустоту.

Кайто выглядел хуже всех. Его лицо было бледным, глаза широко раскрыты, а губы подрагивали, будто он собирался что-то сказать, но не решался.

«Они точно что-то заподозрили».

Сердце сжалось. В голове начали строится теории насчёт этого. Неужели, это всё из-за того шуточного разговора? Если так, значит я… допустил ошибку

Я сделал глубокий вдох, задержав взгляд на каждом из них.

«То есть, даже такое туманное упоминание будущего имеет эффект? Но ничего же глобально не меняется, только... бошка раскалывается».

Всё было запутанно. Слишком уж необычная бабочка получается. Однако, не смотря на это, я понял кое-что: «Впердь нужно лучше следить за языком. Если причина припадков в этом, значит, никто больше не должен знать о будущем. И что важнее, никто не должен её передовать другим».

Шёпот ветра окутал нас, и на секунду мир показался мне чужим.

— Настольный теннис должен скоро начаться, пойдём?