Ранним вечером субботы, в первых числах мая, Тихиро Хасима подошёл к нужному зданию.

Шестиэтажка, построенная лет десять назад, выглядела аккуратно — и снаружи, и внутри. Тихиро взбежал на пятый этаж и замер перед чёрной дверью. На ней алела табличка: «Налоговое бюро Оно».

Здесь работала Эшли Оно — та самая бухгалтерша, которая спасала Ицуки Хасиму и прочих горе-писателей от налоговой.

— З-здравствуйте… — выдавил он, переступая порог.

Внутри бушевала красно-чёрная стихия. Ковёр украшали чёрные розы на огненном фоне. На окнах, несмотря на белый день, мрачно висели чёрные жалюзи. Посреди комнаты чёрный стол соседствовал с красным диваном, шкаф был выкрашен в цвет ночи. В глубине кабинета возвышался чёрный письменный стол, а за ним — кресло с вызывающе алой отделкой. На этом троне восседала сама Эшли Оно: длинные светлые волосы, платье, взгляд, пронизывающий насквозь.

Это точно бухгалтерия?

Тихиро в жизни не видел таких «офисов». Он растерянно озирался по сторонам, а женщина с молодым лицом и чарующими глазами уже открыла рот.

— Хи-хи-хи… Рада видеть тебя, Тихиро.

— А, здравствуйте, Эшли… Я тоже рад.

— О-хо-хо… Я тоже.

Цель у Тихиро была одна — устроиться сюда на подработку. Несколько дней назад, на пикнике под сакурой, Эшли так впечатлили его домашние закуски, что она тут же предложила: приходи помогать в офисе, а в свободное время научу бухгалтерии. Тихиро сомневался, но в итоге согласился — только по субботам. Родители сначала переживали, но слово «налоговое бюро» звучало весомо, и они сдались.

В обязанности входили уборка, готовка, разбор документов и прочие мелочи — в общем, почти то же, что он делал у Ицуки. Плюс бухгалтерия, плюс хорошая плата.

— Что ж, давай введу тебя в курс дела?

— Д-да… А здесь есть ещё кто-то?

В офисе была только Эшли. Тихиро это слегка напрягло.

— В пик сезона, с декабря по март, я беру помощников, но обычно работаю одна.

— А, понятно…

— Хи-хи-хи! Боишься остаться со мной наедине? Не волнуйся… Я тебя не съем, — подмигнула она.

— Ха-ха… И чем заняться в первую очередь?

— Для начала приберись на кухне.

— На кухне?

Тихиро перевёл взгляд туда, куда указывала Эшли, и заметил неприметную дверь, почти сливавшуюся со стеной.

— Это мой офис, но я тут же и живу. Там моя кухня и спальня.

— А, правда?

Он открыл дверь…

— И-ик?!

…и невольно вскрикнул.

Первое, что бросилось в глаза, — кухня-столовая квадратов на десять. На низком столике громоздились пустые стаканчики из-под лапши быстрого приготовления и недопитые бутылки саке. По полу валялись с десяток пустых бутылок, обёртки от плавленого сырка, пакеты из магазина, сушёная рыба, а между ними — небрежно брошенные женские трусики.

Тихиро, опасаясь худшего, повернулся к раковине. Та была завалена немытой посудой, которая, казалось, медленно разлагалась в тёмной липкой жиже. На полу темнели засохшие пятна — то ли соевый соус, то ли саке — и всё здесь было липким.

— В кабинете я стараюсь поддерживать порядок ради клиентов, — чуть смущённо пояснила Эшли. — Но на всё остальное у меня просто не доходят руки.

Тихиро показалось, что дело не только во времени. «Да умеет ли она вообще за собой следить?..»

— Ха-ха… — вспомнив квартиру Ицуки, когда тот только начал жить один, Тихиро неловко рассмеялся. Там было почти так же.

— Эшли?

— Да?

— Можно, я тут всё как следует отмою?

— Ну… давай. Действуй.

Вид лица Тихиро, полного решимости, заставил даже Эшли слегка отстраниться, прежде чем она кивнула.

Примерно пять часов спустя.

— Я едва узнаю это место.

Эшли оглядывала сверкающую квартиру и не скрывала восхищения. Мусор исчез, полы и раковина сияли, с раковины исчез противный налёт. Тихиро отмыл даже оконные стёкла и рамы от многолетней грязи. И он не ограничился кухней — идеальный порядок воцарился в спальне, коридоре, ванной и туалете.

Полы были натёрты мастикой, которую Тихиро купил в хозяйственном магазине с разрешения Эшли. За работой он заметил трёх-четырёх тараканов и без колебаний расправился с ними свернутой в трубочку газетой.

Жилое крыло налогового бюро Оно, ещё вчера напоминавшее помойку, теперь сияло так, как в день, когда Эшли только въехала.

— Я не думала, что ты зайдешь так далеко.

Тихиро вытер пот со лба и быстро улыбнулся:

— Да нет. Просто было здорово так основательно взяться за уборку. Впервые за долгое время.

— Ты весь взмок. Можешь искупаться у меня, если хочешь.

— Искупаться…

После пяти часов беспрерывной уборки Тихиро действительно покрылся потом. В офисе оказалась довольно просторная ванна. Он даже завидовал.

— Спасибо большое! С удовольствием.

Он направился в ванную и быстро скинул одежду…

…как вдруг дверь снова открылась.

— Ой, Тихиро, полотенца лежат в…

— Ой…

Эшли странно посмотрела на Тихиро, который стоял голый и не мог вымолвить ни слова. Её взгляд скользнул от его груди к тому, что ниже.

— Хм. Так ты, оказывается, девушка?

Пять минут спустя Эшли и Тихиро уже вместе нежились в ванне.

— Знаешь, по роду работы я встречаю много странных людей, но ты, пожалуй, не входишь в их число. Хи-хи-хи…

Эшли, кажется, ничуть не смутило открывшееся. Она тепло улыбнулась своей спутнице. Тихиро пришлось рассказать ей правду — о том, что она скрывает свой пол от Ицуки. Выбора у неё не было.

— Мой брат — единственный в семье, кто считает меня мальчиком. В школе я живу как девочка… и вообще везде, если честно. Мальчик я для его редактора Токи и друзей.

— И вот теперь я в курсе, да? Хи-хи…

— Вы никому не расскажете? Пожалуйста!

— Ой, а вот это ещё бабушка надвое сказала.

— Госпожа Оно, умоляю вас!

Тихиро чуть не плакала, а Эшли смотрела на неё с хитрой улыбкой.

— Хи-хи… Не волнуйся, я не из тех, кто издевается над девушкой только потому, что у неё небольшая грудь.

Хитрая улыбка сменилась более искренней.

— С-спасибо вам большое, — ответила Тихиро, не до конца успокоенная, но чувствующая облегчение.

— Но знаешь, такой секрет невозможно скрывать от него вечно.

— Я знаю. Я хочу ему всё объяснить. Когда-нибудь.

— И как, по-твоему, отреагирует Ицуки? Он же так обожает своих маленьких сестрёнок… Только представь, как он обрадуется, узнав, что всё это время за ним прибиралась его собственная сестрёнка…

Тихиро прикусила губу и промолчала.

— В конце концов, — продолжила Эшли, — Ицуки — одна из моих любимых игруше… в смысле, самых ценных клиентов… хи-хи… О, как же мне интересно… Хи-хи-хи-хи-хи-хи…