Первые числа мая, около четырёх дня.

В это время года в Японии обычно берут недельный отпуск, но Ицуки было не до отдыха. В здании издательства «Гифт» он только что вырвался из очередного аниме-совещания, где они с Хиругано и остальной коллегой устроили жаркую словесную баталию. Затем последовала получасовая «редакторская казнь» с Токи — в основном обсуждали, как снова отодвинуть дедлайн. Ицуки спустился на лифте на первый этаж и направился к выходу.

Настроение паршивое: переговоры провалились. И тут он заметил впереди какого-то человека.

Пожилой мужчина в традиционной японской одежде. Держался прямо и гордо, словно законсервированный самурай из старых легенд.

«Крутой старик. Кажется, я его знаю…»

Ёсихиро Кисо — новичок, дебютировавший в марте под крылом Кэндзиро Токи. Ицуки тогда стало любопытно: что за ламповую новеллу может написать мужчина под семьдесят, да ещё с чистого листа? Он купил книгу «Цуруги: Меч Сэнгоку» и проглотил её залпом. Эпичный сюжет, яркие боевые сцены, харизматичные герои… даже если забыть о возрасте автора, дебют был впечатляющим.

Лично они знакомы не были, поэтому Ицуки просто кивнул, проходя мимо. Но старик остановил его:

— Прошу прощения… Вы господин Ицуки Хасима?

Ицуки удивился.

— А, ну да, это я. Мы… э-э-э… раньше встречались? — осторожно спросил он.

Кисо покачал головой:

— Нет. Я видел вас на церемонии награждения. Просто запомнил лицо.

Действительно, Ицуки тогда представлялся, получая приз, но он даже не думал, что кто-то запомнит его имя.

— Меня зовут Ёсихиро Кисо. В марте я дебютировал, получив премию для новых авторов. Насколько я понимаю, у нас с вами один редактор — господин Токи?

Кисо отвесил глубокий учтивый поклон. Ицуки слегка запаниковал. Никогда ещё пожилые люди не разговаривали с ним с таким почтением.

— А, привет. Меня зовут Хасима. Я, кстати, читал вашу книгу. Там… ну, это было очень круто.

— Для меня большая честь слышать это от вас. Я пока ещё многого не знаю и мало что умею, но надеюсь на вашу поддержку и наставления в будущем.

— Д-да, конечно. Взаимно.

Пока Ицуки стоял, окончательно смущённый, Кисо снова поклонился.

— В любом случае, у меня сейчас встреча с господином Токи…

Не успел он договорить, как со стороны входа раздался звонкий, совсем не подходящий для офисного здания голос:

— А-а-а! Вот ты где, дедуля!

Кисо и Ицуки обернулись. К ним подбегала девочка. На вид — младшеклассница. Длинное кимоно с ярким зелёным узором, волосы блестят светло-золотым, а глаза сияют сапфировой синью. Она была невероятно милой.

В следующее мгновение она повисла на шее у Кисо.

— Хи-хи!

И в этот момент суровый самурай исчез. На его месте стоял слегка смущённый старик.

— Надэсико… Как ты здесь оказалась?

— Я на поезде приехала! — глаза девочки сияли.

Кисо, всё ещё немного растерянный, мягко улыбнулся:

— Ну надо же, Надэсико, какая ты у меня умница! Сама доехала на поезде… Но я же тебе говорил: не надо за мной везде таскаться?

— Но я хотела посмотреть на твоё издательство!

— М-м-м…

Тут Кисо заметил, что Ицуки смотрит на них во все глаза.

— Ах, простите великодушно. Это моя внучка. После того как я получил премию, она прямо загорелась писателями и издательствами. Вот и увязалась за мной.

— Д-да уж…

Девочка отлипла от дедушки, повернулась к Ицуки и поклонилась.

— Здравствуйте! Меня зовут Надэсико Кисо, я учусь в четвёртом классе!

Внутренняя паника Ицуки усилилась. Если с пожилыми он ещё как-то общался, то с младшеклассницами — никогда.

— О-о, привет. А меня зовут Ицуки Хасима. Мне двадцать один год.

Надэсико уставилась на него.

— Вы писатель? Как дедушка?

— Д-да, верно.

Глаза Надэсико распахнулись ещё шире, и она улыбнулась, словно распустившийся цветок.

— Ва-а-ау! Писатель! Как здорово! И вы такой молодой! Круто!

— Д-да, ничего особенного… хе-хе-хе…

Ицуки стало неловко под этим сияющим взглядом.

— Но что же мне с тобой делать? — озабоченно сказал Кисо. — У меня сейчас встреча с господином Токи…

— Встреча! Я тоже хочу на встречу!

— Извини, но нельзя… Может, отправить её домой? Но это может быть опасно…

Кисо переживал как самый обычный дедушка. Ицуки робко предложил:

— Эм, я могу присмотреть за ней, пока вы на встрече. Моя квартира в пяти минутах ходьбы отсюда.

— О нет, господин Хасима, я не хочу вас затруднять… В здании, кажется, есть комната отдыха… но, боюсь, она начнёт бродить по всему офису…

— Я хочу посмотреть, где живёт писатель! — глаза Надэсико загорелись, а лицо её деда, наоборот, помрачнело.

— Ну, это обычная квартира, ничего интересного, — начал Ицуки, — но у меня куча игр и манги, так что для убийства времени самое то.

— О, правда?.. Тогда я принимаю ваше предложение.

Кисо всё ещё выглядел встревоженным.

— Ну, веди себя хорошо, Надэсико.

— Ла-а-адно!

— Хотелось бы верить тебе на слово… — Кисо широко улыбнулся, вздыхая от такого энергичного ответа. — Огромное вам спасибо, господин Хасима.

— Не за что.

— Ну, пошли, господин писатель!

Надэсико схватила Ицуки за руку. Рука была маленькой и невероятно мягкой. Губы Ицуки сами собой расползлись в улыбке от этого непривычного ощущения, как вдруг Кисо обратился к нему жёстким тоном:

— Однако, господин Хасима. Если вы позволите себе что-то неподобающее с Надэсико…

— Е-если я?..

— Голову долой.

— Г-голову?!

Ицуки застыл с улыбкой ужаса на лице. Кисо несколько секунд изучал его.

— Я пошутил.

— А. Ну да.

Шутка была так себе. Ицуки не успел расслабиться, как Надэсико потянула его за руку вперёд, заставляя идти.

По дороге к квартире Надэсико рассказала, что она дочь второго сына Ёсихиро Кисо, а её отец родом из Швеции. Но по гражданству и воспитанию она японка, никогда не покидала страну и говорит только по-японски.

— Вау… Как Кани, наверное, — пробормотал Ицуки себе под нос.

— Кани? — Надэсико склонила голову набок, и это выглядело так мило, что Ицуки снова улыбнулся.

— А, это у меня есть знакомая, Наюта Кани. У неё папа из России. У неё тоже серебряные волосы и голубые глаза.

— О-о-о, как у моих мамы и папы! Они это называют международным браком! А Кани тоже писательница?

— Ага.

— Ва-а-ау… Я хочу с ней познакомиться!

— Ну, если выпадет случай…

— Здорово! Жду не дождусь! — Надэсико запрыгала от радости. А сердце Ицуки тоже прыгало где-то в районе горла.

Что это за ангел?

Он чувствовал, как его истерзанное бесконечными рабочими буднями сердце мгновенно очищается.

— Я дома!

В квартире их встретил Тихиро, который готовил ужин на кухне.

— О, привет, братец…

— Это ваша квартира, господин?

— Ага.

Вид Надэсико, впорхнувшей следом за Ицуки, заставил Тихиро замереть с ножом в руке.

— Ой, Тихиро, это ребёнок, она…

Ицуки осекся, заметив дрожащего брата.

— Ицуки… Я верил в тебя… Я знаю, что ты пишешь, но всё же! У тебя есть девушка! Я думал, ты понимаешь грань между вымыслом и реальностью!

— Тихиро, ты явно думаешь не о том, да?

— Пойдём в полицейский участок. Я подожду, сколько понадобится…

— Ага! То есть ты думаешь, что я нашёл эту маленькую девочку с золотыми волосами на улице, уговорил называть меня «господином» и затащил к себе в квартиру? Так, что ли?

— Да, — ответил Тихиро, глядя абсолютно серьёзными глазами.

— Я бы никогда так не поступил! — заорал Ицуки.

— Правда?

— Конечно, нет.

Тихиро всё ещё смотрел с сомнением, поэтому Ицуки, закатив глаза, начал объяснять всё по порядку.

— И вот, я просто сижу с ней, пока у господина Кисо не закончится встреча.

— А, вот оно что…

— И знаешь, если честно, обидно, когда родной брат считает тебя преступником…

Тихиро отвел взгляд.

— Извини. Не знаю, просто в последнее время я перестал доверять людям…

— Эй… Что-то случилось?

Он выглядел действительно расстроенным, и Ицуки стало жаль, что он на него набросился.

Тут в разговор вступила Надэсико:

— А это ваша младшая сестрёнка?

— Фвэхх?! — Тихиро аж подпрыгнул.

Ицуки хихикнул:

— Нет, это Тихиро. Мой младший брат.

— А-а-а, братик? Здравствуйте!

— Д-да… — Тихиро выдавил улыбку. — Я вообще-то парень…

— Ух ты! Это комната писателя?!

Надэсико восторженно оглядывала гостиную, сделав пару шагов от кухни. А потом выдала:

— Тут всё так… обычно!

— Я же говорил, — улыбнулся Ицуки.

— А у дедушки в комнате мечи стоят — и доспехи всякие!

— Ну… этого я и ожидал, — серьёзно сказал Ицуки, представив себе эту картину.

— А где тут ваши книги, господин? — Надэсико направилась к книжному шкафу.

— О, мои книги…

Он уже потянулся за своим романом, как вдруг его пронзила догадка.

Всё, что он пишет, относилось к жанру «истории о младших сестрёнках». Это само по себе нормально. Проблема была в другом: в каждом томе была минимум одна иллюстрация с полностью обнажённой девушкой. И показывать такое девятилетнему ребёнку? Ёсихиро Кисо, конечно, читал лайт-новеллы для самообразования и вряд ли был ханжой, но это не значит, что можно совать подобное его внучке. Да и сам Ицуки не смог бы запятнать чистоту этого маленького ангела такими вещами.

После мучительных раздумий он сказал:

— Вот, эту написал я.

Он снял с полки первый том серии «Сказание об Аякаси» — сверхъестественную самурайскую драму — и протянул Надэсико. Та с радостью взяла книгу и уставилась на обложку.

— Ва… Вата… фу-нэ?

— Ватару Ватари. Это мой псевдоним, — с важным видом соврал Ицуки.

— А? Но вас же зовут Ицуки Хасима?

От такого точного наблюдения его лицо напряглось.

— Ну, Ицуки Хасима — это моё настоящее имя. Твой дедушка, кажется, пишет под своим именем, но многие писатели используют псевдонимы. Это как второе имя для творчества.

— Ух ты, правда? Вы сами придумали свой псевдоним?

— Да.

— А почему вы выбрали Ватару Ватари, господин?

Откуда, чёрт возьми, я знаю, почему этот псевдоним выбрал чужой человек?! — заорал его внутренний голос. Но надо было срочно что-то придумать.

— Ну, «Ватару Ватари» — это поэтично. Можно перевести как «пересекающий океан». Понимаешь, когда я пишу, я всегда хочу, чтобы мои книги любили за границей, во всём мире. Поэтому я и взял такое имя.

— Ух ты! Как круто, господин! Это очень… амбициозно!

— Д-да, да, точно.

Он через силу улыбнулся, купаясь в лучах детского восхищения. А вот взгляд Тихиро, наблюдавшего за братом, стал ледяным.

— Тогда можно я буду называть вас Ватару Ватари, господин?

— Н-нет, не надо! Зови меня просто старший брат Ицуки.

— Хорошо, старший брат Ицуки!

— Ве-хе-хе…

Ицуки не мог перестать сиять, глядя на Надэсико, а Тихиро тем временем начал с удвоенной силой орудовать кухонным ножом.

Полистав книгу (или что-то вроде того), Надэсико заинтересовалась полкой с настольными играми. Она сказала, что хочет поиграть. Подумав, что подойдёт школьнице, Ицуки выбрал коробку с надписью «Вива Топо!».

— Ой, мышки! Какие милые!

Надэсико улыбнулась, глядя на деревянные фигурки в форме мышей, которые достала из коробки.

— Точно милые, — сказал Ицуки, глядя на неё с широкой улыбкой.

«Вива Топо!» — это немецкая настолка. Игроки кидают кубик и передвигают несколько мышек по полю. Если фишка попадает в комнату с сыром, игрок получает сыр. Побеждает тот, кто наберёт больше всех очков.

На поле несколько сырных комнат. Самый большой кусок сыра лежит в самой дальней. Но как только мышка попадает в такую комнату, она больше не двигается. Нужно провести как можно больше мышек в дальние комнаты, но плохой бросок кубика может привести к появлению кота, который вышибает мышек из игры.

Правила простые, но это не просто игра на удачу. Дилемма: либо играть безопасно и собирать сыр в ближних комнатах, либо рисковать, боясь кота, и рваться к главному призу. Классика для детей от пяти до девяноста пяти лет.

— А-а-а-а, мою мышку опять съели! — завопил Ицуки.

— Ты слишком рискуешь, братец!

— Слушай, иногда нужно бороться, даже если знаешь, что это опасно!

— Правда? Но мне жалко мышек, которые попадаются…

— Ты права… Какая же ты добрая, Надэсико…

Увидев тень печали на лице девочки, Ицуки погладил её по голове с нежностью заботливого старшего брата (хотя больше похоже на дедушку).

— Эй, — засмеялась она, — щекотно!

Пока они играли, Ицуки сидел на полу, широко расставив ноги, а Надэсико устроилась между ними лицом к столу. Его слегка смущала такая близость, но он промолчал. Каждый раз, когда она двигалась, её сладко пахнущие светлые волосы щекотали ему лицо, и его переполняло ни с чем не сравнимое счастье.

Так вот где находится рай…

Теперь он понимал, что чувствовали Субару Хасэгава и Яити Кудзурю.

— Это лучший день в моей жизни, — прошептал он искренне.

— А? Что ты сказал, братец?

— Что? А, ничего!

Тихиро, наблюдавший за глупой улыбкой брата, отрубил голову рыбине на разделочной доске одним ударом ножа.

Чуть позже шестм вечера за Надэсико пришли Ёсихиро Кисо и Токи. Девочка тут же обняла деда прямо в дверях.

— Я рада, что ты закончил работу, дедуля!

— Да-да. Ты хорошо себя вела?

— Ага! Мы тут здорово играли со старшим братом Ицуки!

Взгляд Кисо переместился на виновато улыбающегося Ицуки.

— Большое спасибо за помощь, господин Хасима. Я обязательно отплачу вам тем же.

— О, не стоит! Наоборот, я бы хотел, чтобы она была здесь всегда!

Кисо рассмеялся, услышав нечаянно вырвавшуюся правду.

— О! Я знаю! Раз уж вы пришли, может, поужинаем вместе?!

Это была довольно прозрачная попытка продлить время с девочкой, но Кисо мягко покачал головой:

— Нет-нет, нам уже пора идти. Идём, Надэсико. Скажи спасибо господину Хасиме.

— Хорошо! — Она повернулась к Ицуки. При мысли о том, что ангел сейчас уйдёт, у него чуть не выступили слёзы. — Огромное спасибо, старший брат! Можно я приду к вам ещё поиграть?

— К-конечно! В любое время! Я к тому времени куплю ещё детских игр!

— Ух ты, звучит весело! До свидания, старший брат!

— О-о-о, до свидания… До свидания, Надэсико!

Она помахала ему на прощание и ушла с Кисо. Ицуки стоял в дверях и махал, пока они не скрылись из виду.

— А-а-ах… Ушла… Эх… Ну что, пора ужинать…

Ссутулившись и уронив голос, он развернулся и наткнулся на Тихиро. Тот накрывал на стол, явно обиженный на что-то. Блюдо с жареной рыбой впечаталось в стол с громким стуком.

— Тихиро, ты чем-то расстроен? — удивлённо спросил Ицуки.

— Ничем!

— Расстроен, да?

— Нет! Я просто подумал: тебе же достаточно, чтобы кто-то назвал тебя «старшим братом», и всё — ты уже влюблён?!

Ицуки задумался на секунду.

— Знаешь, возможно, ты прав.

Этот невозмутимый ответ ещё сильнее разозлил Тихиро.