Две фигуры у алтаря были очень близко к друг другу. Издалека могло показаться, что это жаркие объятия, но нет. Син Шуань еще не открыла глаз, когда почувствовала холодное дыхание возле своего уха. Сильная ледяная рука сдавила её щеки еще сильнее.

- Барышня, ты меня не знаешь. - злобно сказал он.

В тишине храмового зала послышался звук металла и вдруг стало очень тихо.

Потеряв опору Син Шуань упала на колени. Она инстинктивно схватилась за свою шею. Страх смерти - это самый страшный страх для любого живого существа. Она уже умирала однажды, но это ничего не меняло. Умирать никому не хочется.

Человек в чёрном испарился. Она подняла взгляд к потолку, но на балках никого не было. Будто бы всё это ей померещилось. Она посмотрела на руку, которой держалась за шею. На её ладони было немного крови от пореза. Син Шуань наконец смогла выдохнуть с облегчением.

Внезапно за дверями храма стало шумно. Син Шуань поняла что император и императрица сейчас идут сюда!

Она торопливо дрожащей рукой достала припрятанную ранее луковицу и уже в этот раз натерла луковым соком глаза. Времени было мало, голоса и шум за дверями становились всё ближе. Син Шуань быстро заняла коленопреклонную позу и трагично опустила голову в пол.

Двери зала распахнулись.

- Ваше Величество, вы так спешите помолиться! Мы даже не сменили одежду с дороги. - вопрошала императрица недовольным тоном.

- Чжень приехал сюда молиться богу Гуань ди. Богу всё равно во что мы одеты! - рассмеялся император будто не понимал сути вопроса.

- Нно всё же…- императрица хотела продолжить свою жалобу, когда заметила кого-то на коленях возле алтаря.

Имперская стража тоже заметила постороннего и мигом вырвалась вперед наводить порядки.

- Кто ты? Назовись! Как смеешь ты не приветствовать Его и Её Величество! - громогласно завопил охранник, когда вся охрана обнажила свои мечи и направила их на Син Шуань.

Син Шуань подумала, что в имперской охране, похоже, работают одни идиоты, если они так устрашились одной молодой девушки.

Будто бы очнувшись, Син Шуань медленно подняла своё красивое заплаканное лицо и несчастными влажными глазами посмотрела на окруживших её людей. Затем, казалось бы, осознав положение дел, Син Шуань повернулась и низко поклонилась Императору и Императрице.

-  Эта подданная приветствует Его Величество Императора и Её Величество Императрицу. Отвечаю Его Величеству Императору и Её Величеству Императрице: имя этой подданой Син Шуань, моя бабушка недавно умерла и я пришла в этот храм преклонить колени за её упокой. Эта подданная просит простить её дерзость.

Услышав очень вежливый и этикетно-правильный ответ Императрица немного смягчилась и сказала:

- Подними своё лицо, дитя.

Син Шуань повиновалась и подняла своё печальное лицо.

Она давно выплакала все свои настоящие слёзы в прошлой жизни. В нынешнем временном исчислении её бабушка умерла более десяти лет назад и все горькие слезы уже давно высохли. Син Шуань скучала и горевала по любимой бабушке и сейчас, но собственная смерть изменила её. Она знала, что сейчас она не может себе позволить предаваться горю и быть действительно жалкой. С тех пор как она вновь открыла глаза живой, она решила закрыть все свои чувства и слабости на прочный замок.

Сейчас вид Син Шуань заставлял жалеть её. Она подходила к своему слезливому “выступлению” с умом, поэтому она не стремилась угодить мужчинам своим видом, потому что иначе она могла бы попасть под гнев императрицы. Таким образом она выглядела печальной, но сдержанной леди, которая хочет скрыть свои слёзы от посторонних глубоко в своём сердце. Такая тактика была наиболее выигрышной в данной ситуации.

Императрица окинула девушку на коленях оценивающим взглядом. Она была опытной женщиной, которая по роду своего долга часто имела дело с наложницами всех мастей, так что она с первого всхлипа и взгляда могла понять, является ли плач наигранной манипуляцией, направленной на мужчин или нет. В игре Син Шуань она не обнаружила этого, поэтому мысленно отметила про себя плюс в пользу девушки.

- Дитя, почему ты здесь совсем одна? Где твоя семья? - тепло улыбнулась Императрица и махнула охранникам сложить оружие.

- Отвечаю Её Величеству Императрице: моя семья живёт в столице… - Син Шуань на секунду замялась, будто бы не решаясь говорить дальше. - Эта подданная пришла в этот храм отдать дань уважения бабушке без их ведома…- на этих словах её голос затих и она опустила голову.

Императрица задумалась. Стоящая на коленях девушка перед ней явно была не из простой семьи. Её внешний вид был достойным, а этикет безупречным, было глупо отрицать, что у девушки было хорошее образование, соответственно девушка перед ней точно была из благородной семьи.  Императрица понимала, что было бы маловероятным, чтобы благородная девушка тайком выбралась из поместья и приехала в этот отдаленный и всеми забытый храм, чтобы отдать дань уважения почившей бабушке.

- Дитя, твоя фамилия “Син”? Может ли быть, что ты из семьи имперского цензора Сина?

- Отвечаю Её Величеству Императрице: так и есть, Ваше Величество. Имперский цензор Син - мой отчим. - ответила Син Шуань и обратила свой взгляд к полу.