— Самое обидное то, что мне с ней хорошо.

— А ей с тобой?

— А когда ей хорошо, она не со мной…

Элджерон Флауэрс “Монолог в четырёх стенах”

Тем временем Летиция не находила себе места. Она не могла ни спать, ни есть. Заниматься стрельбой из лука ей тоже не удавалось. В первую ночь без братьев она, не сумев уснуть, решила потренироваться, но как бы она ни пыталась, не могла попасть в ствол дерева.

Габриэль тоже не спал. Застав Летицию за стрельбой и видя, что она дрожит, он постарался ей хоть как-то помочь.

— Ваше Высочество, позвольте. — Он подошёл к ней со спины, обе её тощие руки он взял в свои грубые ладони и слегка прижался к ней. — Не торопитесь и настройте своё дыхание в первую очередь, — тихо шептал он ей. — Вам нужно расслабиться. Сейчас вы слишком взволнованны.

— Я понимаю, Габриэль. Сейчас с тобой мне стало гораздо легче.

— Спасибо на добром слове, Ваше Высочество.

Они отпустили тетиву, и стрела на большой скорости вонзилась в кору дерева.

— Вы выглядите вымотанной. — Габриэль сел на недалеко находившийся пень.

— Мы уже довольно долго находимся здесь. Это неудивительно.

Недолго думая, Габриэль предложил ей пройти с ним.

— Куда в такой поздний час? — удивилась она.

— Просто пойдёмте со мной. — После этого Габриэль взял её за руку и повёл принцессу за собой. — Вы устали. Вам нужно немного отдохнуть.

Они шли по тропинке вниз. Очень скоро Летиция поняла, куда Габриэль пытался ее проводить: впереди она увидела реку.

В этом месте лес кончался, а дальше по ту сторону реки простиралась равнинная поверхность, ещё не тронутая человеком. Река была довольна широка и очень спокойна. Поверхность воды, словно зеркало отражавшее звёздное небо, блестела при свете луны. Иногда от слабых порывов весеннего ветра на поверхности появлялась рябь.

Летиция тут же села на колени, нагнулась к реке и опустила руки в воду.

— Как же приятно, — довольно протянула она и умылась. — И прохладненько-то как.

— Рад, что вам понравилось. — Габриэль присел рядом. — Если вы хотите помыться, я могу отойти.

Летиция задумалась.

— Буду тебе благодарна, если ты принесёшь мне сменную одежду.

— Одну я вас здесь не оставлю. Но мы можем вернуться сюда сразу после того, как заберём вещи.

Внезапно позади послышался очень знакомый голос:

— Ты можешь идти. Я за ней присмотрю.

К ним вышел Ланселот с обнажённым торсом, который, судя по всему, пришёл сюда раньше.

— Ланселот, ты как раз вовремя! — весело воскликнула Летиция, а Габриэль расстроенно вздохнул.

— Если ты планировал прогуляться с ней под луной, держась за ручки, то ничего не выйдет, — прошептал Ланселот. — Я присмотрю за ней, — уже громче добавил он.

— А может тебе самому пойти за… — Но Габриэль договорить не смог – Летиция его прервала со словами:

— Ну давай, Габриэль. Не тяни. Я уже жду.

— Боже, Ваше Высочество, когда вы успели залезть в воду?! — возмутился он. — Вам стоило хотя бы снять верхнюю одежду!

Летиция лишь захихикала.

— Если успеешь вовремя, я разрешу тебе поплескаться со мной. — Она залилась голосистым смехом.

— Обойдусь, — недовольно буркнул он и с неохотой поплёлся назад.

— Давай, быстрее, — вновь вмешался Ланселот, — если не хочешь, чтобы она простудилась.

— Ничего, Ланселот. Я тебе это ещё припомню. И не смей даже смотреть в её сторону, — прошипел Габриэль и скрылся среди деревьев.

Ланселот же присел у берега и стал обливать свою широкую мощную спину речной водой. Летиция, распустив серебристые волосы, прошла в воду по пояс и стала обмываться. Она стояла к нему спиной, но из-за того, что её тоненькое серое платье намокло, спину стало просвечивать, а когда Летиция убрала волосы вперёд, Ланселот увидел, как под её платьем вырисовывались лопатки. Всё-таки принцесса была слишком худа.

— Ты не стесняешься, Летиция? — внезапно спросил Ланселот не отводя взгляда от её спины.

— Тебя? Вовсе нет. Ты видел меня ещё ребёнком, когда мне чуть ли не приходилось переодеваться перед вами всеми. Если я правильно помню, Гавейн мне в этом даже помогал.

— Тогда ты была ребёнком. Но сейчас ты уже молодая девушка.

— О, правда? — переспросила она и резко повернулась к нему. — А что изменилось с тех пор? Не можешь смотреть на меня сейчас? Или вовсе не хочешь?

Ланселот увидел еле заметную ухмылку на светлом лице Летиции, взгляд которой сейчас выражал вызов. Наряду с этим, Ланселот обратил внимание на её округлившиеся груди под тонкой материей промокшего насквозь платья. Одежда Летиции просвечивала всё.

— Дразнишь меня, Летиция? — усмехнулся Ланселот не отводя взгляда от обворожительной красоты принцессы.

— И вовсе нет, — ухмылка не спадала с её лица. Набрав в ладони немного воды, она плеснула ею на свою шею.

— А мне кажется, что да.

Ланселот поднялся со своего места, залез в воду и медленно подошёл к Летиции, протянув ей руку, словно приглашая на танец. Она положила свою маленькую тощую руку на его широкую ладонь, и он повёл Летицию за собой на мелководье, где там же закрутил принцессу в медленном танце. Она покорно следовала за ним, не скупилась на близкий контакт, и даже позволила Ланселоту положить руку на её поясницу.

— Прекрасно выглядите, Ваше Высочество, — прошептал он ей на ухо и прижал её к себе.

— А вы очень хорошо танцуете, — ответила она шёпотом.

Ланселот не сводил глаз с Летиции. Ему нравилось видеть её промокшей насквозь, нравилось, как пахнет от её мокрых волос, то, как пряди волной скатывались на её тонкую изящную спину, по которой Ланселот стал нежно проводить руками, повторяя все изгибы. Он снова остановился на впадинках поясницы Летиции. Принцесса тоже не сводила глаз с Ланселота. Внезапно он коснулся лбом её лба и теперь он мог дышать ей в губы, а потом Ланселот и вовсе своей нижней губой коснулся верхней губы Летиции. Пусть это не было полноценным поцелуем, но оба партнёра, казалось, остались довольны.

В эту тёмную ночь за танцевавшей парой могла наблюдать лишь только луна со своей высоты. Будто бы очарованная этим, она стала лить на них ещё больше света, от чего капли речной воды на их телах стали блестеть, будто множество звёзд, которых становилось ещё больше с каждым движением. Безмолвная тишина кругом нарушалась лишь плеском воды и шуршанием веток деревьев, а иногда можно было услышать уханье совы, после которой следовал хлопок крыльев друг о друга.

— Спасибо за компанию, Летиция, — после танца поблагодарил Ланселот и провёл тыльной стороной своей руки по её щеке. Летиция одобрительно кивнула в ответ, а её губы оставались приоткрытыми. Казалось, она всё ещё ждала от Ланселота поцелуя. Но он лишь оставил этот поцелуй на её руке.

Довольно скоро вернулся и Габриэль с одеждой Летиции.

— Вижу, вы уже закончили, Ваше Высочество, — произнёс он, когда застал Летицию на берегу. Она сидела, опустив ноги в воду и приглаживала руками свои волосы. Ланселот, увидев Габриэля, поспешил удалиться, напоследок прошептав ему с довольной ухмылкой на губах:

— Приди ты чуть позже, я бы забрал её поцелуй.

Габриэль напрягся, сжал руки в кулак, но потом расслабился и ответил:

— Она бы не позволила тебе.

— Как же сильно ты можешь заблуждаться, — продолжил Ланселот шёпотом, а потом добавил, но уже громче, обращаясь к Летиции: — Я пойду. Старайся не задерживаться.

— Спасибо за приятно проведённое время, — мелодично, удлинив последние буквы последнего слова, ответила Летиция.

— Если вдруг снова не сможешь уснуть, можешь прийти ко мне. Либо ты просто скажи, и я сам к тебе приду.

— Спасибо, Ланселот, — Летиция ласково улыбнулась. — Я это учту.

И Ланселот оставил Габриэля наедине с ней.

Ни для кого не было секретом, что Габриэль был влюблён в Летицию. В том числе, и для Ланселота. Как бы последнего ни влекло к ней в сексуальном плане, у него были свои чувства собственного достоинства и чести. И зная, что Габриэль вот-вот явится, он отпрянул от вожделенной им девы. Итогом стало то, что Габриэль так и не узнал об их минутном помутнении и посчитал, что Ланселот его просто задирает. Но нежность в глазах Летиции, когда она смотрела на Ланселота, он уже никогда не забудет.

— Вам лучше не сидеть в мокрой одежде, — обеспокоенно произнёс Габриэль и протянул ей сменную одежду.

— Благодарю, Габриэль. — Взяв вещи, она поднялась на ноги и поспешила переодеться. Габриэль тут же отвернулся. — Ты будешь обмываться?

— Сначала провожу вас в палатку, только потом.

— Оставишь меня одну, Габриэль? Это так на тебя не похоже. — Но по её голосу не было слышно, что она расстроилась.

— Остальные всё равно не спят. Так что вы будете в безопасности. Более того, я не собираюсь задерживаться.

Так и поступили. Когда Габриэль убедился, что Летиция в своей палатке, он вернулся к реке. Ему хотелось побыть одному. Он смотрел на большой диск луны, будто пытался добиться от неё ответа, чтобы она рассказала ему о том, что происходило здесь до его прихода. Но луна молчала, а Габриэль вспоминал слова Ланселота и взгляд Летиции. На Габриэля она так, как на Ланселота, ещё никогда не смотрела. И это очень сильно его расстраивало. Но если Летиция действительно была влюблена в Ланселота, то Габриэль, как он думал сам, постарается это понять.

— Она не клялась мне в любви, — с горечью прошептал он, плеснув воды себе на лицо и волосы. Затем он снова перевёл взгляд тёмно-карих глаз на луну и долго в неё всматривался, всё ещё ожидая ответа до тех пор, пока не решил, что ему было нужно возвращаться.

Вернувшись, Габриэль застал всех вокруг костра. Бедивер с воодушевлением рассказывал о своих приключениях. Особенно он любил рассказывать про события из Равенны. Летиция сидела, опёршись локтями на собранные в коленях ноги и увлечённо его слушала. Галахад, казалось, тоже был заинтересован, но было видно, что параллельно с этим он думал о чём-то своём, о котором никому известно не было. А Ланселот сидел под деревом и делал вид, что ему неинтересно, но тем не менее он иногда поддерживал разговор. Оба мужчин даже умудрились поспорить о том, кто убил медведя побольше.

— Уверена, что вы даже издалека медведя не видели, — весело посмеялась Летиция. — Не тратьте время на пустые споры.

— Ох, Летиция, дорогуша, разве твой старик похож на лгуна? — эти слова принадлежали Бедиверу.

Тут все трое – Летиция, Галахад и Ланселот – уставились на Бедивера, давя его своим взглядом, а потом Галахад с Летицией переглянулись и кивнули друг другу. Бедиверу от этой сцены стало не по себе. Заговорил Галахад:

— Похож. Очень похож.

— Это же совсем не честно. Сговорились мне тут все. Эх. — Бедивер махнул рукой в сторону.

— Что обсуждаем? — наконец Габриэль решил присоединиться к беседе. Он сел рядом на земле, сложив по-турецки ноги.

— Вот, пусть Габриэль нас и рассудит, — предложила Летиция. — Вопрос на засыпку. Правда ведь, что Бедивер похож на мошенника?

— Летиция, мы говорили про лгуна. Почему ты вдруг заговорила о мошеннике? Габриэль, — Бедивер далее обратился к товарищу, — хотя бы ты поддержи старика.

Габриэль так же, как остальные до этого, уставился на Бедивера. Он дал ответ только после того, как немного подумал:

— И действительно, похож на разбойника! Ему бы бороду отрастить, да свои седые волосы собрать в хвост.

— Эх, да ну вас всех. — Бедивер разочарованно вздохнул. — Хотел было я вам историю рассказать про двух воронов, да не буду. Обижаете вы бедного старика, эх.

— Ну ладно тебе, Бедивер. Не хмурься. — Летиция встала со своего места и подсела к Бедиверу, который всё это время сидел на длинном бревне. — Расскажи нам об этой истории. — Она облокотилась на его плечо.

Габриэль заметил эту её привычку уже не в первый раз. Всегда, когда Летиция сидела с Бедивером, она облокачивалась на него. Прямо спросить об этом он не решался. Он лишь знал, что Бедивер относится к ней, как к дочери. И высока была вероятность, что Летиция видела в нём своего родителя.

— Чего уж греха таить. Плохо её уже помню. Но мы на родине часто напевали эту историю.

— Напой, что помнишь, — попросил Галахад. Он любил слушать и запоминать такие истории, сколько Ланселот его помнил.

Бедивер начал:

Я шёл один тропой лесной,

Вдруг стон раздался надо мной.

То ворон воронихе вослед:

Где нынче раздобыть обед?

За лесом, там, где ров:

Пал воин от руки врагов.

Ох, многие о нём вздохнут,

Да не узнают, что он тут.

Лишь ветры будут много лет

Оплакивать его скелет.

— Мрачный сюжет, — подытожила Летиция.

— Там есть строки и пострашнее. Но это, к сожалению, всё, что я помню.

— А ты знаешь ещё какие-нибудь истории? — Галахад проявлял особый интерес к беседе.

— Ой нет, пожалей старика. Мне эту было вспомнить тяжело.

— Интересно, смогут ли эти песни потом где-нибудь запечатлены, чтобы о них все помнили? — задался вопросом Габриэль.

— Ну следующее поколение будет учить Галахад, — весело посмеялась Летиция. — Уверена, он всё запоминает. Так ведь, Галахад?

— Ну я бы не был так уверен в этом. — Галахад неловко улыбнулся, почесав затылок.

— А давай проверим! — всё так же весело продолжала Летиция. — Напой нам то, что ты запомнил.

Галахад сначала не хотел соглашаться, но под напором Летиции он всё-таки прочитал строки по памяти, почти ничего не упустив.

— А у тебя талант, мальчишка, — по-доброму посмеялся Бедивер. — Я буду рассказывать тебе всё, что помню. Запоминай и передавай другим людям.

— Интересно, а будет ли в будущем кто-то так же слагать песни о моём брате, — задумалась Летиция. Галахад хотел было что-то сказать в ответ, но внезапно передумал и погрузился в свои мысли.

— О чём ты так задумался? — спросил Габриэль, когда заметил устремлённый в огонь взгляд Галахада.

— Да ни о чём особенном, — отмахнулся он. — Просто подумал о том, что очень хотел бы с ним встретиться.

— А откуда ты узнал про Артура? — спросила Летиция. Отвечать стал Бедивер.

— Он стал известен в наших краях после его первой победы над саксами.

— Я помню тот день. Брат был слишком юн тогда. Но не знала, что о его победе стало известно далеко за пределами Альбиона.

— С тех самых пор Галахад грезит желанием встретиться с ним, — вмешался в разговор Ланселот. А Галахад лишь смущённо опустил голову. — По сути, это было его идеей держать путь на Альбион.

— Когда мы окажемся в Камелоте, я обязательно вас познакомлю.

Галахад лишь улыбнулся в ответ.

— Если ни у кого больше нет песен, идёмте дружно спать! — предложила Летиция, подскочив на ноги.

— Так уже скоро заря заниматься будет. Куда нам спать-то? — вздохнул Габриэль.

— Я думаю, что Летиции стоит немного поспать, — вмешался Ланселот.

— Давайте все просто забудем о том, что скоро утро, и пойдём спать! — вновь предложила Летиция.

— А ты уверена, что сможешь уснуть? — забеспокоился Бедивер.

— Я бы хотела постараться, — неуверенно улыбнулась она. — В любом случае, я хочу пройти в свою палатку. А вы уже сами решайте, как поступите.

Габриэль тут же поднялся на ноги, чтобы проводить Летицию. Ланселот и Бедивер встали потом, почти одновременно. А Галахад продолжал сидеть на своём месте, снова думая о своём.

— Не забудь отдохнуть немного, — обратилась Летиция к Галахаду. Он в ответ лишь молча кивнул.

— А я думал, что самый молчаливый у нас Ланселот. Оказалось, Галахад и того молчаливей. — Бедивер похлопал Галахад по плечу. — Но Летиция дело говорит, иногда отдыхай. Я часто замечаю, что ты сидишь в полном одиночестве, думаешь о чём-то, совсем не отдыхаешь. Но ты всегда должен быть готов, чтобы в случае чего защитить Летицию. Помни об этом.

— Бедивер, не волнуйся. Никто из вас не обязан меня защищать. Я лишь беспокоюсь о Галахаде и его состоянии.

— Благодарю тебя, Летиция. — Галахад еле заметно улыбнулся.

— Пойдёмте, Ваше Высочество.

Ланселот с Бедивером тоже поспешили уйти, каждый по своим палаткам. Лишь только Галахад сидел и внимательно наблюдал за тем, как в костре догорали последние ветки. Он стал тихо напевать строки, которые придумал совсем недавно:

В Британии родился я,

И был мой пращур Брут

Крещёный ли, язычник ли,

Артур меня зовут.

— И кому это только нужно? — тяжело вздохнул он и облокотился на дерево. Подняв голову вверх, Галахад стал наблюдать, как потихоньку начинало светать. Все мысли его были заняты лишь Артуром. Ему хотелось поскорее с ним встретиться.

Но он не знал, что, когда солнце поднимется в следующий раз, Гарет и Гавейн скрестят с Артуром клинки.

***

Как выяснилось позже разведчиками армии Радигеса, войско бриттов во главе с Артуром наступали по направлению захваченной крепости. Бритты не дали саксам передохнуть после предыдущей схватки. Более того, саксы были напуганы так называемой божьей карой. Большая часть солдат сами подставлялись под мечи. Только группировка во главе с Эриком отважно сражалась с бриттской армией.

Тем временем Гарет с Гавейном в бою пытались несильно навредить бриттским воинам. Но когда последние проявляли настойчивость, братьям приходилось проливать их кровь. Но они старались всячески этого избегать и продолжали глазами выискивать Артура.

Артура они застали позже сражавшимся на передовой. Его чёрный величественный конь смело рвался в самую гущу событий. Братьям пришлось выжидать подходящего момента, чтобы сбить этого голубоглазого блондина с его коня.

— Нельзя навредить его коню, — сквозь шум голосов и звяканья клинков прокричал Гарет своему брату. — Нам надо спровоцировать его на диалог.

— Гавейн всё сделает.

Он кинулся в сторону сражавшегося Артура и воспользовался моментом, когда тот остался один. Гавейн встал перед конём Артура и направил клинок своего меча в его сторону.

— Перед тобой Гавейн – один из лучших мечников. Вызываю тебя на поединок!

— Зачем я должен соглашаться? — приструнив коня, спросил Артур.

— Затем, что доблестный воин вроде тебя не станет сбегать от боя, — эти слова уже принадлежали Гарету, стоявшему позади коня бриттского полководца. — Имя мне Гарет. И я тоже вызываю тебя на поединок.

— Артур, не смей соглашаться! — прокричал только что прискакавший молочный брат Артура Кей. Но Артур жестом руки велел не вмешиваться.

— Я принимаю бой. Вы двое – против меня одного. Кей, уведи подальше моего коня.

— Артур, нельзя! Подумай о короле. Подумай о людях, следующие за тобой.

— Когда будет время, обязательно подумаю, — отмахнулся Артур. — Я вижу, что вы преследуете совсем иную цель, — обратился он к братьям. — Кей, не смей вмешиваться. И никого не подпускай. — Артур покрутил в руках меч за его рукоять и принял боевую стойку.

— Другого мы от наследника трона и не ждали, — довольно произнёс Гарет.

— Нападайте.

Братья не нападали одновременно, а делали это периодами, чтобы Артур успевал отбиваться. Артур не мог этого не заметить.

— Вы что, решили поиграться со мной? — сквозь звон металла выкрикнул Артур. — Сражайтесь во всю силу!

— Сомневаюсь, что сестрёнке это может понравится.

Артур проигнорировал, не имея понятия о чём говорил Гавейн.

— Гавейн хочет сказать, что Летиции это может не понравиться, — попытался пояснить Гарет.

Артура будто облили кипятком от этих слов.

— Смеётесь надо мной? — зло прошипел он.

— И не подумаем, — весело произнёс Гавейн. Казалось, вся ситуация вплоть от момента проникновения в лагерь, его забавляла.

— Мы знаем, где находится Летиция, — всю обязанность говорит Гарет теперь взял на себя.

— Вы не можете знать, потому что она мертва. — Удары Артура стали напористей и точней. Один раз ему даже удалось задеть Гарета за левое плечо.

— Ты же сам в это не веришь.

— Это вас не касается. Покончим с этим!

— Сестрёнка жива и хочет вернуться в Камелот.

Артура снова передёрнуло. Кто они такие? Правду ли говорят? Чего добиваются? Эти вопросы всплывали один за другим в его голове. Ему хотелось знать ответы.

— Полагаю, нам нужно поговорить, — предложил Гарет.

— Я не знаю, кто вы. Но сейчас всё, что мне нужно – это вас убить.

Теперь Артур стал сражаться во всю силу, и братьям ничего не оставалось, кроме как ответить тем же.

За этим боем внимательно наблюдали Радигес со своим советником.

— Боюсь, за кулисами есть ещё кто-то, — подытожил сакский полководец.