— Купите это? — мужчина принёс ржавые инструменты.

— Если починить, использовать можно. Но много денег оно не стоит.

— Моя старая одежда подойдёт? — кто-то принёс охапку вещей.

— Конечно же. Даже если нельзя носить, мы купим её в качестве ткани.

— У меня остались гвозди, — человек принёс деревянный ящик.

— Немного ржавые. Но их так много...

Что бы ни приносили, Тамал старалась разобраться поскорее.

Цена была уместной и никто не возражал.

Купленные вещи упаковывали и отправляли с псоглавцами. Убрать в коробку, завязать верёвкой, замотать в ткань, работы хватало.

— А мы точно за едой приехали? — спросил Хазама, когда поток клиентов прекратился.

Им продали несколько мешков пшеницы, но большинство пришли избавиться от мусора.

Хотя им в пещерах всё может понадобиться, потому против покупки он не возражал.

— Всё только начинается. Мы доказали, что нам можно доверять как деловым партнёрам. И у нас есть средства, чтобы купить всё необходимое.

Кровь торговки заставила Тамал улыбнуться.

Ближе к полудню Тоес и другие принесли тяжёлые поклажи. Они попрощались с семьями и оставили деньги.

— Как и предполагалось, — Тоес говорила о дочерях фермеров. — Им не нужны осквернённые дочери. Их не волнуют факты, им не нужны похищенные девушки... На лицах было написано, что им не нужны проблемы. Нам больше нет места в этой деревне.

Тамал заключила магию договора со всеми вернувшимися девушками.

После этого они стали помогать упаковывать покупки.

Вечером вернулись Линза и Хайхаз. Они взяли с собой много всего. И их сопровождал старый нотариус.

— Я разобрался с долгами, — сказал мужчина Хазаме. — Больше мне нечего делать в этой деревне. Давай заключим договор.

Чтобы заключить договор с ними обоими ушло немного больше времени. В отличие от других девушек, магию применили и на Хазаме тоже.

— Не о чем переживать, молодой человек, — обратился к мужчине старый нотариус. — Раз уж решились, нечего переживать.

Выглядело так, будто получилось избавиться от препятствия или же ему лишь показалось?

Через какое-то время поток клиентов прекратился, и к ним пришла девушка с припухшим лицом.

— Идёмте, — это была Ханун. — Отец зовёт.

Старик нотариус, Хазама и Тамал отправились с Ханун домой к старосте.

— Предыдущий был хорошим человеком, — по пути нотариус старался вести беседу. — Нынешний староста слишком уж резок.

Старостой был землевладелец. Похоже он был суров к фермерам на своей земле.

Его дочь Ханун никак не отреагировала на слова старика и продолжила вести их.

— Прибыл, укротитель зверей!

Их встретили у ворот и отвели в особняк.

Здание выглядело простым и прочным. Они вошли через комнату с высоким потолком.

— Нас пригласили, потому что хотят нам что-то продать? — Хазама хотел сразу же приступить к делу.

— Начинаешь вести дела, не поприветствовав, нахал!

— Я же чужеземец, уж простите за грубость.

Хазама слегка поклонился, а сам думал, как его это достало.

— Вечером мы собираемся покинуть деревню. Сообщите, если у вас к нам дело, — понимая недовольство Хазамы, вместо него заговорила Тамал.

— Понятно. Мы хотим продать вам излишки пшеницы. Мешок за две золотые монеты.

— За две золотые? Я полагаю, что качества пшеницы великолепное? Мы обсудим цену после того, как товар будет проверен.

— Замолчите и просто покупайте! Я знаю, что золота у вас хватает! — внезапно староста ударил по столу и потянулся через него.

— Чушь какая-то, — Хазама поднялся. — Мы уходим. Похоже староста не хочет заключать с нами соглашение.

Так они не справятся с нехваткой еды, но это было ожидаемо.

— Хи-хи. Думаете, у вас всё будет идти хорошо?

Хазама собирался уходить, а староста оставался таким же самоуверенным.

— Сопляк! Думаешь, у тебя одного здесь есть рычаги влияния? Посмотрим, что будет с твоими товарищами! Хи-хи. Я уже в предвкушении!

— ... А? — после недолгого раздумья выдал озадаченный Хазама.

Что несёт этот старик?

— Разделяй и властвуй. Они возьмут остальных в заложники и будут угрожать, — прошептала на ухо Тамал, а Хазама рассмеялся.

Староста удивлённо смотрел на него.

— Эх, вот ведь! А я ещё старался никого не убить. Вот же дурак, — непривычно закричал Хазама. — Эй, старик. Я ненавижу тех, кто не ценит жизнь других, больше всего! Не знаю, скольких ты людей отправил... Но с ними сейчас точно не всё в порядке!

Линзу и остальных защищали три десятка оставшихся псоглавцев. Они прятались в лесу, чтобы люди не переживали, и жители не знали, сколько их там.

Учитывая всех людей, собравшихся прошлым вечером, сил у них не хватит, чтобы одолеть тридцать псоглавцев.

— ... С-староста! — в комнату ворвался взволнованный молодой мужчина.

— Зехас... Санмо... И Л-Лайос...

— Что случилось, Дамон?

Наблюдая за Хазамой и остальными, староста всё же приказал мужчине отвечать.

— Это... Всех троих ранили. В лесу прячется целая толпа псоглавцев!

— То есть, — Хазама прищурился. — Вы по приказу старосты напали на моих людей? Не деревня, а разбойники.

— Потом обсудим! — напряжённый староста поднялся. — Ничего нельзя утверждать, пока мы сами не увидели!

— Мы тоже хотели бы присоединиться.

Хазама дал сигнал остальным, и они собрались уходить.

Староста, Хазама и остальные прибыли на окраину деревни.

Противостояние между жителями деревни и псоглавцами продолжалось.

Трое местных держались за руки и животы, и двое монстров лежали со стрелой в голове и шее.

— Вот так заваруха, — выдал Хазама.

— Эй, ты! — молодой парень с арбалетом закричал на Хазаму, но увидел старосту и сразу же притих.

— Они внезапно напали на нас! — из-за спин псоглавцев донёсся голос Линзы. — Почему... Мы же жители одной деревни!

— Вот что говорят мои люди, — спокойно Хазама обратился к старосте.

— Трое моих людей тоже пострадали, — точно выплюнул слова староста. — Значит мы в расчёте.

— В расчёте?! В расчёте, говоришь! — голос Хазамы стал громче. — Что за потворство по отношению к шайке разбойников? У нас двое погибших!

— По закону все действия против разбойников считаются самообороной, — холодно сообщила Тамал. — Мы не несём за это никакой ответственности.

— Таковы законы, — старый нотариус подтвердил её слова.

— Какой позор! Жители деревни ведут себя как разбойники.

— То есть вы преступники, убившие двух моих подчинённых, — Хазама холодно констатировал факт.

— Подчинённых?! Да это же звери! — гневно заревел староста.

— Даже если так, они мои милые питомцы, — несмотря на крик, Хазама не утратил хладнокровия.

— Я приказал защищать их, если что-то попробует навредить моим людям. Да уж, повезло.

— Повезло? С чем повезло?!

— Да. Вам повезло. Если бы я приказал убивать врагов, в деревне бы уже никто не выжил.

Хазама не ожидал, что жители деревни нападут в открытую. Всё же мужчина не думал, что они вообще не понимали, в какой ситуации оказались.

— Нотариус. Как нам стоит поступить в данном случае?

— Так, законная процедура очень затратная по времени и силам. Потому проще оставить это. До замка лорда добираться около месяца.

— И что будет, если я всё же обращусь к нему?

— После суровых допросов вся правда всплывёт наружу... Староста будет признан подорвавшим доверие, а всех жителей могут вызвать к правителю. Даже если нет, аристократы жадны. Правитель воспользуется возможностью, чтобы увеличить здесь своё влияние.

— А потом?

Старик продолжил:

— Когда слухи расползутся, ни один торговец сюда не придёт. Никто не сможет торговать с деревней, если неизвестно, когда её жители могут на тебя напасть.

— Вот оно как, староста. И во сколько нам обойдутся мёртвые псоглавцы?

Два псоглавца стоили двадцать мешков пшеницы.

Когда переговоры начались, жители стали окружать это место, им было интересно, что здесь происходит.

Все слушали суть переговоров Тамал и старосты, а нотариус стал объяснять, что случилось.

Жители деревни узнали, что именно здесь произошло.

Раненых унесли их товарищи.

Покрасневший староста же молча принимал все условия Тамал.

Девушка составила документ, а нотариус проверил содержимое, и они подписали договор.

Подчинённый старосты проводил Хазаму до склада, и они погрузили на псоглавцев мешки с пшеницей. Нагруженные звери исчезли в лесу.

— Я ведь тебе говорила! Они не плохие! — кричала Ханун, когда Хазама собрался покидать деревню. — Меня похитили, а он меня спас. Я думала, что мы наконец вернёмся в деревню, а на нас нападают! Ненавижу! И эту деревню, и тебя, отец! — Линза и Тоес пытались успокоить Ханун, но девушка продолжала кричать на старосту. — Говоришь, что я грязная, но грязный здесь именно ты!

Староста слушал слова дочери.

— Хватит с меня! Я тоже уходу из деревни! Тамал! Если заключу договор, я смогу вернуться в пещеру?!

— Наверное, — озадаченная Тамал посмотрела на Хазаму.

— Может стоит немного успокоиться и обдумать всё, Ханун? — вздыхая, сказал мужчина. — Жизнь в пещере будет небогатой и трудной. У нас там много неудобств, а в деревне намного легче.

— Я так не хочу! Тамал! Выкупите меня на тех же условиях, как Тоес и остальных!

— Д-да.

Проследив за взглядом Тамал, Хазама обречённо покачал головой.

— Хорошо, — девушка составила документы, и они заключили договор.

Из деревянной коробки они достали деньги и передали Ханун.

Девушка швырнула их старосте.

Попав в него, монеты разлетелись по земле.

— Торговлю в этой деревне мы закончили?

— Да. На этом всё.

Услышав это, Хазама поблагодарил нотариуса:

— Спасибо за помощь.

— Уже уходите? А не поздновато?

— Да. Но мы... И ночью в лесу справимся.

— И хотите поскорее покинуть эту деревню.

— Ха-ха. Если ещё что-то понадобится, полагаюсь на тебя.

— Ещё что-то?..

— Ещё пару раз мы вернёмся. У нас в пещере ещё несколько человек сейчас восстанавливаются.

— Вот как? Надеюсь, в следующий раз торговля пойдёт лучше.

— И не говори.

И вот они покинули деревню.

На приличном расстоянии от деревни они сделали привал.

Большая часть псоглавцев несла багаж, потому некому было чередоваться, неся людей.

Потому они не собирались гнать назад, а останавливались, чтобы отдохнуть.

Они развели костры и обустроили лагерь, а Хазама, как и обещал, отдал Тамал ручку.

Сказав «я буду заботиться о ней», девушка обращалась с ней бережно.

Раньше он объяснил принцип работы ручки. Девушка думала, что возможно сможет создать копию, но даже если она могла что-то сделать с механизмом, к сожалению, с чернилами всё оказалось сложнее.

— Как торговец я приобрела много опыта, — девушка была довольна результатами.

— Только еды меньше, чем ожидали.

Хазама посмотрел на мрачную Ханун.

Его больше интересовали отношения старосты и девушки, чем детали сделки.

— Ну, это её проблемы, — сказала Тамал и пожала плечами.

— Точно, тут мы ничем помочь не можем.

Устав плакать, Ханун заснула, прислонившись спиной к дереву.

На следующий день из пещеры вернулись псоглавцы уже без груза и присоединились к Хазаме и остальным.

В итоге они вернулись до заката.

Вокруг пещеры всё начало меняться.

Число строений увеличилось.

Бревенчатые домишки нельзя было назвать профессионально построенными домами.

— Оно и понятно. Мы просто плющом деревья связали, — их приветствовала Элсим, которая зачем-то с гордостью выставила плоскую грудь.

Видать ей понравилась его одежда, она всё ещё была в одной рубашке.

— Если срубленные деревья не сушить хотя бы полгода, их как стройматериалы не использовать. К тому же плотников у нас нет.

В качестве основы они использовали толстые брёвна, а ветками и деревьями заделали стены и крышу.

Строения были простыми, но защищали от дождя и внутри были даже удобнее, чем казалось на первый взгляд.

Люди вокруг работали как и полагалось.

Всего за несколько дней к ним вернулась сила, и теперь место напоминало настоящее поселение.

Вернувшаяся немного раньше Фанталь обхватила руку Хазамы ещё до того, как они поздоровались.