Инаю удалось вырваться из окружения благодаря хитрости. Используя знак Юс, он создал несколько светящихся шаров, которые окружили его, и при необходимости атаковал ими жрецов.

Жрецы шипели и прятались, и пока шары света не были уничтожены, они не решались нападать.

Спустя с десяток минут Инай достиг границ Леса, однако к этому моменту силы символа были полностью исчерпаны, и проекция Мафдет покинула его.

Жрецы снова взяли его в кольцо, а Камазсоц стремительно приближался. Внезапно из гущи леса в его сторону устремилось множество огней.

Жрецов отбросили столбы из грязи. Вокруг Иная вспыхнул огненный круг, заставивший Кама-Соца остановить свой натиск и потратить время, чтобы сдуть огонь своими могучими крыльями.

Когда огненное кольцо погасло, перед Инаем возникли два силуэта, а за ними выстроилась шеренга воинов. Одни держали факелы, не давая им погаснуть даже под натиском мощных потоков ветра, другие, вооружённые луками, поджигали стрелы, чьи наконечники были измазаны в смоле, и палили в приближающуюся толпу нетопырей.

В свете огней силуэты незнакомцев стали отчётливо видны. Удивлению Иная не было предела: это были старушка Вэра и дядька Чоли. Заслонив Иная, они излучали невероятную энергию и уверенность.

Чоли — могучий воин, татуировки на его теле переливались светом, он восседал верхом на крупном медведе-альбиносе, аккуратно держась за его загривок. На его поясе висел мешочек, из которого он набрал блестящий черный порошок, он обдал им свои ладони, а затем посыпал им почву вокруг.

Вэра — хоть и была худой старушкой, её мускулистые руки говорили о том, что она в отличной форме. Она стояла в пол-оборота, держа перед собой кинжал, а в другой руке, спрятанной за спиной, держала несколько пузырьков: один был полон ярких искр, во втором находилась тяжёлая зелёная жидкость. Легким движением ног, не отводя взгляд от противников, Вэра начертила несколько знаков под собой. Её хитрость и расчётливость идеально дополняли чистую и прямолинейную силу Чоли.

Кама-Соц, обезумевший от неудачной охоты, ринулся в яростной атаке. Однако знаки под Вэрой засияли, когда она направила в них свою энергию.

— Кат'ко'геб, — произнесла она, и из земли вырвались земляные шипы, проткнувшие кожу и обездвижив Камазсоца. Попытки сломать шипы тут же порождали новые, превращая его тело в решето.

Следом в рыло твари прилетела склянка с зелёной жижей. Разбившись, кислота обдала всё его тело. Жидкость, словно живая, медленно обтекала его, пытаясь охватить полностью.

Жуткий визг разорвал тишину. Это был крик умирающего бога, а также звуковая атака, которая подкосила половину лучников и факелоносцев. Другая половина была травмирована: звук уничтожил их перепонки, а внутренние органы серьёзно пострадали.

Жрецы, попытались атаковать Вэру, удерживающую их бога, но та увернулась, не нарушив контроля, над знаком, демонстрируя феноменальное боевое мастерство.

Атака жрецов, скрывающихся во мгле, выдала их местоположение, и Чоли сразу же воспользовался силами духа-хранителя — медведь, уже давно взявший под контроль окружающую растительность, опутал их корнями ближайших деревьев. Используя коряги оставшихся пней и стволов, он соорудил подобие рогаток, запульнув всех жрецов в одно место.

— Зип'зап'шу — знаки на запястье Чоли заискрились, проходя через его ладони и тело медведя кермода, уходя в почву. Черный порошок, который рассыпал Чоли, был графитом — природным минералом, считавшимся лучшим проводником.

Заряд молнии настиг почти освободившихся из корневых пут жрецов и обдал их градом атак, изжаривая их кожу и полностью подавляя, не давая возможности пошевелиться.

В оглушённых жрецов старушка Вэра отправила второй пузырёк, предварительно сильно его встряхнув.

*Взрыв*

Сгорая в пламени, изувеченные жрецы кричали в агонии, умирая в муках.

Хруст глиняных копий и вопль Камазсоца раздался по округе. Со смертью жрецов исчезла и значительная часть силы, которую они одолжили у него. Взаимоотношения между богами и людьми всегда строились на взаимной выгоде. Жрецы, получая что-то от богов, должны были готовы вернуть это в кратном размере. Каждому из этих жрецов Кама-Соц даровал двадцатую часть своей силы, и с их смертью его потери составили пятую часть безвозвратно потерянных сил.

Загнанному в угол богу пришлось идти на отчаянный шаг. Дезориентированные воины больше не могли отстреливать летучих мышей, чем и воспользовался Камазсоц. Когда армада нетопырей кружила над скованным божеством, он высосал энергию из приспешников.

В каждой мыши-переростке пульсировала тысячная часть силы Камазсоца. Почти мгновенно сотни нетопырей взорвались, кровавый дождь окропил поле боя, смыв знак, нарисованный Вэрой. Камас-Соц, не просто восстановив свои силы, но и увеличив их вдвое, разрушил глиняные путы и, разрывая звук, приблизился, одним ударом отправив Вэру сносить стоящие позади деревья.

Старушка Вэра успела слиться с духом перед ударом, остановившись только после того, как проломила три ствола деревьев. Ужасная боль от сломанных костей парализовала её.

Раны Кама-Соца стремительно восстанавливались, и он находился в экстазе, вновь достигнув пика своего могущества.

— Зип'зап — Чоли обратился в искру молний и нанёс мощный удар в челюсть Камазсоца. — Нака, выкуси, тварь! — с ревом, не дав тому опомниться, он тут же обхватил его ноги, намереваясь закончить захват, перекинув того за спину и ударив о землю, чтобы зафиксировать его с помощью шокового удара, как он сделал это с жрецами.

Камаз-Соц, наученный горьким опытом, его последователей, быстро среагировал. Когда Чоли схватил его за бедра, мощный поток ветра поднял их на несколько десятков метров над землёй. Скрестив руки в кулак, он ударил Чоли по затылку с такой силой, что тот потерял сознание. Пикировал он с такой скоростью, что если бы дух кермода не среагировал заранее, сплетая подобие батута, Чоли мог бы расшибиться насмерть.

*Свист*

Арбалетный болт летел прямо в Камазсоца, но тот сразу же почувствовал его приближение и с лёгкостью поймал. Болт пробил его ладонь, символы на нём заискрились, и тот разорвался вместе с кистью безумного бога. Однако урон был незначительным, и он оправился за считанные секунды. Эта раздражительная атака только сильнее распалила его, и он со скоростью звука спикировал в сторону Иная.

Однако эта атака была лишь способом, которым Инай намеревался заманить Кама-Соца в ловушку. Когда Чоли схлестнулся с Камазсоцом, Инай велел всем воинам, кто ещё мог стоять, хватать раненых и бежать в лес вместе с его наставницей. Сам же принялся рисовать знак, который давно изучил в руинах обезьян, но всё никак не представлялась возможность им воспользоваться.

— Фар'ра'шап — столб огня поднялся, раскаляя воздух. В зареве огня раздался визг божества, находившегося в самом эпицентре.

Инай понимал, что этого будет недостаточно, чтобы повергнуть бога, однако это выиграло им немного времени для побега.

Когда Камазсоц вырвался из столба пламени, он был сильно ранен, а его крылья обгорели настолько, что ему пришлось приземлиться. Спустя всего пару минут от его болезненных ран и ожогов не осталось и следа. Однако преследовать Иная в гущу леса он не решился. Рассвет близился, а раскидистые и густые многовековые деревья загораживали весь вид с неба, из-за чего погоня затянулась бы.

Пожрав свежие трупы шаманов, полный досады от потери огромного количества слуг, Кама-Соц покинул разрушенные в результате ночной погони Куско.