— Не волнуйтесь, я здесь.

Слова Чезаре прозвучали на удивление неуклюже. Может, это и было то самое чувство «глубокой связи», о котором он говорил? Незнакомое, но не неприятное.

— Вы хотите сказать, что решите все проблемы деньгами?

— Что ж, и это не лишено смысла. Но я скорее имел в виду, что вы можете воспользоваться моей магией или моими слугами.

Чезаре, задумчиво потиравший подбородок, медленно повернулся к ней спиной.

— Кстати говоря, вы ведь ещё не знаете, как меня использовать. Когда путешествие закончится, я научу вас, как управлять подвластными мне демонами и магическими существами. Уверен, вы, Кэтрин, быстро всё усвоите.

На этом разговор завершился, и все трое разошлись по своим каютам.

Как бы Кэтрин ни старалась казаться равнодушной, она не могла скрыть своего волнения. Удаляющийся порт, машущие на прощание люди, пронзительный гудок корабля, запах моря и даже трепет пассажиров, доносившийся сквозь толстые стены, — всё это будоражило кровь. Некоторое время она смотрела на гавань за окном, а затем поднялась.

«Совсем не то, что в день отъезда из Орлеана».

Кэтрин сразу же направилась в ванную, чтобы использовать порошок, который подарил ей Чезаре. Для корабельной ванной комнаты обстановка была просто невероятной — она ничуть не уступала в роскоши ванной в её поместье… нет, скорее даже той, что была в Орлеане.

「Давай останемся здесь навсегда. Тут в тысячу раз лучше, чем у тебя дома」.

— И не говори. Вот он, вкус денег. К тому же из окна видно море.

「Теперь, когда ты познала вкус денег, твоё падение — лишь вопрос времени. Говорят, деньги меняют людей」.

— И где ты только такого наслушался?

「Везде!」

Выставка мебели начнётся ровно в десять утра. Прокрутив это в голове несколько десятков раз, чтобы не забыть, Кэтрин набрала в раковину воды, растворила в ней порошок и, как велел Чезаре, омыла им волосы и тело. Результат превзошёл все ожидания.

「Кто это? Неужели это и правда ты, Кэтрин?」

Не только Яонги, но и сама Кэтрин была поражена. Её кожа заметно потемнела, а волосы приобрели ярко-золотистый оттенок. Глаза стали кобальтовыми, почти как у Чезаре, и даже губы казались гораздо алее прежнего. Подумать только, она стала совершенно другим человеком, всего лишь изменив цвета.

— Ну как, не похожа на Кэтрин Фанья?

В ответ на её вопрос Яонги подпрыгнул на месте.

「Меня, великого Яонги, не обманешь, но человек ни за что не догадается, что это ты!」

Переодевшись в удобную одежду, Кэтрин встала перед зеркалом в полный рост.

— Если люди спросят, в каких мы отношениях с Чезаре, что мне отвечать?

「Мама?」

— Кто в это поверит. Хм, а как насчёт ученицы?

「Похоже, ты будешь прогуливать занятия и отлынивать от работы. А с собранными волосами ты совсем не похожа на уроженку Империи」.

Довольная его словами, Кэтрин покружилась на месте и вышла из каюты. До вечеринки на борту оставалось ещё много времени, поэтому коридор, ещё недавно наполненный людскими голосами, был пуст и тих.

«Наверное, все готовятся к празднику. Хорошо, что я вышла сейчас, снаружи тоже должно быть спокойно».

Запихнув Яонги в сумку, Кэтрин лёгкой походкой спустилась на палубу.

Она не ошиблась, свернув на корму, а не на нос, где вовсю шла подготовка к вечеринке. Здесь, за исключением нескольких человек, вышедших подышать свежим воздухом, царила тишина.

— Яонги, на всякий случай, говори теперь короче. Будет неприятно, если нас услышат.

「Кхм. Понял」.

Высокое, бескрайнее, синее и багряное.

Налетавший порывами ветер, подобно стае перелётных птиц, безжалостно трепал её туго собранные волосы. И всё же это скорее освежало, чем раздражало. Подавив рвущуюся на лицо улыбку, Кэтрин прикрыла глаза. Она всё-таки поступила правильно, заключив сделку с Чезаре.

— Как свежо.

「Верно」.

Несмотря на короткий ответ, волнение Яонги передалось и ей.

— Корабль идёт на удивление быстро, правда?

「Быстро」.

— Это потому, что мы набираем скорость, прежде чем выйти в открытый океан.

Услышав ещё один голос, Кэтрин медленно моргнула. Может, это просто донёсся чужой разговор? Чтобы не выглядеть сумасшедшей, болтающей самой с собой, она на время замолчала. Спустя мгновение Кэтрин снова заговорила:

— Подумать только, столько людей на таком огромном судне. Удивительно.

— Учитывая, сколько денег в это вложено, результат должен быть соответствующим.

И вновь в её разговор вмешался тот же голос. Нахмурившись, она заглянула в сумку. Лежавший на животе Яонги с широко раскрытыми глазами отрицательно покачал головой.

「Это не я!」

Кэтрин с тяжёлым предчувствием обернулась и тут же скривилась. Только что на корме, кроме нескольких болтающих вдалеке парочек, никого не было, но теперь прямо рядом с ней стоял какой-то незнакомец. Это точно был он — тот, кто отвечал на её слова так, будто она обращалась к нему.

— Что вам нужно?

Его взгляд, до этого устремлённый на бушующие за кормой волны, обратился к ней. В лучах заходящего солнца его блестящие чёрные волосы отливали багрянцем, а затуманенные янтарные глаза пару раз моргнули. Такой цвет глаз здесь был редкостью.

— А? Разве вы не со мной говорили?

«Интересно, все богачи сколачивают состояние с помощью смазливого личика?» — подумала Кэтрин, вспоминая выдающуюся красоту всех взрослых мужчин, которых ей довелось встретить в последнее время. И герцог, и Персиваль, и даже этот пассажир роскошного лайнера — все как на подбор выглядели словно знатные аристократы.

— Но здесь, кроме нас с вами, никого нет. Ах, неужели вы говорили сами с собой?

С секундным опозданием Кэтрин нашла лучший ответ.

— Это моё хобби.

Ей самой было смешно это говорить, что уж думать о мужчине. Однако он с серьёзным видом нахмурился, словно узнал поразительную тайну.

— Разговаривать с собой? Надо же, впервые в жизни встречаю женщину с таким хобби. Вы похожи на иностранку... Откуда вы? С южного континента? Пустыня Келли? Королевство Саустри?

Из-за смуглой кожи её приняли за южанку. Решив воспользоваться этим недоразумением, чтобы от него отделаться, Кэтрин решила заговорить на одном из южных наречий. Она выбрала из десятка фраз, засевших в её голове, самую что ни на есть иностранную.

— Квилламашура.

Это означало «спасибо за еду». Как и ожидалось, лицо мужчины исказилось от изумления и недоумения. Она уже собиралась улыбнуться ему, мысленно пожелав поскорее убраться восвояси, как вдруг...

— Спасибо за еду? За какую? Хм... неужели вы из того торгового каравана, который я угощал обедом? Странно. Я никогда не забываю лиц, которые видел хоть раз...

Надо же было нарваться на знатока иностранных языков. В такой ситуации оставалось лишь одно — просто уйти.

— Мы не знакомы. А теперь простите, я очень спешу.

Крепко сжав ручку сумки, она зашагала прочь.

— Эй, леди. Так вы из Империи или нет?

Но его фамильярный тон продолжал действовать ей на нервы. Кэтрин решила, что перед уходом всё же бросит ему пару ласковых слов.

— С чего это вы на «ты»? Дядя, мы знакомы? Не стоит так по-хамски вести себя с незнакомыми людьми.

— Дядя...

Высокая фигура мужчины пошатнулась от потрясения, но он с трудом устоял на ногах.

— Что ж, да. За это стоит извиниться. Прошу прощения, я решил, что это такая иностранная традиция — сразу переходить на «ты».

С этими словами мужчина откинул назад растрёпанную чёлку.

— Но разве не вы сами повели себя подозрительно? Хотя ладно, это мы опустим... Что? Дядя? Послушайте, леди, и где вы во мне дядю разглядели?

— А как мне вас называть?

— Как угодно, но только не дядей!

Пусть он и был красив, словно статуя на городской площади, но возраст определить было нетрудно. Кэтрин уже хотела было ответить ему той же монетой, но поняла, что так разговор затянется, и лишь махнула рукой.

— Простите, я ошиблась. Извините, что назвала вас дядей, юноша. А теперь мне пора.

«Надо же, бывают люди, которые придираются к каждой мелочи. Наверное, оттого, что на ограниченном пространстве слишком много народу».

— Эй.

Кэтрин и в самом деле повела себя так, что её могли неправильно понять, поэтому она решила просто молча удалиться.

— Эй, леди, не игнорируйте меня, ответьте хоть что-нибудь. А то мне как-то неловко.

Игнорировать его призывы и идти своей дорогой было единственно верным решением, но следующие его слова заставили Кэтрин остановиться.

— Слушай, а ты никогда не думала, что у тебя может быть тайна рождения, о которой ты и не подозреваешь?

В тот же миг гаргулья, до этого смирно сидевшая в сумке, зашевелилась. Был ли это знак, что не стоит реагировать? Или ему просто стало интересно? Кэтрин слегка повернулась и встретилась с ним взглядом. Он с совершенно безмятежным видом опёрся на перила.

— Если уж врёте, то врите правдоподобно. Банальнее не придумаешь.

— Банально? Ты и правда так считаешь?

Кэтрин понимала, как глупо продолжать этот разговор, но ничего не могла поделать с ногами, которые словно приросли к палубе.

С такого расстояния мужчина выглядел точь-в-точь как праздный младший сын какого-нибудь нувориша. Расстёгнутая почти до середины груди рубашка, небрежно развевающаяся на ветру, и кое-как закатанные рукава, будто он вышел прогуляться по двору собственного дома. Густые чёрные волосы, не закреплённые ничем, свободно трепал морской бриз. И во всей его позе сквозила уверенность человека, которому принадлежит весь мир.

— Такие, как мы, знаешь ли... В это трудно поверить, но мы способны узнать друг друга. Внутри всё трепещет... будто чувствуешь некое родство душ, что ли?

— Ни капельки не чувствую.

От её безжалостного ответа мужчина снова схватился за левую сторону груди. Даже театральный актёр играл бы менее преувеличенно.

— Ого, а вот это было обидно.

Хватит с неё. Больше подыгрывать ему она не собиралась, тем более что он нагло проигнорировал её просьбу не «тыкать» и продолжал говорить как ни в чём не бывало. Судя по его манерам и поведению, он либо был сыном богача, либо принадлежал к высшей аристократии, на которую Кэтрин и взглянуть бы не посмела.

— Постойте, куда же вы? Разговор только начался! Эй!

— Я занята.

— Я говорю это совершенно искренне, потому что рад вас видеть. Минутку. Если вы мне так не доверяете, может, возьмёте мою визитку?

— Не нужно.

Боясь, что его странные речи снова её задержат, Кэтрин быстрым шагом покинула корму и поднялась на палубу с каютами. На душе было странно тяжело, она чувствовала и досаду, и раздражение. Не обращая внимания на чужие взгляды, Кэтрин открыла сумку и прижала к себе тёплое, пушистое тельце Яонги.

「Ты молодец」.

«Неужели он думает, что достаточно просто сказать "молодец", даже не понимая, почему я так волнуюсь?» Но это было неважно. Кэтрин решительно зашагала к своей каюте.

До начала вечеринки оставался всего час, но Кэтрин казалось, что этот час будет длиться вечно.