Ледяной ужас сковал Мелиссу, пронизывая её тело острой дрожью. Она оторвала взгляд от пылающей деревни и перевела его на сестру, которая, зажмурившись, вцепилась в её руку.

Мелисса опустилась на колени, крепко сжимая хрупкие плечи Лиары. Влажные глаза девочки вот-вот готовы были разразиться потоком слёз.

— Лиара, слушай меня внимательно, — голос Мелиссы звучал хрипло, отчаянно. — Ты должна побежать в замок к лорду Арону и позвать подкрепление.

Взгляд Лиары затуманился, губы задрожали.

— Мама, — жалобно прошептала девочка.

— Ты слышишь меня?! — Мелисса встряхнула сестру, в её голосе послышались нотки истерики.  — Я помогу маме, и мы вместе убежим, а ты должна привести стражу, поняла?!

— Д-да, — неуверенно кивнула Лиара, по щекам её тут же хлынули слёзы.

Сердце Мелиссы сжалось, и её хват ослабел.

— Беги через лес к тракту, а по нему уже выйдешь к замку, запомнила? — она взяла себя в руки, стараясь говорить твёрдо.

Лиара кивнула, и сестра ласково потрепала её по голове.

— Беги, а я за мамой, всё будет хорошо, — Мелисса выдавила из себя подобие улыбки, но уголки губ не слушались.

— Хорошо, — пробормотала девочка и побежала в чащу.

Мелисса вскочила и ринулась в пылающий ад деревни. Несмолкаемые людские крики — женские, мужские, детские, стариковские — слились в жуткий гул. Треск огня и рушащихся хижин заполнял пространство.

Дышать становилось всё труднее. Пепел, дым и запах свежей крови смешались в удушливый коктейль. Мелисса прикрыла рот рукой, сдерживая рвотные позывы.

На её пути встречались изуродованные тела. Раздавленные, разорванные, они истекали кровью, превращая родную деревушку в кошмарный апокалипсис. Мелисса старалась не смотреть на них, а если взгляд и скользил по жутким останкам, то она не могла узнать ни одного лица. Ведь ни один из трупов не имел головы.

Девушка бежала по знакомой тропе, и вот в поле зрения показался её дом. Жилая часть была полностью разрушена. Даже каменные стены не выдержали натиска и превратились в жалкие руины. Деревянные своды крыши обвалились, похоронив под собой всю утварь.

— Мама! —  голос Мелиссы сорвался на крик. Она подбежала к тому, что осталось от дома. Рядом с чудом уцелевшей кузнечной печью и выкованным клинком виднелась голова Риаты.

— Мелисса, — раздался хриплый, еле слышный голос матери. Её нижняя часть тела была придавлена массивной деревянной балкой.

Слёзы скользнули по щекам Мелиссы.

— Пошли скорее, нужно уходить отсюда! — Мелисса пробралась сквозь завалы.

— Где Лиара? — мать пыталась приподняться на руках.

— Она пошла в замок за подмогой, — ответила Мелисса и попыталась сдвинуть балку. Она не поддалась. Треснувшая древесина впилась занозами в ладони девушки. Она кряхтела и упиралась как могла.

Риата схватила её за ногу.

— Уходи и прячься, — голос матери впервые звучал так жалко.

— Ни за что! Я тебя тут не оставлю! — Мелисса сцепила зубы и сильнее упёрлась в балку.

— Почему ты никогда меня не слушаешь? — Риата сжала ногу дочери. — Я прошу тебя, уходи, ты должна жить…

Мелисса проигнорировала её слова и немного отпрянула от балки. В её руке загорелось пламя.

Ладонь прислонилась ближе к краю массивного бруса. Огонь понемногу пропаливал дерево.

— Сейчас, я смогу, — на лбу девушки проступил пот.

Балка затрещала и перевалилась, Мелисса прильнула к другому концу. Риата наблюдала за дочерью, не смея сказать и слова.

Балка затрещала, поддалась и с грохотом рухнула на землю. Мелисса кинулась к матери, помогая ей подняться. Обе тяжело дышали, измученные борьбой со стихией и страхом.

— Ты сможешь идти? — спросила Мелисса, глядя в потускневшие глаза Риаты.

— Да, ты молодец, спасибо тебе большое, — Риата прижала дочь к себе для долгожданных крепких объятий.  Хоть мать и пыталась, но всхлип ей скрыть не удалось. — А теперь уходим.

Смесь из людских криков стала совсем громкой и приближалась.

Мелисса повернулась и увидела знакомую фигуру: то самое двуногое существо, размером с дом, с косматой шерстью и большой оленьей головой. В свете пламени она разглядела его жуткие трофеи: на теле красовались свежие оторванные головы, каждая из которых застыла в агонии, невыносимо вопя. На длинных оленьих рогах болтались изувеченные конечности. Коричневая шерсть, грязная от крови, взъерошилась. Существо набрало воздуха и подняло голову к небу. Ужасный вопль, похожий на рык и вой одновременно, перекрыл все звуки.

Мелисса задрожала от ужаса. Она попятилась, упираясь спиной в мать.

— Бежим, — прошептала девушка.

Они двинулись с места, но едва сделав шаг, Риата вскрикнула. Осколок дерева, впившийся в ноги, дал о себе знать.

Мелисса посмотрела на мать, а затем на чудовище, чей вопль не прекращался. Существо медленно, но верно шагало в их сторону.

Девушка перевела взгляд на свою руку, затем на недавно выкованный клинок.

— Я отвлеку чудовище, а ты убегай в лес, — Мелисса крепко схватила рукоять меча. Девушка шагнула вперёд.

— Нет, так не будет, — попыталась остановить её Риата.

— Я хочу стать авантюристом, а они смело смотрят в лицо опасности, — Мелисса направила треугольное остриё на чудище. — Уходи, а я сразу вернусь, как только смогу оторваться от этой твари.

Хоть и голос звучал твёрдо, дрожь клинка выдавала девушку с лихвой. Страх никуда не делся, а наоборот, пробирался ещё глубже.

Она вскинула руку и закричала.

— Свет! — магическое сияние вырвалось из её ладони, ослепляя округу. — Иди за мной, тварь!  — Мелисса скользнула между чудовищем и соседней хижиной, убегая прочь и ведя существо за собой.

Риата, стиснув зубы, смотрела на удаляющуюся дочь. Сжав кулон на шее — подарок мужа, она прошептала молитву.

Мелисса бежала, не разбирая дороги. Сердце колотилось в груди, а за спиной гулко раздавались шаги чудовища и вопли голов. Дома мелькали перед глазами, сливаясь в серую пелену. Девушка не думала, что умеет так быстро бегать, но чудовище не отставало.

Вопли, стоны, полные боли, становились всё ближе, сливаясь с грохотом шагов. Мысль «Я не сбегу» пронзила сознание, ледяным комом оседая в душе.

Она обернулась и увидела, что тварь находится всего в пяти метрах от неё.

— Пламя! — выкрикнула Мелисса, и в её свободной руке загорелся огонёк. Она метнула его в чудовище, а затем ещё и ещё.

Чудовище даже не дрогнуло. Снаряды едва могли опалить шерсть. Внезапно огонёк угодил в одну из многочисленных голов. Та перестала вопить и сгорела, отчего существо дёрнулось и яростно зарычало.

Мелисса задрожала от истошного воя. Острая боль пронзила голову, затмевая всё вокруг.

Девушка развернулась и бросилась к лесной чаще, которая, казалось, была совсем близко.

Дыхание сбилось, она спотыкалась, но продолжала двигаться.

Раздался оглушительный рокот и треск. Что-то ударилось о ногу Мелиссы, и она упала, проехавшись по земле.

Внезапно она оказалась окружена кучей обломков, камней и деревьев. Острая, рвущая, нестерпимая боль пронзила ногу и расползлась по всему телу. Мелисса вскрикнула и прижала место раны. Тяжело дыша она перевернулась, и перед её взглядом оказалось чудовище. Лишь два шага этого существа разделяли их.

Мелисса не заметила, как глаза заполнились слезами, она размахивала клинком, тщетно и отчаянно пытаясь отогнать монстра.

Целая нога судорожно пыталась найти опору, чтобы оттолкнуться как можно дальше.

— Прочь! Прочь! — истошно кричала Мелисса, но существо не обращало внимания. Огромное копыто наступило на её ноги. Раздался хруст, а за ним крик самой девушки. Сознание затуманилось от боли и страха. Огромная рука тянулась к её голове.

Мелисса зажмурилась и сжалась.

И в сознании раздался незнакомый звук:

— Тик-так, — словно какой-то механизм поселился в её мыслях и эхом разносился по ним.

— Тик-так, тик-так, — окружающие звуки становились всё ниже и будто замедлялись, а стук механизма наоборот усиливался.

Через пару мгновений грянул тонкий металлический звон, заглушающий всё. Наступила тишина.

Мелисса боялась открыть глаза, её тело дрожало. Боль отступила, но страх не отпускал сердце девушки, сжимая его.

— Я умерла? — жалко пробормотала она.

— Ещё нет, — раздался мелодичный, мягкий и обволакивающий голос, отдающий эхом. — Но ты довольно близка к этому. — От него веяло чем-то потусторонним и безжизненным.

Мелисса открыла глаза. Чудище, что тянулось к ней, замерло и потеряло всякий цвет.

Мелисса, охваченная паникой, отпрянула от окаменевшего чудовища. Сердце бешено колотилось в груди, а холодный пот скользил по спине. Мир вокруг неё походил на выцветшую картину, лишённую красок и жизни. Лишь её собственная тень, зловеще контрастирующая с серой пустошью, казалась чем-то реальным.

Внезапно из-за окаменелого монстра, чьё копыто всё ещё покоилось на её изувеченных ногах, возникла фигура. Высокий и облачённый в тёмную мантию, украшенную серебряными нитями, он казался ей призраком, явившимся из потустороннего мира. Вместо глаз у него плясали два фиолетовых огонька, похожих на сверкающие аметисты. На голове виднелась остроконечная корона, инкрустированная тёмно-синими, алыми и пурпурными тускло блестящими камнями.

— Не бойся, дитя, — раздался тот самый, мелодичный, но безжизненный голос. — Я не желаю тебе зла.

Мелисса, дрожа от страха и смятения, не могла вымолвить ни слова. Она лишь смотрела на полупризрачную фигуру, не веря своим глазам.

— Я Анахар, — продолжил призрак. — Когда-то я был могущественным волшебником, но смерть настигла меня раньше, чем я успел исполнить своё предназначение.

Он протянул руку, украшенную серебряными наручами, и указал на окаменевшего монстра.

— Это чудовище охотится на юных волшебников, чуя их силу. Я же был спасён в своё время, и теперь моя миссия — спасать других.

Анахар наклонился к Мелиссе, его мерцающие фиолетовые огни заглянули в её душу.

— Я могу помочь тебе, дитя. Я могу вернуть жизнь твоей деревне, исцелить твои ноги и спасти твоих родных.

Мелисса сглотнула ком в горле.

— Но как? — прошептала она.

— С помощью контракта, — ответил Анахар. — Без него я не могу влиять на этот мир. Контракт позволит мне использовать твою силу и помочь.

Он протянул ей мерцающий пергамент, исписанный неизвестными рунами. Мелисса с опаской взяла его в руки. Руны были ей незнакомы, но она чувствовала, что им можно доверять.

— Но... — снова замялась она. — Что будет со мной?

Хоть Анахар и был скелетом, Мелисса словно почувствовала, как тот улыбнулся.

— Не бойся, дитя. Ты получишь всё, что тебе нужно, и даже больше.

Мелисса кивнула, решимость загорелась в её глазах. Анахар медленно вытянул из рукава тёмной мантии искусно выкованный кинжал из драконьей стали. Эфес клинка украшала большая бесцветная жемчужина. Она взяла кинжал и, стиснув зубы, порезала ладонь. Алая капля крови упала на пергамент, и руны, словно ожив, поползли по её руке, впиваясь в кожу, как ожог.

Мелисса закричала от внезапной боли и выронила кинжал. Тот завис в воздухе, и Анахар взял его.

— Интересно, — пробормотал скелет, разглядывая жемчужину, сияющую изумрудным светом. Фиолетовый огонь в глазах Анахара, казалось, мерцал ещё ярче.  — Что же, пришло время и мне выполнить свою часть сделки, — скелет щёлкнул пальцами. В тот же миг окаменевшее чудовище загорелось алым огнём. Косматая шерсть, плоть и кости превратились в пыль. Перед Анахаром открылся портал из тёмно-синего пламени.

— Стой, а как же я? Мои ноги? — крикнула скелету Мелисса, подползая в его сторону.

Анахар не ответил и вошёл в портал. Тёмно-синее пламя блеснуло в последний раз и растворилось в серости.

Мелисса осталась одна. Правая рука дрожала от ожогов, но боли от пореза она не чувствовала. Девушка украдкой глянула на свои ноги. И тут же отвернулась, прикрыв рот рукой.

Внезапно её охватило чувство одиночества. Она лежала здесь без сил и возможности встать, в этой лишённой жизни серой картине. Ни лес, ни ветер не издавали звуков. Слышались лишь приглушённые всхлипы девушки.

Ощутив ледяной холод, она обратила внимание на землю, что шевелилась рядом с её локтём. Почва треснула, из неё выглянула серая полусгнившая рука и схватила Мелиссу.

— Отпусти! — вскричала девушка и начала вырываться.

Крепкий хват не давал ей уйти. Земля под ней затряслась, и рук стало больше. Они пытались прижать её к земле.

Мелисса отчаянно боролась и кусалась. Каждое следующее движение давалось с большим трудом. Внезапно её схватили за волосы и резко потянули вниз. Девушка ударилась и почувствовала, как сжимается её шея. Сдавленный крик вырвался из уст, но и его заглушила рука, впившаяся в лицо девушки. Она не чувствовала боли, но острые ногти и жёсткие пальцы словно проникли под кожу.

Мелисса сдалась. Руки медленно утащили её под землю.