Существует суеверие, что мужчина получивший платок от девушки, навсегда будет пленен любовью к ней. Конечно, это похоже на глупый обычай, но у меня не было других дел, поэтому я решила вышить платок.

Раньше я не занималась вышивкой.

На нежных руках Лилиан появились маленькие синяки от уклов иглой.

— Придется носить перчатки, — произнесла я, разглядывая руку.

Я сидела на мягком кресле, складывая платок.

Рукоделие никогда не было моим талантом. Я разочаровано смотрела на платок.

— Что это?

Карлес стоял опираясь на стену. Я даже не заметила как он вошел. Озноб охватил мое тело, я почувствовала, что появление Карлеса ничего хорошего не обещает.

— Ничего.

Ответ не устроил его, поэтому он приблизился ко мне и выхватил из рук щелковый платок.

Я даже не пыталась сопротивляться, просто отвернулась. Должно быть Лилиан, хорошо вышивала. Дворянки с детства занимаются подобным, поэтому мой жалкий платок может насторожить Карлеса.

— Платок?

Удивленный Карлес встал на колени перед мной, от его действий, я машинально закрыла лицо рукой.

Карлес обхватил мое лицо холодными ладонями и повернул на себя. Наши лица находились слишком близко, от чего мое сердце забилось быстрее.

— С каких пор ты занялась вышивкой?

— А с каких пор ты встаешь на колени предо мной?

— Только не говори, что это то о чем я думаю... — Карлес приблизился еще ближе, не сводя с меня глаз.

Я с трудом поддерживала зрительный контакт, хотя мне безумно хотелось его оттолкнуть и выбежать из комнаты.

— Нет! Нет! Нет! — закричал он. — Не смей!

— О чем ты?

Карлес встал на ноги, но платок из рук не выпустил.

— У тебя появился любовник.

Боже...

А ведь этот человек может стать наследником герцогства. У него фантазии хватает, только на это?

— Ты ошибаешься, — отмахнулась я.

Интересно, как выводы поражают его голову? Увидев один платок, он уже приписал сестре любовника. Даже не возлюбленного, а любовника.

Карлес склонился, губы почти касались моего лица. Он прошептал:

— Это ведь причина, по которой ты так сильно изменилась в последнее время?

— Ты заблуждаешься, Карлес. У меня нет времени на разгульный образ жизни, в отличие от тебя.

Я ткнула его в плечо. Карлес выпрямился. Конечно, он не поверит мне, раз уже сделал такие серьезные выводы, без следствия.

В красных глазах читалась готовность немедленно убить меня.

— Зачем ты пришел? — спросила я, переводя тему.

— Тебе нужна горничная, поэтому я готов пожертвовать одну из своих. В любом случае, теперь тебя нужно держать под особым контролем. Иначе будет как в прошлый раз.

— Прошлый раз? — невольно вырвалось у меня.

Получается Лилиан не так проста? У неё был любовник, ей же всего семнадцать лет.

— Не притворяйся, что забыла. Мы оба знаем, что тот ублюдок, был дорог тебе.

Карлес убрал платок в карман, с равнодушным видом он взял меня за руку и потащил к зеркалу.

В зеркале отражались заплаканные глаза Лилиан. Карлес держал мой подбородок, а второй рукой держал за плечи.

— Выпить яд из-за смерти какого-то урода! Ты совсем сумасшедшая?! Чтобы тебя вылечить, понадобился камень маны! Мы думали, что ты успокоилась и тебе хватило одной смерти.

Слезы стекали по щекам, я сжала руки в кулаки. До моего сознания доходили вспышки воспоминаний Лилиан.

— Я вышивала платок, чтобы потом подарить его отцу! — я вырвалась из хватки Карлеса и выбежала из комнаты.

Каждый раз когда я закрывала глаза, видела картинки из прошлого Лилиан.

Я бежала по коридору, а позади слышался суровый голос Карлеса. Теперь он точно не оставит меня в покое.

Я бежала не оглядываясь, зная, что рано или поздно, Карлес настигнет меня и тогда, будет еще хуже.

— Каллисто!

Каллисто поднимался по лестнице, заметив его, я впервые почувствовала, что рада его видеть.

Я наступила на первую ступеньку, но из-за каблуков, не смогла удержаться. Тело будто не подчинялось мне, я упала.

— Аргх!

***

Чужие воспоминания, заполнили мое сознание, как бы я не хотела избавиться от них. Они были сильнее, ведь это часть этого тела, этого мира.

Прошлое Лилиан, как сон, в котором я наблюдатель разворачиволось перед глазами.

Юноша, черты лица которого я никак не могла рассмотреть держал Лилиан за руки. Лилиан улыбалась глядя на него.

«Данте...» — пробормотала она.

«Я люблю тебя.» — он помедлил, нежно провел пальцем по ее приоткрытым губам.

Лилиан молчала, напряженная, как струна, стояла и смотрела на Данте. Он будто боялся поцеловать Лилиан, медлил.

Яркий свет ударил им в глаза.

«Убью!»

Голос Карлеса, я узнала, раньше чем, смогла увидеть его в воспоминаниях.

Он и еще два рыцаря, застыли в шаге от влюбленных.

Лилиан закрыла рот ладошкой.

Рыцарь накинулся на Данте, связав его руки и поставив на колени перед Карлесом.

«Брат, не нужно!» — возражала Лилиан, но второй рыцарь схватил ее за локоть и отвел в сторону.

Лилиан била его, пытаясь вырваться, кричала и приказывала. Рыцарь непоколебимо сдержал её, ожидая приказа своего господина.

Каллисто примчался довольно быстро.

"Получается в этой истории участвовал еще и Каллисто?" — подумала я.

Я видела, как он остановился рядом с Данте, бросил в Лилиан сторону короткий злой взгляд.

До меня не долетали слова Карлеса, я услышала лишь, как Каллисто произнёс: «пусть смотрит».

На последних словах лицо Лилиан стало белым, как мел. Она бы могла, конечно, крикнуть, что все не так. Что Данте ни в чем не виноват, что с ним нельзя так грубо обращаться. Но ее губы дрожали, а слезы стекали по щекам.

Я узнала этот взгляд, полный безысходности, осознания своей ошибки.

Сердце болезненно сжалось, когда я увидела, как Каллисто хватает Данте за волосы. Юноша скривился, но не сопротивлялся.

Каллисто переполняли эмоции. Будто пламя окутало его силуэт.

«Запятнать честь благородной леди вздумал?!»

Это было его слабое место: репутация, положение в обществе, уважение друзей и знакомых.

Лилиан хотела объяснить Каллисто, что Данте не стоит опасаться. Что он никогда не причинит ей вред, не станет трепаться на каждом углу, что она сама мечтала о нем, и не нанесет урон репутации их семьи. Но вместо оправданий, она могла лишь рыдать, не в силах остановиться.