Беспокойный вечер в преддверии чаепития с принцем, в котором я занимала незначительное место.

Пока все в особняке пытались подготовить Офелию к свиданию с принцем, я лишь гуляла по саду в компании Каллисто.

— Лилиан.

Когда он заговорил таким грустным голосом, я позабыла, что в начале во мне была одна ненависть к нему.

Некоторое время я мучилась, кусая губы, но вскоре покачала головой.

— Теперь Офелия станет императрицей, потому ты можешь расслабиться.

Конечно, Каллисто не ведал о моих планах на случай появления Офелии. Исходя из её действий, я продумывала тактику, не оглядываясь на Каллисто.

— Ещё ничего не решено, — я мягко улыбнулась. — Но спасибо, что поддерживаешь меня, брат.

Меня пронзил его пристальный взгляд.

— Ты уверена, что всё в порядке из-за возвращения Офелии? Кажется, тебе это доставило больше всего неудобств.

— Почему же? — я взяла его за руки. — Моя дорогая сестра вернулась домой, это лучший подарок на совершеннолетие.

— Я волновался из-за этого. Видимо, зря.

По коже пробежали мурашки, от взглядов, которыми мы смотрели друг на друга.

— Ты волновался за меня, брат?

— Да.

Я никогда не перечила тому что говорил Каллисто, поэтому он не сразу среагировал.

Я удивлено замерла, пока его ладонь поглаживала мою. Он мягко сжал мои пальцы и осторожно улыбнулся, будто опасаясь моей реакции.

Мне понравилось это выражение лица.

— Теперь я должен найти подходящего мужа для тебя.

Каллисто вдруг заговоривший о браке ни капли не смутил меня. Напротив, я хихикнула предвкушая его лицо, когда он увидит как я становлюсь женой императора, как он и говорил однажды.

— Не хочу, чтобы ты подвергалась опасности из-за неудачного союза с Теодором.

После этой реплики Каллисто, я споткнулась.

Однако Каллисто успел подхватить меня за талию.

— Спасибо, брат. У меня сегодня не совсем удобные туфли.

Услышав эти слова, Каллисто поднял меня на руки. Чем вызвал у меня на лице удивление.

— Что ты делаешь, Каллисто?

Я не ожидала, что мои слова окажут на него такое влияние.

Каллисто донес меня до лавочки, на которую он аккуратно меня усадил.

— Лучше снять неудобные туфли. Я донесу тебя до комнаты на руках, не волнуйся, Лили.

Глядя на то, как Каллисто устроился у моих колен, чтобы снять туфли, я представила как было бы неплохо заиметь такого же красивого наложника.

— Не обязательно носить высокие каблуки для встреч со мной.

Я лишь неловко улыбнулась, зная, что в голове этого человека, нет ничего кроме алчности и похоти.

***

Это был дождливый день, когда на пороге нашего дома появился отец держа на руках ребенка.

Мне не нужно видеть лица этого дитя, чтобы понять, кем была его мать.

Малиновые беспорядочно вьющиеся волосы, были первой чертой, которая выдавала происхождение этой девочки.

— Каллисто, где твоя мать? — сурово спросил отец, не выпуская ребенка из объятий.

— Матушка отдыхает в своих покоях.

Отец недовольно цокнул языком.

— Что ж, отложим знакомство с Протеей. — Он обратился к девочке, убирая прядь с ее лица. — Поздоровайся со старшим братом.

— Каллисто Хейл, — я протянул ей руку, называя имя и фамилию, чтобы девочка сразу поняла свое место в семейной иерархии.

— Это Лилиан, — ответил отец, не дождавшись слов от Лилиан. — Она несколько застенчива.

В тот момент, я был уставшим после тренировки, потому не заметил каким восторженным взглядом на меня смотрит эта девочка.

Я не думал, что смогу однажды назвать ее сестрой. Ведь я не допускал мысли, что отец впишет ее в семейную книгу.

Казалось, Лилиан должна вырасти такой же дерзкой какой была её мать.

Но именно этой непокорности леди Розанны, я ожидал от неё.

Однако моя мать была не в восторге от появления внебрачной дочери отца.

Впрочем, ей не нравилась и мадам Джульетта. Потому за столом, отец держался холодно с двумя женами, не выделяя никого из детей.

Однако с появлением Лилиан, стало ясно кто, является его фаворитом среди жен и детей. Было не сложно догадаться, что Офелия и Карлес будут ревновать отца к единокровной сестре.

Но поведение отца на семейном ужине было необычным.

Он по-прежнему был хмур и холоден к женам, сидящим по обе руки. А когда мадам Джульетта завела разговор, о сидящей поодаль Лилиан, отец не смог скрыть своего дискомфорта.

Джульетта всегда была недовольна тем, что отец имел связи на стороне. Но больше всего ей не нравилось то, что наследником мог стать кто-то кроме её сына. Как и моей матушке, ей было чуждо чувство любви к своим детям, они обе ожидали хороших результатов от своих детей.

Моя матушка трясла меня, истерически выкрикивая:

— Сделай всё, чтобы эта сучка прижилась здесь! Только так твой отец обратит внимание на нас!

Я был старшим сыном, но это не делало меня любимчиком отца.

Ему не нравилось делегировать обязанности герцога с кем-либо, поэтому даже наследника он не объявлял официально.

Безусловно, я был уверен, что наследником может быть только старший сын.

И когда я стал старше, следуя советам матушки, добился расположения отца, лишь убедился в собственной правоте.

Было ли дело в том, что я и матушка действительно старались хорошо относиться к Лилиан, или же в том, что я изначально заслуживал похвалы. В любом случае я получил власть над поместьем, которая позволяла мне не соревноваться с Карлесом, не видеть Офелию и не пересекаться с Лилиан.

Однако к тому моменту, Лилиан освоилась и чувствовала поддержку только со стороны моей матушки и меня.

Когда моя матушка исчерпала себя и решила умереть, я не стал останавливать её. В конце концов, это был ожидаемый исход, для той, кто страдал каждый день своей жизни.

Я не горевал и не думал о том, что это событие должно оказать на кого-то сильное впечатление.

Но скромное дитя, которое всё время смущалось от моих действий, вдруг стало мешать моему расписанию.

Лилиан приходила на мои тренировки.

Я думал, что она вошла в тот возраст, когда решила вступить в борьбу за титул. И это лишь уловка, дабы заставить меня потерять внимательность и довериться ей.

Я никогда не думал, чтобы использовать ее.

Матушка развлекалась с Лилиан. Наряжала её в платья, словно куклу и заставляла учиться без отдыха. Она хотела вырастить из Лилиан пустышку без желаний и потребностей, которая будет идеальной пешкой в политической игре.

Когда матушка умерла, я вдруг понял, насколько полезной может быть Лилиан.

Постепенно притворная нежность, стала обыденностью. Больше я не подозревал Лилиан, наблюдая как она тянется ко мне.

Действительно, это было смешно.

Как эта маленькая глупая девочка может стать для меня опасной?

Ведь я полностью подчинил её разум себе, наслаждаясь безграничной властью.

До одного дня...