— 'Прошу прощения, принц Кайл, но Вы ведь никого кроме меня об этом не спрашивали, верно?..'

— 'Нет, никого больше не спрашивал.'

— '...Хорошо. Вы должны быть крайне осторожны с такими вещами.'

— 'Я знаю, учитель Раввин.'

Кайл взглянул на Раввина с недовольным выражением лица.

— 'Так каков же Ваш ответ на мой вопрос?'

Раввин неловко улыбнулся. Другие уважали его как учителя третьего принца, и он был ученым, который практически жил в третьей библиотеке. Однако это уважение не означало высокого положения.

Первый принц, Васен Лак Оразен, уже был выбран наследным, так что Кайлу пришлось бы отнять у него этот титул. И в зависимости от толкования, одно лишь упоминание об этом могло считаться за измену.

"Если я хоть где-то ошибусь в своих словах, продолжать вдыхать аромат благовоний смогу только в загробной жизни."

Но Раввин понял, что сама мысль об этом его не расстраивает, хоть и пугает.

Так что он сказал:

— 'Ну, вы ведь знаете, что это трудный вопрос, не так ли?'

— 'Знаю. Потому я долго думал, стоит ли вообще его задавать.'

— '...Вы хотите стать королем?'

Взгляд Кайла снова скользнул к двору.

— 'Не уверен, что хочу.'

— 'Тогда почему вы спросили?'

— 'Я подумал, что, возможно, будет лучше, если королем стану именно я.'

— 'Что?' - переспросил Раввин.

Кайл был не уверен, хочет ли он стать королем, что не слишком совпадало с последующим его утверждением. Однако Раввин заметил, что Кайл не уточнил, для кого именно это будет лучше.

Раввин спросил:

— 'Для кого это будет лучше?'

Кайл даже не моргнул, отвечая:

— 'Для народа.'

**

На вершине горы, покрытой белым снегом, который оставался нетронутым веками.

Женщина в платье с открытыми плечами смотрела вниз, на земли под собой. Это была Богиня ренардов - Лунда.

Лунда говорила через приватный видеочат:

— '...Это был общий отчет. Подробности ты можешь посмотреть в приложенной информации.'

— 'Хорошо.'

— '...Небула.'

— 'Что?'

— 'Можно попросить об одолжении?'

— 'Смотря о каком.'

— 'Не мог бы ты отступить на один ход?'

Сун Вун небрежно убрал белый камень с доски для го, будто для него это ничего не значило.

За последние сто лет Сун Вун открыл множество Древних Руин, убивал демонов и мерзостей, а также получил несколько Малых Областей. Среди них были Малая Область: Деревья и Малая Область: Гравий.

Создать доску для го с помощью Чуда было легко. И поскольку Лунда за эти годы занималась тем же, она получила Малую Область: Самоцветы, так что ее доска сверкала рубинами и сапфирами, хотя все еще оставалась доской для го.

Они играли в го на расстоянии, наблюдая за досками друг друга через видеосвязь.

Сун Вун сидел на сухой земле под светом солнца, посреди пустошей. За его спиной не было ничего живого, лишь выбеленная временем черепушка давно умершего бизона, глядевшая высоко в небо.

Лунда, передвигая черный камень, сказала:

— 'Ничего интересного в последнее время не происходит?'

— 'Вау, теперь ты и из меня пытаешься выудить информацию?'

— 'Перестань все сводить к игре. Я просто пытаюсь завести разговор, это вроде как называется общением.'

Сун Вун понимал, что не все относятся к игре с полной серьезностью, в отличии от него, и ему стало немного грустно. Но он быстро отмахнулся от этого.

— 'Ты все равно скоро узнаешь.'

— 'Что именно?'

— 'Возможно, скоро произойдут перемены.'

— 'Наконец-то хоть какие-то перемены?'

Лунда прищурилась. Она не могла не испытывать нетерпения.

Последние сто лет были временем застоя. В так называемом Средневековье границы стран почти не менялись. Даже когда вспыхивали мелкие конфликты, они не перерастали в крупные войны.

Такие застои были неизбежны в Затерянном Мире. В зависимости от билда можно было продолжить импульс раннего расширения и в таком же темпе закончить игру, но в обычных условиях после стабилизации границ акцент смещался на внутреннее управление. Например, помимо основного вида, использованного для экспансии, игроку приходилось применять особые политические решения, чтобы обратить другие народы внутри страны в веру.

Многовидовые государства постоянно сталкивались с трудностями. Даже Сун Вун в своей стране предотвратил уже шесть восстаний, хотя эти события не вошли в официальную историю страны. При этом угроза исходила изнутри, а не извне. При необходимости династию можно было заменить на более способных персонажей, но Сун Вун верил в ДНК Лакрака и Заол.

"Но не всегда от способных родителей рождается способный ребенок. Наследственность не так проста."

Борьба между игроками продолжалась, но это была война без армий.

"Четыре из шести попыток восстания в Черной Чешуе, похоже, были спровоцированы другими игроками."

Разумеется, Сун Вун тоже вызывал внутренние конфликты в других странах - и в целом добился успеха. Короли Даниума, страны сатиров, и Золотого Ока, страны никсов, а также половина их знати были на стороне Черной Чешуи. Все произошло потому, что эти две страны когда-то получили помощь от Лакрака.

Бог Крови и Гнилого Мяса был известен по всему третьему континенту как 'злой Бог'. А Шайвен, его марионетка, осталась в памяти как 'королева демонов'. Все это стало возможным благодаря заслугам и влиянию Лакрака, убившего злого Бога. Более того, все, кто лично видел, как Лакрак убил злого Бога, позже стали гражданами страны Черной Чешуи, повысив его репутацию.

Естественно, что спасенные Лакраком рабы вампиров стали гражданами Черной Чешуи, но даже сами вампиры - те, кто поймали Шайвен когда она пыталась сбежать - убили ее и преподнесли труп ящеролюдам, признавая их победу.

Однако совместное проживание с вампирами оказалось невозможным: чтобы жить, они должны были пить кровь других. Вампиры четвертого поколения могли обходиться кровью животных, но вампиры второго и третьего поколения на такое надеяться не могли.

И тогда вампиры сделали удивительный выбор. Они решили умереть от голода, следуя воле Лакрака и Ночного Неба, заявив, что не могут существовать, питаясь страданиями других. Около тысячи вампиров вырыли пещеры у горной крепости ящеролюдов и ушли туда.

Ящеролюды и другие виды наблюдали, правда ли вампиры решили заморить себя голодом. Некоторые не выдержали и сбежали, некоторые поддались жажде... Но около шестисот вампиров вытерпели боль жажды и умерли на месте. И тогда ящеролюды признали их искренность.

Молитва Заол к Ночному Небу в долине была передана потомкам.

"О Бог Синих Насекомых, они осознали свои грехи и знают, что будут наказаны. Прояви милость и прости их."

И пока Заол молилась, вокруг нее порхала синяя бабочка.

Заол склонила голову:

— 'Хм. Похоже, Бог уже простил их.'

С тех пор многие, даже не ящеролюды, верили: если раскаяться и принять наказание, Ночное Небо примет их.

Место, где умерли вампиры, назвали Долиной Мудрецов, и оно стало одним из священных мест Ночного Неба.

Из-за этого сатирам, чьи земли граничили с новой святыней, и никсам, едва восстановившим своим земли после разгрома вампиров, пришлось высоко почитать ящеролюдов.

Но влияние вампиров было слабым в Мангуле, стране кобольдов, и Асбестосе, стране троллей. Они полагались на собственные силы, так что Черная Чешуя не могла закрепить свое положение там.

"И страна ренардов, Красный Плод..."

Сун Вун вышел из раздумий, когда Лунда окликнула его:

— 'Ты слышишь меня?'

— 'Что ты сказала?'

— 'Я просила о том, чтобы ты рассказал подробнее о переменах.'

Сун Вун встретился с ней взглядом.

— 'Я не собираюсь рассказывать.'

— '...Ладно. Тогда ты скажешь, если я выиграю этот раунд.'

— 'Второй раз повторяю, не скажу. Да и что ты можешь предложить взамен, если проиграешь?'

— 'Значит у тебя есть желание рассказать. Хм... что бы предложить...'

— 'Будешь должна мне одну просьбу.'

Лунда замерла, но потом уверенно кивнула:

— 'Хорошо.'

**

Через 30 минут Лунда перевернула доску для го.

— 'Ладно, этого достаточно. Давай сыграем лучше в Алккаги[1]. Приходи ко мне, или может мне лучше прийти к тебе?'

— 'Лунда, тебе стоит просто принять поражение.'

Это сказал не Сун Вун, а Эльдар. Эльдар все время сидел в месте где его нельзя было бы увидеть в видеочате, но теперь высунул голову сбоку, когда Лунда опрокинула доску.

За последние сто лет эти трое стали кем-то вроде свободных союзников. В случае Лунды, она стала шпионить за Крампусом.

— 'Чего? Почему ты здесь?'

— 'Просто так. Ты ведь не единственная, кому скучно.'

При этом Эльдар поднял шахматную доску, стоящую перед ним и Сун Вуном. Лунда замечала, что у Сун Вуна время от времени двигалась другая рука, но не догадывалась, что он играл две партии одновременно.

— 'Что? Небула, ты играл со мной и с Эльдаром одновременно?!'

Оба - и Сун Вун, и Эльдар - кивнули.

— 'Обидно. Я так не играю.'

— 'Уходишь?'

— 'Хмпф.'

Лунда высунула язык и показала средний палец, прежде чем завершить звонок.

Тогда Эльдар сказал:

— 'Но Небула, мне тоже любопытно.'

— 'По поводу перемен?'

— 'Да.'

Взгляд Сун Вуна перешел на шахматную доску. Эльдар вздохнул и опрокинул своего короля.

— 'Похоже я выиграл и в шахматы, да?' - спросил Сун Вун.

Эльдар посмотрел в небо своими большими глазами.

— 'Но мы не делали никаких ставок.'

Сун Вун медленно кивнул.

Положение Эльдара и Лунды различались. Лунда была скорее двойным шпионом, и Сун Вун ограничивался только получением информации от нее. Эльдар с его эльфами же фактически стал частью Черной Чешуи.

Эльфы северного побережья имели достаточно земли, но из-за множества договоров, заключенных с Хви-Кен за последние сто лет, им было трудно развиваться без помощи Черной Чешуи. Поэтому эльфы приняли свои страдания от ящеролюдов как испытания, посланные им Богом. Эльдар уже смирился с этим.

Более того, некоторые эльфы Эльдара уже служили придворными и министрами при дворце Черной Чешуи, а в доктрине, составленной верховным жрецом Эльдара, говорилось, что им не возбраняется верить и в Ночное Небо.

Сун Вун наконец начал рассматривать возможность настоящего союза с Эльдаром, но Эльдар уже считал его своим союзником и намеревался идти с ним до конца.

Когда Сун Вун убедился, что можно поделиться планом, он сказал:

— 'Хорошо. Покажу.'

Сун Вун открыл окно, отображающее дворец в Оразене.

Эльдар посмотрел в это окно.

— 'Это и есть знак перемен.'

Сун Вун указал на молодого ящеролюда, сидевшего где-то во дворце. Ему было пятнадцать лет, и Эльдар уже видел его раньше - третий сын Короля Безмятежности, нынешнего правителя Черной Чешуи. Эльдар задумался, что в Кайле особенного, ведь он никогда не обращал на юного принца внимания.

— 'Что в этом мальчике особенного?..'

Сун Вун усмехнулся.

— 'Ты когда-нибудь проверял его характеристики?'

— 'Нет.'

— 'Ну, особых навыков у него нет. Просто...'

Сун Вун открыл окно статуса Кайла, и глаза Эльдара расширились.

[Кайл Лак Оразен (ур.0)

Сила: 14

Интеллект: 107

Общительность: 32]

Такое число не должно было быть достижимо для кого-то с нулевым уровнем.

— 'Просто у него очень высокий интеллект.'

[1] Алккаги - корейская игра на доске для го. Два игрока кладут одинаковое количество камней на свою сторону доски. Далее игроки поочередно щелкают свои камни в сторону камней соперника, стараясь сбросить их с доски.