— 'Баррикада...'

— 'Если мы возведем баррикаду, сможем задержать вторжение врагов.'

— 'Возможно.'

Если построить баррикаду вдоль всей границы и расставить стражников в определенных местах, другие виды не смогут так легко вторгнуться в Черную Чешую. Однако Заол не могла не указать на изъян в идее Лакрака.

— 'Но строительство такой длинной баррикады займет много времени.'

— 'Как думаешь, сколько это займет?'

Заол отвечала практически за все, что было связано со строительством в Оразене. Были архитекторы искуснее ее в отдельных областях, но когда речь шла о планировании крупных и инфраструктурных проектов, Заол была лучшей.

— 'Если хочешь, чтобы баррикада действительно работала, она должна быть такой же высокой или даже выше, чем стены Автоматона.'

После того, как Лакрак захватил Автоматон, новых вторжений туда не было. Причина, по которой укрепления Автоматона стали знамениты, заключалась в том, что в то время не существовало хорошо организованных армий. Вал Автоматона был всего пять метров высотой, и армии было несложно преодолеть его с помощью осадных лестниц.

Лакрак кивнул, понимая слова Заол.

— 'И построить вал из глины, как в Автоматоне, мы не сможем. В долине больше камней, чем глины, а если использовать глину из пустошей, то зимой вода в ней замерзнет, а летом растает, и она станет мягкой и липкой.'

Глина была везде, поэтому хорошо подходила для строительства невысоких стен, но точно не для возведения баррикад.

— 'Камни так же распространены, как и глина. Если сначала сложить камни, а потом укрепить их глиной, мы сможем возвести баррикаду выше, чем в Автоматоне. Мастера Оразена научились выбирать правильные камни и ставить их вертикально, так что они смогут проявить свое мастерство в этом деле.'

— 'Это хорошо.'

— 'Проблема в том, что каменоломен мало,' - сказала Заол. - 'Камней здесь много, мы окружены горами, но когда выйдем в пустоши, на перевозку камней уйдет огромное количество рабочей силы и времени. Даже если вложить в проект все силы и деньги, понадобиться минимум сто лет.'

— 'Вот как?' - Лакрак слегка кивнул. - 'Я думал, уйдет двести.'

Заол шумно выдохнула, без слов спрашивая, зачем он вообще поднял эту тему, если сам понимал, что идея неосуществима.

— 'Люди не живут двести лет. А ящеролюды и до ста не доживают.'

— 'Не обязательно повторять то, что я уже знаю.'

— 'И что тогда? Откажешься от этой идеи?'

— 'Нет. Это моя идея, и я понял ее недостатки благодаря тебе. Так что сейчас я улучшу план. У нас есть еще бумага?'

Заол положила связку бумаги, которую принесла Лакраку в подарок. Лакрак сделал заметки и медленно, более тщательно на этот раз, нарисовал карту - теперь меньшего участка, но более детально.

— 'Когда мы шли через пустоши, чтобы атаковать ренардов, здесь была река, текущая на север. Хотя там, где течение должно быть спокойнее, оно все равно быстрое. В том районе жило около двадцати гномов, я расспросил их, и они сказали, что зимой река замерзает только на поверхности, так что по ней можно пройти пешком, но повозки утонут.'

Заол слушала с интересом. По его словам, некоторые участки можно было исключить из изначального плана строительства.

— 'А вот тут... я не знал об этом до нашего прибытия, но здесь есть болото. Один воин добровольно пошел в ту местность, и оно оказалось таким глубоким, что даже когда он ушел под воду, наружу торчала только морда, дна он так и не достиг.'

— 'Там будет трудно пройти не только повозкам, но и всадникам на куорках.'

— 'Именно.'

Заол постучала по своему клыку пальцем и сказала:

— 'Я поняла. Ты имеешь в виду, что сами пустоши обладают разнообразным рельефом, который может служить естественной баррикадой. Но даже если такие участки будут равномерно распределены, между ними все равно останутся небольшие промежутки.'

— 'Сколько времени займет строительство каменной баррикады с учетом этого?'

— 'Лет 80... нет, думаю, около 70,' - сказала Заол. - 'В таком случае... ты мог бы успеть, если посвятишь этому всю жизнь.'

— 'Но я не могу заниматься только этим всю жизнь. И это слишком долго. За 70 лет враги успеют вторгнуться в наши земли бесчисленное множество раз.'

— 'Тогда стоит отказаться от идеи.'

— 'У меня есть другая мысль.'

Заол не стала смеяться над Лакраком, хотя его план уже дважды потерпел неудачу.

— 'Показывай, что хочешь.'

Лакрак кивнул и снова стал рисовать. Теперь это была не карта.

— 'Баррикада нужна для того, чтобы задержать врага, пока не подоспею я с воинами. А что, если посмотреть под другим углом?'

— 'Например?'

— 'Куорки быстры. Быстрее лошадей и больших ласок. Ускорить их невозможно. Быстрее куорков только василиски, но ездить на них умеешь только ты.'

— 'Есть кое-что быстрее василисков, и этим умеют пользоваться все.'

— 'Что это?'

— 'Огонь и дым.'

— 'Но...'

Заол хотела было сказать, что на огне и дыме ездить невозможно, но вдруг осознала идею и нашла ее гениальной. Обычно гонцы на куорках сообщали о появлении врага, но огонь и дым не требовали гонца - они и были самим сообщением.

— 'Если враг замечен на границе, стражник зажигает костер, от которого поднимается дым. Увидев дым издалека, следующий стражник делает то же самое. И так, пока вся граница не узнает о вторжении быстрее, чем если бы послали гонца на куорке или василиске.'

То, что нарисовал Лакрак, напоминало пять каменных столбов с площадкой сверху для костра. Сигнальные башни.

— 'Когда я стоял в пустошах, расстояние между мной и другим ящеролюдом на горизонте было около четырех тысяч шагов. С возвышенности видно дальше, и врагов можно заметить, когда их будет слишком много.'

— 'Почему пять?'

— 'Одна башня будет гореть всегда, чтобы мы могли наблюдать за тем, выполняют ли стражники свою работу. Это знак, что все спокойно. Если горят две - замечен враг.'

— 'А дальше?'

— 'Третья - враг приближается к границе. Четвертая - враг уже пересек ее. Пятая - бой начался.'

Лакрак хотел, чтобы сообщения могли значить не только то, что враг замечен, но и обозначать степень опасности. Заол согласилась.

Чем больше огней, тем тревожнее ситуация, и количество посылаемых войск тогда можно регулировать.

— 'Этого достаточно, чтобы защититься от врагов из пустошей. К тому же пустоши - не лучший путь для вторжения.'

Заол кивнула.

— 'Да. Чтобы выйти к северному побережью, иного выбора нет, но в Оразен идти выгоднее в обход, и тогда линия снабжения удлиняется.'

— 'Верно. Повозки с припасами будут добираться в три-четыре раза дольше, чем напрямую через Автоматон. Даже если враги будут грабить, а не везти припасы, деревень там мало, и чем дальше, тем труднее будет добыть воду.'

— 'Ты прав. Жажда и голод не дадут им нормально сражаться.'

Лакрак ответил:

— 'Значит, через пустоши пойдут только ради внезапного удара, как делали ренарды, или чтобы тайно провести большое войско. Каменная стена дала бы лучшую защиту... но и предотвращение скрытного проникновения - уже большое дело. Сколько времени уйдет на реализацию такого плана?'

Заол указала на карту:

— 'А вот отсюда досюда сколько идти?'

— 'Меньше половины дня пешком.'

— 'Значит, тут тоже нужна башня.'

Заол взяла кусочек угля и отметила новые места.

— 'Есть боковая дорога в долине Автоматона. Но дорогу не перекрыть, по ней ходят купцы. Найдем подходящий участок и укрепим его горной крепостью.'

— 'И поставим башню на гребне крепости?'

— 'Да.'

Заол пересчитала отметки и добавила несколько башен в долине Автоматона.

Она представила, как это будет выглядеть взглядом сверху, с перспективы Бога ночью. Граница Черной Чешуи была бы ясно видна.

"Ведь светиться будет не каменная стена, а баррикада из огня и дыма."

Черта, проведенная Лакраком кусочком угля, стала бы словно лучом света.

Но как спутница Лакрака, Заол должна была удерживать его от чрезмерной уверенности.

Заол серьезно сказала:

— 'Чтобы построить башни, хватит пары повозок камня. Надо проследить за качеством, но если поставить воина охранять костер, его не так сложно будет поддерживать даже при дожде и ветре. Но вот крепость... на нее уйдет в два, три, а то и четыре раза больше времени. Люди в Автоматоне могут помочь с поиском места, но даже при обилии камня его придется долго добывать и складывать.'

— 'Хм. Пусть строительство крепости займет больше времени, Автоматон прикроет. Сначала - башни. Сколько уйдет времени?'

Заол спокойно ответила:

— 'Около пяти лет.'

**

Оразен. Три года спустя.

Королевский дворец Черной Чешуи возвели на каменной платформе, используя лучшие леса с северного побережья.

Чтобы летом было прохладно, на платформе установили мару[1] и колонны, а чтобы зимой было тепло, между колоннами вставлялись раздвижные двери, образуя комнаты.

Сначала двери делали деревянными, но потом Заол придумала заменить их бумажными, чтобы впускать свет, и поставили чанхо[2].

Но этого было мало. Под полами дворца проложили извилистый ход от печи до дымохода - ондоль[3]. Когда в печи разводили огонь, тепло шло по каменно-глиняному ходу и обогревало весь дворец.

Сначала ондоль являлся экспериментом. Но воины, которые провели там зиму, оценили его, и даже в старых домах стали перестраивать полы по образцу дворца. Для ящеролюдов победа над холодом была делом важным.

Лакрак сидел один в тронном зале - огромном, открытом пространстве, где стоял трон. Была ранняя зимняя заря, и хотя Заол заменила двери на чанхо, в зале было темно. Свет давали только факелы, оставленные вассалами. К счастью, было не холодно даже в этом самом просторном помещении дворца - заслуга ондоля, гордости дворца.

До прихода вассалов оставалось много времени, но Лакрак почему-то проснулся рано.

"Хм."

Когда он прочистил горло, голос разнесся по залу.

Черная Чешуя развивалась без особых трудностей.

Эльфы на севере осели, люди в Автоматоне богатели, а на южном архипелаге астациды научились добывать руду под руководством ящеролюдов и начали строительство шахт.

Но Лакрака мучили сомнения. Хотя он основал страну, возможно, он не был достоин быть королем.

"Кто бы мог подумать, что управлять страной труднее, чем основать ее?"

Лакрак верил, что справится с любыми проблемами, и он действительно справлялся до сих пор. Но в Черной Чешуе всегда возникали новые трудности, причем часто вдалеке, куда он не мог лично явиться.

"Нужно так же строго следить за внутренними делами, как и за внешней обороной от врагов..."

Вот в чем была проблема. Объединение ящеролюдов и изгнание остальных видов было хорошей стратегией для начала. Все было ясно: есть союзники и есть враги. Но после основания страны это перестало работать.

"Все другие виды, кроме людей, боятся ящеролюдов."

Не всех можно было изгнать. Множество племен в Черной Чешуе не были ящеролюдами, и они жили охотой, собирательством и земледелием. Хоть их было меньше, чем ящеролюдов, налоги они платили.

"Страх не всегда полезен в управлении."

Многие виды подчинялись, считая ящеролюдов превосходящим видом, но некоторые нет. Они отказывались признавать поражение и бросали вызовы. Пока что Черная Чешуя выигрывала. При малейших признаках мятежа воины собирались и побеждали, даже если врагов было вдвое-втрое больше. Лакрак верил, что так будет всегда, ведь они под защитой Бога.

Но если так продолжится, и число других видов будет сокращаться, страна ослабнет.

Подчинение или борьба - единственные варианты. Но страх мешал другим видам вписаться. Если Черная Чешуя уменьшит население, а другие страны увеличат - над Черной Чешуей будут насмехаться.

"Хм."

Лакрак перебирал варианты. Он думал, что мятежей станет меньше, если все будут верить в одного Бога. Но веру нельзя навязать. Тем более, в Бога, который их много лет запугивал. Чтобы обратить их к Богу Синих Насекомых, нужно было объединить сердца.

— 'Разве жить на одной земле недостаточно?..'

И тогда знакомый голос ответил:

— 'Нет.'

Лакрак поднял голову. Перед ним стоял ящеролюд.

— 'Жить на одной земле не значит жить в одно время.'

Двери не скрипнули, и ящеролюд вышел из-за колонны. Без руки, с морщинами и тусклой чешуей, старый. Вокруг его силуэта сияло голубое свечение.

Лакрак был поражен.

Это было знакомое лицо.

— 'Звездочет!'

[1] - Мару - настил на возвышении из досок, где можно сидеть или ходить. Характерно для традиционных корейских домов.

[2] - Чанхо - двери из бумаги, вставленной в изящные деревянные рамы.

[3] - Ондоль - Система подогрева пола в традиционных корейских домах: дым от печи нагревает каменный пол.