Молодой воин решил, что неправильно понял Татара.

— '...Помогите им и постройте временное место для жилья. А еще придется принести оставшуюся еду из деревни.'

Власть исполнительных лиц исходила от самого короля, Лакрака. Воины выполняли приказ Татара без жалоб.

Вожак астацидов поблагодарил Татара. С помощью воинов ящеролюдов жилище астацидов было быстро готово. А когда ящеролюды раздали еду, астацидов это сильно приободрило, и они показали свои добрые намерения.

Вожак астацидов представился как Любо и сказал Татару:

— 'Ты сказал, что тебя зовут Татар, верно? Огромное спасибо.'

— 'Верно, не за что.'

— ' "Не за что"? Для нас такое - редкость. Обычно, когда находят потерпевших кораблекрушение, у них все отбирают и выгоняют. Многие при этом погибают.'

— 'У нас в стране так не поступают.'

— 'Ох...'

Любо выглядел тронутым. Он продолжил расспрашивать Татара обо всем, что его интересовало, и Татар отвечал на все неопасные вопросы.

— 'Насколько велик этот остров?'

— 'Это не остров. Если идти на север, то более ста дней нужно, чтобы дойти до конца земли. А если оттуда повернуть на запад, то и через сто дней пути конца не увидишь.'

— 'Охх...'

Любо слегка тронул рукав Татара маленьким когтем.

— 'Одежда на тебе гладкая. Никогда не видел ничего подобного. Из чего она сделана?'

— 'Этот материал называется шелком.'

— 'Шелк?'

— 'Шелк делают из коконов тутового шелкопряда перед тем, как он становится бабочкой. Нити из коконов и составляют ткань. Мы разводим шелкопрядов здесь, на севере есть деревня, которая этим занимается. Там из нитей ткут шелк и продают за деньги или обменивают.'

— 'Мгм...'

Кроме того, Любо спрашивал, что такое деньги, что такое письменность, кто такой король, и сколько еще видов живет на землях ящеролюдов. Татар отвечал настолько честно, насколько позволяли его знания.

Через несколько дней, когда Любо уходил, он снова получил от Татара много помощи.

— 'Нам нужно лишь смотреть на небо, если заблудимся?'

— 'Верно.'

Татар усердно учился у Звездочета и был достаточно искусен, чтобы обучать других. Любо соединил знания, полученные от Татара, с собственным умением отслеживать направление ветра и понял, что может вернуться домой.

В день ухода Любо сказал:

— 'Спасибо, господин Татар. Мы никогда не забудем твоей доброты.'

Но ни Татар, ни воины, ни другие ящеролюды, помогавшие астацидам, восприняли это как простую вежливость. Все знали, что доброта не всегда вознаграждается добротой в ответ.

Потому молодой воин, который был рядом с Татаром в первый день появления астацидов, спросил:

— 'Зачем ты помог им?'

— 'Хм.'

— 'Если бы я был на твоем месте, я бы прогнал их и сказал Лакраку, что мы победили чужаков, вторгнувшихся на берег.'

— 'Ммм.'

— 'Но ты не выгнал их, а помог, и в итоге уменьшил запасы деревни. Разве король не разгневается, если узнает?'

— '...Ммм.'

Татар почесал подбородок, слушая юного воина.

— 'Так ты жалуешься?'

— '...Нет. Просто любопытно.'

— 'Что именно тебе любопытно?'

— 'Я знал тебя как великого воина. Воина, что не стесняется пролить кровь, когда нужно. Но в этом случае мне показалось, что ты испугался боя. Может быть, ты переживал за то, что кто-то из наших пострадает?'

Татар покачал головой.

— 'Ты кое-что во мне не понял. Позволь рассказать одну историю.'

И Татар начал неспеша вспоминать давнишний разговор с Лакраком

**

Татар встретил группу бродяг, когда шел по пустошам, выполняя приказ Лакрака. Многие, кто не знал толком эту историю, считали, что это были ящеролюды, но это было не так. То было группа полуросликов, бежавших от владений племени Черной Чешуи. Их преследовали тролли разбойники, и Татар наткнулся на них как раз вовремя. Он мог бы уйти, но вмешался. Татар перебил всех десятерых троллей и лишился в бою левого глаза. После этого он вернулся к Лакраку.

— 'Прости, Лакрак,' - сказал Татар, войдя в шатер.

— 'За что?'

— 'По собственной воле я повредил тело, которое должен был беречь как воин Бога и твой воин.'

Для воина, особенно ящеролюда, потеря глаза была тяжелым ударом. В отличие от короткоголовых видов, у длинноголовых, с вытянутыми мордами, как у ящеролюдов, глаза располагались по бокам. Это давало широкий обзор, хоть и был минус в виде слабого восприятия глубины. Потеря одного глаза лишала их одной стороны обзора.

Лакрак покачал головой.

— 'Нет, Татар. Ты все еще отличный воин. Я слышал, ты потерял глаз в бою. Немногие из наших рискнули бы сразиться с десятью троллями, но ты сразился с ними и победил.'

— 'Но я все же ослеп на один глаз, и...'

— 'У тебя есть я и другие воины, верно? Мы все будем твоим левым глазом. Так чего же ты боишься?'

Татар молча кивнул на предложение Лакрака положиться на товарищей.

— 'Татар, а ты наверное сожалеешь?'

— 'О чем?'

— 'Ты ведь не из их племени. Ты потерял глаз, защищая тех, кто даже не был ящеролюдами. И теперь твоя жизнь станет труднее. Ты лишился части себя и ничего не приобрел.'

Татар посмотрел на костер.

— 'Я слышал о том времени, когда ты нашел первое Чудо. Тогда твое племя скиталось по пустошам, все были голодные и ранеными. Я слышал, что Бог Синих Насекомых повел вас с помощью жуков. И не требовал ничего взамен.'

Лакрак повысил голос:

— 'Ты смеешь сказать, что поступил так же, как и Бог?!'

— 'Да.'

Лакрак помолчал и ответил:

— 'Ты прав.'

Он бросил полено в костер, чтобы согреть шатер.

— 'Продолжай поступать так и дальше. Если кто-то скажет, что ты не прав, вспомни наш разговор и расскажи им. Скажи им, что Лакрак согласен с тобой.'

Татар, прямолинейный воин, поступал так и впредь, никогда не теряя упрямства.

**

Когда Татар закончил историю, молодой воин смущенно опустил голову.

— 'Я не понял, что ты исполняешь волю Бога...'

— 'Все в порядке.'

Татар похлопал его по плечу и прошел мимо.

— 'Возможно, ты прав. Но именно у меня была власть и способность принимать решения. Я бы не побоялся сразиться с ними, так что не беспокойся.'

Но, несмотря на эти слова, Татар волновался. Это была первая встреча ящеролюдов с астацидами. И хоть догадка была безосновательной, оставалась вероятность, что они обманщики. Все это могло быть уловкой, чтобы застать ящеролюдов врасплох. Поэтому Татар поставил в деревне дозорного, который должен следить за побережьем каждый день.

Вскоре астациды вернулись. Это снова был Любо, потерпевший кораблекрушение в прошлый раз.

— 'Снова кораблекрушение?'

— 'Да что ты!'

— 'Тогда зачем пожаловали?'

— 'На этот раз мы приплыли, потому что хотели купить шелк и то, что вы называете железом.'

Татар испытал облегчение. Но при этом не понимал:

— 'Шелк и железо у нас дорогие. Они вам действительно нужны? К тому же, вы ведь живете под водой. Шелк промокнет, а железо быстро заржавеет.'

Вождь астацидов, Любо, повел усиками - это у них было равносильно качанию головой.

— 'Если шелк промокнет, а железо заржавеет, разве мы не можем просто посушить или смазать их? Шелк красив, если из него делать одежду - мы будем выделяться среди других астацидов. А оружием из такого твердого материала, как железо, проще побеждать врагов.'

— 'Врагов?'

— 'Да, мы в разгаре битвы.'

Любо раскрыл и сжал свои крупные клешни.

Татар продал все запасы шелка, что были в деревне. Взамен он получил в основном еду - водоросли, рыбу, моллюсков, кости редких морских животных и драгоценность, называемую жемчугом. Татар не ценил жемчуг, так как не знал его настоящей стоимости, и Любо назначил низкую цену, ведь у них это было обыденностью. Не будучи торговцем, Татар подумал, что в любом случае не сможет многого добиться от астацидов, даже если сделка была не самой выгодной.

Так как Татар выглядел разочарованным сделкой, Любо тоже стал тревожиться.

После размышлений Татар сказал:

— 'Если так подумать... нам бы пригодился такой корабль, как у вас.'

— 'Хм... Корабли строить трудно. Это долго, а мастера делятся своим ремеслом только между собой.'

— 'Я не торговец, мне это неведомо. Давайте считать эту сделку последней, и...'

— 'Вообще, нет. У нас не хватит времени построить корабль до следующего обмена, но я думаю, мы сможем украсть один у врагов. С условием, что в следующий раз мы привезем пустой корабль, дашь ли ты нам шелк и железо?'

— 'Хорошо.'

И так было проведено еще несколько обменов.

**

Лакрак постепенно привыкал к жизни в Оразене. Но жить в доме для него было тесно и душно. Замок, размеры которого его более-менее устраивали, все еще был в процессе строительства, поэтому Лакрак чаще находился на холме, откуда обозревал Оразен, чем в доме или замке. Поэтому его шатер был установлен на холме и использовался Лакраком как рабочее место.

Лакрак много времени тратил на то, чтобы лично выслушивать посыльных из разных уголков страны или читать отчеты, написанные углем на шелке, и давать ответы. Но Лакрак любил беседы, поэтому ему это не казалось скучным. Особенно в последнее время новости были интересными.

— 'Так сколько кораблей у нас теперь?'

— 'Четыре.'

Посыльный стоял перед Лакраком. Он пришел из далекого места, Маганена. Там все чаще появлялись странные существа - астациды, и Татар, исполнитель, продолжал вести с ними торговлю.

Сначала Лакрак не ожидал многого от того, что Татар получал жемчуг, случайные предметы и корабли. Жемчуг, который принес посыльный, казался Лакраку бесполезным. А единственные корабли, которые были ему знакомы, являлись обычными плотами, и потому Лакрак не понимал, зачем Татар принимает их в сделках, ведь можно быстро связать бревна самостоятельно.

Однако ценность этих вещей оказалась совсем иной. Недавно Хви-Кен, прибывшая из Автоматона на собрание, увидела жемчуг и пришла в восторг.

— 'У этой штуки есть ценность?' - спросил Лакрак.

— 'Есть или нет, но я никогда не видела ничего столь круглого и блестящего. В центре материка много любителей украшений, так что такие вещи будут продаваться там очень хорошо. Сколько у вас их?'

— 'Примерно три мешочка.'

— '...Что?'

Когда Хви-Кен сказала, за сколько их можно продать, Лакрак понял, что Татар выручил в десять, а то и в двадцать раз больше с одной сделки.

Корабль тоже оказался совсем не тем, что Лакрак себе представлял. Лакрак захотел увидеть их сам и приказал доставить один в Оразен. Татар тогда попросил у астацидов моряка и воинов, уже умеющих плавать, провести корабль вдоль берега. Пусть и по прибрежью, это было первое плавание ящеролюдов, и существовала опасность налететь на скалы. К счастью, корабль благополучно добрался до Оразена. Увидев его, Лакрак пересчитал в уме выгоду от сделки Татара.

"Он выиграл в сто раз больше."

Лакрак всегда жил на суше, но с тех пор, как узнал о существовании моря, давно хотел выйти туда. Конец земли упирался в море, и вся земля соприкасалась с морем.

"На таком корабле можно даже по реке путешествовать с удобством."

Парусные суда были быстрее пешего хода и могли перевозить куда больше груза, чем куорки или кони. Лакрак признал их огромную ценность и сразу попытался построить такое же судно на побережье Оразена.

И тогда к нему подошел еще один посыльный из Маганена. Лакраку было любопытно, какой обмен Татар совершил теперь, но оказалось, что это не сделка, а странная просьба.

— 'Те раки попросили нас поставить печать на шелке?'