Мертвый космос, испещренный тысячами горящих точек. Далекие звезды, вокруг которых вращаются сотни тысяч планет, богатых ресурсами. И населением, столь неразумным, что им необходима правильная власть. Коммерческая власть.

Ибо все в этой жизни – рынок.

Отношения между разумными – это рынок, со своим спросом и предложениями. Никто и никогда не делает ничего бесплатно. Каждая услуга, которую один разумный оказывает другому, несет за собой определенные обязательства. В том случае, если вы не потребовали кредиты за свою помощь.

Вы всегда можете обратиться к своему должнику и потребовать ответной помощи. И никто вам никогда не откажет.

- Капитан, - гулким голосом обратился Уот Тамбор к разумному, командующему силами КНС на орбите Рилота. – Вы готовы?

Мар Туук, откинувшись в кресле флагманского корабля класса «Барышник», позволил себе улыбнуться. Глава Техносоюза оторвал его от размышлений, в которые тот был погружен, ожидая начала республиканского вторжения.

- Наша блокада непроницаема, - с гордостью произнес капитан. - Когда войска Республики нападут, они будут удивлены. И разбиты.

- Я рассчитываю на вас, капитан! – С предостережением в голосе произнес Уот Тамбор. - Нельзя допустить, чтобы республиканцы отбили планету назад!

Повторной улыбки на лице Мар Туука глава Техносоюза, прервавший сеанс голосвязи, уже не видел. Ровно, как и не знал подробностей плана Туука.

Тамбор в принципе мало интересовался деталями. Ему были важны успехи. А то, как они достигнуты – информация, которой можно пренебречь. Оттого, доверие к капитану, уже не раз вступавшему в схватку с кораблями Республики и выходившему из них победителем, было велико.

Разведка КНС предельно подробно информировала свое командование о каждом предстоящем контрнаступлении на Рилот. И, всегда, эти данные были точны. Что позволяло с минимальным ущербом добиться максимального результата.

Мар Туук родился на планете Неймодия. Как и все жители его мира, он с ранней юности приобщился к работе на Торговую Федерацию. Незаурядный ум и умение достигать результатов, позволили ему быстро выделиться среди конкурентов. И сейчас, в то время, как его завистники корпели над финансовыми отчетами, он командовал флотами. И нес смерть республиканской мрази.

План противника ему был известен досконально.

Бдительность клонов была усыплена кажущейся незначительностью флота блокады. И потому, они разделили свои силы на два отряда.

В первый входили три корабля класса «Венатор». Под командованием адмирала Юларена и генерала Скайуокера, им предстояло пробить брешь в блокаде, тем самым облегчив высадку наземного десанта, что с отставанием в пять часов, спешил на смерть вслед за своими предшественниками.

Что же, для отрезвления самомнения джедаев, Мар придумал нечто новое и изящное.

Он никогда не брезговал использовать чужие наработки – если они полезны в его деле, то почему бы и не позаимствовать?

Разгром армады генерала Гривуса стал показательной акцией для сепаратистов. И, пока другие сокрушались, подсчитывая убытки, он смотрел запись того боя. Снова и снова. Пока использованные джедаями в то время приемы, не были им освоены. И тактика использования внезапно вышедших из гипера подкреплений себя прекрасно оправдала – две разгромленные группировки джедаев на орбите Рилота из двух.

И, на очереди третья.

Мар посвящал много времени изучению своих противников. И, Скайуокер, Юларен – не исключения. Нахрапистость тактики первого, и осторожность последнего – это противоречия, которые губительны, когда под командованием двух подобных командиров находятся слишком малочисленные силы. Три разрушителя, пусть даже и «Венаторы», против его флота… У них нет ни одного шанса.

Конечно, не стоит исключать и тот факт, что Скайуокер, ученик известного своим коварством и хитростями Кеноби, придумает очередную каверзу. Но, неймодианец не сомневался, что сможет ее раскусить.

А как только Скайуокер и Юларен будут разбиты, он, Мар Туук встанет в один ряд с прославленными генералами и адмиралами КНС. Что, в свою очередь, после успешного завершения войны, откроет ему дорогу в высшие круги власти Торговой Федерации.

- Командир, - в поле зрения возник дроид B-1. – Республиканский флот вышел из гиперпространства.

- Отлично, коммандер, - на лице неймодианца расплылась хищная улыбка. – Выпускайте штурмовики.

***

Адмирал Тренч не мог себе позволить не улыбнуться, когда дроид-тактик сообщил ему о вышедших из гиперпространства республиканских кораблях.

- Просто прекрасно, - прострекотал харч. Взглянув на записи в деке, сверкнул своим искусственным глазом – одним из многих. – И в точности, как сообщили шпионы.

Пять республиканских звездных разрушителей класса «Венатор» перестраивались в боевое построение на почтительном удалении от орбиты Джеонозиса. Вне зоны поражения корабельных орудий сепаратистского флота. Кроме того, разделяющее кораблей противников расстояние должно было обезопасить джедайский флот от молниеносной атаки истребителей КНС.

По крайней мере, так думали сами воины Республики. Однако, за прошедшие несколько минут с момента появления в системе, они должны были уже понять, что Тренчу достоверно известно об их вторжении.

- Прикажите «стервятникам» и «гиенам» начать атаку, - разглядывая голографический терминал, на котором отображалось положение кораблей в системе, адмирал остался доволен.

К сожалению, действующие реалии гиперпространственных переходов не позволяли с точностью предсказать в какой именно точке системы появятся корабли вторжения. Однако, зная дату и время начала атаки Республики, предполагаемую область можно заблаговременно насытить столь опасными для крупных кораблей.

С одной стороны, его тактика была более чем авантюрой – направить большую часть своих МЛА в зону предполагаемого появления республиканских кораблей. Для прикрытия оставшейся под его командованием эскадры, осталось всего шесть фрегатов «Щедрый», да флагманский линкор «Непобедимый».

Значительная часть флота КНС, сосредоточенного в сверхсекторе, в настоящий момент находилась в другом месте. Объединенная армада – более полусотни кораблей всех модификаций в ближайшее время нанесут удар по остаткам флота моффа Равика. Как только эта операция будет завершена – вся территория 14-ой секторальной армии Республики останется открытой для оккупации.

Сейчас же, перед Тренчем стояла простая задача – устранить угрозу разворачивающемуся на планете у него под ногами производству дроидов Конфедерации. Жестокое поражение в самом начале войны, практически вывело джеонозианцев из рядов сепаратистского движения. Но, благодаря усилиям самого харча, планета вновь в руках ее законных владельцев.

И, чем дольше будет продолжаться так – тем сильнее будут поражения, что понесет противник.

Орда дроидов-истребителей, получив целеуказание, и на невообразимых скоростях сближалась с кораблями Республики. Пять звездных разрушителей, уже, конечно, окутались дефлекторными полями. Но, их это не спасет.

В то время, когда вокруг твоего корабля кружат многочисленные юркие МЛА, ни один компетентный офицер не рискнет поднять бронезащиту своих ангаров, чтобы выпустить истребители. Это открывало множество уязвимостей – по сравнению с крепостью обшивки самих кораблей, внутренности, имеют куда как меньшую защиту. Опыт Торговой Федерации десятилетней давности это демонстрировал в полном объеме. Одного случайного попадания кинетическим оружием хватит, чтобы вывести боевой звездолет из строя до конца боя – в лучшем случае. В худшем – череда внутренних взрывов разорвет носитель на сотни обломков. Тысячи жертв. Бедствие для одних, и успех для него.

- Республиканцы выпускают свои истребители, - прозвучал доклад дроида.

- Чудесно, - в предвкушении застрекотал харч.

Значит, вражеский командир еще глупее, чем он думал.

Действовать в соответствии с штабными инструкциями в условиях, когда противник знает их досконально – чистейшей воды самоубийство.

Циркуляры республиканского флота требовали от командиров авианесущих кораблей незамедлительно поднимать МЛА для противодействия легким силам противника. Настоящий разумный, скорее всего, придумал бы что-нибудь соответствующее обстановки.

Но, что взять с мясных дроидов, которых Республика использует повсеместно? Как бы их не хвалили за инициативу на поле боя – по сравнению с мозгами естественно рожденных существ, они явно не дотягивали даже до среднего командира.

На этом и строился расчет Тренча.

Его тактика в предстоящем сражении имела несколько вариантов событий, которые, несмотря на различия в частностях, имели единый финал – полный разгром республиканской группировки вторжения.

Если бы позиция выпущенных заранее МЛА КНС совпала с точкой выхода республиканцев из гипера, сражение закончилось бы едва начавшись. Сотням бомбардировщиков предписывалось незамедлительно атаковать противника. Пользуясь тем, что после материализации звездолеты на короткий промежуток временны ослеплены и лишены защиты – ни сканеры, ни дефлекторы, ни турболазерное оружие не работало в гиперпространстве. И некоторое время, после выхода из него. А раз так – любой мало-мальский концентрированный огонь на цели, приводил к неминуемой гибели обстреливаемого. В лучшем случае – к тяжелым повреждениям. Хотя, после атаки протонными торпедами, мало какой крупный корабль мог продолжать свою миссию.

Второй вариант атаки, как раз претворялся в жизнь. Множество истребителей и штурмовиков сейчас нивелировали артиллерийские батареи республиканцев, пока бомбардировщики выискивали и атаковали слабые места «Венаторов». И, распростертые недра ангаров – лучшая цель. Не самая доступная, благодаря зенитной артиллерии, но достаточно уязвимая – при массированном налете.

Республика оказала ему большую услугу, действуя по писанным правилам. Скоро, он поставит точку в этом глупом рейде.

- Один корабль противника уничтожен, - и вновь ласкающий слух доклад.

Но, все видно и без слов.

Подобно миниатюрному протуберанцу, первая жертва адмирала сепаратистов вспыхнула ослепительным пламенем, беззвучно испаряя в холоде вакуума тонны брони и клонического мяса.

Все прошло как нельзя лучше. Ближайший к атакующим МЛА «Венатор» получил несколько протонных торпед в корпус, что привело к поражению жизненно важных систем. Отлично. Ведь кроме ценной боевой единицы, Республика потеряла десятки истребителей и тысячи столь ценных для них специалистов. Существенный удар по экономике противника.

Следом за первым карающий меч КНС настигнет и второй.

Словно в подтверждение его мыслей, следующий в строю корабль настигла судьба его предшественника. Спустя полчаса после первого.

Это слишком просто. Признаться честно, Тренч рассчитывал, что после первой неудачи, корабли Республики станут отступать, отбиваясь от наседающих истребителей всеми доступными средствами. Но, похоже, клонам не понять, что значит – тактическое мастерство.

И все же, противник смог воспользоваться ситуацией. Как только «стервятники» добрались до своей третьей жертвы, вокруг кораблей Республики уже вился рой истребителей прикрытия. Закипело ожесточенное сражение.

Из-за разделявшего их расстояния в несколько сотен миллионов километров, Тренч не мог своим глазами наблюдать, что же происходит на месте. Но, в то же время, тактическое оборудование его флагмана демонстрировало пиктограммы своих и чужих кораблей, кружащих в смертельном танце.

Надо признать, сейчас сражение принимало затяжной, а оттого – неблагоприятный характер. При всех своих недостатках, клоны-пилоты, уступая в численности дроидам, действовали крайне эффективно.

Не прошло и часа с начала сражения с оставшимися кораблями, а треть выпущенного авиакрыла уже перестала существовать. Еще треть израсходовала топливо и вот-вот должна была вернуться для ротации – так предписывалось алгоритмом интеллекта, управляющего кораблями сепаратистов. Но, стоит это сделать – и оставшихся клоны порвут на части. И, чтобы добить уцелевших, придется ввязаться в линейный бой, где преимущество в МЛА будет, скорее всего на стороне противника. Если, конечно, Тренч не пошлет оставшиеся истребители, осуществляющие прикрытие собственных кораблей адмирала.

- Пусть дроиды остаются на позиции, - принял решение харч. – Задача не меняется.

- Это приведет к большим потерям среди авиации, - возразил тактик.

- Зато, поможет нам победить, - застрекотало единственное живое существо в рубке.

Дроиды, благоразумно промолчали.

В отличие от генерала Гривуса, харч не любил работать с живым экипажем – на их обеспечение требовалось много ресурсов, да и сами бывшие торговцы и предприниматели из организаций, составляющих КНС, не обладали ни дисциплиной, ни предельной исполнительность. И, хоть, дроиды раздражали адмирала – после пережитой операции, особенно, он мирился с необходимым злом.

Спустя еще два часа, в сражении, наконец, наступил переломный момент. Республиканские пилоты верно оценили исходящую угрозу от бомбардировщиков, поэтому, уделили особое внимание их устранению. Дело это было не быстрое, но, действуя с педантичностью, которой позавидовали бы любые дроиды, клоны выполняли свой долг. Число носителей протонных торпед сокращалось на глазах. А вместе с ними – и надежды на победу в сражении малой кровью.

- Третий корабль Республики выбыл из строя, - в отличии от предыдущих, этот, нахватавшись повреждений, остался цел. С одним крылом мостика, в многочисленных пробоинах, из которых вырывались струи атмосферы и языки пламени, он медленно, на оставшихся в строю двигателях, разворачивался, явно, намереваясь отступить. Два других корабля, имевшие более презентабельный вид, меняли диспозицию, стараясь разместиться по бокам от пострадавшего товарища и организовано отступить. Не сегодня.

- «Несокрушимый» и фрегаты – 45, 46, 47, 48 – погоня, - отрывисто скомандовал сепаратист. Оставшихся сил достаточно, чтобы удерживать позицию на орбите. А сам адмирал должен закончить с недобитками. Чем больше он прикончит и уничтожит – тем быстрее лояльность графа Дуку к опальному офицеру вернется. Нельзя упускать возможности нанести наибольший урон – ведь положение на любом фронте Республики катастрофическое. Следовательно, чем меньше будет у Республики боеспособных кораблей – тем слабее будет ее оборона в ближайшее время. А значит, у КНС появится возможность нанести еще более чувствительный удар.

Сверкающие своей чистотой корабли КНС устремились за противником, что уже заметил изменение диспозиции и старался ускориться.

Не нужно быть продвинутым дроидом, чтобы понять – корабли харча успеют настигнуть разрушители раньше, чем те успеют перейти на скорость света. А уж дальнобойные турболазеры «Щедрых» смогут стреножить оставшиеся корабли, чтобы лишить их возможности бегства. И, как только с авангардом вторжения будет покончено, Тренч расправится и с экспедиционными силами, что следуют во второй волне.

- Из гиперпространства вышел еще один корабль противника, - вокодер механического члена экипажа начинал раздражать. Лишенный эмоций, искусственный, он быстро въедался в мозг, отчего надоедал с каждым разом, стоило его услышать.

- Это необычно, - озадаченно нахмурился Тренч. – Какой класс?

- Ударный крейсер типа «Аккламатор», адмирал, - напомнил о себе дроид-тактик. – Используется Республикой для доставки наземного контингента.

- А ведь корабли с десантом ожидались через несколько часов, - припомнил адмирал. – Неужели они решили погибнуть все вместе?

Меж тем, прибывший на место сражения корабль, практически сразу начал маневрирование. Это привлекало внимание – очевидно, на мостике этого крейсера находился действительно мыслящий офицер.

«Аккламатор», пользуясь тем, что истребители противника заняты более «вкусной» целью, на максимальном ускорении уходил в сторону от кипящего сражения. Что характерно – запускать истребители он не торопился, что в сложившейся ситуации было верхом глупости.

Первые линейные корабли Республики не обладали подходящим защитным вооружением, но имели изрядное количество истребителей. И, в условиях, когда вокруг него не кружили вражеские МЛА, продолжающие выполнять приказ об устранении наиболее опасных разрушителей, республиканский капитан имел время чтобы выпустить собственные малые корабли – и если не помочь своим товарищам, то, хотя бы, обезопасить себя.

- Противник действует нерационально, - подметил тактик.

- Иного и не может быть, - усмехнулся харч. Его корабли уже прошли точку прибытия республиканских кораблей, оставив за кормой следы побоища. Сейчас нужно только добраться до последних кораблей. Их истребители отступили в беспорядке, понеся чудовищные потери от рук «стервятников». Что же, МЛА выполнили свою задачу – хоть и не так, как должны были. Настало время принять на борт уцелевших, и разобраться с отступающими. «Щедрые» уже навели свои главные курсовые орудия – через каких-то десять минут первые залпы алого когерентного света прольются на кормовые части республиканских кораблей. И он, адмирал Тренч, добьется победы. Столь славной, что она превзойдет все его прошлые неудачи.

И в следующее мгновение пожалел о своих мыслях.

Картина боя резко изменилась.

Дисплей сенсоров взревел, указывая на прибытие дополнительных сил Республики.

Пять отметок на мониторе свидетельствовал о прибытии «Молотоглавов» - кораблей, что доставили ему не мало проблем в зоне ответственности 13-ой секторальной армии. На вид – безнадежно устаревшие, они с каждым разом доказывали, что им все еще не место на заднем дворе планет-помоек, где подобное старье разделывают на металл.

Ровно такое же число корветов, что буквально перемололи армаду Гривуса, так же присутствовали. Они уже выпускали десятки ударных ракет, проверяя на прочность обшивку его кораблей. И не менее пяти эскадрилий МЛА уже кружили в вакууме, нацелившись на звездолеты КНС. Идеальный расчет. Пока Тренч занят приемом «стервятников», с палуб не могут подняться свежие дроиды. А значит, нужно либо бросить тех, что уже на пределе своих ресурсов. Либо – продолжить начатое и вероятнее всего – оставить для удара ангары. Его же тактика, использованная против самого создателя. Тем, кто командует этими чертовыми древними «Молотоглавами».

Однако, именно сейчас, именно эти корабли оказались в тылу его отряда. И, уже разворачивали свои архаичные носовые части в сторону дюзов его кораблей, чтобы приступить к избиению.

Изо рта харча раздалось яростное стрекотание.

Его провели! Снова!

Республика пожертвовала своими ценнейшими кораблями, чтобы выманить его с орбиты планеты и уничтожить, словно вомп-песчанку! Какое коварство! И от кого? От республиканцев!?

- Адмирал, - монотонно обратился тактик. – Наши силы уступают вражеским. Советую прорваться с боем на соединение с остальными кораблями флота.

- Нет! – Он с бешенством открыл канал связи с дроидами-командирами оставшихся кораблей. – Немедленно всем идти на соединение с моим флагманом! Кораблям приостановить ротацию крыла – выпускаем оставшиеся МЛА!

Меж тем, к развернувшемуся сражению, присоедился еще один участник.

«Аккламатор», что прибыл ранее, занимал позицию выше других крейсеров. Его корпус в форме древнего наконечника стрелы, был направлен в сторону флагмана Тренча. И, тактическое оборудование «Непобедимого» взвыло, оповещая о наведенных на него ракетах.

- Рекомендую контрмеры, - разразился советом тактик. Но, все было понятно и без него.

Тренч слышал о подобном, но лично – еще не сталкивался. «Аккламаторы», модернизированные для ношения ударных ракет. Изменения крайне сомнительные, учитывая низкую боевую ценность такого класса кораблей в линейном бою. А в случае противостояния с дредноутом Тренча – так еще и бесполезные.

- Поднять кинетические щиты! – Приказал он. И, легкое марево вокруг мостика показало, что оборудование задействовано.

Теперь, несмотря на гигантские расход энергии и снизившуюся субсветовую скорость, флагман останется цел под натиском кораблей врага.

Первая серия ракет растеклась локальными огненными вспышками по щитам «Непобедимого», не причинив ему ни малейшего вреда. Но, вместе с тем, непрерывная бомбардировка лишала Тренча возможности самостоятельно атаковать врага – для этого потребовалось лишить себя единственной возможности спастись. Приходилось терпеть обстрел, медленно, но верно отворачивая в сторону, вырываясь на оперативный простор.

Тройка оставшихся «Венаторов», видя, что охотник и жертва поменялись местами, прекратили свое бегство и приступили к одновременному повороту, намереваясь присоединиться к бойне отряда харча, устроенной второй волной республиканских кораблей.

Не оставалось сомнений, что сложившаяся ситуация – залог тщательно спланированной акции. И все же, жертвовать почти половиной своего флота, чтобы победить… Как это не похоже на республиканцев.

- Входящая передача с крейсера «Аккламатор», - доложил B-1.

- Показывай, - сердито бросил харч.

В ту же секунду перед ним появились голографические фигуры. Один – флотский человек со знаками различия адмирала. Второй – тоже офицер, коммодор. Двое других – джедаи. Оби-ван Кеноби, головная боль генерала Гривуса. Его товарищ по Ордену, не так известный, как прославленные Кеноби, Доуган, Винду и Скайуокер. Но, тем не менее – значимая фигура в этой части Внешнего кольца.

- Джедаи, - прострекотал харч. – Следовало догадаться, что такая хитрая ловушка может быть придумана только вами.

- М? – На лице Кеноби появилась тень удивления. Которая, практически сразу исчезла. – Неважно кто автор этой идеи, - от Тренча не укрылось, что адмирал при этих словах неодобрительно покачал головой.

- Вы в безвыходном положении, - вклинилась в разговор джедай-мириаланка. – Сдавайтесь, и вас пощадят.

Харч весело задвигал лицевыми мандибулами. Наивные идиоты.

- И чем я обязан такому решению? – словно в обоснование позиции джедаев, дроид-тактик сообщил об уничтожении двух фрегатов сопровождения.

Конечно, сепаратистский офицер не забывал о том, что сражение все еще идет. Но, «Щедрые» обладали достаточной защитой и вооружением, чтобы продержаться против «Венаторов». Не говоря уже об этих архаичных посудинах.

Сражение «москитных» сил тоже развивалось не в лучшую для КНС сторону. Остатки авиакрыла массово гибли под напором истребителей Республики. И не пройдет и полчаса, как корабли останутся без прикрытия. Немудрено, что джедаи уверены в победе.

- Как только мы закончим с вашими кораблями сопровождения, - предупредил Кеноби, - ваш флагман недолго продержится под сосредоточенным огнем всего нашего флота.

- Хм… это мы еще посмотрим, - харч прервал сеанс связи и повернулся в сторону дроида-тактика. – Через сколько «Венаторы» будут в зоне действия наших орудий?

- Пять секунд, - без раздумий ответил механический офицер.

В голове адмирала сложились кусочки мозаики.

Безусловно, джедаи правы – ни одна защита не продержится под столь длительным обстрелом. Но, и сама ситуация – неоднозначная.

Перед флагманом, препятствуя переходу на гиперскорость, двигались три разрушителя. Для его дредноута и пары фрегатов – более чем лакомая цель. Но, в то же время, над ними нависла угроза в виде крупной эскадры, что сейчас стремилась выбить двигатели его звездолетов в попытке взять их наобордаж. И, наконец, позади всех действующих лиц – остатки его эскадры. С полными палубами МЛА. Но, до их подхода – благо тактику хватило ума вызвать их сразу же – около пяти минут.

Республиканские «Молотоглавы» вели ожесточенную перестрелку с парочкой «Щедрых». Обе стороны уже обменялись первыми потерями – один из тяжелых крейсеров джедаев выходил из строя, отворачивая от тяжелых турболазеров фрегатов. Его обшивка пестрела закопчениями от попаданий, а надстройка полыхала, очевидно, от прямого попадания в рубку. Остальные четыре крейсера и флагман противника тоже имели боевые отметины, но говорить об их скором выходе из строя – не приходилось.

Корветы и МЛА противника уже «дожевывали» остатки авиации Тренча – самое большее, им потребуется минут десять – двадцать, чтобы растерзать последние пять эскадрилий «стервятников». Джедаи торопятся – тоже заметили, что подкрепление к Тренчу прибудет раньше, чем они смогут реализовать свое большинство. А как только это произойдет – чаша весов падет на его сторону.

На время, пока авиация с палубы «Венаторов» сможет присоединиться к бойне. И, после этого – одни лишь боги могут гарантировать победу харча. Ловушка, сыгранная как по нотам. Джедаи понесли приличные жертвы, и, судя по всему, готовы на большее – лишь бы разделаться с ним. У них это получится, если только он не смешает все карты в этой партии саббака.

- Прикажи оставшимся кораблям идти на сближение с республиканским флотом «Молотоглавов», - сверкнув искусственным глазом, произнес Тренч. – «Непобедимый» должен взять курс на «Венаторы» противника. Сразу, как только огонь по нам ослабнет – снимаем кинетический щит и двигаемся на них.

- Это приведет к потере наших фрегатов поддержки, - заметил тактик. – С вероятностью 70 процентов…

- Я знаю, - застрекотал харч. – Однако, Республика пострадает куда как сильнее.

***

Есть в этом что-то ностальгическое – смотреть, как очередной клан юнлингов расселся вокруг мастера Драллига и, открыв рты, слушают его инструктаж. Оли едва сдерживала улыбку, наблюдая за тем, как один из младших джедаев, светловолосый мальчик, вот уже полчаса борется со сном. Судя по всему, юнлинг, как и многие другие в его возрасте, лег спать позже обычного. И теперь, совершает самую большую ошибку на уроках мастера фехтования.

Он позволяет себе не слушать наставника.

Кажется, что Тролль не заметит, как ты украдкой перемигиваешься с соседом, или шепотом обсуждаешь какую-нибудь ерунду. Но, это лишь иллюзия, призванная усыпить непоседу. Совсем скоро ему придется на собственной шкуре понять, что занятия с этим наставником не стоит воспринимать как нечто легкомысленное.

А, вот и сладкая месть.

Казалось бы, этот фокус Драллиг проделывал с каждым невнимательным юнлингом на одном из первых занятий. Но, каждый раз, находились те, кто не внимал предупреждениям своих предшественников.

Мальчик, все же задремал. Расслабленный, сидя в позе для медитации, он, казалось, не слышал шиканий со стороны товарищей, повесив голову на грудь. Оли могла поклясться, что даже от дверей могла слышать его тихое сопение.

Естественно, Тролль не мог не быть в курсе всего происходящего. Славящийся своей изощренностью в методах обучения инструктор, лишь делал вид, что не замечает подобного поведения. И, когда, мальчик все же уснул, джедай приступил к тому, что часто называл «практическим уроком».

Насмешки и подколки, что использовал в своем обучении Тролль, порой заходили слишком далеко. Некоторые юнлинги после таких вот «уроков» неделями молчали. Но, на памяти Оли, ни разу Драллиг не имел по поводу своей методики обучения бесед с кем-нибудь из Совета.

Итак, жертва заснула, и никто из его товарищей не смел прервать сон, не желая испытать на себе гнев мастера. Тот же, сняв с пояса световой меч, активировал клинок и приблизился к мальчику настолько близко, что можно было бы чувствовать жар, исходящий от оружие – если б таковой выделялся.

Два коротких движения клинком – и пышная копна светло-русых волос юнлинга претерпела изменения, превратившись в подобие пехотного шлема, что использовали добровольцы с Кристофсиса. Проделано это было настолько мастерски, что будущий джедай, не только не проснулся – но и ухом не повел. Только после того, как занятие закончится, и мастер разрешит товарищам разбудить соню, тот еще долго будет вздрагивать, представляя, как мог остаться без ушей, если б Драллига подвела Сила.

Оли почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Лет пять назад, она была на месте этого мальчика. Ох, сколько слез она пролила, разглядывая свою «прическу». Некогда длинные прямые волосы были срезаны практически под корень – и с годами, отрастая, они принялись завиваться. Сперва это раздражало, и девочка старательно стремилась их выпрямить. Но, однажды передержала прядь в «утюжке» - приспособлении для выпрямления волос, полученному совсем уж незаконным путем через обслугу Храма. И еще год проходила, отращивая всю левую сторону, волосы на которой оказались пережжены устройством. Так, в десять лет она поняла, что воевать с природой бессмысленно – раз уж так случилось, то стоит заботиться о кучеряшках. Вновь терпеть насмешки по поводу того, что часть ее полос стали значительно короче, чем остальные, она, в случае повторения несчастья, уже б не смогла.

- А выбрать соперника одного с тобой возраста, что, религия не позволяет? – Знакомый голос, раздавшийся позади, заставил ее вздрогнуть от неожиданности. Девочка сделала шаг в сторону и посмотрела на говорившего.

Наверное, никто в этой галактике не заставит учителя отказаться от ношения именно этого типа брони. Несмотря на то, что комплект пережил довольно серьезные повреждения и каждый элемент имел множество царапин, сколов и подпалин, мастер Доуган по-прежнему продолжал носить свою древнюю серую броню. И, неизменную черную накидку с серебристым кантом.

Оли, со стыдом вспомнила, что, едва учитель попал в Залы Исцеления, магистр Винду, встретив ее возле палаты Доугана, бескомпромиссно прогнал к себе в комнату, велев больше не попадаться на глаза. Да и к тому же, запретил носить броню, пока она пребывает в Храме. «Что-то не нравится? Ты знаешь где выход. Можешь и мастера своего прихватить заодно». Такими жестокими, по ее мнению, и гневными, были слова второго лица в Ордене.

Без учителя, девочка оказалась предоставлена сама себе. Отстоять право носить доспехи самостоятельно она не могла – традиции принуждали ее беспрекословно подчиняться приказам членов Совета. Будь мастер в сознании, он, может быть, заступился бы за нее. Но, он лежал в коме. И, вслед за магистром, Вокара Че так же запретила ей слоняться в своей вотчине.

На какое-то время одиночество девушке скрасила Асока – ее учитель тоже пострадал во время нападения на канцлера. Но, быстро шел на поправку. Девочки, словно бесхозные банты, коротали время вместе, днем беседуя в комнате Оли, а по вечерам устраивая спарринги. Что ж, довольно быстро и это занятие прекратилось – Скайуокер излечился и вместе с ученицей отбыл на фронт.

Оли вновь осталась одна. Эйла Секура, с которой она могла бы проводить время, тоже куда-то улетела. Твилечка здорово поддерживала ее, сообщая через свою знакомую целительницу о состоянии учителя. Но, с неделю назад, как раз в тот день, когда Доуган пришел в себя, Эйла отправилась на задание. А Оли по-прежнему слонялась без дела, не в силах обойти запреты на посещение мастера.

Немного ее заняло восстановление брони учителя. В мастерских Ордена нашлись джедаи-умельцы, что с помощью Силовой ковки смогли исправить основные дефекты – трещины и вмятины. Но, до парадного вида броне было очень и очень далеко.

«Странно, вроде я оставила доспехи в своей комнате», - подумала девочка. Неужели мастер забрал их оттуда? Но, как смог попасть в ее келью?

При мысли о том, что учитель видел творящийся там беспорядок, и разбросанные вещи – в том числе и те, что приличные девушки никогда не позволяют видеть ни одному постороннему мужчине – она стала заливаться краской.

- Ба, да это же сам мастер Доуган! Трижды переживший смерть. – С издевкой в голосе произнес Тролль.

– И что же вас привело сюда, уважаемый мофф? - в последнее слово джедай вложил максимум яда и сарказма, на какие мог быть способен.

Оли явственно услышала, как из-под маски – единственного элемента брони, что не пострадал – послушался негромкий смешок.

- Стреляли, - ответ показался девочке лишенным смысла. Но, зная своего мастера, она догадалась, что тут имелась какая-то неуловимая подоплека.

- Не надоело издеваться над младшими, мастер Драллиг? – Новый плащ слегка вздымался в такт шагам учителя, держащего курс прямиком на группу учеников. – Или, старость берет свое – и все, на что хватает ума – это показывать свою «крутость» неокрепшим умам?

Оли неслышной тенью проследовала за мастером, но тот, обернувшись, указал ей на скамейку. Так, это уже становится интересным. Учитель явно что-то задумал и хочет, чтобы она не путалась под ногами.

Доуган уже однажды схлестнулся с Драллигом. Здесь же, в тренировочных залах. И молва об этом спарринге ходила среди юнлингов до сих пор. Они наперебой рассказывали о том, что впервые видели кого-то, кто способен на равных тягаться с самим мастером фехтования.

- А ты, значит, решил восстановить попранную справедливость? – Усмехнулся Цин. – А по хатту ли платформа?

Доуган проигнорировал колкость в свой адрес.

Вместо этого он присел на корточки перед мальчиком, ставшим объектом насмешки Тролля. Малыш уже проснулся – кто-то под шумок перебранки толкнул его в бок, и теперь он с ужасом в глазах ощупывал свою голову, покрытую волосами столь короткими, что местами можно было дотронуться до кожи. Оли со своего места видела, что в глазах мальчишки плескаются слезы – в то время, как оставшиеся юнлинги тихонько посмеиваются, и тычут в него пальцами.

- Ты как, парень? – Поинтересовался Доуган у мальчика. Тот, шмыгнул носом, продолжая смотреть себе под ноги. О, первый знак того, что скоро расплачется. Что доставит еще больше веселья его друзьям.

- Хэй, - учитель легонько поднял подбородок малыша так, чтобы тот смотрел ему прямо в лицо. – Тут нечего стыдиться. Это, - он погладил мальчика по голове. – Твои боевые шрамы. Которые ты получил в сражении с более опытным и коварным соперником.

- О, ты-то специалист у нас по неравным схваткам, - хмыкнул Драллиг. Несколько подхалимов из группы тут же заулыбались. Ну, это понятно. В каждом коллективе найдутся засранцы, что поют под дудку преподавателя. Только, эти еще не поняли, что Драллигу все равно на их заискивания. Он одинаково жесток со всеми.

- Закрой пасть, - слегка повернув голову к учителю, бросил Доуган. В помещении повисла гробовая тишина. Подобное отношение к наставнику – не просто неприемлемо. Это почти что оскорбление.

Но, Доуган словно и не заметил, как стало наливаться краской лицо мастера фехтования. Он был занят мальчиком, неизвестно почему проявляя к нему невиданную доселе нежность. Взяв его за руку, учитель проводил паренька до скамейки, на которой сидела Оли.

- У меня для тебя кое-что есть, Сорс, - Доуган на мгновение спрятал руку за спину, после чего вытянул ее перед лицом мальчика. На раскрытой ладони лежал небольшой прозрачный контейнер. А внутри него…

- Какой красивый, - выдохнул мальчик. Оли не могла не согласиться. Действительно – кристалл поражал своим насыщенным темно-синим цветом, и остротой гранями, которыми, будто можно было резать дюрасталь. Новая игрушка так завлекла юнлинга, что тот уже забыл о том, что совсем недавно стал объектом насмешек.

Впрочем, остальная детвора, будто стайка птиц, привлеченных игрой красок, тут же сгрудилась вокруг своего товарища, заворожено наблюдая за вещицей.

- Это Харрикейнский кристалл, - пояснил Доуган немой вопрос, висевший в воздухе. – Иначе его называют «Хитрость Винду». В прошлом магистр получил такие же в качестве заслуги за помощь страдающему народу. И, скажу я вам, ребята, после того как юнлинг Бандим соберет свой первый световой меч и вставит кристалл в него, во всей галактике не найдется разумного, способного противостоять его напору. И он – твой, юнлинг Бандим. Мой подарок тебе за смелость. Мало кто отважится заснуть на уроках Тролля.

Малышня восторженно загудела, обсуждая широкий жест мастера. Сам Драллиг лишь напыщенно хмыкнул. Преисполненный сарказма, он обладал одним замечательным качеством – его совершенно не задевало мнение окружающих о его персоне.

А вот для мальчика, подарок был поистине знаменательным. Юнлинг, которому, выпала честь подержать в руках такое сокровище, стоял перед закованным в броню джедаем, молча хлопая глазами. Он, без сомнений, станет героем всех ночных посиделок на ближайшие несколько месяцев в ближайших от его спальни кланах.

Издревле юнлинги добывали кристаллы для своих световых мечей самостоятельно, в ходе традиционного путешествия на Илум. Оли уже довелось сопровождать подобную процессию, да и по своему детству, она помнила сколь трудным и ответственным был этот путь. А, порой – и опасным.

Традиция столь прочно вошла в жизнь обитателей Храма, что мало кто мог похвастаться редким кристаллом в своем мече – лишь в ходе долгого жизненного пути, джедай мог обрести новый кристалл. А до тех пор, каждый обходился тем, что нашел на Илуме.

Изучая Архивы, Оли знала, что в галактике есть едва ли не тысяча видов кристаллов, или объектов, что могут быть использованы в световых мечах. Но, добывать их становилось с каждым годом все труднее. Да и найти в пещерах ледяной планеты особенный кристалл… Гораздо проще будет сразиться с ранкором голыми руками и победить.

Учитель преподнес мальчику настоящий подарок. Это не только повысит его собственную самооценку и авторитет в глазах сверстников, но и позволит тому в будущем создать световой меч намного отличающийся от таковых у других джедаев.

И, что самое прекрасное – это не противоречило традициям Ордена, согласно которым, джедаи не должны иметь собственности. Кристалл – подарок, а значит, ни один уважающий себя член Ордена не посмеет отобрать его у младшего. Но, и играться с ним на занятиях – тоже не позволят. Кристалл будет дожидаться своего времени в тумбочке, рядом с кроватью юнлинга. Наверное, лет еще десять – столь мал этот кроха.

- То есть, для всех юнлингов у тебя кристаллов не нашлось? – Желчная ирония Тролля словно бич, щелкнувший в воздухе. По-прежнему стоя в центре залы, мастер фехтования коротал время, подбрасывая в ладони рукоять своего светового меча.

Оли каким-то шестым чувством поняла, что поведение джедая носит конкретный, провоцирующий характер. Он явно намеревался задеть Доугана, и, судя по тому, как мастер хрустнул костяшками пальцев – это ему удалось.

Доуган не оглянулся. Не было нужды. И дело было даже не в том, что в воздухе уже витали флюиды предстоящей дуэли. Не смертельной, конечно же. Но, Оли, как человек, столько времени проведшая с учителем бок о бок, прекрасно могла понять, что сейчас он неотвратим. Как сама смерть.

Великая Сила собралась в ее учителе и вокруг него, словно внезапно сжатые кулаки напуганного человека. Аура спокойствия, что царила всегда вокруг него, задрожала, словно поверхность лужи, в которую бросили камень.

- Ты действительно хочешь этого, Драллиг? – Учитель повернулся лицом к джедаю, одновременно делая жест Оли, чтобы та не позволила малышам оказаться в зоне поражения. Которая, быть может, окажется значительнее, чем пределы этой залы.

Девушка, подгоняя зевак, бесцеремонно вытолкала всех до единого юнлингов за порог, предусмотрительно встав перед ними. Так она может одновременно наблюдать за дуэлью, и вовремя схватить за шиворот любого, кто рискнет приблизиться.

- А ты что, боишься, что я ткну тебя носом в пол? – Хохотнул Драллиг. – Можешь тогда сразу отдать мне свой световой меч, и идти в класс для падаванов. Непременно расскажу тебе, как следует сражаться, чтобы не пришлось потом валяться в Залах Исцеления.

- Какой совет мне может дать тот, кто и носа за пределы Храма не высовывает? – Парировал Доуган. Он медленно приближался к противнику, держа в правой руке свой световой меч. Оли так и не заметила, когда он успел его активировать. Но, золотистый клинок напряженно гудел, словно жаждал боя.

- О, ты еще многого не знаешь, - гаденькая ухмылка появилась на спине длинноволосого джедая. Он встал в защитную стойку, поприветствовав своего спарринг-партнера типичным жестом Макаши.

- С момента нашей последней встречи, Тролль, мои силы выросли, - констатировал Рик. И, Оли могла подтвердить это. Она не сомневалась в умениях мастера Драллига, но, то, что видела на тренировках мастера… В общем, только необходимость поддерживать имидж степенной ученицы не позволила ей принять участие в споре юнлингов – кто же кому надерет задницу в этом бою.

- Забавно, - хмыкнул наставник юнлингов. – Чем выше задерешь нос, тем больнее падать.

Оли с замиранием сердца наблюдала, как ее учитель поднимает свое оружие горизонтально к полу на уровне плеча.

Вот теперь у мастера не осталось никаких проблем.

* * *

Как все подлинные фарсы, предстоящий спектакль будет развиваться по законам безжалостной логики, а те основывались на абсурдном предположении, будто Доуган сумеет победить мастера фехтования. Какая жалость, что его старый друг Мейс Винду не может присутствовать; Цин не сомневался, что магистр с Харуун Кэла оценил бы представление. Особенно, это глупое подражание Ваападу, которое демонстрировал его противник.

Драллиг всегда предпочитал понимающую аудиторию. И группа юнлингов, подходила для урока зарвавшемуся джедаю, как нельзя лучше.

Джедай в броне стоял к нему лицом, и клинок его был готов к сражению; высокий надменный юноша застыл в предвкушении: такой неподвижный, что казалось, вот-вот задрожит от напряжения. Жалкое зрелище. Оскорбительно называть мальчишку джедаем.

Вдвойне жаль, что нельзя будет разглядеть мину на лице поверженного противника.

Инструктор испытал меланхолическое удовлетворение - причиняющее удовольствие осознание собственного величия - при мысли, что Доуган так никогда не поймет, сколько мыслей и сил, сколько трудов он положил ради этого сражения. Которое станет закатом карьеры «моффа» как непревзойденного дуэлянта.

Но такова жизнь. На алтарь добра всегда требуется жертва.

В конце концов идет война. И человек перед ним – лишь один из многих солдат, безосновательно верящих в свое превосходство. Таких следует осадить. В битве опыта и случайных побед ВСЕГДА побеждает первый.

Драллиг воззвал к Силе, собирая ее, кутаясь в нее, будто в плащ. Он вдыхал ее, пропускал через сердце, пока Галактика не стала вращаться вокруг него.

Пока он не стал осью веселенной.

Вот она - реальная мощь Силы, мощь, существование которой тон заподозрил еще в детстве, искал всю свою долгую жизнь, пока джедаи не показали ему истину. Она сделала его центром.

Джедай напитывался энергией, пока Великая сила не стала существовать лишь для того, чтобы служить его цели. Подход, несколько отличный от того, что проповедовал Орден, но, в конце концов – каждый джедай по-своему использует ресурсы Силы.

Теперь разворачивающаяся картина слегка изменилась, хотя на взгляд постороннего меняться там было нечему. Усиленное Светлой стороной восприятие давало другую картину.

Драллиг был светящимся прозрачным существом, окном, распахнутым на залитый солнцем луг Великой силы. Единственный светоч среди присутствующих.

Разумеется, был еще Доуган: но - вне Силы. Он ничего не показывал. Он казался ровным горизонтом. Под обыкновенной, непримечательной внешностью скрывалось абсолютное идеальное ничто. Черная дыра в Великой силе.

Что ж, он был наслышан об этой особенности своего противника – скрывать себя. Но, сейчас, когда фигуры джедаев были видны каждому в этой комнате, не было нужды искать соперника. Достаточно просто открыть глаза.

Что ж, ладно. Время сыграть небольшую комедию.

- Не боишься опозориться перед ученицей?

Доуган удерживал свой клинок обеими руками. И медленно шагал вокруг невидимого центра поля боя, зеркально отражая действия самого Драллига.

- Не рассчитывай на поблажку.

- Поблажки? От тебя? Умоляю,- Цин ласково улыбнулся. По его мнению я разыгрывал этот спектакль, чтобы проиграть? Но у меня есть более интересные мысли о том, на что лучше потратить жизнь. И это не намерение нянчиться с напыщенным выскочкой. – Ты проиграешь раньше, чем у кого-то из юнлингов забурчит в животе.

Доуган шагнул к нему с медленной гипнотической грацией, как будто скользил на невидимой репульсационной плите.

- Почему мне так трудно в это поверить?

Драллиг, как в зеркале, повторил движение противника.

- А, кстати! Как чувствует себя твой падаван? Вы еще не нарушали Кодекс?

- Не...

Черная дыра, которой был Доуган, вскипела неожиданной мощью. Впечатляющей, возможно, для кого-то из менее опытных фехтовальщиков.

- Не смей произносить ее имя. Здесь есть только ты и я.

Мастер отмахнулся. Так утомительно заниматься личными делами этого парня; в Храме лишь ленивый не шушукался о том, что девчонка бегает за ним как зверек на привязи. Впрочем, как и дамочки постарше. Кит Фисто тому свидетель.

- Я не питаю к ней злых намерений, глупый мальчишка. Но, она для тебя всегда – уязвимое место.

- Наивно полагать, что ты знаешь меня и мою ученицу.

- Наоборот, я знаю достаточно. Как о вас, так и о вас подобных. Поверь, - добавил он чуть тише. – Через пару лет, когда она расцветет как цветок, ты уже перестанешь быть ей просто учителем.

- Ты что, раздел с клубничкой в ГолоНете часто смотришь? Что за извращенные мысли?

Цин испытывал огромное искушение подмигнуть стоящей на пороге девчонке, но, разумеется, не поддался порыву.

- Поживем – увидим.

- Уверен, что доживешь до этого момента? – В вопросе джедая сквозило уверенностью. На минут, Цин готов был поклясться, что его противник словно заглянул в будущее. – Есть мнение, что конец твоей судьбы будет скорее, чем ты рассчитываешь. Ну, а сейчас я тебя так отделаю, что ты наперед подумаешь, стоит ли продолжать нести подобную чушь.

Драллиг вопросительно приподнял бровь.

- Если только у тебя в кармане не сидит по случаю учитель Йода, не думаю, что получится.

От Великой силы потрескивал воздух, словно перенасыщенный электричеством, и Цин постановил, что время пришло.

* * *

Доуган просто не устоял на месте. Он не мог больше ждать.

Он прыгнул, вращаясь вокруг невидимой оси, вставив перед собой клинок.

Но, когда приземлился, намереваясь дать бой, инструктора там уже не было.

Он поздно поднял голову - чтобы заметить подошву сшитого из кожи ранкора сапога. Драллиг впечатал каблук ему в голову, и противник рухнул на колени.

Драллиг попытался было нанести удар сверху вниз, намереваясь оставить на грудной пластине длинный «шрам». Но, практически сразу же натолкнулся на блок. Что привело к маленькому фейерверк: скрещенные мечи высекали искры. Драллиг не мог пробить защиту, но и Доуган не мог эффективно контратаковать. Патовая ситуация.

Которая мгновенно разрешилась.

Подобно восходящему вихрю, джедай в броне вновь закружился вокруг себя, заставив Драллига отступить на порядочное расстояние. И, как толкьо он сделал это, то противник оказался уже на ногах.

Они обменялись бесконечной серией финтов, молниеносных выпадов и ударов, острие меча рисовало восьмерки у самого сердца джедая. Но, больше чем простую опасность, действия Драллига не могли создать – Доуган блокировал любой прорыв в своей защиты, не допуская решающего укола.

Цин отражал градом сыпавшиеся удары меча Рика, нисколько при этом не напрягаясь. Стандартные связки Нимана – простые, как две кредитки, незамысловатые, легко читаемые. В прошлый раз он показал куда как более стоящее фехтование. Впрочем, это может быть последствием недавнего ранения – противник не полностью восстановился. Что ж, расчет был как раз на это.

Неожиданно инструктор почувствовал, что кажущаяся легкость сражения – не более чем фикция. Именно это спасло его от неожиданно ловкого контрудара в стиле Атару, который произвел противник.

- Ого,- с коротким смешком сказал он. У мальчика все-таки есть кое-какие силенки.

Следовало разорвать дистанцию, чтобы оценить ситуацию. Он вышел из переката, встав на ноги прямо перед юношей, который тут же сломя голову ринулся в атаку. Драллиг ловко ушел в сторону и направил меч к ногам юноши, но золотистый клинок парировал удар.

- Воистину жалкое зрелище,- сказал Драллиг. И сейчас, это было не издевательство – он действительно рассчитывал на большее.

О да, он очень энергичен: скачет и крутится, сыплет ударами чуть ли не наобум. А инструктор тем временем в своем грациозно последовательном стиле продолжал одолевать противника. Он едва сдерживался, чтобы не расхохотаться.

Всего-то и нужно отвечать на его тактику - невероятно, угнетающе прямолинейную. Он берет скоростью, носится туда-сюда, как глупый нетопырка,- все старается провести джедайский вариант атаки «противник в центре», словно не зная того, что этот прием реализуют только в численном превосходстве. А, парируя атаки, нападает в мерном ритме Нимана, размеренно, как неуклюжий дроид, шаг за шагом, срезая углы, неуклюжий, но непреклонный в своих попытках заставить противника двигаться быстрее чем требовалось.

Драллигу же нужно было лишь скользить из стороны в сторону да иногда делать сальто, чтобы сражаться с каждой из техник по очереди вместо того, чтобы противостоять всей стратегии целиком. Вероятно, в драке с себе подобными действия Доугана были бы достаточно эффективны; понятно также, что тот демонстрирует стиль, что разработан в схватках команды – его и падавана против большого числа оппонентов. Он не готов драться вместе против единственного существа, пользующегося Силой, да еще и с возможностями Драллига. Последний же, напротив, всегда сражался в одиночку. До смешного просто заставлять заносчивых джедаев совершать ошибки. Те самые, что он впоследствии будет разбирать со своими подопечными.

Что бы ни говорили – победы Доугана, это случайность. В его тактике нет никакой логики, способной привести к победе.

Он даже не подозревал, насколько тонко Драллиг контролирует развернувшееся сражение. Он так ничему и не научился с тех пор, как они встречались в прошлый раз. Лишь пара фокусов, для запугивания неподготовленных оппонентов. Воистину слабо. Это даже не стоит потраченного времени.

Удар ногой в живот отбросил Драллига а несколько метров назад. О, что-то новенькое

- Твои движения слишком медлительны, «мофф». Слишком предсказуемы. Тебе придется постараться.

В ответ на эти дружественные слова в ауре Доугана вспыхнула искорка легкого изумления.

- Ну что же,- сказал джедай и прыгнул через голову противника так стремительно, что показалось, будто он исчез. Ну, что за глупый мальчишка!

Цин с легкостью парировал неуклюжий выпад, заставляя противника разорвать дистанцию. Тот, поспешил воспользоваться возможностью, чтобы отойти…

Столь яростного напора, Цин мог ожидать от Винду или Йоды, но от вчерашнего падава!?

Меж тем, сражение в корне сменило свой ход.

Теперь Доуган перехватил инициативу.

Лишь отчаянно крутнувшись в сторону, Драллиг избежал появления в груди дымящейся дыры; меч прожег полосу в том месте, где только что он стоял.

Что?!

Драллиг прыгнул вверх и прочь от джедая, приземлился на противоположном конце тренировочной комнаты, выйдя на мгновение из драки. Удар прошел слишком близко. Но к тому времени, как его ноги коснулись поверхности пола, подоспел джедай в броне, ведя меч в защитном маневре, вращая столь быстро, что Цин даже не рискнул нанести удар. Он сделал обманный выпад в лицо Рика, упал на пол в подсечке... Но противник с легкостью перепрыгнул, и чуть не отрубил ногу виртуозным финтом.

Этого не было в плане.

Доуган нанес следующий удар с такой силой, что шок от столкновения клинков волной прошел по рукам Драллига. Он вскочил на ноги - и к его шее устремился золотистый клинок. Лишь проведя отчаянный крутящийся удар и блок, ногой ударив противника с разворота в бедро, Драллиг смог выгадать достаточно времени, чтобы снова отпрыгнуть. А когда он приземлился...

Доуган был уже там.

Первый удар его клинка сверху инструктор отразил инстинктивно. Второй удар согнул запястье джедая. Третья вспышка золотого пламени опустила оружие Драллига так низко, что собственный световой меч опалил ему плечо, и мужчине пришлось отступить.

Инструктор побледнел. Как такое могло случиться?

Доуган наступал, нечеловечески непоколебимый, невероятно могущественный, дроид-разрушитель со световым мечом: каждый шаг - удар, каждый удар - шаг. Драллиг пятился как можно быстрее; Доуган не отставал. Дыхание инструктора стало поверхностным и тяжелым. Он уже не пытался блокировать удары джедая, только отводил в сторону. Не ему было меряться с молодым мастером силами: юноша обладал огромной физической силой. И, несомненно, его навыки владения Великой Силой были куда как выше, чем предполагалось.

И только тогда Драллиг понял, что его сделали, как сосунка. Доугановская стойка из арсенала Ваапад была вовсе не уловкой, как и гимнастические упражнения Атаро. Юноша в самом деле качественно вырос с момента предыдущего спарринга. И, выбранный, словно в насмешку стиль Макаши - попросту не обладал достаточной кинетической мощью, чтобы противостоять школе тому набору навыков, что противник искусно вплел в свой Ниман.

Да, чем бы не пытался поразить мастера фехтования Доуган, основой для его, без сомнения, интересного и эффективного стиля, была по-прежнему Шестая Форма.

Пришло время поменять тактику,

Драллиг снова присел, делая подсечку - уязвимым местом Нимана всегда была недостаточная подвижность,- удар был достаточно сильным, чтобы вывести противника из равновесия, давая самому учителю джедаев возможность отпрыгнуть...

И снова оказаться перед светящимся золотистым кругом, описываемым мечом Доугана.

Драллиг решил, что комедия закончилась.

Настало время показать настоящее мастерство.

Мастер Драллиг владел всеми шестью известными формами фехтования на световых мечах. Он сотни раз фехтовал с сильнейшими из бойцов каждого стиля, и прекрасно знал все сильные и слабые стороны всех форм.

Он провел серию молниеносных выпадов по ногам Доугана, чтобы заставить мастера-джедая сделать сальто и получить возможность прожечь ему мантию на спине от почек до лопаток – явная победа... и эта картинка, этот план столь явственно стояли перед глазами Цина, что он чуть не выпустил из внимания реальный рисунок боя: Доуган отражал удары почти не смещая ног и не теряя идеального баланса. Его меч ни разу не двинулся ни на миллиметр более необходимого, отражая выпады без малейшего усилия, нанося молниеносные удары и уколы быстрее, чем язык гароллианской призрачной гадюки.

И когда Драллиг почувствовал, что противник с каждой секундой усиливает свой нажим, заставляя его все больше переходить к оборонительному стилю Соресу, он наконец понял, откуда взялась та ослепляющая защита, использованная Доуганом минуту назад, и только тогда, с опозданием, понял он, что новый стиль Доугана – это нечто новое, доселе не виданное им самим.

Мастер-джедай без усилий и напряжения парировал атаки, контратаковал, использовал силу и акробатику, нарушая спланированную концепцию боя ровно тогда, когда это требовалось, чтобы оказаться сильнее соперника.

Это был уже не Ниман. Да, основа осталась отчасти той же – это было видно опытному глазу, но теперь в стиле присутствовали сильные удары Джем-Со, молниеносные финты Атару, непреодолимая защита Соресу, элегантность Макаши. И, что самое невероятное – контролируемая ярость Ваапада.

Казалось, Доуган вобрал в свой стиль все сбалансированные качества из других школ фехтования. Тщательная селекция – достоинства, без недостатков. Хотя нет. Недостатки, естественно присутствовали – именно их он показал в самом начале, стремясь запутать противника. Не без успеха, конечно.

Драллиг вдруг почувствовал внезапное, неожиданное, ошеломляющее и абсолютно удручающее плохое предчувствие...

Фарс, разыгрываемый им, неожиданно, необъяснимо из забавного превратился в смертельно серьезный и очень быстро становился ужасающим. В сознании джедая, как огненные цветки гибнущих кораблей, расцветало понимание: дурачок-джедай стал абсолютно и предельно опасен.

Есть вероятность, что этот клоун, как бы это ни было невообразимо, сможет победить его.

Сверкающий золотистый световой меч кружился и шипел, и каждый рубящий удар был подобен неостановимому падению метеора. Инструктору приходилось расточительно использовать доступные ему резервы Силы, чтобы просто встретить эти атаки, не будучи разрубленным на кусочки, а Доуган...

Доуган лишь становился сильнее.

С каждым новым финтом, выпадом, контратакой, он обретал мощь, что во много крат превышала все то, что видел прежде Драллиг.

Каждая защита стоила ему больше сил, чем планировалось; каждый блок, казалось, старил его на десятилетие. И он решил снова поменять стратегию. Он перестал даже пытаться напасть. Истощение Силы затуманило его ощущения, как гиря притянув его сознание к физической сущности, заперев сознание внутри его собственного черепа. Теперь он едва мог ощутить очертания комнаты: с трудом ощущал он дверной проем позади себя, юнлингов, что стояли в проходе. Он отступил к ним, используя преимущество отступающего, что приводило многие из финтов противника к неудаче, но мастер-джедай продолжал атаковать, без устали, беспощадно.

Золотистый клинок был буквально везде, сверкая, крутясь быстрее и быстрее, и вскоре Драллиг видел комнату сквозь размытое электризованное сияние. В дополнение ко всему еще и ярость Вааапада, что Доуган использовал лишь для прорыва наиболее крепкой защиты оппонента, вернулась на сцену.

Драллиг решил, что в таких экстремальных обстоятельствах ему простительно смошенничать.

Больше он ничего не успел подумать, потому что, когда его внимание вернулось к юному джедаю, в поле его зрения маячила подошва сапога, которая приближалась к его лицу с большой скоростью.

Столкновение было похоже на взрыв белого огня, потом спина больно ударилась о пермакритовую стену, комната перевернулась вверх тормашками, и он упал на потолок. Разумеется, ему так только показалось - Драллиг кувырнулся вбок и перекатом ушел с линии атаки.

Поднявшись во весь рост, он почувствовал, что руки-ноги совершенно перестали слушаться. Великая сила, казалось, покинула его, истекла прочь. Все это так унизительно!

Ему едва удалось собрать достаточно Светлой стороны, чтобы избежать смертельного столкновения. Сила подхватила его, как заботливая нянька, и помогла рывком уйти из-под очередного шквала ударов. Он отряхнулся, презрительно посмотрел на Доугана, который глядел на него со стороны входа в залу.

И Драллиг не смог выдержать этот взгляд; теперь они поменялись местами, и его это сильно беспокоило.

В этом чувствовалась какая-то тревожная предопределенность.

Он постарался не думать об этом, вызвал в памяти определенное знание о собственной несокрушимости, чтобы открыть себе доступ к Силе. Энергия влилась в него, и исчез груз лет, тягость сражения.

Напряженные мышцы получили прилив энергии, и на мгновение, мастер ощутил, что готов и дальше продолжать сражение.

Подняв меч, он жестом позвал Доугана.

- Надеюсь, ты не утомился, мальчик? – С усмешкой поинтересовался он.

- Свеж как утренняя роса, - усмехнулся воин в доспехах.

Молодой джедай мощным прыжком поднялся в воздух. И пока юноша летел вниз, Драллиг ощутил новый водоворот в потоках Силы между ними и наконец понял.

Понял, как Доугану удавалось становиться сильнее. Почему он больше не разговаривал. Как он стал боевой машиной. Понял, почему Мейс Винду так долго интересовался им.

Доуган рожден, чтобы пользоваться Силой.

Его сердце, словно термоядерная печь, жар которой прорывается сквозь все заслоны джедайской дисциплины. Он держит Силу в добела раскаленном кулаке. Он повелевает ей, балансируя на грани Света и Тьмы, черпая энергию из обеих ее сторон.

То самое пограничное и безмерно опасное состояние, что описывал Винду, разрабатывая по обрывкам записей в Архиве свой собственный стиль. Но, ведь у Ваапада имелся предшественник. Тот, который джедаям так и не удалось восстановить по хроникам прошлого.

Именно потому что не существовала сколько-нибудь полного описания этой школы боя, Драллиг не знал о ней. И, судя по всему, сейчас он противостоял тому, кто рискнул пойти по пути Мейса, использовать свою внутреннюю тьму.

У этого юноши дар ярости. Запретной для любого джедая.

И даже теперь он сдерживает себя; даже теперь, приземлившись рядом с Драллигом, направляя на него бешеный каскад ударов, далее заставляя джедая отступать шаг за шагом, он держит ярость за стенами, построенными волей,- стенами, которые цементируют неконтролируемый ужас.

Ужас перед собой, понял инструктор. Ужас перед тем, что может случиться, если он позволит этой печи, заменяющей ему сердце, достичь критической температуры. Цин ускользнул от удара, пришедшего сверху, и отпрыгнул назад.

- Я чувствую в тебе большой страх. Он поглотил тебя. Вот уж в самом деле Бесстрашный Герой. Ты притворщик, Доуган. Ты всего лишь молокосос, вставший в позу.

Он направил на юного джедая меч, как будто обвиняя.

- Разве ты еще не вышел из возраста, когда боятся самого себя?

Доуган снова устремился в атаку, но в этот раз Драллиг парировал с легкостью. Они застыли чуть не вплотную друг к другу, клинки мелькали так быстро, что не уследить, но противник потерял свое преимущество: одной-единственной прицельной насмешки оказалось достаточно, чтобы его внимание переместилось с битвы против мастера на борьбу с собственными эмоциями. Чем больше в нем разгорался гнев, тем больше он боялся, а страх, в свою очередь, подкармливал гнев. Как кореллианская многоножка из пословицы, которая начала думать, что она делает, и уже не могла идти.

Мастер фехтования позволил себе расслабиться; на него вновь снизошло игривое настроение, когда они со Доуганом закружились в смертельном танце. Как бы ни окончилось веселье, следует наслаждаться им, пока можно.

На одно короткое решающее мгновение они со Доуганом замерли, клинки скрещены, враги смотрят друг другу в лицо сквозь шипящий энергетический крест, и в это мгновение Драллиг понял, что ошеломленно спрашивает себя, не потерял ли его противник разум?

Кодекс учит: «Нет эмоций – есть покой». Мейсу потребовались долгие годы, чтобы научиться держать свою внутреннюю тьму под контролем. А мальчишка? Что может он по сравнению с прославленным магистром?

В какой-то момент, используя обманный финт, Драллиг смог зарядить ударом ноги в лицевую маску противника. Одновременно с этим, мощный яростный удар по руке, удерживающей световой меч.

Короткая и яростная атака, призванная положить конец затянувшемуся противостоянию.

Подбросив на ладони рукоять светового меча противника, Драллиг, тщательно скрывая свое учащенное дыхание и смертельную усталость, натянул на лицо победную улыбку.

- Световой меч – это оружие джедая. Его защита и опора, - назидательно произнес он, глядя в сторону учеников. Эффектный ход – не обращать внимания на поверженного противника. Это унижает и заставляет чувствовать себя раздавленным. Не обращая внимания на противника, он неспешно пошел мимо него в сторону юнлингов. – Потеряв свой меч в битве, вы неминуемо погибните.

Звук активированного светового меча за спиной, заставил Драллига с недоумением взглянуть на оппонента, которого он считал окончательно сломленным.

Меж тем, Доуган, держа обеими руками световой меч, как две капли воды похожий на тот, что находился в руках Драллига, встал в ту же стойку, с которой начиналось их сражение.

- Именно поэтому, я всегда ношу с собой еще один, - с усмешкой произнес противник, всем своим видом призывая к продолжению.