— Твоя мана… Она словно не принадлежит этому миру…

«Чёрт! Как он…» — прошипела в моей голове Архи.

«Не хочу показаться снобом, но я с самого начала говорил, что приходить сюда плохая идея,» — спокойно отозвался я, взглядом ища выход, чтобы как можно быстрее свалить из этого места.

«Замолчи!»

— Эй, пацан, ты слушаешь меня? — Луциан пощёлкал пальцами перед моим лицом, заставляя отвлечься от нашей с Архи перепалки. Я сглотнул ком в горле, изобразил самую милую улыбку, на которую был способен.

— Конечно, слушаю. Ваш прекрасный голос услада для моих ушей.

По его скривившемуся лицу я понял, что немного переиграл.

— Кхм, ну так вот, — прокашлявшись, он продолжил. — Я, наверное, смутил тебя, но это правда. Ты никогда не чувствовал что твоя мана немного странная?

Я быстро помотал головой.

— Неа.

Конечно да.

На самом деле я понимал, что он имеет в виду. Хоть его трактовка «мана не из этого мира» была не совсем верна, но он был очень близок к истине.

«Он и правда слишком проницательный… — фыркнула Архи. — Будь осторожнее».

Я и сам прекрасно знал об этом. Сейчас нужно было не вызывая подозрений выведать как можно больше информации. Хоть я пришёл поговорить с ним о дестабилизации, узнать больше не повредит.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду, говоря, что моя мана не из этого мира.

— Думаю, я не совсем точно выразился. Скорее такое чувство, что она не принадлежит тебе.

«В каком-то смысле он прав. Твоя мана сейчас — это мана твоего прежнего тела, но не тебя переродившегося. Поэтому дар и мана не могут связаться. Потому что они "из разных миров"».

«А?! И ты говоришь мне это только сейчас?»

«Я не была до конца уверена в этом, поэтому и не говорила!» — шикнула она.

Но теперь это кое-что проясняло. Например, почему я не мог собрать ману, хоть и чувствовал, что в моём теле её с избытком…

Я чувствовал как Архи внимательно наблюдает за Луцианом, и её напряжение передавалось мне тоже.

«Быстро, поменяй тему разговора! Слишком опасно если он продолжит копаться в этом!»

Ох, ну что ты будешь делать…

— Это всё конечно очень заманчиво, господин Луциан, но я пришёл сюда в надежде, что вы поможете мне с дестабилизацией.

Перестань говорить про мою странную ману, ты нервируешь не менее странную девчонку, сидящую в моей голове…

«Эй! Я не странная!»

— Ты что, не рассказал об этом своим родителям? — Луциан недоверчиво покосился на меня и выгнул бровь. Я кинул ему очередную невинную улыбку.

— Конечно, рассказал.

— Ну ладно. Полагаю, правды я от тебя всё равно не дождусь, — он вздохнул и поправил выбившуюся из хвоста прядь волос. — Из-за того, что твоя дестабилизация вызвана, как я понял, не совсем обычными причинами, я думаю, что здешние целители вряд-ли помогут тебе.

А?! Чего?

Право, я ожидал любого ответа, но только не этого.

— И… и что же мне делать? — я старался говорить ровно, но, по-моему, он всё же уловил отчаяние в моём голосе.

— Наши целители хоть и высокого уровня, но сомневаюсь, что у них хватит сил справиться с твоей проблемой. Другое дело более опытные маги…

Он хитро взглянул на меня, отчего меня передёрнуло. Холодок пробежал по спине, когда я понял, что он имеет в виду.

— В-вы же не про…

— Да. Империя Асмант. Там точно найдутся люди, способные помочь тебе.

На самом деле я тоже часто думал об этом. Империя Асмант хоть и пользовалась дурной славой, но там было намного больше магов и они были во много раз сильнее магов Роккена и Эшира.

«Думаю, его слова не лишены смысла,» — согласилась Архи.

— Если попросишь родителей отвести тебя в Асмант всё должно быть хорошо.

Да, была только одна ма-а-а-алюсенькая проблема. В Асманте не жаловали чужаков, да и отец не смог бы бросить маму и брата и поехать со мной. А взять их с собой он бы ни за что не решился. Как ни крути, империя Асмант очень опасное место.

— Хорошо… Да, думаю есть смысл попробовать… — тихо пробормотал я, поднимаясь со стула.

— А? Уже уходишь? — удивился Луциан, вставая следом за мной.

— Да, я обещал матери вернуться до захода солнца, лучше не волновать её лишний раз.

— Что ж, тогда до встречи. Заглядывай, когда будет время.

— Обязательно, — улыбнулся я, думая, что возможно действительно навещу этого чудака ещё раз.

— А! Это… — он забежал за стойку и вытащил оттуда небольшой мешочек, перевязанный красной лентой. Я удивленно осмотрел его, когда Луциан всучил мешок мне в руки. — Тут сладости для твоего мелкого брата. Я видел, как он пускал слюни в прошлый раз.

Рассмеявшись, я положил мешочек в свою поясную сумку и поклонился.

— Спасибо большое.

— Не хочешь купить что-нибудь себе? Сделаю скидку.

Я посмотрел на огромные стеллажи со сладостями и меня передёрнуло.

— Н-не стоит. Я не очень люблю сладкое.

Он выгнул свою тонкую бровь и посмотрел на меня так, словно я был врагом человечества. В его взгляде читалось: «Ты что ненормальный? Абсолютно все любят сладкое». Я неловко улыбнулся и попятился к выходу.

— В общем спасибо за всё, господин Луциан, до свидания!

И прежде чем он успел хоть что-то сказать, я выбежал за дверь.

«Не думаю, что он плохой человек…» — задумчиво произнесла Архи, пока я шёл по торговой улице.

«Ты так говоришь только потому, что он дал нам конфеты, разве нет?» — упрекнул я её, тихо усмехнувшись.

«В-вовсе нет!!»

В такие моменты она безумно напоминала Ризека.

«Ну конечно… Верю».

«Рикс!»

Но если говорить серьёзно, к словам Луциана стоило прислушаться. Подсознательно я и сам понимал, что в Эшире или Роккене мне вряд-ли помогут.

«Что думаешь делать?» — поинтересовалась Архи, уловив изменения в моём настроении.

«С дестабилизацией? Не знаю… Постараюсь намекнуть отцу что было бы неплохо отправить меня в Асмант...»

«И ты думаешь, это сработает?» — я чувствовал что она едва ли не закатывает глаза, а её голос был пропитан сарказмом.

«Эй, ты меня вообще-то поддерживать должна!»

«Да-да…»

С самого перерождения я думал о том, чтобы уехать в Асмант и набраться опыта, укрепить барьер маны и лучше контролировать «ядро дракона». Вот только если тогда это было лишь желанием, сейчас стало уже необходимостью.

Дойдя до главной площади, я плюхнулся на лавку, и устало вздохнул. Эта жизнь меня совсем не щадила, подкидывая всё новые и новые проблемы. А ведь мне только восемь лет, ну что за чёрт!

«Архи, тогда ты сказала, что мана перешла вместе со мной из прошлой жизни. Поэтому она не даёт мане этого тела связаться с даром?»

«Да. Поскольку мана перешедшая с тобой из прошлой жизни привязана к твоей душе, образно говоря, а мана этого мира к твоему телу. Мана твоей прежней жизни опредёленно сильнее, поэтому она выталкивает ману этого мира. Но из-за того, что она принадлежит прошлому миру, а не этому, ты не можешь связать её с даром, который теперь существует только в этом мире...»

После моего продолжительного молчания она усмехнулась:

«Наверное, это немного запутано».

Немного?..

О драконы, когда это закончится…

«Поэтому дар продолжает накапливаться, а маны не хватает, потому что её поглощает мана моего прежнего тела… Потрясающе, есть ещё хорошие новости?»

«Мы знаем причину твоей дестабилизации,» — хихикнула Архи, но я не мог разделить её энтузиазма.

Я прикрыл глаза и откинулся на спинку скамейки. Голова шла кругом. Я надеялся, что поход к Луциану прояснит хоть что-нибудь, но в итоге у меня только прибавилось проблем. Со вздохом я поднялся на ноги, приготовившись к длительной поездке домой.

«Ну что, Архи, пойд…»

Я осёкся, уставившись на другую сторону улицы. У меня глюки? Или зрение подводит меня?

Нет, я определённо вижу её…

— Почему…

«Рикс? В чём дело?..» — обеспокоенно спросила Архи, но я, кажется, даже не услышал.

Я не слышал Архи. Мой взгляд был прикован к Алисии Фернест, которая стояла на противоположной стороне улицы, со своим отцом.

Она выглядела так же, как я запомнил её в таком возрасте. Миниатюрная куколка с большими синими глазами и волнистыми светлыми волосами, в которые были вплетены белые ленты. Этот цвет всегда был её любимым. Она держалась за пальто отца, безучастно оглядываясь вокруг.

Почему она здесь?..

В детстве Алисия часто болела, и её не вывозили в город без крайней необходимости, опасаясь за её здоровье. Поэтому увидев их здесь, на главной площади, я действительно удивился. Взгляд невольно скользнул к высокому тёмноволосому мужчине — Самуэлю Фернесту — отцу Алисии. В прошлом, в последний раз я видел его в шестнадцать лет, на приёме у королевской семьи. Тогда он заметно постарел, на его лице появились морщины, но сейчас он был всё ещё молодым и красивым мужчиной, на которого засматривались многие женщины, проходящие мимо.

Тогда у нас с ним были весьма натянутые отношения, но он терпел меня, потому что я был близким другом его дочери.

«Оу. Только не говори, что это та девочка, с которой ты хотела не пересекаться?»

Оу. Сегодня Архи была на удивление проницательна!

Я знал, что мне лучше уйти, но отчего-то не мог сдвинуться с места. Тоска и грусть сковали моё сердце, когда я смотрел на своего давнего друга, не имея возможности подойти к ней и поздороваться. Я думал, это будет (относительно) легко. По крайней мере, я надеялся, что у меня получится. Просто не сталкиваться с ней, а если такое произойдёт, то игнорировать, и не проявлять никаких знаков внимания... Но, чёрт возьми! Как же мне хотелось подбежать к ней прямо сейчас и крепко обнять.

«Думаю нам лучше уйти…» — тихо проговорила Архи, с сожалением в голосе.

«Хах, да, конечно. Ты права,» — горько усмехнулся я, в последний раз кидая взгляд в сторону подруги.

Не успел я моргнуть, как Алисия вздрогнула, резко повернулась в мою сторону. Словно ведомая каким-то порывам, она бегло осмотрела улицу и, в конце концов, остановилась на мне. Когда наши взгляды встретились, моё сердце ненадолго замерло. А потом произошло что-то странное.

Её глаза всего на мгновение сверкнули ярко-голубой вспышкой, прежде чем она моргнула, прогоняя внезапное наваждение, и отвернулась к отцу, словно не заметив меня вовсе. Это длилось долю секунды, но мне хватило этого, чтобы ощутить острую боль в груди, и неприятное жжение, которое распространялось по всему телу.

«Ч-что за?..»

Ноги подкосились, и я плюхнулся задницей прямо на тротуар, ошарашено наблюдая за Алисией, которая вместе с отцом садилась в подъехавшую карету. Больше она не смотрела в мою сторону, её взгляд был пустым, тёмно-синие глаза не выражали абсолютно ничего.

— Ч… Что это сейчас было?..