{Алисия}

*

Воспитываясь во дворце и являясь членом королевской семьи, ты привыкаешь к многочисленным приёмам и непрерывным светским беседам. Пока в голове лишь желание поскорее убраться из этого общества ты сидишь с приклеенной дежурной улыбкой на губах, мило смеёшься и покорно киваешь, внимая всему, что скажут старшие. Даже если ты с этим «всем» в корни не согласна. Но ты не можешь перечить тем, кто выше тебя по статусу и влиянию, как бы сильно не хотелось вскочить с дивана, сбросив на пол расшитые золотом и жемчугом подушки, и удалиться с гордо поднятой головой, стуча каблучками своих туфель, громко хлопнув напоследок дверью.

Ах, мечты-мечты!

Узнай Джесси, что мою голову посещают подобного рода мысли, пока я нахожусь на встрече со столь почтенными людьми, её точно хватил бы сердечный приступ. Из-за моих частых болезней я довольно редко присутствовала на обязательных, но до ужаса нудных светских мероприятиях, однако, не смотря на это, мои учителя отыгрывались на мне по полной. Ежедневные занятия этикетом вышибали весь воздух из моих лёгких. Иногда в буквальном смысле, ибо некоторые служанки имели привычку слишком туго затягивать корсет на моих платьях. Добавьте к этому жутко неудобные туфли на высоких каблуках, на которых я должна была плыть по воздуху, словно грациозная нимфа, а не ковылять как подбитая цапля, многочисленные слои расшитого тяжёлыми камнями платья, и зачастую около десятка шпилек, впивающихся в мою голову подобно кинжалам, и держащих сложносплетённый пучок моих волос. И в таком состоянии, наряженная как сияющая капуста, я должна была ещё умудряться высказывать всем почести, улыбаться, кокетливо смеяться и надеяться что не упаду в обморок от недостатка кислорода.

В общем, светские приёмы я ненавидела всей душой.

И пусть сейчас на мне не было туго затянутого корсета, и шпильки не кололи мою голову, чувствовала я себя так же неуютно.

Прямо над моим ухом надоедливой мухой жужжал чрезмерно подвижный для своих лет король Роккена. Активно жестикулируя, он перескакивал с темы на тему так быстро, что я давно престала следить за ходом беседы. Мой взгляд метался от одной роскошно украшенной стены до другой, надеясь хоть за что-нибудь уцепиться и удержать внимание. Тщетно. Голова наливалась свинцом, меня клонило в сон. Уставившись в одну точку, я вертела в руках чашку с уже давно остывшим чаем. А когда вообще началась эта встреча и как долго мы тут сидим? Мы прибыли в Асмант рано утром, а сейчас уже перевалило за полдень.

Над ухом послышался раскатистый смех роккенского короля, после чего он повернулся к Маркусу:

— Я так рад, что вы всё-таки смогли посетить эту встречу принц Маркус. Я слышал, что в академии вы являетесь подающим большие надежды студентом и для нас большая честь, что вы смогли уделить время этому мероприятию, — король Роккена добродушно улыбнулся, его тёмно-рыжие усы смешно дёрнулись. Маркус тоже дёрнулся, только не смешно, а скорее нервно и выдал напряжённую, но вежливую улыбочку. — И вы тоже леди Алисия, — король Роккена обратился ко мне так неожиданно, что я чуть не выронила чашку из ослабевших пальцев. Этот мужчина отлично умел выводить людей из равновесия. — Всегда приятно видеть, как молодые люди заинтересованы в будущем своей страны. Особенно, что в этом самом будущем вполне возможен наш скорый союз.

Затем он многозначительно посмотрел на короля Эриана, а мы с Маркусом не менее многозначительно переглянулись. У наследного принца Эшира было такое лицо, словно он съел корзину лимонов, а потом запил чистым спиртом. Я могла лишь догадываться, насколько сильно его утомили разговоры о предстоящей женитьбе.

Когда стрелка часов завершила очередной круг и я, кажется, отсидела себе всё, что только можно, глава верховного совета Ашер вдруг предложил:

— Почему бы нам с дорогими гостями не прогуляться в саду за Залом Собраний? Конечно, он никогда не сможет сравниться с величием королевских садов Эшира и Роккена, но, уверяю, там есть на что взглянуть.

Он посмотрел на нас своими пугающими чёрными глазами, а когда его взгляд остановился на мне и он изогнул губы в холодной улыбке, мне нестерпимо захотелось встать и убежать. Было в этом Ашере что-то недоброе, склизкое, как у ядовитой змеи.

Однако, не смотря на отталкивающий вид, его идея пришлась мне по вкусу. Было всё равно куда идти, главное встать с этого дивана, выпрямиться во весь рост, размять затёкшие мышцы и перестать слушать болтовню роккенского короля. Видят драконы, ещё немного, и я точно усну.

Во главе с Ашером наша процессия двинулась вдоль просторного коридора; прохладный ветерок, просачивающийся сквозь полуоткрытые окна, холодил моё разгорячённое лицо и понемногу возвращал к жизни. Король Роккена не переставая о чём-то воодушевлённо рассказывал, и пока дядя Эриан с Ашером внимательно его слушали (или делали вид, что слушали), мой отец с хмуром видом шагал чуть позади, изредка кивая на некоторые реплики. Мы с Маркусом хвостиком плелись следом, но, в конце концов, отстали настолько, что до нас долетали лишь обрывки разговоров.

— Ужас, — прошептал Маркус, взяв меня под руку. — Как человек может говорить так много, да ещё и так нудно?

Я улыбнулась, похлопав его по руке.

— Думала, ты давно привык к подобному. — В конце концов, Маркус присутствовал на всех светских мероприятиях с самого младенчества и натерпелся явно больше моего.

Он взглянул на меня с кислым выражением лица.

— К такому невозможно привыкнуть, а учитывая, что этот человек, возможно, мой будущий тесть, становится совсем тошно.

Моё только что поднявшееся настроение сразу испортилось, когда Маркус затронул тему свадьбы. Мы замедлили шаг, ещё сильнее отстав от впереди идущих, а потом и вовсе остановились. Коридор Зала Собраний был просторным светлым и пустым. Казалось, кроме нас во всем замке больше нет людей. Даже не знаю, нравилась или пугала меня такая перспектива. В отличие от вечно шумного королевского дворца Эшира или кипящего бурной деятельностью поместья Фернестов здесь было слишком тихо. Даже эмоциональные выкрики роккенского короля скрылись за многочисленными коридорными поворотами. Стало так тихо, что я неосознанно понизила голос до шепота, когда спросила:

— Ты видел её? Принцессу?

Взгляд ярко-синих глаз Маркуса прошёлся сначала по мне, потом взметнулся к позолоченному потолку, и, в конце концов, упёрся в пол. Маркус вздохнул.

— Видел. Когда в прошлый раз приезжал из академии и отец взял меня на деловую встречу.

— И?

Честно мне не хотелось продолжать этот разговор, видя каким убитым становился Маркус с каждым сказанным словом, но я не успела удержать язык за зубами.

— И я говорил с ней. Недолго. Она, бесспорно, очень красива, умна и образована. А видела бы ты её волосы — настоящее пламя. Вот уж точно потомок восставшего из пепла феникса. Но с первого взгляда стало очевидно, что мы слишком разные, и никогда не сойдёмся ни во взглядах, ни в жизненных целях.

Отпустив мою руку, Маркус подошёл к окну, откуда открывался вид на главную улицу. Черноволосые и черноглазые асмантцы сновали туда-сюда, занимаясь своими делами, а Маркус наблюдал за ними, цепляясь взглядом за каждый мелькающий силуэт. Я молча встала рядом, и, взглянув на незнакомый пейзаж, вдруг поняла что злюсь. Очень сильно злюсь. На эту дурацкую поездку, на роккенского короля, на всю ситуацию в целом, на себя, что не могу должным образом приободрить Маркуса. Внезапно мне захотелось что-нибудь разбить, и моя магия, которую я запрятала глубоко внутри ещё в карете, с радостью отозвалась на мой зов. На улице поднялся ветер такой силы, что сбил с ног ни в чем не повинного садовника, подстригающего огромный куст ярко-красных роз. Мужчина шлёпнулся на землю, испуганно осматриваясь по сторонам и в растерянности хлопая глазами. Мне тут же стало стыдно за столь внезапный порыв, и я поспешила успокоить, загнать свою силу обратно в клетку.

Я оплошалась. Забыла, насколько сильно воздух здесь заряжен маной и что стоит мне только подумать, как моя собственная мана тут же отреагирует. Я до боли сжала руки в кулаки, и ветер на улице постепенно успокоился. Садовник поднялся с земли, снова осмотрелся, и, не заметив ничего странного, вернулся к розам. Я облегчённо вздохнула — кажется, он не пострадал.

Стоящий рядом Маркус и бровью не повёл, хотя не ног не заметить всплеск моей силы. Его взгляд всё ещё был устремлён к городской площади.

— Знаешь, — вдруг сказал он, не отрывая глаз от окна. — На самом деле я бы не думал об этом так много, если бы не было той, кто мне действительно нравится.

Его неожиданное признание огорошило меня так сильно, что я забыла, как пару секунд назад чуть не угробила человека, и стремительно развернулась к Маркусу.

— Что?

Маркус наконец оторвался от окна, посмотрел на меня и улыбнулся. И его улыбка была до того печальной, что у меня защемило сердце, а к глазам подступили слёзы.

— Она тоже учится в академии, и знаешь, она потрясающая.

— Ох, Маркус…

Это было так привычно. У нас никогда не спрашивали, чего мы хотим, кого мы любим и не давали права выбирать. За нас всё решали, мы с самого начала знали, что так и будет. Мы привыкли к этому. И поэтому было так больно.

— Заведомо провальная идея, если честно, — невесело рассмеялся Маркус. — Она простолюдинка и тут думать нечего, но знаешь, хочется иногда помечтать о том, как бы сложилась наша жизнь, будь мы свободными с правом на выбор.

Я положила голову на плечо Маркуса, прикрыла глаза.

— И правда, только в наших мечтах.

Несколько мгновений мы стояли молча, только пение птиц и шум ветра прерывали мёртвую тишину.

— Как её зовут? — мне вдруг захотелось разузнать всё о девушке, которая могла понравиться моему брату, и в тоже время я с тоской подумала о Линетт, теперь уже безответно в него влюблённой.

— Кэтрин, — он вздохнул и прислонил свою голову к моей. — Не волнуйся, я обязательно вас познакомлю, например, на моей свадьбе с роккенской принцессой, — добавил с едким смешком, и я не знала смеяться мне или плакать. Хотелось делать и то и другое, но я не сделала ничего.

Интересно, выбрали уже и мне пару, или моё время ещё не пришло?

— Не грусти, Сия, — сказал Маркус после затянувшегося молчания.  — Мы оба знаем, что по-другому быть не может, так что не стоит горевать по пустякам.

— Твои чувства не пустяк Маркус! — заявила я, горячо и яростно, чем немало удивила первого принца. Он смотрел на меня одно долгое мгновение с нечитаемым выражением лица, а потом усмехнулся и погладил по волосам.

— Спасибо Сия. Я рад, что рассказал именно тебе, — Маркус взъерошил мою прилизанную причёску и отступил на шаг. — Нужно догнать остальных, а то мы пропустим все невероятно увлекательные истории роккенского короля.

К нему возвращался былой задор, это хорошо. Но недавний разговор тяжёлым грузом висел в воздухе, и мне не хотелось возвращаться в общество короля с его рыжими усами и главы совета с противной улыбочкой. Я схватила Маркуса за руку, когда он развернулся чтобы уйти.

— Стой! Давай не пойдём.

— Нет? — он изогнул бровь. — И что же мы будем делать?

— Погуляем вдвоём, осмотрим замок сами. Всё равно здесь нет людей, — предложила я, игнорируя тот факт, что мой отец будет страшно обеспокоен моим отсутствием. Потом я попрошу прощения, но сейчас ни за что не вернусь в их общество.

— Когда ты стала такой авантюристкой, Алисия? — глаза Маркуса весело сверкнули. — Сначала сбегаешь из дома без разрешения отца, теперь предлагаешь улизнуть с важной встречи…

— Нудной встречи, — поправила я и улыбнулась, разводя руки в стороны: — Но ты волен выбирать сам, если тебе больше по душе компания болтающего без остановки короля, я не стану останавливать.

Маркус задумчиво почесал подбородок, будто в действительности взвешивал все «за» и «против», а потом усмехнулся, протягивая мне руку:

— Похоже, сегодня всем королям придётся обойтись без моего прекрасного общества.

Рассмеявшись, я взяла его за руку и мы побежали.

*      *      *

Казалось, Зал Собраний состоял из бесконечных коридоров и только. Пару раз мы натыкались на комнату с музыкальными инструментами, гостевую, и что-то напоминающее обеденный зал. И лишь раз нам попался человек, в виде тёмноволосой служанки, которая увидев нас испугано ойкнула и, раскланиваясь до земли, поспешила удалиться.

— Все асмантцы такие приветливые? — Маркус проводил убегающую девушку взглядом и вздохнул. — Я уже начинаю скучать по шуму королевского дворца.

Поплутав по безлюдным коридорам ещё немного, мы вышли к большой двустворчатой позолоченной двери и остановились.

— Думаешь, удача наконец улыбнулась нам?  — спросил Маркус толкая двери, которые на удивление легко поддались.

Не знаю, улыбнулась нам удача или нет, но за дверью оказалась библиотека. Точнее что-то похожее на библиотеку. Небольшое помещение с огромным количеством окон и из-за этого залитое ярким светом. Несколько деревянных стеллажей наполненных книгами, тесно прижатых друг к другу на одной стороне, пару столов и кресел для чтения на другой. Картины на стенах, одиноко стоящее растение у окна, бардовый ковер на полу — вот и всё убранство этой комнаты.

Конечно, это место ни в какое сравнение не шло с нашей домашней библиотекой, но запах старых книг и пыли был знакомым и привычным, отчего мне сразу стало спокойнее. Маркус тоже заметно расслабился, тихо прикрыв дверь и проходя вглубь комнаты, бесшумно ступая по махровому ковру. Недолго думая я последовала за ним — мне тоже было интересно узнать, что же хранится в асмантской библиотеке.

Не успели мы дойти до середины комнаты, как услышали позади себя тихий шелест страниц и хлопок, с которым закрывают книгу. Обернувшись, я удивилась, как мы сразу не заметили находящегося здесь человека, чьё чтение мы, судя по всему, нагло прервали. Незнакомец с ленивой элегантностью снял очки, сложил дужки и положил на стол. Потом поднялся с кресла, повернулся к нам и улыбнулся.

Это был молодой парень, по виду не старше Маркуса, с привычными для асмантца чёрными, убранными в низкий хвост волосами, но с непривычно светло-голубыми, почти что прозрачными глазами. На фоне его смуглой кожи они сияли как два алмаза, и, признаюсь честно, я не сразу смогла оторвать от него взгляд. Так наша троица и стояла в тишине: мы с Маркусом осматривали незнакомца, а незнакомец с улыбкой глядел на нас. И улыбался он так, словно давно нас знал, словно мы были старыми друзьями, которые встретились после долгой разлуки.

— О, — сказал он звонким весёлым голосом. — Вы наконец пришли!

*