Это было больно.

Это было чертовски больно.

Сканирующее заклинание, которое использовал Руделиус, обожгло мои органы, и сейчас я не мог пошевелить даже пальцем руки.

Лёжа на неудобной кровати, я прожигал взглядом потолок, проклиная весь мир.

«Т-ты в порядке?» — поинтересовалась Архи, очень плохо скрывая рвущийся наружу смех. Её эта ситуация явно забавляла.

«Лучше не бывает,» — фыркнул я, принимая четные попытки пошевелиться.

Я лежал без движения уже порядком часа два и безумно задолбался если честно. Сканирующее заклинание расслабляло все мышцы до такой степени, что человек на несколько часов превращался в огромную неподвижную консистенцию и мог разве что говорить, но и то отрывками.

В общем, быть подопытным кроликом на столе у Руделиуса мне не особо нравилось, но про настоящую причину дестабилизации я сказать не мог, поэтому приходилось страдать и терпеть.

«Какова вероятность, что они не посчитают меня сумасшедшим, если я расскажу им правду?» — мысленно поинтересовался я, наблюдая за скользящими по стене солнечными лучами.

«Нулевая,» — тут же последовал ответ, который вконец убил все мои мнимые надежды и заставил со вздохом прикрыть глаза, смирившись со своей участью.

На самом деле я немного переживал, что Руделиус увидит гораздо больше, чем следует. Он казался очень сильным, даже гораздо сильнее Луциана с его-то уникальным даром.

«Архи, как думаешь, каким элементом обладает Руделиус?»

Хоть в какой-то момент он показал свою настоящую силу, я не смог уловить родство хоть с каким-нибудь элементом. Его сила, казалось, искажала само пространство. Она принадлежала каждому элементу и одновременно не была связана ни с одним из них. Никогда прежде я не чувствовал ничего подобного и это было странно.

«Ммм, не знаю. Не могу понять…» — Архи тоже разочарованно вздохнула и замолкла. Похоже, даже для её способностей есть пределы.

Повалявшись ещё порядком получаса, я, наконец, смог немного пошевелить рукой. Похоже, побочные действия сканирующего заклинания начали спадать.

— Ну, как ты себя чувствуешь, малец? — словно услышав мои жалкие попытки подняться, в комнату бесшумно вплыл Руделиус. На его бледном лице всё так же сияла лёгкая улыбка.

Я скосил глаза в его сторону и недовольно фыркнул.

— Знаете, бывало и получше.

Он хрипло рассмеялся и махнул рукой:

— Хо-хо, не сердись на меня. Не все заклинания просты в применении, некоторым требуется много времени, чтобы обнаружить проблему.

— И вы нашли эту проблему? — оживился я, с глухим стоном приподнимая своё бренное тело.

Улыбка тут же исчезла с его лица, небесные глаза пристально впились в моё лицо.

— Думаю, нам с твоим отцом многое надо обсудить.

Ой-ой, надеюсь, он не раскопал что-нибудь чего я не смогу объяснить.

«Не волнуйся, если что-то пойдёт не так, просто скажешь что пришёл из другого мира. Точнее вернулся в прошлое. Можешь называть это планом А!»

План А…

М-м-м, стоит ли говорить, что поддержка от Архи отвратительна?..

«Хороший план, определённо. Но воплощать его в жизнь я, пожалуй, не буду».

«Ты многое теряешь, не прислушиваясь к моим советам!» — хмыкнула она, заставив меня вспомнить сколько раз из-за таких вот «советов» всё могло полететь к чертям.

Да, сегодня я действительно лучше воспользуюсь планом Б.

«А у нас есть план Б?» — недоверчиво поинтересовалась моя ежедневная головная боль, когда я кое-как сполз с кровати и поплёлся за Руделиусом.

«Нет, плана Б у нас нет, но мы его придумаем, дабы не использовать твой несомненно гениальный план А».

Я почувствовал, как она вспыхнула в порыве злости.

«Неблагодарный!»

Помещение, в которое привёл меня Руделиус, оказалось чем-то вроде кухни, с большим овальным столом, несколькими деревянными шкафчиками, висящими вдоль стены из белого камня, и такого же цвета небольшой печи. В ней стоял чугунный котелок, в котором булькало что-то зелёное, слабо пахнущее какой-то травой, напоминающей мяту. Этот запах распространялся, медленно наполняя всю комнату. Так же неизменным атрибутом являлось огромное, во всю противоположную стену окно, которое было занавешено легким полупрозрачным тюлем, и полуденное солнце не слепило нам в глаза.

Я осознал это только сейчас, но после сканирующего заклинания я провалялся порядком четырёх часов, и теперь жутко хотел есть… Отец поднял меня на рассвете, я не успел толком позавтракать, потому что мама и Ризек всё ещё спали. Обед я пропустил, провалявшись на неудобной койке, и сейчас мой взгляд невольно бегал по шкафчикам, в надежде найти хоть что-нибудь съестное.

Руделиус хрипло усмехнулся, подталкивая меня к столу.

— Думаю, ты немного проголодался, пока лежал столько времени.

«Немного? Да твоими капающими слюнями можно затопить весь континент!»

«Клянусь, ещё одно слово и я собственноручно вытащу тебя из своей головы!»

«Пф!»

Я не стал тратить силы на пререкания с Архи, потому что Руделиус поставил перед моим носом тарелку с чем-то очень вкусно пахнущим, по виду напоминающим рагу. Я тут же набросился на еду, пробубнив слова благодарности. Руделиус тихо рассмеялся моей реакции, Архи же только фыркнула.

Когда я уже почти расправился со своей порцией, на кухню неспешно вошёл отец. Увидев меня, он пристально оглядел моё тело не предмет видимых повреждений, и, не заметив ничего такого, облёгченно выдохнул. Похоже, он всё же беспокоился обо мне.

— Прошу прощения за манеры моего сына, — он шумно опустился на соседний стул, достал из кармана платок и вытер им мой заляпанный рот. Я неловко улыбнулся.

Извини пап, но когда ты голоден, то не до этикета и манер…

Руделиус, видимо, был солидарен со мной в этом вопросе, поэтому просто махнул рукой, и поставил перед нами две чашки с напитком. Запах отдалённо напоминал то, что бурлило в печи и распространялось на всю комнату.

— Ну, раз уж вы оба здесь, полагаю, можно начинать.

Он сел напротив нас, немного отпивая из своего стакана. Я тут же напрягся, откладывая столовые приборы и сосредотачивая всё своё внимание на целителе. Уверен, отец сделал то же самое.

После нескольких секунд безмолвия, которые показались мне вечностью, Руделиус сложил руки в замок и, наконец, заговорил:

— Сперва следует сказать, что мана Рикса действительно очень нестабильна. Я ощущаю её в большом количестве, даже с переизбытком, что, вероятно не очень хорошо для такого юного организма, но отчего-то она не поддаётся контролю... И это странно.

Ожидаемо, он почувствовал то же самое, что и я при последнем использовании дара. Но сможет он увидеть, что эта мана из моей прошлой жизни?

Руделиус перевёл взгляд на моего отца и продолжил:

— У мальчика довольно крепкий барьер маны, и сейчас это единственное, что сдерживает «ядро дракона» от взрыва в его теле.

— Что?! — воскликнули мы с отцом одновременно, даже Архи испуганно пискнула в моей голове.

Серьёзно?! Только барьер маны сдерживает мой дар от того чтобы вырваться наружу и снова разнести всё вокруг?..

— Н-но, Господин Руделиус,  — дрожащим голосом начал отец. — Как это возможно?.. Взрыв «ядра дракона» на начальной стадии поглощения…

Я энергично закивал головой, не в силах вымолвить ни слова. Казалось, шок лишил меня дара речи.

— Это далеко не начальная стадия поглощения, — покачал головой Руделиус. Его глаза опасно блеснули, когда он взглянул на меня. — Разве ты не заметил, Алчер? Мальчик поглотил почти весь дар. Ещё каких-то пару месяцев и он сформируется окончательно.

Пару месяцев… Мои глаза округлились от ужаса, когда я это услышал. Это было ненормально… Абсолютно ненормально… Никогда дар не развивался в теле с такой скоростью.

Я и раньше чувствовал, что в этот раз сила перетекает в моё тело гораздо быстрее, но думал, что это было связано с интенсивными тренировками, и никак не ожидал, что поглощу дар к неполным девяти годам жизни…

Поглощение силы обычно начиналось лет с пяти-шести, и длилось на протяжении всего детства и юности. Дар окончательно перетекал в тело носителя лишь к двадцати годам, если не позже. Мой отец считался особенным даже по меркам хранителей, потому что он завершил формирование дара в шестнадцать. В прошлом я был на стадии завершения в восемнадцать лет, но переродившись… в восемь?! На десять лет раньше нормального срока я полностью поглотил самый могущественный дар на континенте, когда сам только недавно научился читать и писать!

Нет, серьёзно?..

Будь на моём месте обычный восьмилетний рёбенок с присущим ему умственным развитием, то он, возможно, даже и не понял бы всю серьёзность ситуации, но я сейчас откровенно паниковал.

Мой отец тоже выглядел ошеломлённым (это очень мягко выражаясь). Я мог видеть, как в его янтарных глазах непонимание меняется на ужас, после на панику, а потом и вовсе на настоящий страх.

Наверное, сейчас мы думали примерно об одном и испытывали похожие чувства…

— К-как…

Единственное что произнёс мой отец, прежде чем вытянуть руку ладонью вверх, и прошептать заклинание вызывающее чёрный огонь. Я с надежной смотрел на него, молясь всем известным мне богам, но то, что увидел, резко вернуло меня на землю, в суровую реальность, в которой наши желания ничего не стоили.

Да, его руку обвил огонь… но он был абсолютно обычным… Ярко-оранжевые язычки пламени плясали на его ладони, отбрасывая причудливые тени на наши лица.

Он сжал руку в кулак, — огонь тут же исчез — и повернулся к целителю с бледным как мел лицом.

— Я не понимаю…

Только за эти несколько часов я увидел столько эмоций отца, сколько он ни разу не показывал за все мои восемнадцать лет прошлой жизни.

— Рикс, попробуй сделать так же, — вдруг попросил Руделиус, мягко улыбаясь.

Меня передёрнуло, а по спине пробежал холодок. Я в шоке уставился на старика, одним взглядом спрашивая «ты что, спятил?». Ты сам минуту назад сказал, что моя мана нестабильна, а разрушительную силу сдерживает только шаткий барьер, и теперь просишь, чтобы я вызвал эту силу, которую не смогу контролировать?

Это старческий маразм или он просто самоубийца?

Отец так же не оценил его предложения, поэтому резко вскочил со стула, загораживая меня собой.

— При всём моём уважении, господин Руделиус, но то о чём вы просите это просто безумие!..

Безумие… бери выше папа.

— Хо-хо, не будь таким категоричным Алчер, — как ни в чём не бывало, рассмеялся старик. — Неужели ты не доверяешь мне?

Мой отец осёкся, опуская голову.

— Доверяю, но…

Я! Я не доверяю! Я вижу этого человека первый раз, и он говорит мне использовать силу, которая в данный момент может меня убить! У меня есть веские причины не доверять ему!

— К тому же я уверен, что у мальчика есть несколько приёмов, которые не позволят случиться чему-то ужасному, так ведь? — усмехнулся Руделиус и подмигнул мне.

Я в недоумении уставился на него.

Что он имел в виду, говоря про несколько приёмов? Про какие приёмы он говорил? Неужели он подразумевал Архи? Он почувствовал её ману?

«Что думаешь?» — мысленно обратился я к ней, понимая, что отец вряд ли переубедит этого старика.

«Можно попробовать,» — ответила она, дрожащим голосом. — «Если выпустишь совсем немного пламени, ничего не случиться… Просто будь предельно сосредоточен».

«Хорошо...»

Я потряс руками в воздухе, прогоняя остатки волнения. В конце концов, я не могу вечно бояться этой силы, мне нужно ей овладеть. Тут папа и Руделиус и Архи, всё должно быть хорошо.

Глубоко вздохнув, я подставил ладони солнечному свету, и начал проговаривать давно заученные слова.

Я чувствовал, как сила проходит по моим рукам, как струится по венам под кожей, как просачивается в кости, как откликается на мой зов. Она огибает преграду в виде барьера, мана не способна сдержать такой поток силы, и она вырывается наружу.

Чёрный огонь вспыхнул на моих ладонях, так внезапно и резко, что всё тело обдало жаром. Огонь хаотично танцевал в воздухе, разрастаясь в масштабах, а когда я хотел сжать его, он, будто насмехаясь над моей беспомощностью, перебежал мне на руки ближе к локтям, и вот уже почти охватил плечи.

— Достаточно.

Я услышал чей-то голос, достаточно громкий, чтобы полностью оглушить меня. Наверное, это Руделиус... Чёрное пламя стало понемногу отпускать мои руки, я больше не ощущал этой странной тяжести на своих плечах.

Я выдохнул, почти с облегчением, прежде чем мои ноги подкосились, и я свалился на пол.