Как бы увиденное ни поразило Риша, выходной он решил не отменять, таки просидев несколько часов в компании удочки и красного вина. Совсем неэлегантные пластиковые стаканчики совершенно не портили вкуса чудного напитка, благодаря чему парень приговорил бутылку целиком. Поборов желание сходить ещё за одной, так как он не какой-то старый алкоголик, а между прочим, личность возвышенная и культурная, парень побрёл домой. Улов, как таковой, отсутствовал, ведь рыбаком он оказался паршивым. Пара мелких рыбешек, которых даже коту было бы стыдно показать, одиноко плавали на дне начисто вымытой стеклянной бутылки. Зачем он несёт их домой, Риш старался не задумываться. Уж явно не для того, чтобы показать своим девочкам, что он добытчик.

Когда парень, наконец, добрался до дома, на лес опустился полумрак. В окнах кухни горел тёплый свет, говорящий о том, что его кто-то ждёт. По крайней мере, ему хотелось на это надеяться. Тихо приоткрыв дверь, он неуклюже ввалился в коридор, скинул ботинки и, усталый, но счастливый, направился прямиком к источнику света. Там, как он и думал, его ждали. Валери, не отрываясь, немного озадаченно смотрела на настенные часы, то и дело громко вздыхая. Утреннее происшествие по-прежнему не давало её душе покоя, от чего девушка весь день просидела как на иголках.

— Добрый вечер, миледи, — ведьмак плюхнулся на стул напротив, раскинув руки на столешнице и уложив на неё щеку. — Что сегодня на ужин?

Девушка вздрогнула, переводя рассеянный взгляд на брата, будто видела его впервые.

— Ты пришёл?

— Конечно, пришёл, куда я денусь? — лениво отозвался ведьмак, протянув ей бутылку. Валери перевела озадаченный взгляд с парня на подношение, приняла сей скромный дар и с любопытством заглянула внутрь.

— Ты приносишь их в жертву ради ухи? — поинтересовалась девушка, поднимая рыбок из бутылки с помощью водных пузырей. — Иначе я даже не представляю, зачем ты притащил этих малышей в наш дом.

— Это подкуп!

— Подкуп? — не поняла ведьма. Риш лишь отмахнулся от неё, повернув голову на другую сторону. Копна рыжих волос рассыпалась по столешнице, накрыв её медным покрывалом. — Кого ты этим подкупать собрался?

— Тебя.

— Маловато будет.

— Мал золотник, да дорог!

Валери не смогла сдержать искренней полуулыбки, наблюдая за тем, как брат морщит нос и лоб, когда говорит. Дурашливый, расслабленный, чудной. Порой она не могла поверить, что этот мужчина не какой-то там мальчишка, а многоуважаемый Древний, которого в прежнее время другие ведьмы почитали, подобно святому. Древний… одно лишь это слово вызывало дрожь во всём теле. Древними звали тех, кто прожил более тысячи лет, тех, кто познал истинные силы матери-природы и вышел за рамки своей стихии. Чаще всего древние становились верховными ведьмами ковена, за которыми негласно, а что самое главное, добровольно следовали все остальные члены семьи. Но Риш был другим. Хотя бы то, что он являлся мужчиной, уже многое делало непонятным и неправильным. Мужчина не может быть ведьмой — это непреклонная истина, однако существование Феличе ставило это утверждение под вопрос. Сам парень звал себя ведьмаком, но тем, кто был более или менее знаком с представителями данной расы, это казалось очевиднейшей ложью. Во-первых, ведьмаки не живут более восьми веков! Но если верить словам Риша, ему уже более двух тысяч лет. Во-вторых, ведьмаки не владели силами изначальных элементов — огня, воды, воздуха, земли и времени. Опять же, Феличе был исключением, что наталкивало на разумный вопрос: «Кто он такой?». Чудо, сотворённое природой, или же гомункул, химера, созданная благодаря алчности и безумию ведьм? Химера. Сердце в груди болезненно сжалось от воспоминаний. В голове настойчиво всплыл образ мальчишки: широкая улыбка, огромные малахитовые глаза и русые кудряшки. Он смеётся, забавно оттягивая и так оттопыренные ушки, показывает язык. Но не успевает тёплое чувство разлиться в душе девушки, как один кадр сменяется другим. Всё тот же мальчик, но уже повзрослевший. Потухшие безжизненные глаза, окровавленный рот и тихий, пробирающий до костей шёпот:

— Ты убила меня!

Тряхнув головой, Валери отогнала наваждение, надёжно заперев его где-то глубоко в омутах памяти. Рыбки по-прежнему плавали в пузырях, пытались выбраться за пределы импровизированного аквариума, но, натыкаясь на невидимое препятствие, разворачивались и плыли в другую сторону. Оторвавшись от залипательного зрелища, ведьма вновь вернула своё внимание брату.

— Как прошел твой выходной?

— Честно признаюсь, боялся, что незваные гости испортят мне все планы. Но надолго они не задержались, поэтому мне хватило времени выполнить задуманное, — он блаженно улыбнулся, вернулся в сидячее положение и сладко потянулся. — А у вас как без меня дела шли?

— А у нас — проблемы с самого утра. Сначала Юлю свалил приступ. Потом Хель, в очередной раз, подорвала котел. Оля устроила истерику из-за сломанного ногтя, а я так испереживалась, что спалила ужин. Пришлось воспользоваться доставкой. В общем, всё как обычно, ничего нового, — глава попыталась беззаботно улыбнуться, но беспокойство давало о себе знать. Нижняя губа предательски подрагивала. Да и глаза, темные и опустошённые, словно олицетворяющие самую глубокую печаль. Расслабленность Риша как рукой сняло. Нахмурившись, он поставил локти на стол, сплёл пальцы вместе и опустил на них подбородок.

— Ну, Оля и Хель чудят без изменений. Из-за них ты бы так не нервничала, — догадался парень. — Приступ был настолько серьёзным?

— Думаю, да, — Валери кивнула и закусила губу. — Ты же знаешь, у Юли очень высокий болевой порог. Поэтому, когда я увидела её, сжавшуюся в комок и тихо всхлипывающую, меня пробил озноб. Её тело свело судорогой, а спустя какое-то время она лишилась чувств. Какую же агонию она испытывала, Риш? Я так боялась, что не смогу ничем помочь…

Валери всхлипнула, однако глаза оставались сухими. Риш мягко накрыл руки девушки ладонью и почувствовал, какие они холодные.

— Почему не сообщили мне?

— Не было времени. Да и мы просто растерялись. Нужно было срочно что-то решать, и все мои мысли кружились только вокруг одной задачи — облегчить страдания. Благо, у меня это получилось, — уголки губ чуть приподнялись. — Спустя несколько минут Юля пришла в себя, сказала, что боль отступила, выпила лекарство и, никого не слушая, выскочила из дома. Глупая… А когда она ушла, надобности звать тебя уже не было.

— И где она сейчас? — осторожно поинтересовался Риш, уже зная ответ. Валери ждала вовсе не его! Она ждала ту, что так безответственно относилась и к своей жизни, и к беспокойству окружающих. Она ждала Асмус.

— Я не знаю, — подтвердила её мысли глава. — Ещё не возвращалась.

— Вот же ж…

Феличе подскочил на ноги и хотел было отправиться прочесывать лес самостоятельно, когда входная дверь бесшумно открылась и на пороге появилась она. Причина его невосстанавливающихся нервных клеток — Юлия Асмус собственной персоной. Заметив Риша и Валери, Темная небрежно махнула им рукой, так, будто ничего не произошло.

— Чего кислые такие? Кто-то умер?

Неуместная шутка лишь больше подливала масла в огонь разрастающегося гнева.

— Ты совсем уже с катушек слетела? — тихо, почти неслышно прошептал ведьмак сквозь зубы, сжимая кулаки. Глаза угрожающе блеснули золотым. Асмус озадаченно вскинула бровь, сложила руки на груди и ощетинилась. Она терпеть не могла, когда кто-то безосновательно наезжал на неё. И сейчас, в её системе координат, Риш именно этим и занимался.

— С чего это ты так решил? — почти тем же тоном вторила она брату. Он молчал. По глазам было видно, как он старательно подбирает слова, но давалось ему это с трудом. Решив получить ответ на свой вопрос без посторонней помощи, ведьма вгляделась в лицо понурой главы, и всё тут же встало на свои места. — А, так вот оно что. Валери уже успела доложить об утреннем случае! — скорее утверждала, чем спрашивала Темная. — Я знаю, что ты сейчас скажешь: «Чем ты думала, уходя из дома? Это же опасно! Ты могла умереть, и мы бы ничем не смогли тебе помочь!» и что-то ещё в этом духе. Но я всё равно не понимаю, чего ты так взъелся. Это моё здоровье, не твоё. И мне решать, что и как делать.

— Ты… ты… у меня просто слов нет! — пышущий яростью парень обессиленно опустился на стул, указывая на соседний. — Сядь! И даже не думай спорить! Просто сядь!

— Я тебе не собака, чтобы мне команды давать, — Юля недобро прищурилась. — Если это просьба, то я не услышала «волшебного» слова.

Риш скрипнул зубами, шумно выдохнул и постарался взять себя в руки. Нет, он, конечно, мог сказать кое-какое волшебное слово, чтобы эту занозу пришпилило к полу без возможности подняться, но тогда, зная нрав Асмус, дело бы точно закончилось дракой. Эта дурёха опять перенапряжется, израсходует много маны и свалится от очередного приступа боли. А этого ему очень не хотелось.

— Сядь рядом со мной, пожалуйста.

В этот раз девушка пререкаться не стала. Молча скинула с плеча рюкзак, опустилась на соседний стул и вперила в брата вопросительный взгляд.

— Итак, Юла, расскажи мне, как твоё самочувствие? — аккуратно начал он, стараясь не вызвать новую волну агрессии с её стороны. Потому что, если девушка вновь начнёт огрызаться, он и сам не вытерпит, вливаясь в новый конфликт. Видимо, Юля подумала о том же самом, потому что лишь передернула плечами, но менее хмурой не стала.

— Бывало и лучше, но я справляюсь.

— Точно всё в порядке? Приступ не повторялся? — Валери с искренним беспокойством заглядывала в глаза Темной, от чего та немного смягчилась и, легко улыбнувшись, кивнула.

— Если бы повторился, я бы здесь не сидела. Беспокоиться не о чем.

— Ты слишком безалаберно относишься к своему здоровью, Юла. Мне это совершенно не нравится, — Риш нервно барабанил пальцами по столу, бесясь от воспроизводимого звука ещё больше. Тук-тук-тук.

— Остынь, дятел. И прекрати стучать. Напрягаешь, — грубо оборвала его Асмус, настойчиво прижимая чужую неугомонную конечность к столу ладонью.

— Я напрягаю? Это ты меня напрягаешь! И не только меня, прошу заметить! Мы же беспокоимся!

— Если я говорю, что беспокоиться не о чем, значит, так оно и есть!

Риш смотрел в черные бездонные глаза и не верил ни единому слову. Он лично видел, как печально обстоят дела с её ядром — свеча практически потухла, мерцая хватающимся за жизнь огонечком на тлеющем фитильке. Зная это, разве можно поверить, что всё в полном порядке? Да чёрта с два!

— И всё равно я настаиваю на том, что сегодня тебе следовало отдохнуть дома!

— Полностью поддерживаю! Твоему телу нужен покой после пережитого стресса! — вклинилась глава, а потом, будто что-то вспомнив, подорвалась с места и кинулась к плите. — Чего мы сидим просто так? Сейчас чаю сделаю ромашкового! Он поможет расслабиться и уснуть!

Риш и Юля хотели было сказать, что в этом нет необходимости, однако, заметив рваные, дерганые движения девушки, решили её не трогать. Чай был не такой уж и плохой идеей. Может, старшим он и не требовался — Риш и так спал без задних ног, а у Юли намечалась ночная смена в больнице — но самой Валери, однозначно, не помешал бы. Последнее время она чаще прежнего залипала в одну точку и принимала всё слишком близко к сердцу, что тоже не являлось хорошим знаком.

— Прекратите меня пилить. Я отдыхала, но на свежем воздухе. Медитировала, пытаясь немного восстановиться. Не знаю, получилось ли, но вроде чувствую себя не так паршиво, как утром, — Асмус устало потерла виски. На бледной коже проступили тонкие голубоватые жилки вен, что делало внешний вид девушки каким-то болезненным. — Кстати, о паршивом. Я встретилась с теми кочевниками, что убили человека в наших лесах.

Валери резко крутанулась в сторону стола, вскинув брови.

— Они не пытались тебе навредить? — зелёные глаза быстро поменяли цвет на бирюзовый и вспыхнули яркими, опасными искрами. — Если они позволили себе лишнего, ты только скажи, я быстро разберусь. А то что-то я дома засиделась. Хотелось бы размять косточки.

— Ой, да брось ты! — Асмус весело рассмеялась. — Они только на угрозы и способны, а когда дело дошло до действий, пошли на попятную. Испугались, несчастные.

— Они посмели тебе угрожать? — Валери передался задорный настрой сестры. На лице расцвела холодная дьявольская улыбка. Облизав пересохшие губы, девушка размяла пальцы, громко хрустнув костяшками. — А они смелые.

— Обещали разорвать на кусочки. Но разве для меня это угрозы? Так, детский лепет, — Темная улыбнулась подобно главе, коварно, надменно… жутко. Риш, находившийся между двух огней, почувствовал каплю холодного пота, скатившуюся по позвоночнику. Куда он, вообще, попал? Он точно уверен, что ему надо беспокоиться за них, а не за себя?

— Можем их убить. Если кто спросит, скажем, что это была самооборона!

— Так, дамы, отставить кровавую расправу! — встрял ведьмак, не дав девочкам прийти к согласию. Не хватало ему ещё бегать за двумя девицами, что гоняют упырей-смертников по лесу. А в том, что они приведут план в исполнение, парень не сомневался. С них не убудет!

— Скучный ты, — Асмус шутливо закатила глаза, показав Ришу язык. Валери тоже хмыкнула, осуждающе покачала головой и вернулась к приготовлению чая. — Фу, таким быть!

— Я рассудительный!

— Ты хотел сказать, душный?

— Юла, молчи! — хмуро попросил ведьмак, чем вызвал очередной приступ смеха у Темной. Смеялась она так заразительно, что сменила гнев брата на милость. Уголки его губ тоже приподнялись в полуулыбке. — Вот же, дурочка. Ладно, рассказывай, как дальше дела обстояли?

— А чего рассказывать-то? Они поняли, что зря быканули и свалили. А дальше ты и сам знаешь. Наблюдал же своими глазами, на пару с Нагини, — девушка высунула язык, продемонстрировав блеклую печать призыва в виде змеи.

— Так и знал, что это твой ужик.

— Тайпан, — поправила его Темная. — Но для душевного спокойствия продолжай думать, что он — уж.

— Тайпан? — вновь оживилась Валери, опуская горячие, приятно пахнущие чашки со светлым напитком на стол. Заинтересованность так и читалась в её глазах. — Могу я одолжить немного его яда? Он достаточно редок и идеально подходит для боевых зелий.

— Да без проблем. Думаю, Нагини не обеднеет, — Юля подмигнула главе, и девушки поспешили обменяться солидарными кивками. Риш обреченно вздохнул, понимая, что дам его уже не перевоспитаешь. Ну, подумаешь, ядами обмениваются. Что в этом такого, правда? Ведь правда?!

— И всё бы было ничего, если бы не одно но, — Асмус резко помрачнела, нахмурившись. — Боюсь, из-за меня у Калленов теперь проблемы.

Феличе понимал, почему сестра так реагирует. В целом, плевать она хотела на Калленов. Но вот был там один блондинистый золотоглазый вампир, который надежно засел в сердце девушки, вызывая такие сложные чувства, как беспокойство и тревогу. Почему Юля была так одержима Карлайлом, ведьмак не знал, но и масла в огонь подливать не собирался. Лениво отмахнувшись, он потянулся и подавил рвущийся наружу зевок.

— У Калленов проблемы из-за живой подружки Эдварда. В этом нет твоей вины.

— Но три злыдни пришли в город из-за меня. Косвенно, я всё же причастна. — Темная сжала чашку двумя руками, царапнув фарфор ногтями. — Должны ли мы им помочь?

— Пока они сами об этом не попросят, мы не будем вмешиваться. Тут и думать не стоит.

— Брат прав. Мы не в том положении, чтобы тратить драгоценные крупицы силы на посторонних, — Рутберг мягко накрыл ладонями руки сестры и ободряюще улыбнулась. Юля долго смотрела в чашку, прежде чем тихо вздохнуть.

— Наверное, вы правы…

А между тем, пока старшие обсуждали насущные дела на первом этаже, Оля, со стоном потерла уставшие глаза. Библиотека тонула во тьме. Лишь тусклый свет от настольной лампы рассеивал эту черноту. Сколько она уже сидит здесь? Час, два? Судя по ощущениям, намного, намного больше. А самое печальное, что сидит бес толку. Буквы в книге — извилистые закорючки — уже расплывались перед глазами, намекая, что блондинке пора бы отдохнуть. Но как она могла позволить себе подобное, если так ничего и не сделала? По началу, когда поиски не заладились, она думала, что ей необходимо развеяться. Но и после прогулки лучше не стало. Она разобралась и в письменности, и в диалекте. Проблема заключалась лишь в том, что на пожелтевших страницах описывалась какая-то никому ненужная фигня — от простейших заклинаний, которые любая уважающая себя ведьма изучала в начале своего пути, и вплоть до глупых сплетен и домыслов, не подтверждённых фактами. И ничего об артефактах. Совершенно ничего! Значит ли это, что она бесполезна? Уже все успели внести свой вклад в выживание, кроме неё. А ведь это Ольга здесь самая начитанная и умная! Тогда почему? Почему же она ничем не может помочь? Стукнув ладонью по столу, она потно сжала зубы, исказив этим самым идеальную линию губ.

— Взбодрись! — призывала девушка сама себя к покою. — Без тебя они не продвинутся дальше! Ты должна разобраться в этой книге! Ты справишься!

Самовнушение помогло, немного отрезвляя и беря лишние эмоции под контроль. Романова прикрыла глаза, собрала небрежный пучок на голове, закрепив его пушистой розовой резинкой, вернула монокль на место и продолжила вычитывать текст, в надежде разузнать, где, в конце концов, находятся артефакты.