Часть 4

На следующее утро.

Харутора наклеил несколько исцеляющих талисманов, чтобы синяки от вчерашних травм исчезли. После того, как он зашёл в классную комнату, парень сразу ощутил, что атмосфера казалась немного странной. Хотя он не мог сказать почему, но она отличалась от двух предыдущих дней.

Он действительно не знал, откуда пришло это ненормальное чувство, даже подумал, что винить следует его, когда в изумлении проходил мимо трибуны.

Нацуме уже сидела на своём месте. Она сразу же отвернулась к окну, как только увидела входящего в класс Харутору. В конце концов, эта реакция не была неожиданной, после их крупной ссоры, но Харутора всё ещё чувствовал груз на сердце.

Тодзи планировал сохранять дистанцию для наблюдения за сегодняшней ситуацией, потому Харутора сел там же, где и вчера.

Он молился от всего сердца, надеясь, что сегодняшний день пройдёт плавно и однообразно.

- … Д-доброе утро, Цучимикадо-кун.

- Э? А, доброе утро…

После того, как Харутора сел, три ученицы вместе подошли к нему.

Харутора видел их раньше, они были его одноклассницами, но он никогда не здоровался с ними, так как не знал имён. Он удивленно посмотрел на лица девушек.

- Эй, ты сейчас свободен?

- … Ну, думаю да. … Ч-что такое? Вам что-нибудь надо?

- Нет, мы, на самом деле, не…

Одна из них застенчиво говорила. Две другие подбивали её сзади, призывая поторопиться и, тем самым, запутав Харутору.

Может они здесь, чтобы поиздеваться над новым учеником? Может, одноклассники, наконец, начали действовать на третий день после того, как он поступил. Что, если они чувствовали, что он является бельмом на глазу? Но как только Харутора забеспокоился о себе…

- В-вчерашний бой был восхитителен, но твои травмы не так плохи, верно?

- Что? О, спасибо. Эти мелкие травмы ничто.

- Здорово. Но я действительно удивилась, я никогда бы не подумала, что кто-то будет сражаться с сикигами деревянным мечом.

- Д-действительно.… Никто не будет так делать.

Заикаясь, ответил Харутора, и две девушки, стоящие позади, внезапно выдвинулись вперёд, услышав это.

- И противником являлись защитные сикигами Курахаси-сан, верно? Это так невероятно!

- Я-я не знаю много об этом. Но, я думаю.… Это не то, что можно назвать невероятным?

- Тогда, почему ты сам сражался?

- Почему. … В конце концов, я не знаю, как использовать магию, и не понимаю, как управлять сикигами в бою. … Так что я хотел, по крайней мере, хоть немного помочь – вот и всё.

- Ничего себе! Ты сражался из-за этого?

- Невероятно!

Три девушки тихо вскрикнули в ряд. Харутора, по-прежнему неуверенный в том, что происходит, был вынужден принять озадаченное выражение.

Затем, два ученика, наблюдавшие издалека, окликнули девушек и воспользовались возможностью, чтобы приблизиться к Харуторе.

Они немного натянуто улыбались парню.

- … Привет, вчера был действительно не лучший день, Цучимикадо. Ты довольно смелый, раз не убежал, как цыплёнок.

- Ага, я бы быстро сбежал в самом начале, если бы сражался против Курахаси.

Два ученика, казалось, немного стыдились того, что за два прошедших дня ни разу не поговорили с ним, в отличие от беззаботных девушек. Даже если они не могли скрыть своё смущение, всё равно показали искреннюю доброжелательность и заинтересованно говорили с Харуторой. Действия этого парня заставили их почувствовать удивление в глубине сердца.

- Я не видел защитных сикигами Курахаси долгое время, разве они не профессионального уровня? И их даже два!

- Но, разве не семья Курахаси специально создала их, чтобы соответствовать ей? Это не слишком маловероятно, верно?

- Большинство защитных сикигами приспособлены так, чтобы соответствовать своему мастеру, разве это не стоит уйму денег? Это невероятно, что ты пошел и сражался, полагаясь только на деревянный меч.

- Отомо-сэнсэй слишком непредсказуемый, я даже сначала подумал, что это шутка.

Ученики столпились вокруг Харуторы, свободно болтая о своих чувствах по поводу вчерашнего, даже обходясь с Харуторой, словно его здесь не было.

Именно тогда--

- Э-э, Харутора-кун? – один из немногих знакомых подошел к нему, чтобы поговорить.

Это был Тэнма. Даже если он удивился обстоятельствам, в которых прибывал Харутора, по-прежнему мгновенно заметил ситуацию и вмешался.

- А, Т-Тэнма….

Спаси меня – молча умолял Харутора. Тэнма мог лишь засмеяться, увидев такое жалкое выражение.

- Вчера тебе было действительно тяжело. Но ты правда удивил меня, твоё тело в порядке? - он сказал это обыденным тоном.

- Я в порядке, извини, что заставил тебя беспокоиться.

- Не говори так. Но, Харутора-кун, так значит, у тебя есть защитный фамильяр, хах. И более того, такого фамильяра не купишь в магазине, верно?

- Э, ага…

- Точно! Эй, Цучимикадо-кун, можешь показать нам маленького сикигами снова?

- А, мне тоже! Я хочу увидеть!

Девушки мгновенно проявили большой интерес, услышав о защитном сикигами, и Харутора растерянно отправил вопросительный взгляд Тэнме. Парень в ответ кивнул головой, улыбаясь.

- … Кон.

Хотя её приказали спрятаться, Кон всегда сопровождала Харутору и также слышала их разговор. Защитный сикигами материализовался, как только Харутора вызвал её.

- Ваа, так здорово!

- Уах! Как мило!

Глаза одноклассников сверкали, особенно девушек, которые выглядели слишком взволнованными, продолжая называть Кон милой, и даже протягивая руки, чтобы коснуться её. Кон одеревенела от этой внезапной бестактности, паника отражалась в её голубых глазах.

- Х-Х-Х-Харутора-сама?!

- … Прости меня, Кон. Просто потерпи немного.

Харутора чувствовал, что поступил с Кон, как с жертвой, спрятав вину в сердце. Хвост и пара маленьких ушей Кон встали в панике, и Харутора мог лишь притвориться, что не видит этого.

- Этот защитный фамильяр действительно юн, теперь я вижу это с близкого расстояния. Цучимикадо, может это тот тип девушек, который тебе нравится?

- Конечно нет.

- … Кажется, она высокоуровневый сикигами? Ясно, значит ты заставляешь сикигами такого типа обслуживать тебя.

- Я сказал, что это не так!

- Он паникует, как подозрительно.

- Может вы принимаете ванну вместе!

-Уах, извращенец--

- .. Почему вы не понимаете слова, которые я говорю.

Возможно, паническая реакция хозяина и слуги выглядела очень смешно, потому ученики, столпившиеся у Харуторы, засмеялись один за другим. Неразбериха в сердце Харуторы по-прежнему не исчезла, но лица перед ним больше не были нечитаемыми и холодными, как два последних дня, и вместо этого, его окружали улыбки. Они действительно смеялись над ним, но с доброжелательностью к Харуторе, скрытой глубоко в их словах.

- Дурак.

Именно тогда, голос раздался из конца классной комнаты.

Этот человек выплюнул слово дерзким тоном. Харутора обернулся и увидел другого ученика, чьё лицо он вспомнил, но имени не знал. Ученик обозревал шумную группу вокруг Харуторы, а его ноги лежали на столе.

- … Это парень, который даже не знает, что защитный фамильяр, служащий ему, является высокоуровневым сикигами? Как подобает известной семье.

Тон парня содержал отвращение, и шумные одноклассники замолчали от этих слов, а счастливая и наполненная смехом атмосфера внезапно замерзла.

Харутора поспешно крикнул: “Кон!”

Та стряхнула руки учениц и прыгнула, мгновенно остановившись в воздухе. Зов Харуторы, очевидно, предназначался не для атаки, но чтобы удержать Кон от преподавания урока грубому парню. Кон схватила рукоять своего вакидзаси обратным хватом, словно охотясь на добычу перед ней, но была остановлена. Её недовольное «Ууу» являлось лучшим доказательством.

- … На самом деле, ты понимаешь, что такое самоконтроль или нет?

- Н-н-но…

Харутора прищурился, глядя на умоляющую Кон, и её хвост упал в депрессии.

С другой стороны, ученик, которого почти атаковали, поспешно убрал ноги со стола, едва не упав со стула.

Он, вероятно, не ожидал, что легкомысленный сарказм спровоцирует атаку сикигами, и его лицо окаменело от испуга.

Одна из учениц смогла лишь рассмеяться над паникующей внешностью этого парня. Смех распространился не только вокруг Харуторы, но весь класс наполнился звуками хихиканья. Ученик, над которым смеялись, рассердился и смутился, его лицо помрачнело и покраснело.

Однако. … “Прости” – Харутора встал, низко поклонившись.

Ученики вокруг него смотрели в изумлении, ошеломлённые сценой его извинения. Мех на хвосте Кон взлетел, как иглы, словно она получила сильный удар.

- Извини за беспокойство, знаю, я бельмо на глазу, но…

Он поднял голову, смотря прямо на ученика, который чуть не упал от удивления.

- Я по-прежнему хочу подружиться со всеми вами. Я также хотел сказать это Курахаси-сан вчера, но могли бы вы быть снисходительными ко мне? Я приложу все усилия, чтобы вернуть ваше уважение.

Класс погрузился в тишину.

Это хорошо. Он не хотел сходить с ума из-за саркастических замечаний и, вместо этого, стыдил себя. В частности, мог понять недовольство, с которым говорил другой человек

Кон плавала в воздухе, смотря на своего мастера в изумлении, и выражения одноклассников, окружающих Харутору, выглядели похоже. “А, это. …” – парень, перед которым Харутора заранее извинился, запнулся, не зная, как ответить.

Странно тихая атмосфера постепенно распространялась по классу.

Девушка, которая первой заговорила с Харуторой, нарушила тишину. Она приободрилась, весело сказав:

- … Ты всегда говоришь о других, но не способен контролировать даже простых сикигами, которых сэнсэй создавал на практических занятиях? И, вероятно, ты не сможешь использовать защитного сикигами, да?

- За-замолкни. Я не использовал всю свою силу тогда! А также, эти методы отличаются от автономного управления!

- Ты говоришь так, но я помню, что ты выдохся к концу.

- Разве это так не всегда после начала! И к тому же, не ты ли не могла стоять некоторое время после!

Ученик опроверг слова девушки, когда она закончила говорить. Атмосфера немного расслабилась, так как это, очевидно, являлось необоснованным. Харутора чувствовал себя тем, кому действительно нужно спасение, в отличие от парня, которого дразнил весь класс.

- В-в любом случае, Цучимикадо. Тебе лучше чётко понимать, что я не переношу твой вид или тот вчерашний бой!

Парень восстановил своё высокомерие, свирепо бросая оскорбительные слова снова, но резкого тона больше не было слышно.

Харутора улыбнулся.

- Я запомню это, и также, можешь звать меня Харутора.

- …

Парень повернул голову, хмыкнув в ответ.

Харутора не ненавидел этот способ поладить друг с другом. Он не хотел принуждать себя подружиться со всеми, не был уверен в том, что смог бы это сделать. Даже если люди сочтут его раздражающим, он предпочел бы ясно высказаться в лицо, нежели сплетничать в тени.

Харутора развернулся, поблагодарив глазами девушку, что спасла его.

- Верно, я по-прежнему не знаю ваших имён, не могли бы вы воспользоваться этой возможностью, чтобы сказать их мне? Нормально, если все будут звать меня Харуторой.

- Хорошо, значит Цучи?

- Ты вообще не слушала меня.

Кривая улыбка Харуторы снова наполнила класс весельем. Тэнма представил себя снова, и остальные называли свои имена, последовав за ним. Парень в конце класса умышленно цокнул, но уголки его губ слегка приподнялись.

Новая сцена появилась в классе.

Кон тупо уставилась на происходящее, словно все забыли о ней.

Нет, это не просто Кон, это был кто-то ещё--

- … Я никогда бы не подумал, что события будут развиваться так.

Внезапные слова заставили Нацуме вскрикнуть от удивления, слишком привлекая внимание, и она поспешно обернулась к источнику, чтобы скрыть свой изначально высокий голос.

- Т-Тодзи…

- Хм, было бы невероятно, если бы он добился этих результатов, делая это нарочно. … Но он просто плыл по течению, не планирую ничего, потому люди, которые не могут делать такие вещи, вероятно будут немного завидовать, увидев это…

Сказав, Тодзи взглянул на Нацуме.

- … Ты так не думаешь?

- Чт…. Что за глупости ты говоришь….

Ответила Нацуме тихим шёпотом, отвернув голову, чтобы избежать взгляда Тодзи.

Тем не менее, её уклончивый взгляд, естественно, обратился на Харутору. В настоящее время, парень находился в центре внимания одноклассников, и глаза Нацуме ясно отразили удивление и раздражение, когда она посмотрела на него.

Рассуждая с точки зрения логики, эти люди были её одноклассниками уже полгода, а Харутору, мальчика из побочной семьи, она знала ещё с детства.

С обеих сторон находились люди, которых она знала, но они не стали друзьями в такой мере, чтобы она могла протянуть руку и коснуться. Нацуме молча смотрела, и это единственная вещь, которую могла сделать. Её лицо выражало необъяснимую боль, и беспокойство промелькнуло на лице Тодзи, когда он взглянул на неё.

- … Не заставляй себя.

- Я, я не заставляю себя! Почему ты говоришь полный бред прямо сейчас?

Взволнованно вскрикнула Нацуме, явно заставляя себя. Тодзи безразлично пожал плечами.

Тогда--

- Ясно, мои извинения. На самом деле, у меня был хороший друг, который летом поссорился с этим идиотом, потому что она заставляла себя, и они так и не помирились.

- …!

Сердце Нацуме подпрыгнуло, и она повернулась к Тодзи. Парень смотрел на Харутору и остальных, его взгляд казался немного ностальгичным, и самоуничижительная улыбка, не похожая на те, которые он показывал, появилась на его лице.

- Это горький опыт для меня, и я не хочу, чтобы подобное повторилось.

- …

Нацуме опустила голову, не зная, что делать, а её тело напряглось под формой.

Её взгляд казался напуганным и очень упрямым. Эта робкая Нацуме выглядела, как обычная девушка в его глазах, потому что Тодзи знал её настоящую личность. Он незаметно вздохнул, подняв одну бровь.

Затем, его взгляд устремился ко входу в комнату.

Курахаси Кёко вошла в класс.

Кёко заметно удивилась, столкнувшись с сценой в комнате, и, после понимания ситуации, показала ошеломлённый вид. Тодзи почти рассмеялся. Может, Харутора сокрушался и не знал, как с ней бороться, но в глазах Тодзи, эмоции были ясно написаны на её лице и довольно просты для понимания.

- … Вероятно, мне тоже скоро придется действовать.

Тихо пробормотал Тодзи. Харутора, несомненно, выглядел бы недовольным, если услышал его слова. Потому что каждый раз, когда Тодзи планировал какую-то хитрую идею, в его тоне всегда содержался этот восторг.