「— Я прикончу тебя, Ю Джунхёк.」

Все в Библиотеке смотрели на этот текст.

[(Похоже, такими темпами мы все можем погибнуть...)]

[«Четвёртая Стена» интенсивно дрожит!]

Вся Библиотека содрогалась. Книги, которые были аккуратно расставлены, посыпались вниз, создавая беспорядок. Однако ни один Библиотекарь не пытался его убрать.

[(Как досадно. Почему они не разговаривают? Как я и думал, этим двоим не хватает желания стать единым целым.)]

[(Наша Соён не сделала ничего плохого, и всё же…)]

«Кальмар» коснулся одним из своих щупалец круглого глаза.

Между тем, текст продолжался; каждый раз, когда клинки Ю Джунхёка и Ким Докчжа сталкивались, зубы Нирваны издавали лязгающие звуки.

[(Эй, новенькая. Что думаешь?)]

Услышав это, Ю Сан-А перестала ловить пролетающие над головой книги и оглянулась на Библиотекарей. Её руки были полны воспоминаний Ким Докчжа – книги, которую она читала до этого момента.

[(М-м... У меня есть два мнения на этот счёт.)]

[(Целых два?!)]

[(Первое: Соён-сси не мертва. Я хорошо её знаю, она не из тех, кто рискнёт жизнью ради такой проблемы.)]

Глаза Кальмара, полные слёз, широко распахнулись от её ответа.

[(Что? Но ты ведь тоже это читала, не так ли?)]

[(Похоже, ты до сих пор не понимаешь, как это работает. Героиня теряет сознание, её рука безжизненно падает. И главный герой пробуждается! Видишь ли, во всех фильмах, что я видела…)]

Не обращая внимания на то, что говорили Кальмар или Симулясьон, Ю Сан-А спокойно продолжала:

[(Второе: в данный момент они разговаривают друг с другом.)]

Ю Сан-А говорила, не отрывая взгляда от текстов, которые продолжали накапливаться.

[(Пусть никто в этом мире не назовёт это «разговором», но всё же.)]

***

Фрагменты Историй изливались из треснувшей руки. Это были Истории, которые мы создали вместе.

[Гигантская История «Весна Демонического Мира» изливает свой рассказ!]

[Гигантская История «Факел, Поглотивший Миф» угрожающе рычит!]

Словно схватившиеся дракон и тигр, Истории сталкивались с другими Историями. Ю Джунхёк, обладающий точно такими же «гигантскими Историями», как и я, использовал ту же силу, чтобы сражаться со мной.

[Ваша доля в соответствующей Истории выше, чем у противника!]

Несмотря на то, что моя доля в Историях якобы была выше, части, принадлежащие Ю Джунхёку, не слушались моих команд. Возможно, это было связано со всеми теми годами, через которые Ю Джунхёк уже прошёл. В конце концов, он рассказывал свою историю гораздо неистовее, чем кто-либо другой в Звёздном Потоке.

Клац! Клац!

Вероятность 2-го поколения подавляла нас. Однако некоторым вещам всё же удавалось вырваться из-под этого гнёта.

[История «Тот, кто противостоит Чуду» громогласно ревёт!]

[История «Тот, кто противостоит Чуду» неистовствует в гневе!]

Точно такие же Истории, созданные на основе общего пути, сталкивались друг с другом.

[«Хозяин Острова» внимательно наблюдает за вами]

[Множество Созвездий следят за вашей битвой]

[Созвездие «Демоноподобный Огненный Судья»…]

Голоса Созвездий становились всё тише и тише.

[Навык «Четвёртая Стена» активируется!]

Мы оба взмахнули мечами, полностью готовые убить друг друга в процессе. Клинок, которым я отчаянно взмахнул, задел талию Ю Джунхёка, а его собственный меч, атаковавший в ответ, вонзился мне в плечо.

Его боевая интуиция была выше, но мой «статус» значительно превосходил его собственный.

[Гигантская История «Весна Демонического Мира» защищает вас!]

Острая аура Трансцендента пробила толстый слой «статуса» и влетела прямо в меня. Через эту энергию меча я смог прочитать его истинное намерение. Я видел, как отчаянно он сейчас стоит на своём.

Он не утруждал себя вопросами, а я не утруждал себя ответами. Нет, мы просто взмахивали мечами снова и снова. И вместо наших ртов за нас говорили наши Истории.

[История «Рай Отчаяния» набрасывается подобно дикому зверю!]

Воспоминания из «Рая»…

[История «Тот, кто охотился на Короля Катастроф» ревёт!]

Следы «Мирной Земли»…

[История «Освободитель Промышленного Комплекса» в трауре]

Моменты революции…

「Ничего из этого не существовало на страницах «Способов выживания».」

Времена, через которые мы прошли, не совпадали ни с одной из страниц, прочитанных мною в прошлом.

[«Трансформация Ангела» активируется!]

Крылья пробились сквозь лопатки. Мой Статус мгновенно вырос и пропитал Нерушимую Веру.

Издав громкий взрывной звук, тело Ю Джунхёка взлетело в воздух, не в силах противостоять силе удара.

— Ну же, Джунхёк. Используй всё, что у тебя есть. Потому что я сделаю то же самое.

Свет в его глазах изменился. Очертания его Статуса, поднимающегося вокруг него, начали заметно искажаться. Этой силы было достаточно, чтобы искривить само пространство. Истинная мощь Трансцендентного высокого уровня высвобождалась по-настоящему.

Фигура Ю Джунхёка, окутанная ослепительным золотым светом, исчезла из виду.

[2-я стадия «Точки Зрения Всеведущего Читателя» всё ещё активна]

Его клинок двигался так быстро, что мои глаза не могли за ним уследить.

Дзынь!

Меч против меча. Чем громче становился скрежет металла, тем тяжелее становилось моё запястье. Истории изливались из моего бедра, и Истории вытекали из плеч Ю Джунхёка.

И, естественно, его голос тоже был слышен.

[«Четвёртая Стена» активируется с огромной силой, словно давая отпор!]

Ю Джунхёк начал рассказывать свою историю прямо сейчас.

「Ты…」

Я пытался угадать, какие слова последуют дальше. Без сомнения, он обвинит меня. Как и говорила Хан Соён, в конце концов, ты именно такой человек.

「Почему ты решил остаться именно в этой регрессии?」

Воспоминания о 1863-й регрессии пронеслись в моей голове.

「— Я не вернусь в 3-ю регрессию. Я останусь здесь и доведу это дело до конца вместе с людьми этого места.」

Принятое мною решение возвращалось ко мне в полной мере. Несокрушимая Вера теперь издавала треск и ломающиеся звуки.

Тогда это был лучший из доступных вариантов. Я думал, что, увидев конец 1863-й регрессии, смогу благополучно вернуться в 3-ю. Вот почему я пытался найти историю, в которой все могли бы быть счастливы.

Однако что, если бы Ю Джунхёк из 1863-й регрессии не помог мне тогда?

Что, если бы Хан Соён 1863-й регрессии питала ко мне убийственные намерения?

Смог бы я вернуться в этот мир невредимым?

Даже если я думал, что знаю сценарии лучше всех, не могло ли быть так, что мне просто повезло и я умудрился выжить до сих пор?

「Твои товарищи здесь.」

Первый удар меча Ю Джунхёка рассёк мне плечо. И…

「Твоя собственная мировая линия была здесь.」

Его второй удар разрубил мне локоть.

「Ты говорил людям жить своей жизнью в этом мире.」

Третий удар проделал дыру в моём крыле. Болело адски. Но ещё больнее, чем это, были ярость и разочарование, звучавшие в голосе Ю Джунхёка.

[Воплощение «Ю Джунхёк» отказывается регрессировать]

Ю Джунхёк, который отказался от пути регрессии и решил прожить свою 3-ю регрессию из-за меня, теперь оглядывался назад. Существо, которое любило этот мир больше всех и хотело защитить его из-за этого, смотрело прямо на меня.

「Но при этом ты…」

Определённые виды ярости и предательства невозможно описать простыми словами. Каким бы всеведущим ни был читатель, он никогда не сможет их прочитать.

Ю Хосон сказал так:

「— История может не казаться чем-то удивительным на первый взгляд, но она представит лабиринтообразную бездну всем тем, кто осмелится заглянуть глубже в её внутреннее ядро. Это касается любой истории, какой бы маленькой она ни была.」

То, что я видел, не должно быть всем Ю Джунхёком. Я никогда не смогу до конца понять причину, по которой он был так в ярости. Потому что причиной могло быть всё, или, наоборот, ничто не могло быть его причиной.

Но одно было несомненно: Ю Джунхёк решил больше ни у кого не быть под каблуком.

Неконтролируемый мною, и не контролируемый самим собой. И, возможно, даже теми проклятыми Созвездиями, которые должны наблюдать за нами прямо сейчас.

「Ответь мне, Ким Докчжа.」

Получая удары мечом, я начал пошатываться. Скорее всего, Джунхёк осознавал истину – что я читаю его даже в этот самый момент.

Но, даже зная, что я его читаю, он продолжал беспрестанно думать.

「Ответь мне.」

Точно так же, как я наблюдал за ним через эту «стену», он тоже непрестанно писал что-то по ту сторону неё, надеясь, что кто-то рано или поздно это прочитает.

К сожалению, я не мог ответить. Потому что если я это сделаю, то…

[«Четвёртая Стена» становится толще]

Тогда ты в итоге станешь простым персонажем истории...

[«Четвёртая Стена» становится ещё толще]

Потому что… ты определённо не мог стать простым персонажем.

Клац! Клац!!

Ю Джунхёк впился в меня взглядом своих фирменных пылающих глаз. Вот он, существующий в этом месте и времени, уничтожающий меня, чтобы доказать, что он не просто персонаж истории.

「Вот как.」

Его слова всплыли над «стеной».

「Значит, таков твой выбор.」

[«Четвёртая Стена» становится ещё толще]

「Значит, даже в этой регрессии у меня не было компаьона.」

Если бы я сказал что-то, что угодно в ответ, возможно, он бы меня простил. Может быть, случилось бы чудо, и он бы даже принял меня.

Однако, даже если бы это произошло, Хан Соён бы не вернулась, и боль, которую мы причинили друг другу, не была бы стёрта. Мы бы никогда больше не стали компаньонами.

Будь то Ю Джунхёк или я, мы оба знали эту истину слишком мучительно хорошо.

[«Четвёртая Стена» становится ещё толще]

И именно поэтому мы сжали мечи и бросились друг на друга.

[«Четвёртая Стена» становится ещё толще]

Полномасштабная атака столкнулась с другой полномасштабной атакой и издала громкий взрывной шум. Густая, удушливая пыль поднялась в воздух; ни один из нас не выдержал силы удара и рухнул на землю.

Первым поднялся я.

Пошатываясь, я подошёл к лежащему на спине Ю Джунхёку, чьё тело теперь походило на рваную тряпку, и направил на него свой клинок. Он не оказал никакого сопротивления, а вместо этого посмотрел на меня, чтобы заговорить.

— Я слишком долго упорствовал в этой регрессии... Покончи с этим.

Ю Джунхёк убил Хан Соён. Он уже перешёл черту, которую не следовало переходить.

Аура Нерушимой Веры заметно дрожала. И в тот момент, когда я высоко поднял меч, я вспомнил, что сказала мне Хан Соён 1863-й регрессии.

「— Если мой роман был плагиатом «Способов выживания», то чьим плагиатом являешься ты?」

Ответ на этот вопрос был прямо передо мной.

「Ким Докчжа научился жить у этого человека.」

Этот человек был моим отцом, моим братом и моим старейшим другом.

[«Четвёртая Стена» увеличила свою толщину]

Долгое время я смотрел на него через эту толстую, толстую стену. Он много раз спасал меня, и, глядя на его историю, я умудрялся выживать.

Нерушимая Вера медленно со звоном упала на землю. Я не мог убить этого ублюдка. И не мог просить его о прощении.

Я никогда не учился быть таким трусливым. Нет, меня учили платить за то, что я сделал.

Ю Джунхёк всё ещё смотрел на меня. А я смотрел на него в ответ.

「Я здесь, прямо перед тобой.」

«Я знаю».

「 И даже сейчас ты предпочтёшь только читать и ничего больше.」

«Потому что таков наш образ жизни. Ты действуешь, а я читаю о твоих действиях…»

「Если ты не желаешь, я сделаю это сам.」

Ю Джунхёк медленно поднялся и крепко сжал свой клинок.

Мне показалось, что я слышу звук завершающейся истории. «Массовый Производитель» однажды сказал мне, что любая история может закончиться, так и не приблизившись к ■■. Однако если это место было конечной точкой для всех историй, и если мне суждено было погибнуть прямо здесь, то разве не было бы правильным хотя бы сказать одну вещь?

— Эй, Ю Джунхёк… – он остановился, когда я заговорил. — Ты, вероятно, уже знаешь, но я не пророк. Нет, я настолько далёк от подобного существа, насколько это вообще возможно.

С тех пор как мы схватились на мосту Донхо, я ни разу не представился как следует. Для Ю Джунхёка я был пророком, человеком с таинственным прошлым.

— Я не «Демонический Король Спасения».

[История «Демонический Король Спасения» прекратила своё повествование]

— И не «Король Мира Без Королей».

[История «Король мира Без Королей» прекратила своё повествование]

Одна за другой мои Истории прекращали свои рассказы. За исключением моей собственной, всё остальное замерло.

— Меня зовут Ким Докчжа.

Крылья за спиной исчезли, раздутые мускулы уменьшились.

— Двадцать восемь… Нет, погоди... Мне было двадцать восемь, и я был сотрудником игровой компании. Моим хобби было чтение романов… – словно разговаривая с кем-то, кого встретил впервые, я продолжал рассказывать свою собственную историю. — Жалко, да? Ну, вот кто я такой… А кто ты?

Для меня Ю Джунхёк был кем-то, кого я «знал» уже очень давно. Если быть точнее, он был тем, о ком я читал в полном одиночестве.

Вот почему я никогда не слышал его историю из его собственных уст.

Наконец он открыл рот.

— Я… – его клинок медленно двинулся, пронзая меня. — Ю Джунхёк, бывший Регрессор.