Посреди невиданного доселе мира стоял высокий мужчина.

Посреди мира, в котором земля была черствой и мертвой. В котором никогда ничего не прорастет: ни дерево, ни цветы, ни самая обычная трава. Выжженный мир. В котором при взгляде наверх не увидишь ни такой привычной небесной синевы, ни ярких лучей солнца, но узришь бездонную темноту, сквозь которою ничто не сможет просочиться.

Холодный мир, мертвый мир. Мир, в котором, казалось бы, нет никого, кроме этого мужчины.

Облаченный в черные лохмотья, стоя в маске в виде черепа, мужчина смотрел куда-то вдаль мертвого мира. Опираясь на огромный черный меч, он стоял ровно и неподвижно, словно статуя. Или как человек, который долгие годы ожидает своего часа.

И, похоже, время пришло. В пустых доселе глазницах маски-черепа зажглись фиолетовые огоньки. Мужчина двинулся с места, подняв свой клинок.

— Мой час настал. Час же рода людского к концу подошел. Возрадуйтесь, люди. Ибо финал всех страданий и радостей подходит все ближе. Ибо идет к вам то, от чего не сбежит ни бедняк, ни богач. От стара до млада, от мала до велика — все знают меня и боятся. Ибо Смертью рожденный, именем нареченный — Гадес!