— Но это же!.. – Аделина хотела было возразить, но проглотила собственные слова, чувствуя на себе пристальные взгляды окружающих. Алексио перевёл взгляд на мастеров, увидев, как принцесса разочарованно поджала губы.

— Мисс Софи. – Алексио окликнул горничную, которая так и не двинулась с места.

— Прошу прощения, Ваша Светлость. Но я горничная принцессы. – Произнесла девушка, склоняя голову, будто в знак извинения.

Это означало, что она не двинется с места, без приказа Аделины. Мужчина перевёл взгляд на принцессу, будто ожидая её ответа. Немного поколебавшись, девушка тихо вздохнула и отдала распоряжение Софи.

— Софи, оставь нас ненадолго.

— Слушаюсь.

Горничная покинула комнату, с беспокойством взглянув на них. В комнате, где находились лишь Аделина и Алексио, воцарилось неловкое молчание. Атмосфера в окружении других людей была достаточно тёплой, но сейчас, когда они остались наедине, атмосфера мгновенно похолодела.

— Прошу, продолжайте. – Герцог заговорил первым. Его манера была такой же вежливой, но при этом казалась странно жёсткой.

— Это ожерелье. Я ценю Ваше желание подарить его, но это слишком для меня. Мы даже не настоящие возлюбленные… Я не могу принять этот подарок.

— Вы не любите получать подарки?

— Кто же не любит? Но это слишком дорогой подарок, чтобы я могла принять его. Герцог Пэмбрук, Вы уже пообещали крупную сумму в обмен на наш брак. Большего я принять не могу.

Помимо десяти миллиардов клаонов, обещанных принцу Артуру, герцог Пэмбрук предложил покрыть расходы на поспешную подготовку к свадьбе, а также расходы на медовый месяц, запланированный после церемонии. Аделину, буквально, выдавали замуж как девушку, что не имела ничего кроме собственного тела.

Выражение лица Алексио стало странным из-за строго и непоколебимого тона принцессы. Вокруг мужчины всегда находились люди, пытавшиеся ухватить как можно больше его богатства. Будь то мадам Пэмбрук или Дерек, даже деловые отношения, в конечно итоге, были похожи на войну, где каждая из сторон пыталась получить как можно больше прибыли. Для герцога, живущего в таком мире, слова Аделины «Я не могу это принять, так как это слишком дорогой подарок!», казались чем-то чуждым и, быть может, слегка наивным.

В конце концов, с уст Алексио вырвался смешок. Когда же принцесса выглянула на него округлившимися глазами из-за неожиданной реакции мужчины, тот быстро объяснил.

— Я смеялся не над Вами, а всего лишь счёл это удивительным.

— Удивительным? Что именно?

— Принцесса.

— Да?

— Неужели в Ваших глазах, я похож на человека, который занимается убыточным бизнесом?

Алексио встал напротив девушки, словно желая рассмотреть её поближе.

Из вежливости, конечно же, стоило бы сказать: «Ваша Светлость остаётся довольно щедрым и достаточно великодушным, даже если несёт убытки.» Однако…

Герцог, пристально смотревший в глаза Аделины, похоже, не хотел слышать от неё столь претенциозных слов. Девушка на мгновение задумалась и осторожно, спросила:

— Должна ли я быть честна?

— Да, пожалуйста. Ненавижу ложь.

— Тогда буду откровенна… – Принцесса заколебалась, взглянув на Алексио, словно сомневаясь, позволено ли ей говорить подобные вещи. – У меня сложилось впечатление, что для герцога Пэмбрука является невозможным потерять и клаона. Ежели такое происходит, то Вы будете следовать за человеком до самой смерти, пока не вернёте утраченное… Вот что я вижу.

По мере того как Аделина излагала свои мысли, улыбка медленно расползлась по губам мужчины.

— Вы всё верно подметили. Я никогда не делаю чего-то, из-за чего могу потерять деньги.

— Но тогда… Что насчёт этого ожерелья?

Глядя на слегка нахмуренное лицо Аделины, выражавшее её замешательство, герцог поднял руку и стал загибать пальцы один за другим.

— Свадебное платье, аксессуары, туфли, которые Вы наденете, машина, на которой Вы поедете – я получу прибыль со всего перечисленного.

— Что Вы имеете в виду?

— Люди желают прожить свою жизнь, как главные герои прекрасного романа. Однако подражать жизни других, особенно жизни человека, с таким уникальным прошлым как у Вас, принцесса, просто невозможно.

Алексио спокойно объяснял это, слегка касаясь мочки уха принцессы, на которой не было никаких аксессуаров. Плечи Аделины слегка дрогнули от неведомого чувства, однако взгляд герцога по-прежнему был прикован к одной точке.

— Однако, если у человека водятся деньги, подражать чужой жизни, покупая определённые изделия, может каждый.

Герцог достал из кармана ещё одну коробочку. Открыв крышку, Аделина увидела сверкающие жемчужные серьги и кольцо с бриллиантом. Сперва герцог надел серьги на уши девушки, которая напряглась из-за его прикосновений, и удовлетворённо улыбнулся.

— Я говорю о том, что планирую рекламировать продукцию своей компании на нашей свадьбе, где соберётся всё королевство. Принцесса – отличная модель для её продвижения.

Алексио достал кольцо из коробочки и надел его на безымянный палец левой руки девушки.

— О, нужно будет подобрать другой размер.

С лёгким сожалением он поднял голову, всё ещё держа Аделину за руку. Только тогда их взгляды встретились.

— Вот такой я человек, принцесса. – Заметив, что девушка выглядит несколько растерянной, Алексио отпустил её руку. – Поэтому Вам вовсе не стоит беспокоиться, что я терплю убытки, из-за внимательности к своей будущей жене. Я абсолютный… эгоист.

Герцога точно можно было охарактеризовать как человека, стремящегося к наживе. Он был удовлетворён только тогда, когда получал прибыль большую или равную изначально вложенным инвестициям.

— Знаете ли Вы, почему Его Высочество регент одобрил этот брак?

— Возможно, мой дядя также преследовал свои интересы. Как Вы и сказали в тот день, положение королевской семьи нестабильно.

— Верно. Но если бы это было единственной причиной, регент не стал бы так активно потворствовать свадьбе.

— Хотите сказать, что есть и другая причина?

— Да. Когда я женюсь на Вас, должен буду вернуть одно из прав на ведение бизнеса, полученное от королевской семьи. Его Высочество регент намерен использовать это для восполнения недостатка в бюджете.

Аделина ахнула от столь неожиданного факта.

— Права на ведения бизнеса… Но Вы также согласились выплатить деньги моему отцу.

— Как же этот «полудворянин» посмеет жениться на «чистокровной» принцессе? Это было ожидаемо. Пока вопрос можно уладить с помощью денег – всё в порядке.

Алексио без колебаний упомянул насмешливые ярлыки, которыми их наградили окружающие, так как это не было чем-то, что могло его задеть. Мужчина посмотрел Аделине в глаза, вынимая из кармана конверт, который после положил рядом с коробочкой с серьгами и кольцом.

— Это контракт.

Вслед за романтичным подарком, последовал весьма практичный аспект.

Принцессе это могло показаться весьма мрачным, но с точки зрения герцога это было естественным порядком вещей. В ситуации какого-либо обмена, отношения должны быть чётко регламентированы.

Аделина мгновение смотрела на герцога отсутствующим взглядом, словно не находила подходящих слов, прежде чем слабая улыбка тронула её губы.

— Герцог Пэмбрук удивительно добр. Я не считаю Вас эгоистичным человеком, коим Вы себя окрестили.

— Добр?..

Слышал ли этот мужчина слово «добрый» в свой адрес? Сколько бы он ни копался в воспоминаниях, не мог припомнить, чтобы получал подобный комплимент, не говоря уже о добром слове. Быть может доброта была самым далёким термином от Алексио Пэмбрука. Люди всегда описывали его как холодного, лишённого всякой привязанности человека. Того, кто не способен пролить ни капли крови или слёз.

Поэтому он никогда не думал, что услышит нечто подобное в момент вручения контракта.

— Похоже, Ваше Высочество не знает, что такое доброта. Я отнюдь не такой человек. – Алексио категорически опроверг «оценку» принцессы. На что девушка не просто улыбнулась, а даже слегка рассмеялась, от чего её хрупкие плечи задрожали.

— Неужели? Но разве Ваши действия – не проявление доброты?

Сказанное девушкой всё ещё было трудно понять. Когда герцог слегка приподнял бровь, Аделина подавила смех и взяла конверт.

— Вы могли позволить мне пребывать в неведении, утаив намерения моего дяди. Однако этот контракт свидетельствует о настоящей сделке.