Утренний визит к Делии, куда Теон поспешил по настойчивому зову Розы, встретил его гнетущей, почти удушающей атмосферой.

Фигура Делии, едва различимая сквозь пар, заполнивший ванную, выглядела трагично.

Белая плитка, усеянная алыми каплями, и багровая вода, переливающаяся через край ванны, заставили зрачки Теона дрожать.

Кайл, появившийся следом, выглядел не лучше.

Когда он, не веря собственным глазам, опустился на пол, его лицо исказилось отчаянием.

Им обоим оставалось лишь принять реальность, которую уже невозможно было изменить.

Рядом с побледневшим телом, словно выставленный напоказ, стоял маленький стеклянный флакон, излучающий странное сияние.

Такой же флакон находился и рядом с телом Делии.

На дне - остатки фиолетовой жидкости.

Её было слишком мало, чтобы точно определить состав, но по цвету и запаху Теон был уверен, это сильнодействующее обезболивающее зелье.

Смерть Делии оставляла слишком много вопросов.

И всё же следователи были заняты лишь тем, чтобы как можно скорее закрыть дело - репутация Королевского дворца стремительно падала.

Незадолго до смерти Делия пообещала Розе, что справится и выдержит всё.

И главное - у неё никогда не хватило бы решимости покончить с собой.

Её смерть не имела смысла.

Теон сжал виски, словно пытаясь прогнать нахлынувшие воспоминания, и вновь посмотрел на флакон в своей руке.

Фиолетовая жидкость, с которой он столкнулся снова, вызывала отвращение и тревогу.

Всё казалось неправильным.

[Девин Нуар…неужели его смерть тоже была не такой, как казалось?]

***

Всё было в полном беспорядке.

Пуговицы не выдержали грубой силы Кайла и оторвались, а ворот блузки выглядел жалко и неопрятно.

Пытаясь вырваться, она боролась изо всех сил, и теперь на её бледной коже отчётливо проступали лопнувшие сосуды и синяки.

«Угх…и что теперь с этим делать?»

Красные следы на тонкой шее Айлы ясно говорили о жестокости Кайла.

Она тяжело вздохнула.

[Если бы не тот рыцарь - Люк, она, вероятно, уже была бы мертва.]

[Кем бы он ни был, настороженная Айла теперь была даже рада появлению нового человека.]

[С тех пор как она оказалась в Королевском дворце, у неё не было ни одного спокойного дня, так что это казалось почти естественным.]

[Внешне Люк выглядел взрослым, но лицо у него было почти мальчишеское, будто он только недавно стал совершеннолетним…или даже моложе.]

Почему-то Айла была уверена, он помогал ей.

[Он был одновременно и смелым, и безрассудным, раз не побоялся противостоять Кайлу.]

[Она была благодарна ему за вмешательство, когда все остальные отвернулись…]

[Но вместе с тем - тревожилась за него.]

[Только бы…с ним ничего не случилось…]

Рядом с Айлой, прислонившейся к стене с пустым взглядом, громко закипел чайник.

Её лицо потемнело, когда она привычными движениями принялась заваривать чай.

Ей хотелось немедленно пойти к Теону и спросить, почему он оставил её одну.

Но…в этот раз он не был виноват.

[Даже если бы не сейчас…всё равно бы случилось, стоило мне встретиться с Кайлом.]

Остановившись перед кабинетом Теона, Айла тихо постучала.

Тук. Тук. Тук.

Открыв дверь, она вошла внутрь, и её встретила тишина.

Теона, который обычно сидел за столом, разбирая документы, не было.

Она ожидала увидеть его здесь.

И поэтому его отсутствие неприятно задело её.

Айла закрыла глаза и медленно вдохнула, пытаясь удержать эмоции, всё глубже погружающиеся в отчаяние.

Когда она вновь открыла глаза, её взгляд упал на зеркало на стене.

И она замерла.

Отражение заставило её задрожать.

Красные следы на шее, растрёпанная одежда…

Гнев на двух братьев вспыхнул с новой силой.

«Чёртовы ублюдки…»

Прошептав это сквозь зубы, Айла вышла из кабинета с раздражённым выражением лица.

***

[Ни вчера, ни сегодня Лили так и не появилась.]

Глядя на пустую кровать, Айла всё думала, куда та исчезла, не сказав ни слова.

С трудом, словно в замедленном движении, она поднялась.

[Даже находясь в настоящем аду, её проклятое тело продолжало исправно выполнять свою работу.]

Глаза сами открылись ещё до рассвета.

[Похоже…она уже привыкла к такой жизни.]

«Хоть бы раз…раздавить этих ублюдков…»

Недовольно пробормотав это себе под нос, Айла всё же взяла себя в руки.

[Как бы ни было тяжело, она должна делать то, что обязана.]