В чем заключается счастье? Как-то не привычно начинать с того, что вовсе не должно быть, не правда? Только счастье дает нам большие и неорганичные вещи, из-за которых у него бывает такое, что что-то становится больше, чем вещь или досуг.

Приведу пример. Каждый из нас когда-то влюбится в своего человека, и может случиться, что будете считать себя не достойным для любимого, а что значит надо делать? Правильно, стать сильнее. Через долгое время ты поймешь, что твои действия создали нужные плоды. Бывает, что через любовь нужно пройти многое, и даже заполучив ее, ты не сможешь остановиться, ты не сможешь так легко бросить то, с чего начинал. По-видимому, счастье создает в нас новое и долговечное хобби.

О чем я вообще? Какую-то глупость говорю. Возможно, но это небольшой факт. Данное цитирование будет отчетливо характеризовать меня, Танака Кайоши, который прошел через все трудности в одиночку.

…

Пора… пора вернуться в нынешние времена. Это был школьный день, который за это время с первого учебного дня никак не был удивительным в плане громадных событий, похожие к этому, когда все пришли в школу и день за днем начинают учиться. За сегодня прошло достаточно уроков, чтобы продолжить этот день с приготовленным своим обедом.

Мы с Рикки, уже не забывая нашей созданной традиции, вновь пойдем на крышу и будем о чем-то беседовать, или даже веселиться. Бог знает, что мы там будем вытворять. Неудивительно, что я назвал это традицией идти в одно и то же место и проводить время. Спросите меня, как-то давало мне каких-то результатов в плане моего плана воссоединения? … Может быть, может быть, и нет, кто сможет понять этого. Я не пытался как-то сильно приблизиться к Рикки, находясь на крыше наедине, я приходил сюда, чтобы комфортно и спокойно отдохнуть с нормальным человеком, который частично уже складывает пазл в голове обо мне. С таким человеком приятно сидеть.

Несколькими днями ранее, когда мы часто начали посещать на обеде крышу, чтобы там уделить свободное время, Рикки не было привычно находиться, точнее сказать, имелся небольшой, прям капельку дискомфорт. Да, со мной было приятно сидеть, да, со мной можно было пообщаться на любую тему, только тогда она не представляла обо мне такого, что сейчас. День за днем шел, и Рикки стала привыкать и понимать меня, этот дискомфорт и смущенность уходил далеко от наших граней, забывая про них навсегда. Удивительно то, что за это время так и не осмелился оказаться на крыше, возможно кто-то и смог зайти, только я, и не только, а еще, наверное, и Рикки не видел этого. Даже так, надеюсь, что не потревожат как меня, так и мою подругу.

Нахождение здесь такого человека, вроде меня, который можно назвать сущим Богом или же Божьим созданием, стало больше, чем атмосферным. Я очень хорошо понял местность, культуру, природу и жизнь. К сожалению, все перечисленное лишь были за границей города, а что там происходит… надо еще узнать. Я обещал, что не буду рушить этот Божий баланс, строящий веками, зачем мне это? Благодаря ему я не размахиваюсь здесь в данном измерении тем, что всегда имел. Получив сверхъестественные способности, я мог создать свои правила в мире, но мне этого не нужно. Я так создам свои правила, не используя сверху сказанное: только ум и разум.

Так и случилось. Как уже говорил, наступил долгожданный для некоторых обед, и каждый ученик, может и не каждый, взяв с собой еду, будет наслаждаться ею, добавляя этому большую перемену, идущую больше получаса. Ну не счастье тебе? Пока все внизу, в школе, будут есть и проводить там свое время, мы с Рикки уже сидели на крыше, готовясь к своему обеду. Вначале мы успели о чем-то поговорить, так… атмосферу сделать бодрой. Она открыла свою коробку и, снова восхищаясь собой, что может приготовить любую простецкую еду, туда входил рис, те же самые сосиски и много еще чего. Сказав приятного аппетита, она начала есть.

Что ж… теперь мой черед.

Как бы это ни странно звучало, вы никогда не увидите меня сидящим за обычной едой. Таков я, что, имея неорганичный лимит средств, могу позволить себе сделать роскошный и самый вкусный, как и завтрак, как и обед, так и ужин. Открыв коробку небольшого размера, как контейнер для еды, у меня лежали такие блюда: суши Edomae и Оторо, хорошо приготовленный рис и стейк высокого класса, которая сделана из японской говядины вагю — самой дорогой в мире, политая соусом терияки. Не говорите, откуда я это все взял, просто имейте в голове. В первые дни такого у меня не было, это было понятно, так как я не успел привыкнуть к тому, что здесь едят или готовят.

Рикки поначалу не замечала того, что у меня находилось в моей коробке, да и особо я этим не хвастался. Как говорится, кто может это себе позволить, тому и зависть не нужна. Я не любил заказывать, покупать приготовленные блюда или идти в ресторан, чтобы там меня накормили, нет, мне больше нравилось самому готовить. Я не был таким особым поваром, но научиться что-то приготовить высшего класса, как данные блюда, не давало мне никаких проблем. Даже так я не могу назвать это своим хобби. Мне нравилось, не спорю, только оно таким не может являться.

…

Мы спокойно сидели, никто из нас двоих не начинал диалог, ведь наши рты были наполнены едой. На улице было безоблачно, когда солнце распускало свои солнечные лучи на нас, но даже так чувствовалось нормальная прохладность. Весна на дворе же, поэтому неудивительно, что такая сейчас природа.

Вдруг Рикки что-то почувствовала, учуяла какой-то сильный запах чего-то вкусного. Ее еда была тоже вкусной, но по сравнению с тем, что она смогла почувствовать, невозможно было превзойти. Этот запах был не так далек, такой запах шел от меня, если быть точнее, то от моей коробки, где находилась приготовленная мной еда.

— Что ты там такого приготовил, что у меня еще сильнее текут слюнки? — очень сильно любопытствуя спросила Рикки.

— Можешь попробовать.

Взяв одну наугад сушу при помощи деревянных палочек для суш, попалась Оторо, состоящая из риса, и жирное филейное мясо с брюшка тунца. Такой вид суш является высшим классом. Так почему не попробовать? Я преподнес ей ее, держа теми же самыми палочками. Рикки сразу не смогла понять, что это такое.

— Что это?

— Оторо.

— Отор… что?

Пока она от недопонимания названия того, чего я хотел ей дать, я уже положил ей в рот один из множества кусочков данного вида суш.

— Меньше вопросов. Лучше скажи на вкус.

Рикки начала жевать, поначалу она никак не реагировала на нее, как будто я дал обычную сушу, только как вдруг… она почувствовала истинный вкус данной суши. Это было в сто раз вкуснее обычных, которые готовят в ресторанах и в других забегаловках.

— М! Объедение! — сказала Рикки, не успев прожевать до конца. — Я такого точно в своей жизни не ела!

— Не преувеличивай, но все же благодарю за такую искренность к моим стараниям.

— Это ты готовил?! Да ты настоящий профи! Не дашь еще?

Профи? Боюсь, что все не так. Умение готовить не означает быть во всем лучше. Если бы другой человек положительно оценил мой труд, то, увы, его мнение я не особо бы воспринял, однако… есть говорит Рикки, то даже в душе стало лучше и радостнее.

Приятно, очень сильно.

…

От ее вопроса я не мог отказать ей, поэтому, достав другую сушу под названием Edomae, я вновь дал ей попробовать.

— Ммм! Реально объеденье… — более спокойнее наслаждалась Рикки. — Слушай, ты в случае не повар? Представь, какого быть тем, кому смогут готовить такую потрясающую еду! Вот бы мне личного шеф-повара, чтобы готовил разные…

Не успев сказать, как я дал ей щелбан, чтобы меньше говорила всякого.

— Ага, много чего хочешь.

— Эй! Ты можешь себе приготовить это, а я нет! Тебе повезло с таким хобби.

…

— Хобби? Ты так считаешь это хобби?

— Ну… да. Готовить — это отдельное хобби, которое характеризует человека!

…

— Уж прости, я так не думаю, да и поваром меня нельзя назвать.

— Каждый что-то скрывает, и ты не исключение!

Рикки продолжила есть то, что она готовила себе, но не с таким аппетитом, как тогда, когда попробовала у меня. Делать ей нечего, продолжила есть. Однако вместе с этим она нашла себе новый вопрос насчет меня, насчет раскрытия моей личности.

…

— Танака-кун, а у тебя есть какие-то хобби?

— К чему такой вопрос?

— Да так… просто любопытно.

— Понятно.

…

— У меня нет хобби.

— Прям ни одного?

— Ага.

— Не ври! Не может быть, чтобы у такого человека вроде тебя не было хобби!

— Как видишь, мир удивителен.

Рикки надула щеки из-за быстрых от меня ответов к ее вопросам, как будто я знал, о чем мы здесь поговорим. Конечно, это были лишь глупости, и я не мог читать мысли, использовать такую способность, однако не сейчас, не в такой момент и не только, не имея смысла. Но все же она, откусив пол сосиски, продолжила.

— Если нет хобби, то чем тогда занимаешься дома?

— Чем занимаюсь? Даже не знаю.

— Не знаешь?! Как не знать то, чем ты дома занимаешься? Может, чем-то пошлым?)

— Ну и дурочка. — дал ей щелбан. — Откуда у тебя такие мысли?

— Ай! Да скажи уже! Я никому не скажу. Мой рот на замке!

— Хм… дай подумаю…

К счастью, я не успел договорить и закончить этот диалог, ведь прозвучал через несколько секунд звонок, и пора было возвращаться в класс.

— Что ж… не судьба узнать.

Почему к счастью? Тогда не будет много неразберих к моим лживым словам, ибо не могу напрямую сказать Рикке, чем я занимаюсь все оставшееся время. Если мои слова лживы, то…

…

Какое мое настоящее хобби…?

…

Лучше отвлечемся от этого, лучше погорить насчет урока, проходящего сейчас. Зачем объяснять? Понятно же, что он был посредственным, как и все остальные? Соглашусь, но все же там была некая новая атмосфера, которая, к моему удивлению и радости, создавала сама Рикки. И как же? Этот урок был таким же, как и прошлые, позапрошлые и так далее дни. Она, будучи тем, кто хотел стать умнее и лучше, очень часто углублялась в них: каждый раз слушала учителя, каждый раз записывала каждое ее слово в свою толстую тетрадку, чтобы не упустить лишнего, каждый раз отвечала на различные вопросы и задачки учителя и получала то похвалу, то слышала осуждения от неправильного ответа. Зачем такие старания? Или, можно сказать, ради чего? Понятно уже, чтобы сдать первый триместровый экзамен. Она хотела сдать его лучше всех.

А я? Что я? Меня это не волнует? Частично. Хоть и Рикки тщательно старалась учиться, что я особенно хорошо это видел, я был полностью противоположен с ней. Эти уроки не волновали меня, к чему говорить про их скучность. Я давно дорос до таких знаний, я чувствую себя старшеклассником, которого перевели в класс намного младше меня. Это все было понятно, так как уже говорил насчет этого. На меня не обращали внимания.

Сейчас был урок математики, учительницей которой является наша руководительница класса. Помните еще? Сакамото Тсукико звать. Тогда, когда для вступления в данную школу нужно было сдать проходной экзамен на проходной балл, пока он имел небольшую часть, где каждый ученик должен был показать свои знания в основной математике, где ты должен написать свой ответ и подробно расписать его. Дело в том, что именно Самакото-сан являлась проверяющим этих частей, от нее зависело то, правильно ли ты ответил и расписал или нет. Она была строгой, только никогда не пыталась кому-то навредить, она была за настоящие знания, однако жалеть никого не будет. Проверяв очередную работу, она дошла до меня, и какое у нее было огромнейшее удивление, когда я не только написал все правильные ответы, но и очень логично и подробно объяснил. Для ответа можно было оставить обычное решение, только таким я не был. Я все сделал намного лучше. Моя фамилия стала для нее запоминающей. Она увидела во мне истинного гения и умного человека, который точно поступит в высший к класс… но… теперь вы уже знаете, чем все закончилось. Я попал в класс С под ее руководством, когда она была в первый же день шокирована моим присутствием в данном классе. Прошло не так много времени, а я помню то самое лицо, когда, представляясь, она услышала мою фамилию — Танака.

С тех пор она, будучи учительницей математики, меня сильно не тревожила, как будто специально давала мне расслабиться, ибо считала, что здесь я по случайности. По правилам она должна была когда-то спрашивать меня, только это было когда-то. Даже имея также свои способности насчет моего разума, мне лишь оставалось сидеть и читать свою маленькую книжку. Странно, я каждый раз ее здесь упоминаю, про что эта книжка? К сожалению, не сегодня.

Этот урок был не исключением. Пока Сакамото-сан объясняла новую тему ученикам, я читал свое. Рикки, которая внимательно ее слушала, все-таки отвлеклась на меня, как я занимаюсь иным делом, словно это мне не надо. Она могла спросить меня об этом, но из-за того, что Сакамото-сан была строгой и за каждый разговор на уроке сильно ругала, а даже могла и принизить всему классу, не давало этого ей сделать. Поэтому именно в ее уроках была абсолютная тишина. Хоть она была их руководительницей, как уже сказал, она нас не жалела.

Чтобы передать свой вопрос ко мне, она сделала это старым приемом — отправила записку. Мы были соседями, так что это было легко простого сделать. Написав нужную для нее информацию, она аккуратно, когда учительница отвернулась, кинула в меня записку, пока я тем временем углублялся в текст книжки. Меня это остановило, и на парте я увидел ее. Решив, что кто-то из моего класса кинул, и хотел уже ее выкинуть, но, увидев Рикки, смотрящая на меня, как будто ждала от меня чего-то, понял, кто такое старание сделал. Но зачем? Она была строгой, к чему сложно не согласиться, только мы сидели настолько близко, насколько это было возможно, обычного шепота было достаточно. Да и то, что мы сидели в конце класса, означало, что она точно нас не могла услышать. Я открыл ее и прочитал: «Что читаешь?»

— Да так, обычную книжицу — начал шепотом обращаться к Рикки.

— Тише! — сказала тоже шепотом Рикки. — Услышит ведь!

— Ты так боишься ее?

— Как бы сказать… Просто не хочу быть униженным перед всем классом.

— Понял. Как знаешь.

— Постой. — резко произнесла Рикки. — Я хотела тебя спросить. Тебе… вообще не интересно учиться?

…

— Почему?

— Ты не первый день так сидишь и что-то читаешь. Послушал бы учителя, нам же экзамены сдавать!

— Не волнуйся, эти уроки мне не интересны.

— Не интересны?

— Ага, только скуку усиливают.

— Да ты просто не понимаешь их и все!

— Смешная шутка от тебя. Рассмешила. Они мне легки.

Мы могли дальше так спорить, пока учительница, дописав на доске необычное уравнение, которое являлось темой сегодняшнего урока. Всего лишь небольшое решение... я прав...?

(2x • 2 + 3x + 5)(x • 3 - x • 2 + x - 1) = 12

— Итак, — громко объявила учительница Сакамото-сан. — К закреплению темы, кто сможет решить данное уравнение?

На первый взгляд, просто уравнение, однако это так пока что выглядит. Это не просто мышление и счисление, это ужаснее, чем алгебра. Почему? Скоро узнаете при ответе. Неудивительно, что даже от любопытства проверить свои знания для меня это было легким. Не хочу хвастаться — это правда. Я — Бог — это и это тоже истина.

Прошло небольшое тихое время, пока во всем классе не пробудилась большая тишина. Никто не хотел идти, это означало, что учитель точно кого-то сможет вызвать, поэтому все стремились быть тихими, волнующимися на самих себя, пока я продолжал спокойно читать свою книгу, не боясь того, что меня могут вызвать. Почему же? Рассмотрим этот вопрос по-математически.

Чтобы ответить на него, нам необходимо знать общее количество людей, которых были в классе. В каждом классе, без исключения, находилось ровно тридцать учеников. Вероятность того, что вызовут именно меня из тридцати других учеников данного класса, будет равна 1/30 или примерно 0,033, то есть говоря 3,3% из 100%. Видите, шансы малы, но все же есть малая вероятность того, что меня…

…

— Кайоши хочет решить!

…

Я? Эти слова сказала не учительница, а вовсе другой человек. Это была тупица, которая сидела около меня и которая имела имя Рикки. Я не мог понять ее замысла, зачем она так сделала. Мои шансы к тому, что меня могли спросить, были равны 3,3%, но позже они стали 100% из-за нее.

— И зачем?

— Ты же сам сказал, что тебе скучно и что они легче простого. Сейчас мы это и посмотрим! Так что жги там, Танака-кун!

…

Неприятно, хочется сказать, что тебе специально не дают насладиться тем, что тебе интересно. Вместе с этим я не могу злиться на Рикки, да и сам я проговорился насчет этого, но все же удивлен, сильно удивлен, что она смогла сделать такой поступок, не зная последствий.

— Танака? — удивленно спросила Сакамото-сан. — Ты правда хочешь решить? Боюсь сказать, что оно даже для тебя может быть сложным.

Разборки с Рикки будут позже, сейчас надо показать, на что реально способен математически, ведь не случайно я так хвастался, что для меня все нипочем. Боюсь, чтобы я не ухудшил свою репутацию в лучшую сторону, не смогу себе простить, если меня станут еще сильнее любить, когда нужно любить мой ум и сверхъестественные познания.

— Попытка не пытка. Постараюсь.

Я встал и направлялся к доске, пока Рикки, и не только она, но и весь класс, смотрели на меня, чтобы посмотреть, смогу ли я решить это или нет. Мне уже не привыкать к такому вниманию. Даже так я могу чем-то другим заняться, чем просто читать.

Сакамото-сан передала мне небольшой кусочек белого мела и отошла на сторонку, чтобы посмотреть самой, как я буду решать. Я уже говорил, что учителя знают ответы на их же вопросы, которые им дают из плана урока. Она с самого начала знала, какой будет ответ, но ждала от меня какого-либо идеализма и удивления от моего решения.

Рикки, которая смотрела с большой внимательностью на меня, вспомнила слова учителя:

«— … Боюсь сказать, что она даже для тебя может быть сложным».

Она испугалась, что если я не смогу решить уравнение, то может случиться, что я опозорюсь на весь класс из-за того, что она прокричала мое имя. Вот тут Рикки начала бояться серьезных последствий. Вдруг я начал стоять около доски и ничего не делал. Она сразу начала волноваться, что я не знаю решения.

Рикки переживает за меня, за просто умнейшего неудачника вроде меня — эти переживания бессмысленны. Мне нужно было несколько секунд, чтобы понять, что за уравнение стояло передо мной. Этого хватило, чтобы в уме подсчитать и узнать ответ. Вот так просто для меня. Я мог очень подробно объяснять, как решается данное уравнение, ведь оно по-настоящему кажется сложным к познанию его решения, я все же откажусь. Ради чего? Ради самого себя. Мне ничего не нужно делать, все за меня делала рука. Подняв ее, я начал писать… писать решение. Мои действия имели медленную скорость силы писания, не задумываясь, что я вообще пишу и правильно ли это. Учитель смотрела на меня, как я решаю, и по ее лицу было понятно, что я направлюсь к правильному пути, от чего не пытался остановиться.

Устав от медленности, насколько это уравнение долгое, что мне придется ни одну минуту писать, моя скорость усилилась, я начал быстрее писать. Все не понимали, как с такой скоростью я мог что-то подсчитать, буквально я не успевал даже этого, но мне не нужно было совершать это. Рикки обрадовалась, увидев мои первоначальные хорошие результаты, не слыша возражений от учителя, что у меня все получается, что все идет хорошо, только с этим она еще была и в недопонимании от того, как же легко это пишу. Она не могла поверить, что мои слова были правдивы, не слушая учителя, и саму тему, и сам урок.

Это продолжалось не так долго, чтобы в конце, придавив мел к доске, я написал заключительный ответ:

-2x • 4 + 4x • 3 - 5x • 2 + 6x - 17 = 0

Он был окончательным, сократить или дальше продолжить решать было невозможно. Можно было представить как функцию и по ней продолжать решать, но от меня требовали алгебричного решения. Как видите, я его сделал.

Был бы кто-то на моем месте, он попросту не смог так быстро решить, как я, или вообще бы не решил. Не удивлен, когда я слышал большого шока и недопонимания, даже сама учительница не ожидала, что так быстро я смогу справиться с уравнением. Она начала мне несильно хлопать.

— Так быстро. Ты меня еще сильнее удивил. Посмеюсь сказать тебе браво.

Я недолго стоял там. После решения я сразу же пошел обратно к себе, видя, как на меня все смотрели, как на героя. Может быть, и я для них высоко развит, что так смотрят на меня, но таким я себя не считал. Я умён, только это, по сравнению других сложнейших уравнений, было лишь пустышкой. Только потратил время на безделушный пустяк.

Прибившись, я увидел Рикки, смотрящая на меня, которая поняла, что натворила. Встав, наклонившись передо мной, она начала извиняться.

— Прости! Пощади!

…

Безлично освещая ее своими глазами, она считала, что я сильно зол на нее и не прощу, однако вместо обиды снова дружный щелбан.

— Сначала подумай, а потом что-то решай. Дура. Только потратила мое время на это.

— Обещаю, что больше не буду тебя тревожить!

Наш диалог услышали многие, но никто так и ничего не сделал. Обычные небольшие разборки посреди урока не каждого может удивить, вспоминая мои недавние, утешительные для них и ихнего везения выходки.

Рикки обещала совсем ненужного, то, что она сделала, я ждал больше всего, ведь только это показывало, что она начала обращать на меня свое драгоценное и важное для меня внимание. Именно этого мне и потребовалось, именно этого я добивался, чтобы весь ее интерес был во мне. Таков был процент плана воссоединения из ста.

…

Этот урок был закончен, они меня больше не тревожили. На перемене Рикки лежала на парте, повернувшись ко мне лицом, пока я без остановки читал ту самую книжку. Хоть она и обещала меня не трогать, только все же она остановила мое чтение своим вопросом.

— Не понимаю, как ты можешь целый день читать одну и ту же книгу, да и того размера?

— Ты не я, тебя меня не понять.

— Она тебе вообще надоедает?

— Как наука, написанная в книжке, может мне надоест?

— Наука… Ты хоть что-то там видишь?

— Как видишь, читаю.

Рикки лишь поворчала и с большим вдохом еще сильнее улеглась, закрыв себя руками и опустив голову вниз на парту.

— Что насчет тебя?

— А что со мной? — ответила Рикки, находясь внутри окружения своих рук.

— Сейчас у тебя поведение не как обычно. Что-то случилось?

— Не видно, мне скучно!

— Скучно? — все-таки, убрав взгляд из книги, я посмотрел на нее.

— Ну да! Ты тут читаешь, а мне здесь нечего делать.

Я закрыл эту книжку спустя долгое время и положил на парту, чтобы я повернулся со стулом на нее. Устать читать — это быстрое действие. Пора чем-то заняться другим, кроме чтения.

— Если скучно, тогда чем займешься?

Рикки ушла из своей норы и подняла голову.

— Ты хочешь во что-то поиграть?

— Выбор за тобой. Мне самому надоело чтение.

— Тогда зачем читаешь?

— Сам не знаю. Только тебе не понять эту написанную истину.

— Ну ладно… тогда…

Рикки начала думать, чем можно развлечься за такой короткий промежуток времени. Сначала подумала насчет обычный игр, где нужно многих стараний, к примеру Цуефа, но почему-то сразу же отказалась от этого, позже, еще обдумав и отказав множество других игр, которые были в ее голове, выбрала все-таки одну из всех.

— Давай-ка в города.

В города, значит… значения отказа было забыто мной, так что не против и поиграть.

— Говорить только города! — продолжила рассказывать правила Рикки.

— Все или только наши (японские)?

— Ну конечно же все, что за глупый вопрос?

Глупый? Возможно, для нее, ведь мне только это на руку. Почему же? Сейчас и увидите.

Каждый повернулся друг к другу, и мы начали игру.

— Давай, Рикки, начинай.

— Ладненько… начну с простого… Токио! Я знаю все города Японии, тебя меня не одолеть…!

— Орвието.

— Кья?! — удивилась Рикки от того, как я быстро ответил.

Ну и вот о чем говорил. Не хочу хвастаться, но если она знает все города Японии, я знаю все города в мире. Буквально. Только как и откуда? Откуда могу знать все города данной Земли? Вот тут начинается небольшая загвоздка.

Каждое измерение лично удивительно, каждый имеет некое различие, но таких измерений было очень мало. Если считать все измерения, которые являлись современными, то есть измерения, которые сейчас идет современный, наш двадцать первый или более выше век. Удивительно, когда такие современные измерения были попросту одинаковы: одинаковы были планеты, одинакова Земля, одинаковы материки, страны и города. Все было одинаково, даже культура, деньги и много еще чего. Были, конечно, отличившиеся измерения, но про них не сейчас. За эти чертовы девять лет я побывал более тысячи измерений — небольшая причина, как я смог выучить каждый городок, в каждом котором входили еще те, которые не являются современными.

Теперь, поняв, откуда я знаю все города этой планеты, можно продолжить.

— Так быстро?! — продолжила Рикки. Да и вообще, что за города такие?

— Ты не знаешь? Орвието — такой городок в Италии, на юго-западе региона Умбрии есть.

— Да мне бы еще знать, что это за регион! Давай полегче!

— Ладно. Оахака.

— Кья! Еще лучше! — прокричала Рикки, дополнив сарказмом. — Ты их просто выдумываешь!

Вдруг она достала свой телефон из портфеля и зашла на браузер.

— Напомни-ка, что за город?

— Оахака. Город в Мексике.

Написав, она сразу увидела ответ. Я был безошибочно прав.

— Действительно…

…

Ну ладно! — она положила телефон на парту. — Тогда… Хм… Амагасаки! Тебе на И.

Ну и вот мы начали играть. По этой игре я понял лишь одно — Рикки больше не знала городов, кроме японских, все ее ответы были японскими городами. Даже так я удивлен, что она смогла выучить их всех. Бывали моменты, когда она могла сказать какой-то городок из другой страны, однако это было где-то два раза за эту игру.

…

— Миёси. — сказала Рикки.

— Инсбрук. Столица Австрии, расположенная на федеральной земле Тироля.

— Что за еще федеральная земля!

Дабы не удивлять каждый раз Рикки моими странными и сложными для нее странами ответ, я говорил также их расположение. Позже я перестал так делать, потому как она все равно не понимала, откуда они.

— Касива! — прокричала она.

Рикки также играл на равных со мной, бывало, что долго думала над ответом, а бывало наоборот, что сразу.

— Астрахань.

Вот так шла наша с ней игра. Скажу сразу, она была долгой. Прошло достаточно времени, чтобы Рикки начала терять как силы на ответ, так и города, заканчивающиеся у ее в подростковых знаниях. Она пересказала все, что знала, пока я имел с собой еще множество разных, как и маленьких, так и крупных городов со всего мира.

— К-Киото… — произносила Рикки, видя в ее словах усталость и неуверенность.

— Оксфорд.

…

— Дзама…

— Андорра-ла-Велья.

— Да я впервые такой город слышу! — не сдержавшись, крикнула мне Рикки, пристав из стула. — Все! Хватит с меня! Я сдаюсь!

— Так легко?

— Да с тобой нельзя играть! Каждый город знаешь, вот откуда?!

— Ты не представляешь, какие знания дают книги.

— Опять ты про свои книги…

…

— Слушай... — продолжила свой вопрос Рикки. — Может, ты интересуешься городами? Может, это твое хобби?

— Я уже говорил, что у меня нет хобби.

— Опять врешь! Я вижу по твоим глазам! Если ты так превосходно знаешь все города на планете, значит, ты интересовался этим, значит ты чего-то добивался, осталось только понять, чего именно…

Сказав до конца, я дал вновь ей щелбан.

— Сама не устала от своих глупостей? У меня в голове таких мыслей даже не было.

— Да ты просто…!

Не смогла она договорить, как наконец-то зазвучал звонок на новый урок. Рикки повернулась к месту, где прозвучал он.

— Что ж, и снова не судьба.

— Но…

— Лучше бы готовилась к уроку, чем говорила.

Вернувшись к своей парте и достав нужные учебники, я был готов к новому мне уроку. Рикки промолчала и больше ничего не сказала. Могу сказать, что эта перемена была не такой скучной, как другие. Спустя множество прошедших учебных дней, мы во что-то поиграли вместе с Рикки. Было приятно и интересно поиграть с ней в города, особенно видеть ее смешное лицо от моих городов.

…

Этот начавшийся урок быстро закончился, прошлый, пожалуй, был намного интереснее, чем этот. Мне вновь это не привыкать. Вспоминая прошлую перемену, мне также хотелось провести с Рикки время, но, однако, увы, только уже не сегодня. Это была последняя перемена, после нее заканчиваются уроки и вновь пройдет учебный день. Странно, признаться бы уже, я смог освоиться здесь: популярность ушла, как и второстепенные, уменьшившись с количеством писем, признания, а как будто все было только вчера. Самый ценный ресурс, который у нас есть и который мы теряем, — это время. Не успею оглянуться, как ты выполнил все свои цели. Чтобы что-то выполнить, надо просто ждать.

На последней перемене у меня не было каких-то идей, я мог вновь начать с Рикки во что-то играть, как делали большинство учеников, не хотевшие умирать от скуки, однако моим решением стало встать, выйти из класса и прогуляться. Как обычно, как каждый раз, положив в карман и убрав взгляд на пол, закрыв глаза, ориентировавшие только по слуху и моей интуиции, продолжая слышать свои шаги, я просто ходил.

Были и плюсы этого небольшого развлечения — я мог встретить новые приключения со мной. О чем это я? При ходьбе я смог встретить студсовет, где начиналась некая шумиха про мое месячное прошлое. А что сейчас? Меня никто по пути не волновал, а шанс встретить вновь их был велик, благодаря тому, что они студсовет, имея закон, по которому они должны были дежурить. Это было записано в их правилах и правилах студсовета, дабы наводить порядок в школе. Получив всю власть школы, они никак не повысили свой статус от нас, рабов.

Но даже так, у них было множество своих дел: разгребать тонну документов, проблем и так далее. Неудивительно, что я встретил одного члена студсовета, которая шла на мое направление, держа в руках большую стопку бумаг. Это была Ямагути Сэцуко — заместитель председателя студсовета. Становится понятно, почему у нее всегда были различные дела, и при всем этом она успевала быть отличницей в своем превосходном и всевышнем здесь классе. Как бы не старалась, до уровня самого председателя, как и своей цели, была слишком далека от жуткой реальности.

Все же знают, что женщины не настолько сильны, чем мы, мужчины. Не успев поразмыслить, зачем столько она взяла, не сдержавшись, она эту стопку из множества документов уронила на пол. Сэцуко переволновалась и начала сразу же их собирать. Собирать ей будет долго, легко представить сотни бумаг, имеющие вес ввиду других документов, закрепляющие к другим бумагам.

Моя песенка про безобидную ученицу на улице не зря была рассказана. Студсовет был в большом приоритете, и я всегда считал, что все их будут уважать и помогать. Так и было. Их уважали, но было плевать на них. Как и ожидалось, на пути у нее не было добрых людей, которые бы помогли ей.

Встав на колени и нервно собирая эти листочки, которые являлись ценными документами школы, перед ней появилась небольшая тень, лишь приподняв свою головку, она увидела меня. Мы снова смогли встретиться друг с другом, снова смогли рассмотреть друг друга еще раз. Интересно, что она мне скажет после той встречи, которые точно изменили ее мнение обо мне.

…

Так и вышло. Она лишь цокнула в мою сторону, повернув взгляд, и продолжила собирать. Не дожидаясь ненужной помощи, она проявила себя выше всех.

— На что ты рассчитывала, когда шла с таким большим грузом?

Я опустился к ней, чтобы помочь ей собрать половину и с ней отнести в нужное место.

— Отвали, я сама справлюсь.

— Не будь такой уверенной, что справишься одной. Не считай себя сильной, если тебе не нужна помощь.

Она все-таки решилась и отступила. Собрав все документы, мы встали.

— Это все нужно положить в кабинет студсовета, просто иди за мной.

— Я знаю, где он, не трать свое время.

Мы пошли. Сэцуко молчала, не хотела со мной даже начинать диалог, по ее характеру та прошедшая встреча сильно повлияла на нее, увидев во мне что-то плохое и начав сторониться наших последующих встреч, а как я ее сейчас встретил, было для нее собственным унижением, что находилась в такой неприятной ситуации. Это просто лишь совпадение, но случайных совпадений не бывает.

Пока у меня есть возможность находиться сейчас с одним из членов студсовета, то можно много чего разузнать или даже изменить свое положение в их стдусовеческом обществе. Знайте тот факт, что там работают не три и даже не десятков подобных людей.

— Как там Кэзухико? — внезапно спросил я ее.

— Зачем тебе знать, что происходит в студсовете?

— С самого первого учебного дня он меня недолюбливает, думаешь мне не интересно, что он замышляет против меня?

…

— Говорит о тебе.

…

— Ясно.

— Мне интересно, что ты такого сделал, что ты с самим председателем студсовета повздорил?

— Это наши с ним разборки, ты здесь не причастна и играешь второстепенную роль.

— Значит, конфликт?

— Ты считаешь это конфликтом?

— Ну… да.

…

— Кэзухико тебе же все говорил, к чему такие вопросы?

— Знаю… просто не понимаю до конца.

— К сожалению, в этом случае я ничем не помогу.

— Это понятно. Просто…

Все это время я смотрел в далекую даль коридора, не смотря на нее, но сейчас я отвел взгляд из-за ее неуверенного вопроса. С первой встречи она мне казалась спокойной и серьезной, однако сейчас, когда мы в открытую говорим, то проявляются у нее другие характеры.

— При первой встрече ты мне показался обычным учеником, однако, услышав про тебя все, мое мнение категорически поменялось, а сейчас ты стоишь передо мной иным…

…

— Не понимаю, о чем ты.

С удивлением Сецуко посмотрела на меня.

— Быть для вас врагом мне никогда быть не суждено. Я совсем не тот, какой ты меня считаешь.

— И… кто же ты?

— Как будто так легко скажу.

После моих слов она промолчала и больше ничего не сказала до того момента, как мы уже пришли к кабинету студсовета. Здесь пока что никого не было, ведь каждый был занят своим делом, поэтому этот кабинет пустовал. Я положил все документы, которые держал все это время, туда, куда мне приказала положить Сэцуко.

— Готово… Спасибо тебе.

— Для меня пустяк помочь человеку вроде тебя.

— Как понимаю, одной благодарности тут не хватит, могу ли я тебе что-то сделать?

…

— Много не прошу за столь такую работу. У меня есть одна просьба.

— Да ну? — удивленно спросила она меня. — И какая же?

— Сделай мне небольшое одолжение.

— И… что за одолжение ты хочешь от меня?

Не думал, что за такую маленькую мелочь она даст большое награждение в виде ключа для любого ответа — она только облегчила мой будущий ход. Не сложно мне поблагодарить за это, только… что за одолжение я у нее попросил? Настанет нужный час, когда придет долгожданная философия, когда ее философский смысл будет простым, когда один раскроет другого, не осознав этого.

…

Я не заметил, как после этой встречи прозвучал звонок, а за ним и последний за сегодня урок. Теперь можно уже идти домой. Не думал, что я начну ждать ту минуту, когда прозвенит последняя минута скучного школьного заточения, и можно было идти домой. Я здесь не долго, но уже надоедает ходьба туда, куда больно мне хотелось, однако все равно терпя ради иной любовной выгоды. Выйдя на улицу, я попрощался с Рикки около выхода из школы, махая ей, как она махала мне с теплой улыбкой. Хоть она так каждый раз со мной прощалась, все равно в душе становится лучше и лучше, когда перед тобой стояла девушка, которую всю жизнь искал, в буквальном смысле слова. Я все эти годы был готов встретить ее, а когда это сбылось, то я даже не знаю, как с ней общаться. Вся моя готовность была, только некоторая потерялась во мне.

За сегодняшний день должен быть закончен, после учебы мне осталось лишь поесть, навести порядок дома и лечь спать, чтобы завтра повторить то же самое. Как я много раз говорил, что я не имею никого хобби, значит, буду дома умирать со скуки… это не как. Я шел домой, чтобы не продолжать этот цикл, а совсем с другой целью. Увы, сколько бы я не говорил, но у каждого есть какое-либо развлечение, то, что у него лучше всех получается. Это называется хоби, даже у меня, который утверждал обратное. Значит, я врал Рикке, но зачем? Я не мог просто так рассказать все ей, и все же я умел развлекаться и делать наилучшее для меня. Мое хобби — это частичка моей глубинной и горькой правды.

Так… что за хобби у меня такое, что я скрываю от всех, даже от Рикки?

…

Придя домой, я не хотел есть, сюда пришел ради того, чтобы снять мою школьную одежду и надеть более другую, дабы не испачкать ее. Открыв шкаф, я аккуратно положил свою форму на вешалку и, смотря несколько секунд, взял совсем любимую, никому не известную форму. И что это было? Необычные черные, вновь с ремнем, брюки, специально другая белая рубашка, более защищенная, которая неполностью закрывала мне руки, можно сказать, больше половины. После нее был надет черный двубортный жилет с таким же галстуком. Ну ничего себе, какой у меня нарядчик, и куда я собирался? На свидание? Не глупите. Мне всегда нравилась джентльменская форма, но не для того, чтобы красоваться, а для других целей. Именно такая форма давала мне черту настоящего и необычного Всевышнего. Именно так я чувствовал власть перед битвой. Мое истинное хобби — сражаться.

Я оказался на том самом обрыве, где проводил много времени. Не зря говорил, что это стало моим повседневным для того, чтобы понаблюдать за природой… и не только. Я вновь стоял к краю, сделав больше шага, — мгновенная смерть для человека… только… не для меня.

— Что ж, — сказала мне Ю, находясь у меня в голове. — Я сильно удивлена, что даже так ты не бросил свое любимое дело.

— Как же я могу бросить это? Только так я могу тебе казаться твоим вдохновением. Это мое хобби.

— А в школе говорил обратное)

— Ну и потаскуха. Сама понимаешь причины моего молчания.

— Раз уж так, тогда покажи, на что ты еще способен. Удиви меня, Кайошик)

Я повернулся назад к обрыву. Из-за ветра, постояв чуть-чуть и никак не двигаясь, спустя некоторое время я все-таки сделал то, ради чего сюда пришел. Сделав шаг, где не было того, чтобы смог остановить его… я упал. Мое тело очень быстро начало лететь вниз на землю, и мне лишь оставалось дождаться часа пика.

Что я делаю? Самоубийство? Но зачем, да и смысл какой? Эх… если бы это было правдой, что я смог сделать этого, тогда какой толк от моих стараний за все эти годы? Чтобы встретить свою любовь и умереть, сделав суицид? Мое хобби — сражаться, сражаться не на кулаках, а на способностях. Этот мир современен, и если здесь проявлю свое хобби, то разрушиться Божий баланс, чего мне банально не нужно. Чтобы продолжать сражаться, нужно новое измерение, которое не разрушит этот баланс. Теперь можно не удивляться, да и не забывайте, что я говорил вначале.

« … Я бросил все, что было связано с нынешним измерением, и начал путешествовать. Путешествовать по измерениям. Как можно было так сделать? Был единственный способ — убить себя.»

Я долго летел к моей судьбе, этот обрыв был действительно большим, что, упав, будешь долго лететь вниз. Но даже так я уже был близок к столкновению, вот-вот моя голова сейчас коснется земли, мягкой и зеленой, было где-то пару сантиметров.

И вот… она коснулась, только вместо приземления эта земля разрушалась, как обыкновенное стекло. Я вышел из этого измерения, попав в настоящую пустоту, я ничего не видел, кругом темнота и та самая пустота. Я смотрел на дыру, образовавшаяся от меня, от моего падения, стала вновь возвращаться в прежний вид, стеклышко к стеклышку, и, когда полностью вернулась к прежнему виду, до конца пропал полностью свет, была темнота. Только ненадолго. Я летел в бездну долго, пока не заметил свет, который каждый раз менялся: то ли светло-розовый, то ли темно-фиолетовый, то ли зелено-синий и так далее, превращаясь в градиент. Перед мной появлялись множество порталов, похожие на двери, имевшие цифровой ярлык, издавая с этим небольшой, но все же резкий звук. Я попал в то место, где всегда начинал путь к путешествию.

Вот так я путешествовал по измерениям, надо было просто себя любым способом убить. Как видите, у меня получилось. Если представлять меня обычным человеком, я был уже мертв, но, однако, моего тела не было видно. Оно попросту исчезло, меня уже в этом измерении нет. Я пришел сюда с нужными намерениями, потому как я запомнил некоторые, которые еще пригодятся в далеком моем будущем. Их было больше десяти тысяч, а даже, может быть, и миллион. Я давно остановился изучать новые миры, зачем мне это? Теперь я счастлив, встретив ее, встретив много лет искавшую Рикки.

Это измерение, нужное мне, находилось поблизости — измерение, или, проще, планета 2177. Вопрос остается, и что надо сделать, чтобы попасть сюда? Ответ — ничего. Я приблизился к нему и, коснувшись пальцем портала, наступила вторая смерть для меня. Она была мгновенной, я ничего не почувствовал, даже той боли, которая убила меня быстрее секунды…

…

Через несколько секунд я начал дышать, начал медленно открывать глаза и… увидел свет, я увидел новый мир. Я стоял на земле, высушенной и больше не зеленой, а кругом ничего не было, кроме нескольких вершин, назвав их привычными обрывами. Все краски других измерений попросту здесь пропали, без стечения исчезли. Этот мир был пропитан сыростью и туманом. Так… что за мир я попал?

Представляю вашему вниманию мир 2177 — он являлся бывшим современным миром, только теперь он является вымершим. Здесь неизвестно, какой год, но издалека из-за находящихся заброшенных, ветхих и современных домов и одинокого, уже полуразрушенного города, который был очень сильно похож на тот, который находится в измерении Рикки, можно понять, что это современный двадцать первый век. Этот мир вымер, здесь больше нет людей, здесь никого больше нет.

— Как пойму, тебе здесь не привычно. — сказала мне Ю. — Эх… а ты любил здесь побывать… небось уже разучился сражаться, что месяц нигде не появлялся.

Ю появилась справа от меня и спокойно ходила по земле, смотря все это время на меня, бывало, что отворачивалась. Она явилась сюда с настоящим обликом, это вновь не галлюцинация, в этом чудесном умершем мире ей не было нужным скрываться, поэтому так смело ходила, отделившись из моего разума, но при этом все же имела власть надо мной.

— Не смеши меня, невозможно чего-то утратить, если ты этим занимался всю жизнь.

— Сейчас и посмотрим)

Когда я сказал, что в этом мире люди вымерли и что никто не проживал, я чутка соврал, вместо них здесь проживают совсем другие существа, которые ранее были людьми. Это зомби или же живые мертвецы. Одно и то же. Оказавшись в данном измерении в первый раз, то особо не интересовался тем, что здесь произошло. Когда постепенно начал сюда приходить, в мой ум начал осознавать. Здесь все происходило, как в обычном фильме про зомби: заражение, появление зомби и смерть всех людей. К сожалению, никто не выжил.

Я здесь не ради этого, чтобы рассказывать вам предысторию, я пришел сюда с другим делом. Как уже рассказывал, передо мной ничего не было: ни строительных объектов, ни живой души. Чтобы призвать данных существ, нужно было очень сильно нашуметь, чтобы они пришли к тому месту, где это произошло. Вот так у них оставшиеся что-то еще от мозга работало.

Ю знала это, поэтому, опустив правую руку, у нее начала течь кровь, и когда вылилось достаточно, та самая кровь начала обратно возвращаться к ее руке, преобразовав некое оружие. Это была дьявольская коса, не похожей на то оружие, с которой она впервые раз, девять лет назад, убив, вернула меня обратно на тот свет. Эта коса необычной формы, что на ней была цепь, при помощи которой можно было это оружие крутить. Это был настоящий кровавый жнец. У нас с ней были одинаковые способности, ведь она и отдала мне все.

Преобразив, она резко острым лезвием косы сунула в твердую землю насквозь, что спустя несколько секунд около лезвия начала идти земная трещина. Из-за этого начал раздаваться звук трещины, а затем, через какое-то мгновение, земля вспыхнула наверх. Удар Ю был настолько силен, что раздался громкий звук, как будто что-то перед нами взорвалось, а через секунд этот звук усилился из-за падений больших обломков этой сухой и мертвой земли. Таким образом она хотела привлечь этих сущностей под названием зомби. Так и случилось. Услышав такой звук, они поначалу шли медленно, но, все ближе подходя, начали бежать в наше направление.

— Удачки)

Она сказала последнее слово и подпрыгнула неподалеку от нее в местечко повыше, чтобы она не мешала мне справляться и чтобы ее не могли тронуть. Ю была намного сильнее их, однако все удовольствие она отдала мне.

— К тебе идут настоящие мертвецы, неизвестно, сколько, что будешь делать?

— Ты еще спрашиваешь?

Сделав также, как она в начале, протянув правую руку вниз, где в центре ладони находилась небольшая рана, которая просто так невозможно было увидеть и которая не могла течь, только не сейчас, когда она появилась, где начала течь кровь. Мне особо много и не надо было.

— Обижаешь.

Вылив нужное количество, преобразился мой верный меч — катана. За эти девять лет я не только обучился навыкам сражения данным мечом, но и создал для себя лучшую ее, которая была полностью сделана из моей крови. Даже так, она была не только прочной, а еще и очень острой. Не знаю почему, еще совсем давно, когда моему возрасту не было больше десяти процентов от исторического века, я смог назвать своего сильного друга, с кем в будущем придется лишить не одну злобную, посланную судьбой людей, жизнь — Арасака荒坂.

Мои старания были не такими долгими, только между этим эта толпа живых мертвецов, увидев меня как живую сущность или же чувствовав мои органы как мозг, начали еще быстрее бежать.

Стоит еще признаться в том, что я слегка опустился до своего уровня, что сражаюсь с такими немощными. Я рассказывал все, как будто для меня будет это сложным. Увы, боюсь огорчить. Для тренировки после месячного отсутствия будет нормально. Нет. Легче простого.

Встав в стойку Син-но-Камаэ, я начал сражение. Первый мертвец подошел ко мне и был моментально убит, оторвал без особых сил ему голову, от чего он сразу упал. Чтобы долго не трепаться с ними, я моментально из-за острой катаны резал их по частям, как какой-нибудь овощ. Ко мне приближались еще пятеро, а может, еще больше. Это мне не помеха. Умение пользоваться катаной давало мне преимущества. Видя каждый их шаг, мне вновь не нужно было тратить свои силы, чтобы их убить. Их становилось все больше и больше, мое развлечение приносило столько же удовольствия, расчленяя тут каждого. Обычных навыков с Арасакой не хватало. Да уж… без своих способностей сложно. Пора дать еще раз жару.

Я использовал первую способность — быстроту и силу. Сделав шаг, я был быстрее всех и с одной секунды разорвал больше десяти голов. Меня не было остановить. Я продолжал убивать. И еще. И еще. И еще. Такого удовольствия я давно не видел… только это удовольствие быстро ушло. Мне уже это надоело, надоело повторять одно и то же. У мертвецов не было никакой силы и тактики, они просто бежали ко мне, ничего не делая. Скука и непокой.

И вот, даже этого не заметив, я убил всех их, которые были на моем пути. Это было быстро. Половина из них были обезглавлены, а оставшиеся были убиты либо попав в сердце, либо в мозг, либо отрезав им глотку. Преобразив из меча кровь, она вернулась ко мне. Моя правая ладонь была прежней. Из этого поединка Ю смотрела на меня с большой и зловестной улыбки, где было еще некое удивление.

— Я удивлена, что ты встал на какую-то стойку. Ты же не любишь тратить на это время?

— Ага, решил попробовать.

Мои старания были не такими долгими, но между этим новая толпа живых мертвецов учуяли меня.

— Ну надо же. Уж перед Рикки хочешь покрасоваться?)

— Даже спустя столько времени ты не научилась шутить.

Было еще чуть-чуть подождать, как еще больше этих мертвецов услышали как первый звук, так и звуки борьбы. Они начали бежать изо всех сил ко мне, чтобы расправиться со мной.

— Боюсь сказать, что ты меня огорчил. Ты еле-как справился с этими малявками, а раньше ты мог даже сильнейшего человека на всей планете победить.

Эти зомби появились на моем поле зрения и, увидев меня, еще сильнее и быстрее начали мчаться ко мне.

— Не такого Бога я хотел оставить в живых… Ничтожество.

Повернувшись, она начала куда-то идти назад. Мне не впервые слышать такое хамство от ее стороны. Такая она демон, такой у нее характер.

Думаете, что я стал более слабым? Что из-за Рикки не могу больше быть таким, как в прошлом? Эти вопросы лишь злили меня из-за паршивой лжи. Все и еще многие другие препятствия, провалы и много еще чего лишь делали меня сильнее и создали настоящего Бога всех измерений. Все это стало моим безличием, поэтому я такой.

— Прости. — Ю остановилась. — спустя время я так и не понял, что ты хотела мне этим сказать.

Зомби еще ближе стали приближаться ко мне.

— Ты оставила меня в живых, чтобы через девять лет сказать мне, что я ничтожество? Если ты хотела своими словами как-то меня задеть и сделать еще сильнее, то зря старалась. Ты достигла предела.

И вот… из всех сторон мчались мертвецы. Не имея каких-то способностей, меня бы заживо сожрали, не дав ни единого шанса. Вместо того, чтобы вновь сделать повторное с рукой, я не сдвинулся с места, держа свои руки в карман и смотря на Ю, которая все это время находилась выше меня.

Но… кто же я такой? Я не боюсь, что они меня не сожрут, либо ждал, когда она меня спасет? Я уже не тот обычный мальчик, который ходил со своей семьей по парку и кушал шоколадное мороженое, когда было лето. Нет. Я уже не такой. Я стал совсем другим, кем никогда не представлял. Кто же я? Я…

— Я Божье создание. Я…

…

— Бог.

Один из зомби уже протянул руку, чтобы оцарапать меня. Она была на миллиметре от моего глаза. Вдруг… издался небольшой тихий шорох, а за ним… За одну секунду все мертвецы, находящиеся передо мной, которые бежали изо всех сил, которые чуяли мой живой мозг, чтобы съесть его, хотели быстрее убить меня, которые были еще неподалеку от меня, были обезглавлены. За мгновение этой секунды их головы были точно разрезаны неизвестно чем. Эта сила… нет… эта скорость… было быстрее всех, быстрее, черт побери, всего, чего есть во всех измерениях. За эту секунду никто не сумел заметить, как моя сила сумела разрезать всем до единой кожицы шеи своим сверхъестественным чувством острого ветра, превращающий для них в смертельное представление, преобразившая за долю миллисекунд до их собственной мгновенной смерти. Я Бог, я имею такие способности, что даже Ю не может со мной совладеть. Даже то, что она со мной на равных, она была в тысячу раз слабее меня. Я Божье создание.

Долго на одном месте я не стоял. Я начал подходить к ней, проходя через все эти кровяные и обезглавленные трупы. Сделав еще один шаг, моя нога сломала землю, от чего неподалеку земля слетела наверх, создавая с этим большой туман около меня. Он был не большим. Ю, которая все это время смотрела меня, когда прошел этот туман, не увидела меня. Я куда-то пропал, но куда…?

— Беру слова назад. — с странной спокойностью произнесла Ю. — Даже месяц никак не повлиял на тебя. Отнюдь признаться, что возбуждена от увиденного.

Она не убирала взгляд от этого места и не шевелилась, только хитро улыбалась. Почему? Все потому, что я стоял сзади ее, держа свою кровавую катану перед ее задней части шеи. За мгновение я оказался на вершине с Ю, не успев она как-то среагировать.

— Все твои старания были бессмысленны.

— Я больше всего удивлена, — она повернулась ко мне лицом, пока я продолжал держать катану, что ты сейчас не убил меня. Ты же так сильно этого хочешь, попробовать убить демона, что не делаешь?

— Не сегодня. Настанет день, когда мы сразимся в полную силу, когда Арасака убьет тебя.

Я опустил катану и превратил ее в кровь, которая вошла в мою ладонь.

— Как мило. Потратишь лишний денечек для меня. Ах... Сколько времени прошло, как ты назвал свое божье оружие, которое убило уйму людей. Даже вспомнить была рада этому.

Вот так закончилась моя небольшая тренировка. Неплохо. Мои силы и навыки остались прежними. Теперь… можно возвращаться обратно.

— Что ж, может, вернешь меня домой?

— Домой? Ты уже забыл, где твой настоящий дом.

— Не могу понять, о чем ты говоришь. Моего настоящего дома нет. Я его давно потерял. Лишь спустя долгое время я нашел его, где я теперь полностью счастлив.

— Ладно уж, как скажешь, мой хозяин)

Вновь создав из крови свой кровавый жнец, чтобы вернуть меня обратно в мое измерение, раскрутив его, она попала мне в сердце и сразу вынула его, а я без лишних слов, даже никак не показывая свои страдания на лице, стал ждать своей смерти. Эта безличность поглотила меня, только один человек может убрать его — Рикки.

Я чувствовал боль. Мне не привыкать. Все-таки я домучился и умер… умер в данном измерении. Теперь остается вопрос… как же мне вернуться назад? Как попасть, я смог сказать, а как вернуться обратно? Мне не нужно было вновь входить в эти порталы. Открыв глаза, я оказался на краю того самого обрыва, где я упал, смотрящий назад к бездне. Спустя время… я вернулся.

— Хоть ты со мной долго, но все же я не могу понять, почему ты меня убиваешь именно в сердце. Больно же ведь.

— Хех, прости, только так ты можешь чувствовать боль. Ты ни разу не проиграл кому-то, а то скоро еще забудешь, что это такое.

О чем это она? Сам не понимаю. Как я могу забыть то, что каждый человек чувствует? Не знаю. Только… я больше не являюсь тем, кого мы называем людьми. Я, как человек, уже умер на том самом месте, откуда все началось, на том самом железном кубе, получив пулю в лоб.

…

Вернувшись домой, я сразу же закрыл дверь и, не переодевшись, сел на свою кровать. Уже немного стемнело, когда меня здесь не было. В квартире было тихо и темно, я не включил свет, не хотел его. Моим единственным действием — достать и включить мой телефон. Да, он был у меня, или как вы можете представлять человека без телефона в современном мире? В нем не было ничего: ни уведомлений, ни каких-то приложений, которые могли меня веселить, ни контактов.

Я понял, что далек от моей подруги Рикки. Мы с ней общаемся только в школе и даже никогда не гуляли или общались за пределами школьной территории. Представьте, что мы могли сделать, если бы начали переписываться и даже звонить друг другу и общаться на любую тему. Я понял, что после школы, кроме сражений, у меня больше нет хобби… нет развлечений. Лучшее развлечение и счастье давала мне именно она, моя любимая клубничка Рикки. Я должен узнать ее номер, такова моя новая цель ради нашего воссоединения. Ради нашего дружного и всеобщего счастья.

Глава 16 - Хобби.