Ночь смерти императора Кристиана Аффинис.

Темнота обволакивала Анхель, словно плотное покрывало, лишившее ее возможности разглядеть что-либо вокруг. Ее сердце сжималось от страха, когда она почувствовала холодное касание клетки вокруг себя. Железные цепи беспомощно болтались на ее запястьях, навязывая ощущение бесконечной утраты свободы.

Из уголка комнаты доносились приглушенные звуки – шорохи, шуршание ткани, писк крыс. Анхель затаила дыхание, пытаясь разгадать тайну звуков в безмолвии. Вдруг, незнакомые шаги прозвучали на полу, раздаваясь как приговор.

— Вот и она, моя малышка Анхель! — прозвучал неотразимый голос, который пронзил ее. — Добро пожаловать домой, милая.

— Я знаю, что ты не можешь двигаться, но прекрасно меня слышишь. — сказал Даррен с усмешкой, — Скоро здесь будет императрица Изобель.

Отчаяние захлестнуло Анхель, но она сдержала слезы, попытавшись найти в себе силы для сопротивления. Ее сердце билось так громко, что она чувствовала, будто оно может вырваться наружу и убежать подальше от этого кошмара.

— О, милая, я прекрасно знаю, что ты украла у меня фиолетовый алмаз, я позволил тебе это сделать и бежать, конечно же, я не искал тебя!

Анхель почувствовала, как горечь страха овладевает ее сущностью, но в ее внутреннем огне разгорелся пурпурный язык непокорности.

— Императрица тоже осведомлена об этом и он до дрожжи нужен ей! — прошептал Даррен приглушённым голосом.— Ты ведь не идиотка и не скажешь, где он. Изобель нужен алмаз, чтобы посадить Глира на трон, но насколько я понимаю в этой жизни, твой Итан жаждет это место. Анхель, отдай алмаз Итану и пусть перегрызут глотки друг другу, а мы уедем далеко. Даже если ты встанешь на сторону Итана, даже если он станет императором, никогда не сделает тебя императрицей. Ты дочь отвратительных и гнусных людей, поэтому твое место здесь, в цирке. Даже не думай вставать на сторону Изобель, она вырвет твое сердце, как только получит желаемое. Надеюсь, ты поняла меня!

***

Спустя четыре месяца. Императрица Изобель рассеянно играла с золотой подвеской на своей шее, глаза были полные ярости. Она могла почувствовать, как гнев жгучим пламенем разгорается в ее груди при одной только мысли о потерянном фиолетовом алмазе. Этот камень был единственным, что могло удержать взгляды друзей и врагов на ее сыне принце Глире, и без него он был как птица без крыльев — обреченный на падение.

Ее доверенные советники, с эмблемами своих домов на плащах, сидели в полукруге перед ней, устремив на нее свои приземистые взгляды. Граф Вольдорф, седовласый старец с острым взглядом, встал из-за стола.

— Императрица Изобель, вашему сыну нужна наша поддержка! — его голос был тверд и решителен, словно клинок на поле боя.

Изобель не отвела взгляда от графа, ее губы изогнулись в безжалостной усмешке. — Они думают, что могут лишить меня трона? Они смертельно ошибаются! — отозвалась она, и ее слова были напоены ядовитой угрозой.

— Из-за того, что фиолетовый алмаз был безвозвратно утерян, Глир не женился и мы нарушили все сроки мирного возрождения на трон, а из-за Ауры многие виконты, графы и рыцари присягнули на верность Итану. К тому же наши шпионы докладывают, что Итан общается с королем Синь Юй и если к нашим берегам подойдут флотилии восточного королевства - мы обречены на поражение! — продолжил Вольдорф.

— Ваше Величество, для поднятия боевого духа войск необходимо, чтобы принц Глир хоть иногда появлялся на людях с вдохновляющими речами! — вмешался барон Прискир.

— Сейчас наша армия намного многочисленнее, чем у Итана, возможно стоит атаковать первыми? — выразил в слух мысли Вольдорф.

— Простолюдины покидают столицу, бросают свои дома, даже на Севере положение лучше, чем здесь. Остаются лишь наши рабы! Но они не справляются! — крикнул виконт Ридерфлегс.

В это время дверь распахнулась, и в зал ворвался военачальник Рарос, в лице которого отражалась буря эмоций.

— Ваше Величество! — его голос прозвучал как раскаты грома, но в его глазах сверкала решимость. — Принц Итан набирает войска на границе Западных земель. Мы должны действовать!

Изобель отрешённо кивнула, ее рука сжимала золотую подвеску с такой силой, что кровь застучала в ушах.

— Он никогда не достигнет этого трона. Я покажу ему, что значит сражаться с Императрицей Изобель! — прошипела она, ее голос звучал как предвестие урагана.

Советники в умолкли перед ее властью, их сердца замирали, ощущая приближающийся шторм. Императрица Изобель была готова начать междоусобную войну, и никто не мог предсказать исход.

После собрания совета императрица направилась в покои своего сына.

— Глир! — ворвалась она в комнату без стука.

В этот момент Глир предавался любовным утехам со служанкой, та увидев Изобель, от испуга выскочила из комнаты голая.

— Мама! Я был занят! — вялым голос сказал принц.

— Ты опять под наркотическим опьянением!? — разозлилась она.

— Хватит, уйди! — ныл принц, сев на край кровати.

— Ты понимаешь, что начинается борьба за трон!? Хоть что-то можешь сделать? — закричала она во всю глотку, на лбу пульсировала вена.

— Зачем? Ты же сказал, что посадишь меня на трон. — без стеснения, Глир встал обнаженный с кровати и налил себе вина.

— Да, но если ты хоть немного приложишь усилий!

— Ха? Это ты упустила фиолетовый алмаз, из-за тебя это все. Я давно мог бы уже властвовать! — вальяжно глотнул вино из фужера.

Императрица не выдержав ударила сына по лицу, оставив красный отпечаток ладони.

— Больно! — завопил мужчина и упал на пол, начав плакать.

Изобель села к нему и обняла.

— Прости меня, я не хотела, нервы сдают! Где Лукреция?

— Она ублажвет графа Орилида, чтобы тот встал на нашу сторону! — всхлипывая, сказал Глир.

— Хоть какая польза от этой девчонки.

— Мама, а правда, что Итан набирает мощь? Мне как-то тревожно.

Императрица расцеловала сына и посмотрела в его лицо.

— Это не важно, я сокрушу его, щенок будет ноги мне целовать и молить о пощаде!

***

Принц Итан шагал по залу своего дворца, решимость горела в его глазах, словно пламя вулкана готового извергнуться. Он знал, что время работало против него, что каждая минута, потерянная в пустом раздумье, могла стать судьбоносной на поле битвы.

Покидая роскошные стены своего дома в Аморе, Итан направился на запад, к графству Юнтед. Там, в тенистых лесах, он нашел верных союзников, людей, готовых последовать за ним в огонь и в воду. Лорды и рыцари, виконты и простолюдины – все они принесли клятву верности принцу, готовые пролить свою кровь за его знамя.

В холодных залах графского замка зазвучали мечи, заточенные на битву. Ткались планы, вереница посланий и вестников не пересыхала. Итан не знал покоя, его мысли были полны лишь одного – подготовить армию, какую не видел мир, благо был пример в прошлом в виде Исаака.

Лагерь готовился к приему пересыльных гонцов из дальних земель, купцов и вестников. Приказы выдавались строго, как холодный меч, и каждый солдат знал – надвигается война, война, которая определит судьбу империи, война, от которой зависят жизни многих.

Итан чувствовал, как напряжение нарастает вокруг него, как воздух наполняется запахом страха и решимости. Он был принцем, но перед всеми этими людьми он был ведущей стороной, главой армии, символом надежды и отчаяния. Его сердце билось сильно, его мысли были полны лишь одной мыслью – победить, защитить, сражаться до последнего вздоха, как Мари Энн, как войны Винтрехолла.

Итак, в мире, где звучали тревожные громы боев и плач небес, принц Итан готовил свой клинок и свое сердце к непредсказуемой судьбе, к встрече с врагом в лице Изобель и ее армии.