Главная арена цирка Делонтте была наполнена запахом роскоши смешанным с вонью безысходности. Только аристократы, опутанные шелковыми облачениями и ювелирными украшениями на каждом пальце, а на лицах красовались пестрые маски, могли позволить себе заслуженное место в этом амфитеатре ужаса. Они красиво усаживались на мягких креслах, окружённые атмосферой надменности и превосходства, слуги подавали им самые лучше вина, виски и ром. Это было событие, которое не стоило упускать для тех, кто считал себя верховной аристократией общества.

— Уважаемые дамы и господа! Рад приветствовать вас на моем шоу! Сегодня вы вдоволь сможете насладиться болью и страданием, тех кто ниже вас! — произнес торжественную речь хозяин цирка, красивый, высокий, подтянутый мужчина в цилиндре.

На арене началось представление уродов, шоу, которое было предназначено для развлечения аристократов и утоления их жажды издевательств. Глаза зрителей наполнились любопытством и злорадством, глядя на несчастных детей, на тех, кто вынужден был стать объектом смеха и порицания.

Первым на арену вышел Хосер, человек с лицом, изуродованным глубокими шрамами, без губ и век. Он танцевал под звуки мрачной музыки, порождая тень своего прошлого, сверкающую сквозь устрашающие шрамы. Его движения были грациозными, но в их каждом взмахе чувствовалась боль и страдание.

За Хосером последовала маленькая девочка Мегги, с лицом, покрытом черными гнойниками, словно она была покинута самой природой. Ее глаза были полны слез, но она не обращала на них внимания, продолжая исполнять свою печальную роль в этом амфитеатре издевательств.

Цирк Делонтте был местом, где аристократы приходили поглумиться над теми, кто был менее счастлив в этом мире. Они смеялись, они аплодировали, они чувствовали себя выше и величественнее, наблюдая за несчастьем других. В глубине сердец они давно утратили свою человечность.

После шоу к Делонтте подходили нищие со своими детьми в надежде продать их.

— Это моя дочь, Дженни, у нее нет живота, — женщина в лохмотьях представила своего ребенка, показывая ее уродство.

— Девчонка красивая, беру! — кинул он матери монетку на землю, та радостно ее приняла.

— Анхель! — закричал мужчина во всю глотку, на пороге показался маленький ребенок, не более пяти лет. — Уведи ее в загон.

Анхель взял девочку за руку и повел куда-то, малышка ревела весь путь, запинаясь о лохмотья.

— Не надо, они будут бить, если покажешь слабость. — серьезно сказал мальчик.

Подойдя к загону с другими детьми он открыл дверь и Дженни вошла. Все дети громко плакали и просили вернуть их домой.

***

— Сегодня в нашем шоу трое новых актеров! Приветствуйте! Аллан! — на арену вытолкнули мальчика с зелёными глазами в пёстром клоунском наряде.

Рядом с ним, на инвалидной коляске вывезли косоглазого ребенка с капающей слюной, немного младше.

— Что же Аллан, перегрызи этому немощному руку!

Но мальчик стоял, тогда владелец удалил его хлыстом со всей силы.

Аллан послушно подошёл к ребенку, поднял его руку и одним движением зубов перекусил конечность.

Зал ликовал, но они хотели большего.

— А теперь глотку! Одним укусом!

По лицу Аллана текли слезы, он впервые убивал, ребенок который ещё не достиг и десяти лет.

Зайдя за кулисы он увидел Дженни и побежал к ней.

— Дж... Дж... Ммнг... — кричал он, но его быстро повалили, нельзя было запачкать сценический костюм девочки, которая выступала следующей.

— Итак, приветствуйте следующего актера Дженни, девчонка без живота! — знать овациями поприветствовала ее, — Но наша маленькая красавица сейчас продемонстрирует более интересные свои возможности.

Маленькая Дженни вышла в короткой, голубой рубашке и юбочке, чтобы хорошо виднелось ее уродство.

Девочка подошла к импровизированному конвейеру и легла в его конце. Клоун начал крутить колесо этого устройства и огромные порции горячего свиного жира с кусками копыт стали попадать ей в рот. Она захлебывалась, но поглощала все, из глаз текли слезы.

— И теперь последний урод! И именно вы решите, что с ним делать! Анхель! — на арену вышел мальчишка в розовом блестящем костюме, а за ним огромные верзилы.

— Что же вы, зрители, хотите ему сломать первым?! Ручку? Ножку? Ребра? Череп? А может свернуть шею? Этот ребенок уникален! Его кости восстановятся! Может кто-то из зрителей хотел бы поучаствовать!? — зал наполнился воплями, многие хотели истязать ребенка собственноручно.

***

— Анхель! Урод мелкий! Я сказал, что буду продавать тело Дженни всем, кто хорошо заплатит! — вопил Делонтте.

— Но она совсем ребенок, как ты можешь заставлять ее заниматься сексом с этими ублюдками?! — Анхель надрывал глотку, чтобы вразумить хозяина цирка.

— Заткнись! Вот же превратности судьбы, что у меня родился такой урод!

Мальчишка выскочил из кабинета отца, но кое-что он увидел - необычный фиолетовый драгоценный камень, который мог изменить его жизнь.

***

Под покровом ночи, когда весь цирк спал, Анхель влез в кабинет Делонтте, из-за необычайной гибкости это не составило труда. Он нашел шкатулку и вскрыл ее с помощью кинжала. Драгоценность будто манила его, он уже ни раз видел подобное во снах, где девушка в белом платье держала в руках этот гранёный камень.

Он должен был бежать, но не мог оставить Дженни. Анхель пробрался в ее клетку и тихонько разбудил, показывая, чтобы та следовала за ним.

— Малыш, Анхель! — проснулся Шимли.

— Я не могу тебя забрать, прости, — прошептал мальчик.

— Шимли знать это! Беги! Быть счастлив! — из глаз истерзанного покатились слезы.

Анхель взял Дженни за руку и повел наружу, но заметил, что Аллан прицепился к ней и не отпускал.

— Мы не можем его взять, он дурачок, будет нас тормозить. — тихо сказал Анхель.

— Прошу, я не оставлю его здесь! — лицо девочки было решительным.

— Скажи, чтобы молчал тогда.

Дети бежали очень долго, пока ноги не стёрли в кровь. Спрятавшись в полях, они пили грязевую, дождевую воду. Ели корни деревьев и листья.

***

— Этот дом не плох! — воскликнула Дженни.

— Не считая грязи, вони и трупа того деда, да. — ответил Анхель.

— Мгннм... Дж... — Аллан взял труп и вынес его глубоко в лес.

— Ну вот и Аллан пригодился, — сказала Дженни наблюдая за другом.

— Научи его разговаривать! Меня бесит это мычание, — закатил глаза Анхель.

Постепенно дети обжили дом, предали уют, почистили старый дымоход.

Дженни готовила и убиралась, занималась обучением Аллана, а Анхель по ночам промышлял воровством, дожидаясь богатых, пьяных господинов возле пабов.

Но каждый день им приходилось жить в страхе и бояться каждого шороха.

— Анхель, тот странный ребенок в серебряной маске опять пришел на кладбище! — воскликнула Дженни.

— Интересно... к кому... он... приходит? — спросил Аллан.

— Не знаю, но он точно не знает боли, по сравнению с нами! — ответил Анхель.

***

Однажды Анхелю приснился сон, что он стоит на арене, но не цирковой, все скандируют его имя. Он поворачивается лицом к зрителем и видит императорскую семью и человека в серебряной маске, возле которого стоит призрак белой женщины, она аккуратно положила руку мужчине на плечо.

— Через два года, я буду участвовать во " Вратах свободы"! — поставил перед фактом друзей.

— Нет, Анхель, а если нас найдут, вернут в цирк, нельзя! — кричал Аллан.

— И что ты попросишь, если выиграешь? — беспокойно спросила Дженни.

— Не знаю, место рядом с принцем Итеном!

— Ха-ха-ха, в качестве жены? — рассмеялся Аллан, но девушка пихнула его локтем в бок.

— Идиот! Помощника или личного слуги. Возможно, нам пора перестать бояться и жить обычной жизнью?

— А что делать с драгоценным камнем? Может продадим его? Нас не нашли за четыре года же, — предложила Дженни.

— Нет, нельзя!