Великий король Гэлен был совершенно неподвижен, его величественный облик лежал на ложе, окруженный "цветами смерти" и свечами. Зал, где проходили похороны, наполненный печальными и измученными лицами придворных, дышал тяжелой утратой. Необычайно высокие потолки и стены залитые фресками, создавали впечатление, что даже замок оплакивают ушедшего великого лидера.

Ларелейн стояла у гроба, ее взор был устремлен вдаль, словно она видела что-то за пределами этого мира. Она была измучена горем и потерей, ее рыжие волосы создавали контраст с бледностью лица, необычайно подчеркивая печаль, скрывавшуюся в глазах.

Мари Энн стояла у покойника, ее белоснежные локоны скрадывали лицо, но сквозь них было видно, как горят алым пламенем ее глаза, а рукой сжимала рукоять меча. Блистающий клинок отражал свечи, украшавшие комнату, словно просился на действие.

Собрав последние осколки силы, Мари Энн , шепотом проговорила.

— Клянусь, что найду тебя, Константин, вырву глаза, засуну их в глотку и оттуда ты будешь наблюдать, как я отправлю тебя в ад! – ее голос зазвучал как клинок, пронзающий сердце. Ее глаза излучали ярость, но слез не было.

Ларелейн повернулась к дочери, встретившись взглядом Мари Энн. В тот момент слова были лишни. В их глазах чувствовалась глубокая боль и решимость. Ларелейн медленно кивнула, словно подтверждая решение дочери.

Церемония похорон подошла к концу, последние прощальные слова сказаны, а Гэлен был готов отправиться в последний путь. Ларелейн медленно опустила руку на плечо Мари Энн, словно желая передать свою силу и поддержку дочери.

***

Сумерки окутали Винтерхолл, поглощая его в трауре после ухода короля Гэлана. Печальный ветер пронесся по залу, неся на себе запах траура и потерь. Мари Энн, едва успевшая попрощаться со своим отцом, стояла посреди зала, сжимая руки в кулаки.

Темное, словно ночь, платье обрамляло ее худую фигуру, словно символизируя траур за ушедшим отцом. Ее глаза были омрачены горем и скорбью. Черная корона, увенчанная острыми шипами, нежно опускалась на ее изящную голову, словно напоминая о боли, которая всегда сопутствовала ей.

По залу разносился тихий шепот и вздохи печали. Люди смотрели на королеву Мари Энн, новую властительницу, смешанными чувствами: надеждой на будущее и страхом перед неизвестностью. Когда Мари Энн наконец села на красный, железный трон, ее глаза встретились с глазами подданных.

И внезапно, словно испуская последний вздох, по ее щеке скатилась кровавая слеза. Она не пыталась ее скрыть, позволяя миру увидеть ее грусть и слабость, но и силу, спрятанную за этой эмоцией. В это мгновение она стала не просто королевой, а символом выносливости и решимости, готовой противостоять любым испытаниям, которые принесет ей судьба.

***

С утра Клод вошёл в покои королевы, она сидела голая в кресле на против камина, взгляд был направлен в пустоту, в руках она держала меч Константина и лёгкими движениями руки, затачивала его.

— Одри...

— Я хочу убить его, хочу чтобы мне наполнили ванну его кровью и купаться в ней, хочу выпить его кровь из самого изящного кубка, хочу чтоб на обед мне подали его бьющееся сердце... — не отрывая взгляд, жутким голосом говорила Мари.

— Нам пора на собрание, без тебя не начнут.

Открылись тяжёлые двери тронного зала и вошла королева в черном платье, рукой сжимая меч Константина, что находился в ножнах на ее поясе. Сев во главе подданных, она начала.

— Исаак, каков дальнейший план действий?

— Ваше Величество докладываю: Синь Юй и Аликада полностью разгромили флот империи. Герцог Вайлдфрост предоставил помощь в виде рыцарей и провизии Демиану. Огромное армия вошла в северные земли империи и движется в сторону Винтерхолла, они решили вторгнуться на наши территории.

— И? Мы сможем дать отпор?

— Боевой дух наших солдат упал, в первой битве мы потеряли часть армии. Мы проиграем...

— Ясно. — королева встала и уверенным шагом направилась к выходу, — Готовьте необходимое для ритуала.

Клод сидел за столом изучая старую книгу, ища информацию по проведению ритуала.

Дверь в его покои открылась и вошла Мари, она была печальна и дрожала.

— Одри! — подскочил он к ней.

— Я устала... Я так сильно устала.

Клод обнял любимую, если бы он мог только забрать ее боль, печаль, сделать счастливой.

Они долго стояли в обнимку, пока королева не успокоилась.

— На счёт ритуала, — подвёл он Мари к столу, где лежала ветхая книга, — В вечной мерзлоте есть некое надгробье, где покоятся Боги Севера, там мы и должны проводить ритуал. Для него нам лишь нужно дотронуться до надгробья окровавленной рукой и сказать, что добровольно отдаем половину жизни. — Клод тяжело вздохнул, — Я спросил у Исаака, где это место, но он сказал, что там ничего нет, кроме пустыни снега и бури, никто никогда не видел подобное в вечной мерзлоте. Так же никто не знает, откуда появляются монстры.

— Завтра на рассвете мы отправимся туда вместе. Скажи Исааку и Александру, что они поедут с нами на случай непредвиденных обстоятельств.

— Понял, — взглянув на королеву с нежностью, продолжил, — Одри, я люблю тебя и сделаю все, что от меня потребуется.

— Спасибо.

***

Четыре всадника медленно вошли в пустыню вечной мерзлоты, их лица закрыты плотными тканями, оставляя лишь прорезь для глаз, одеты в мантии из шкур животных. Солнце не пробивалось сквозь тучи, а ветер выл как дикий зверь.Оставив коней, они пошли вперед, шаг за шагом уходя вглубь безжизненных земель.

Внезапно, из белого мрака показались монстры с красными глазами, а их тела будто сотворены из снега и льда. Поединок был жесток, твари нападали разом, как единый организм, их атаки выглядели продуманными, выбирая подходящие моменты и слабые места.

Когда всадники наконец оправились от атаки, они обнаружили, что двое из их числа исчезли. Клода и Мари отбросило в глубь вечной мерзлоты, где лишь царила полная тьма, с небольшими проблесками света. Клод был ранен, его кровь вытекала, оставляя красные следы на снегу.

Они приблизились к огромному надгробью, стоявшему посреди этой леденящей пустыни. Старый и покрытый льдом камень, возвышающийся к небесам.

— Это оно. – пробормотал Клод, чувствуя, как дрожь пробежала по его телу, словно холодные пальцы смерти касались его плоти.

Затем мужчина снял перчатку, прикоснулся к кровоточащей ране и поднес руку к камню, взглянув на Одри он улыбнулся и дотронулся на надгробья.

— Я Клод Вильгельм Сайтдфейт, добровольно отдаю половину своей жизни.

— Я Мари Энн Одри Винтерхолл, добровольно отдаю половину своей жизни.

Яркая вспышка ударила по глазам королевы, от боли она зажмурилась.

В своей комнате маленькая Мари Энн лежала на детской кровати. Послышались тяжёлые шаги ее отца. Он открыл дверь, принес ей новые игрушки, чтоб она не скучала в этом убежище. Сев рядом на кровать он нежно погладил ее по голове.

— Моя любимая доченька, — с теплотой сказал Гэлен, а затем из его рта полилась черная густая кровь.

Все растворилось.

Вот Джейн, держа ее за маленькую ручку, тащит на кухню, чтоб украсть клубничный торт, а сама рассказывает про глупого Тима. Затем камнем падает на землю, из груди льется черная кровь, пропитывая ее белое платье.

Все растворилось.

Теодор держит ее на руках и несёт к озеру, рассказывая сказку восточных королевств о зеркале душ, в котором можно встретиться с давно умершим возлюбленным. Они вместе кормят желтых уточек. Вдруг вода окрашивается в черный цвет и мимо проплывает труп старшего брата.

Все растворилось.

Мартин принес в ее комнату рыжего маленького котенка, они налили молока. Мальчик сделал ему дразнилку, весело смеясь над маленьким пушистым существом. Из глаз Мартина полились черные слезы.

— Сестра... Помоги. — протянул он к ней ручку.

Все растворилось.

— Такая одинокая Мари Энн, а все вокруг мертвые. Она стоит одна на горе трупов всех кого любила, кто будет следующим? — находясь в кромешной тьме, раздался жуткий, громкий голос. — Такая глупая Мари Энн, королева, что окрасит кровью свои родные просторы.

Затем она услышала крики людей и упав на колени, закрыла уши.

Когда, разрывающие душу, звуки стихли, она увидела два огромных красных глаза.

— Чего ты желаешь больше всего?

— Получить силу, чтоб уничтожить империю, Демияна и Константина! — с решительностью в голосе ответила Мари.

— Я дам тебе эту силу, но когда твоя цель будет достигнута, ты заплатишь высокую цену.

— Всё что угодно! — прокричала королева

.