Глава 82.

Лириэт подняла брови, смотря на мальчика, который казался бесконечно расслабленным даже после того, как съел ядовитый плод.

Он и правда не боится яда.

– Мне нужно лучше оценить Ваше состояние, поэтому, пожалуйста, побудьте некоторое время в моей комнате, а не возвращайтесь в свою, – сказала девочка со смешанными чувствами.

При этих словах Рафаэль широко улыбнулся, словно получил неожиданный подарок.

Лириэт непонимающе посмотрела на Принца и, прочистив горло, вновь заговорила:

– Будет довольно скучно просто сидеть на месте. Я могу дать Вам книгу, чтобы почитать?

– Нет.

– Тогда не хотите порисовать?

– Нет, – покачав головой ответил Рафаэль. – Я хочу поговорить с Вами, младшая Принцесса.

В этот момент Лириэт вспомнила слова горничных:

– Естественно, Принц из столицы другой. В отличие от молчаливых северян, которые открывают рот только после того, как монстр нанесёт удар им в спину, он достаточно умело говорит приятные вещи, от которых тают уши.

Полный хаос.

– Кажется, Ваше Высочество любит поговорить.

– Да, мне это очень нравится.

Это один из способов добиться расположения другого человека, не тратя денег.

Особенно легко с женским полом.

«Вы красивы. У вас доброе сердце. Ваш голос приятно слышать.»

Большинство из них улыбаются, когда я с улыбкой говорю это.

Даже дамы императорского дворца, которые не признают меня Принцем.

Но Принцессе Винджоайс это, похоже, не очень нравится, как бы я её ни хвалил.

Она так же равнодушна, как твёрдый камень, – однако Рафаэль знал волшебные слова, которые могли заставить отреагировать и Лириэт.

– Его Высочество герцог Винджоайс действительно крут, не так ли?

– Да! – тут же громко ответила девочка, которая держала рот на замке, как высокомерная леди.

И тут же прикрыла губы с извиняющимся выражением лица, но Рафаэль не упустил этой возможности завести разговор:

– Его Высочество Герцог очень популярен в императорской семье. Об этом нельзя говорить должным образом из-за предупреждения Его Величества Отца, но есть много людей, которые тайно восхищаются и обожают Его Высочество.

– Вот как?

– Однако в императорской семье есть одно негласное правило. О том, что не стоит носить синие украшения или платья, поскольку этот цвет символизирует Его Высочество герцога Винджоайс. Его Величество Отец злится.

– Так мелочно! – Лириэт, искренность которой неосознанно вырвалась наружу, ахнула и прикрыла губы ладошкой.

Однако вместо того, чтобы раскритиковать её за грубые слова, Рафаэль с улыбкой продолжил:

– Вот почему члены императорской семьи, обожающие Его Высочество Герцога, используют драгоценности, меняющие цвет. В зависимости от освещения эти драгоценные камни выглядят либо синими, либо красными – это тайный способ выразить свою симпатию к герцогу Винджоайс.

Помимо этого, Рафаэль рассказал Лириэт множество других историй.

Что всё большее число молодых аристократов желали отправиться на Север из-за герцога Винджоайс, поэтому старшее поколение аристократов цокали языками.

Что каждый, кто владеет мечом в столице, мечтает стать рыцарем под началом герцога Винджоайс.

– Есть много аристократок, которые мечтают выйти замуж за Его Высочество герцога Винджоайс. Книга «Как стать женой герцога Севера» стабильно продаётся.

Личико девочки отражало отношение к историям о Герцоге, которые она не знала.

Что делать. Это так весело!

В глубине души ей хотелось продолжать слушать Рафаэля.

Но Лириэт решительно прервала его, когда прошло ровно 3 часа:

– Сейчас я осмотрю Вас.

Лириэт провела внимательный осмотр организма Принца.

Нет ли температуры? Хорошо ли видят глаза? Руки тёплые? Цвет ногтей изменился? Есть ли признаки крапивницы где-то по телу?......

Вау, она так же хороша в осмотре, как врачи императорской семьи.

Однако, в отличие от холодных прикосновений императорского врача, прикосновения Лириэт были такими же нежными, как если бы она осматривала младенца.

Рафаэлю это понравилось, и уголки его губ приподнялись.

Наконец, Лириэт осмотрела шею мальчика и заключила:

– В организме нет никаких аномальных симптомов. Кажется, в плоти яда нет.

– Тогда в этот раз пробуем кожуру? – кивнув, спросил Рафаэль.

– Токсичность может проявиться со временем, нужно подождать ещё хотя бы день. Поэтому съедение шкуры плода будет через 2 дня.

Хоть это оказалась более громоздкая задача, чем ожидалось, мальчик послушно кивнул:

– Я понял.

Он встал, пообещав завтра утром снова навестить Лириэт, чтобы проверить его состояние.

Девочка схватила Рафаэля за край одежды, когда он собрался уйти:

– Ваше Высочество Принц, пожалуйста, никому не говорите о том, что мы делаем в этой комнате.

Иначе, если об этом станет известно другим, это станет головной болью.

В худшем случае исследование может быть остановлено.

– Пообещайте мне, – Лириэт протянула Рафаэлю мизинец, когда тот кивнул.

Глаза мальчика расширились.

Обещание на словах, только что данное Рафаэлем, как членом королевской семьи, было мимолётным.

Не было бы ничего страшного, если бы он не выполнил его даже после того, как только что сказал это.

Однако в этот момент глаза Лириэт, просящей об обещании, были бесконечно чистыми и искренними.

Словно в обещании на словах была особая сила.

Рафаэль какое-то время смотрел на девочку, как на странное существо, а затем осторожно протянул руку.

Лириэт без колебаний подошла к нему и переплела мизинцы.

В этот момент мальчик неосознанно вздрогнул.

Её рука такая тёплая.

Его словно коснулся солнечный свет.

Тудум-тудум.

Моё сердцебиение стало немного громче, потому что я впервые в жизни даю обещание? – Рафаэль растерянно посмотрел на девочку и приподнял уголки губ.

Как ни странно, улыбка, которая появлялась как дыхание, получилась не очень.

*****

После этого Рафаэль и Лириэт продолжили эксперимент.

Лириэт проверяла состояние Рафаэля в течение 24 часов после того, как он съедал часть плода. Если всё было в порядке, съедалась ещё одна часть плода.

Кожица, мякоть возле семечки, мелко порезанная семечка……

Однако реакции на яд пока не последовало.

*****

Сегодня Рафаэль направлялся в комнату Лириэт для очередного этапа эксперимента.

Глаза улыбающегося Принца расширились, когда он прошёл по коридору. Всё потому, что мальчик столкнулся с Герцогом, который шёл с другой стороны коридора.

Рафаэль коротко поклонился Лауренсио, который выглядел свирепее обычного, облачённый в серебряные доспехи и вооружённый мечом:

– Прошло много времени, Ваше Высочество. Несмотря на то, что мы находимся в одном замке, у меня не было возможности увидеть Вас, поскольку Вы очень заняты.

Герцог был занят истреблением монстров, появляющихся каждый день.

Прямо сейчас он отправлялся за этим же.

Лауренсио посмотрел на Рафаэля, который был достаточно низким для него, и сказал:

– В последнее время Вы часто ходите в комнату Лириэт.

Его глаза были достаточно холодными, чтобы создать убийственный взгляд, но Рафаэль лишь ярко улыбнулся:

– Да. Я хорошо провожу время с младшей Принцессой.

– ……! – одна из бровей Лауренсио приподнялась.

– Мне страшно, Ваше Высочество, – сказал Рафаэль, сжимая ладошки и поднося их к губам.

– ……

– Не волнуйтесь. Я не настолько глуп, чтобы сделать что-то с младшей Принцессой в замке Винджоайс или где-то ещё. Я не хочу страдать настолько сильно, что смерть раньше будет лучше смерти позже.

– Я поверю в сказанное, – произнес Лауренсио, долго смотря на Рафаэля без слов.

Бросив это, Герцог отправился дальше.

Мальчик выдохнул только после того, как Лауренсио покинул коридор:

– Ху-у, я думал, что умру.

Естественно, Герцог не был настолько жесток, чтобы убить проходящего мимо ребёнка только потому, что тот немного раздражал его. Однако ледяная аура, исходящая от огромного тела Лауренсио, была настолько устрашающей, что перехватывало дыхание.

То же испытывал и Гуль, слуга, что был рядом с Рафаэлем.

– Ту, тупой ублюдок, – пробормотал дрожащий Гуль с бледным лицом.

Сложно было поверить, что он лоялен к императорской семье, поскольку совершенно не испытывал уважения к знати.

Его Величество Император никогда бы не отпустил его, если бы получил чуть больше сил.

Слова, подобные оскорблению, слетали одно за другим над головой Рафаэля.

Замолчав, Гуль посмотрел на Принца:

– Кстати, что Вы делаете в комнате с младшей Принцессой?

Это была дыра неизвестности для Гуля, который целыми днями сопровождал Рафаэля, но не мог войти в комнату Лириэт.

Это произошло потому, что Лириэт запретила всем остальным входить в комнату, заявив, что ей хочется комфортно играть с Рафаэлем.

– Я не могу сказать, – улыбнулся мальчик на вопрос Гуля. – Я дал обещание младшей Принцессе.

Глаза Гуля распахнулись, как у разъярённого монстра:

– Ваше Высочество, по приказу Его Величества Императора я служу Вашему Высочеству. Несмотря на то, что я всего лишь слуга, я нахожусь в положении, когда обладаю властью выносить наказания от имени Его Величества Императора, когда дело касается Вашего Высочества.

Верный своим словам, Гуль относился к Рафаэлю словно был Императором.

Он часто игнорировал мальчика, но если Рафаэль хоть немного обижал его, Гуль избивал Принца.

Его трость была очень острой.

Шрамы от избиений, совершённых перед приездом на Север, до сих пор оставались на ногах мальчика.

– В любом случае, важно не то, что я делаю в комнате с младшей Принцессой, – улыбнулся Рафаэль, ощущая покалывание в ранах. – А то, что я очень скоро сближусь с ней.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –