Глава 67.

Однако, вопреки твёрдой воле Лириэт, цветок не появлялся.

Глядя на цветочный горшок, который ничуть не изменился с первого дня, на личике девочки отразилось очень сильное разочарование:

– Я сделала так, как было написано в исследовательских записках. Почва, температура и солнечный свет отрегулированы, а полив воды никогда не пропускался: воду я давала только в указанное время и в указанном количестве. Но почему он так и не прорастает?

Неужели он не зацветёт, как у многих?

Лириэт знала, что шансов у неё гораздо больше, чем у других.

Поэтому, если этот цветок не прорастёт, она думала о том, чтобы подарить Герцогу другой.

Но……

– Я очень хочу подарить Герцогу именно этот цветок, – пробормотала Лириэт, прикасаясь к растению в горшке, которое было ничем иным, как землёй. – Значит, я не могу заставить тебя прорасти и зацвести, просто усердно работая?

Понял ли он чувства Лириэт?

Несколько дней спустя девочка на рассвете проснулась с полузакрытыми глазами, потому что плохо спала.

Глаза Лириэт, подошедшей к цветочному горшку с лейкой в руке, расширились.

Из рыхлой земли прорастал маленький росток.

Лириэт не могла поверить в это, поэтому ходила туда-сюда, рассматривая его с разных сторон.

Как ни посмотри, это определённо росток.

– Кья! – вскрикнула Лириэт, подхватывая цветочный горшок и оборачиваясь.

Через несколько мгновений в комнату вошёл Симон, также удивлённо протягивая: «О!».

– Вы сделали это, мисс Лириэт! – воскликнул дворецкий радостным голосом.

– Да. Этот малыш наконец-то сделал это! Он прорастает! – защебетала Лириэт с раскрасневшимся личиком. – Я так рада. Если продолжать в том же духе, то цветок расцветёт ко Дню Матери, верно?

– Так и будет. Его трудно прорастить, но, говорят, как только появляется росток, то цветок расцветает в одно мгновение.

Лириэт начала заботиться о цветке в горшке со счастливым лицом. Намного более искренне, чем раньше.

Росток рос день ото дня.

Лириэт смотрела на растение с неописуемой радостью.

Скоро я смогу увидеть Белуайс!

Вот как она думала, но……!

*****

Тук, – лейка в руке Лириэт упала на пол.

Вода из лейки стала заливать тончайший ковёр, но девочку это не волновало.

Стебель, поднимающийся к небу всего несколько часов назад, засох.

В этот момент Лириэт вспомнила отрывок из заметок о взращивании цветка, которые она читала десятки раз.

<Решающая причина, по которой трудно вырастить Белуайс, заключается в том, что он внезапно засыхает или умирает, даже если все условия идеально соблюдены.

Этот цветок действительно довольно капризен.>

Личико Лириэт исказилось.

Я знала, что заставить цветок расцвести – невероятно трудная задача.

И всё же, мне очень хотелось его вырастить.

Не только потому, что она хотела подарить цветок Герцогу.

Ещё и потому, что у Лириэт было искреннее желание заботиться о семенах, как растят ребёнка, и вырастить их как следует.

Однако, вопреки её чувствам, стебель только что засох.

Словно он умрёт в ближайшее время.

Лириэт посмотрела на увядший стебелёк с личиком, которое выглядело так, словно она вот-вот расплачется, и перевела взгляд на свою руку, словно что-то вспомнила.

Маленькая ладошка выглядела белоснежной и гладкой. Следов ран, которые она наносила, чтобы сделать лекарство для Карины, не осталось.

– Может быть, божественная сила действует и на растения? – пробормотала Лириэт.

Я никогда не использовала её на растениях, поэтому не уверена, что это может быть возможным. Божественная сила – это сила восстанавливать живых существ.

Однако Лириэт не могла решиться и взволнованно подняла брови.

После возвращения я приняла решение. Если в этом не будет крайней необходимости, я не буду использовать божественную силу.

Всё из-за воспоминаний о предыдущей жизни, где она вела болезненное существование из-за своей божественной силы.

Однако Лириэт использовала свои силы, чтобы излечить глаза Лауренсио, немного улучшить здоровье Мэло и даже сделать лекарство для Карины.

Всё это было из-за желания помочь другим. Поэтому она не жалела, что не следовала своему решению.

Но сейчас всё по-другому. Использование силы лишь для того, чтобы заставить цветок расцвести……

Однако это неприятие продлилось для Лириэт недолго.

Нормально. Это нормально. Герцог всегда так говорит. Делать всё, что я хочу, – приняв решение, Лириэт вытащила из нагрудного кармана небольшой нож.

Она нервно посмотрела на нож и порезала себе палец.

Девочка привыкла к боли, но ощущения в момент, когда нож прорезал её кожу, всё равно были ужасными.

На белом пальчике Лириэт собралась круглая красная капля крови. Она уронила её на увядший стебель.

Пожалуйста, подари ему силы, – горячо взмолилась девочка.

Через некоторое время произошло нечто удивительное.

Увядший стебель ожил и начал быстро расти.

Маленькие цветочные бутоны появились на конце стебля…… А вскоре распустились цветами.

Прекрасными цветами с насыщенным цветом, словно они состояли из голубых драгоценных камней.

Лириэт смотрела на цветок не дыша.

Боже мой.

Я использовала божественную силу в надежде, что она чем-то поможет цветку расти, но не думала, что результат получится таким потрясающим.

Лириэт посмотрела на свой пораненный палец и распустившиеся цветы и пробормотала:

– Возможно, сила, которой я обладаю, может быть больше, чем я думала……

Ощущая новые эмоции, девочка легонько коснулась голубого цветка.

Цветок был очень холодным.

Словно изо льда.

Почувствовав присущий лишь Белуайс холод, Лириэт прищурилась.

В любом случае, одно можно сказать наверняка.

Благодаря моей силе я могу подарить Герцогу те цветы, которые очень хотела.

*****

У герцога Винджоайс была очень важная задача.

Порабощение монстров, спускавшихся с Северных Гор.

Если монстр не спускался до серьёзного уровня, достаточно было отправить опытных рыцарей. Однако Лауренсио всегда непосредственно командовал рыцарями, даже если в этом не было острой необходимости.

У некоторых на глазах выступали слёзы от огромной ответственности герцога Винджоайс, но они были правы лишь наполовину.

Лауренсио было довольно весело разрубать и уничтожать монстров.

Так же, как сильному зверю нравилась охота, позволяющая чувствовать себя живым.

Сегодня было так же. После того, как Лауренсио позавтракал, он приготовился к выходу.

В металлических доспехах, серебром сияющих на крепких мускулах, мужчина закрепил на поясе гигантский меч, который мог бы использовать великан.

Лауренсио вышел из комнаты с таким устрашающим видом, что даже дракон бы дрогнул.

Однако была одна вещь, которая привлекла внимание Герцога.

Красочные цветы на груди нескольких горничных, которых он встретил в коридоре.

Горничные, работавшие в замке Винджоайс, были больше заинтересованы в том, чтобы тренировать своё тело, а не мило его украшать.

– Ваше Высочество Герцог, сегодня День Матери, – сказал Симон Герцогу, который был озадачен такой деталью.

Лауренсио вспомнил о Дне Матери.

Это день, когда дети выражают благодарность матерям, которые родили их?

Только он никогда не заботился об этом дне.

Это был праздник, обычно отмечаемый простолюдинами, и Оливию, мать Лауренсио, подобный милый день не интересовал.

То же самое было и с ним самим.

– Удивительно, как можно быть таким счастливым, получив один цветок, – пробормотал Лауренсио, смотря на горничных с цветами, смеющихся с раскрасневшими лицами.

Это случилось тогда.

– Папа!

Лауренсио повернул голову на чистый голосок.

С другой стороны коридора к нему бежала Лириэт в жёлтом платье, обеими руками неся горшок с одним цветком.

Лириэт появилась перед Лауренсио, глаза которого расширились. И протянула цветочный горшок, который держала.

– Возьми это.

– ……? – Герцог вопросительно наклонил голову от неожиданного подарка.

– Господин Герцог не моя мама, но он мне совсем как мама. Он заботится обо мне, защищает и любит меня, – продолжила Лириэт, краснея.

– ……!

– Спасибо за всё.

Глаза Лауренсио расширились.

Это действительно было тем, что он даже не представлял.

Тудум-тудум, – его сердце, которое было спокойным, даже в тот момент, когда его жизни угрожал монстр, начало биться быстрее.

Лауренсио посмотрел на Лириэт неописуемым взглядом и взял горшок с растением из её маленьких рук:

– Спасибо.

– ……!

– Цветок очень красивый.

Большие глаза Лириэт яростно задрожали от слов Герцога, и девочка широко улыбнулась, словно услышала самые счастливые слова.

Губы Лауренсио коснулись щеки Лириэт.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –