«Я уже чувствую себя мёртвым...»

Азриэль плюхнулся на диван, издав усталый вздох. Когда Нол закрыл дверь, вместо того чтобы сесть рядом с Азриэлем, он облокотился на большой стол перед ним.

— Я мог бы просто обезглавить их всех, наставник...

Притворяясь, что не слышит слов Нола, Азриэль закрыл глаза. После того как они вошли в ворота академии, охране не позволили следовать за ними, так что они были вынуждены вернуться. Жасмин также попрощалась с Азриэлем, так как теперь она была председателем студенческого совета и имела множество обязанностей.

К счастью, у ворот их уже ждал представитель академии, который сопроводил Нола и Азриэля в комнату, где они ожидали своей очереди на экзамен. Хотя академия утверждала, что они ко всем относятся одинаково, дети Четырех Великих Кланов неизбежно пользовались привилегиями. Статус принца давал Азриэлю особые права, которых не получали другие. Тоже относилось и к другим детям Великих Кланов. Ему повезло.

Пройти через коридоры к этой комнате было утомительно, особенно из-за выжигающих взглядов, устремлённых на него. Даже тот, кто сопровождал его и Нола, бросал такие взгляды, хоть и пытался сдерживать себя. Азриэль был слишком поглощен мыслями, в особенности предстоящим инцидентом с Подземельем Пустоты, чтобы обращать внимание на свою внешность или другие мелочи. Тем не менее ему приходилось поддерживать облик принца, что изматывало его.

Он был рад, что никто к нему не подошел… пока что.

«Интересно, он уже здесь?...»

Если бы он вышел из комнаты, то, возможно, встретил бы главного героя или другого важного персонажа. Сказать, что ему было неинтересно встретиться с ними, было бы ложью. Кто бы не захотел? Увидеть персонажей, о которых он так долго читал, теперь живых, дышащих, ходящих по тем же коридорам академии, что и он — было вполне естественно чувствовать себя заинтригованным.

Азриэль открыл глаза и посмотрел на Нола, который безучастно смотрел на него.

— Что-то случилось, наставник?

Азриэль криво улыбнулся.

— Сколько ещё раз мне повторять, чтобы ты перестал называть меня «наставником»?

— Э? Ты же знаешь, что это невозможно. Ты ведь мой Наставник, в конце концов.

Нол покачал головой, явно не собираясь отказываться от этого обращения.

— Хаа... В самом деле, ты слишком серьёзен.

«Хотя иметь рядом такого преданного человека, как Нол — не так уж и плохо»

— Нол, — вдруг сказал Азриэль, его тон стал более серьезным.

Нол сразу же перестал улыбаться и выпрямился.

— Что-то не так, Наставник?

— …Какого это жить на Земле?

Нол слегка склонил голову, глубоко задумавшись.

— Ну… я ещё мало что видел, кроме дома наставника, но… — На его лице засияла широкая улыбка. — Мне здесь нравится. Особенно еда на Земле! В Белом Раю ты бы никогда не почувствовал голод, ведь в еде небыло нужды. Но, боги, это было проклятие, а не благословение!

Азриэль кивнул, понимая его энтузиазм.

«Он прав… еда в этом мире такая, что за неё и умереть не жалко»

— Я хочу попробовать все блюда, которые может предложить Земля!

Восторг Нола был ощутим, и он уже начал пускать слюни при мысли о еде.

Азриэль бессознательно улыбнулся, глядя на поведение Нола, но его улыбка исчезла, когда он произнес следующие слова:

— Знаешь, что следование моему плану может означать, что больше ты ничего не попробуешь. Ты можешь… умереть.

Нол напрягся, услышав слова Азриэля, его лицо стало серьезным. Он посмотрел Азриэлю прямо в глаза.

— Наставник… если бы не ты, я бы никогда не познал божественного дара богов — того, что может довести до слез от чистого удовольствия: еду.

Его взгляд был непоколебим, наполненый честностью и преданностью. Небольшая улыбка появилась на лице Нола.

— Ты подарил мне жизнь, так что было бы правильно отдать её за тебя.

Слушая эти искренние слова преданности и восхищения в свой адрес, Азриэль мог только… рассмеяться.

«Ах... мне действительно повезло».

— Кстати, наставник, — продолжил Нол. — Мои знания об этом мире могут быть такими же, как у ребенка, но я точно уверен, что не боюсь смерти… и никогда не буду.

Прежде чем Азриэль успел ответить, в дверь постучали, и она приоткрылась со скрипом.

— Принц Азриэль, господин Нол.

Тот же человек, что привел их сюда ранее, встал у двери и слегка поклонился.

— Экзамен скоро начнётся. Прошу следовать за мной.

Азриэль встал и направился к двери, Нол шёл следом. Сотрудник, одетый не в форму студента, очевидно, был преподавателем или имел другую должность в академии. Когда он развернулся и пошел вперед, Азриэль тихо, так, чтобы слышал только Нол, произнёс:

— Эй, Нол.

Нол продолжал идти, но взглянул на Азриэля, который подарил ему искреннюю улыбку — редкость с момента их пребывания на Земле.

— Когда всё это закончится... пойдем вместе на шведский стол, ладно?

Лицо Нола просияло от радости.

— Не могу дождаться!

*******

— Кажется, в этом году у нас много воодушевлённых детей, — усмехнулся Инструктор Сальватор, занимая последнее место за большим белым мраморным столом. За столом уже сидели трое других инструкторов. Слева от Сальватора сидел инструктор Соломон, с закрытыми глазами и ухмылкой на лице, облокотившись на спинку кресла, с ногами, заброшенными на стол.

Рядом с Соломоном, в центре среди инструкторов, сидела поразительно красивая женщина с волосами цвета обсидиана. Она сидела с прямой осанкой, её розовые глаза были сосредоточены на закрытой двери, ведущей в зал, где студенты ждали своей очереди. Её аура была настолько сильной, что только Соломон решался сидеть рядом, не проявляя дискомфорта. Она была директором академии — Фреей Селеной. Не то чтобы сидеть рядом с ней было невозможно, но другие инструкторы предпочитали этого не делать. Каждый из них занимал важную должность в академии, но присутствие Фреи внушало совершенно иной уровень уважения.

— Ранни, дай мне документы, — внезапно сказала Фрея, её голос разорвал тишину в комнате.

Инструктор Ранни кивнула и передала ей документы.

— Здесь все студенты, которые в этом году имеют приоритет, — скучающим тоном добавила Ранни, пока Фрея просматривала бумаги.

В списке было всего три имени.

— Азриэль Кримсон, Селестина Фрост и... о?

Брови Фреи слегка приподнялись, когда она прочитала последнее имя.

— Да, похоже, в этом году к нам присоединилась и его дочь, — с легкой улыбкой отметила инструктор Джульетта.

— Анастасия, — пробормотала Фрея, словно смакуя это имя.

Было бы ложью сказать, что Фрее не было любопытно. Любой был бы заинтригован, зная, кто её отец.

«Итак, дочь Сайлиуса Гейла тоже будет учиться в академии, да?»

Все в комнате знали, что Анастасия связана с Сайлиусом Гейлом. Впрочем, они также знали, что этот так называемый сильнейший Святой использует фальшивое имя. Сайлиус Гейл — не настоящее имя, а псевдоним, известный лишь избранным. Связь Анастасии с её отцом была тщательно охраняемой тайной.

«Подумать только, что в этом году у нас будет три студента с приоритетом».

Уже было сюрпризом, что в прошлом году их было двое, Жасмин и Калеус, но в этом году…

«Наконец-то время вновь начинает двигаться вперед».

Небольшая улыбка появилась на обычно бесстрастном лице Фреи, и остальные инструкторы, кроме Соломона, посмотрели на неё с широко раскрытыми глазами.

— Мы начнем экзамен, продвигаясь в алфавитном порядке, начиная с приоритетных студентов, — объявила Фрея. — Приведите Азриэля Кримсона.

В тот момент, когда она произнесла это, глаза Соломона резко открылись, и его ухмылка стала шире.

— Наконец-то!