*Примечание переводчика: Мне показалось, что аббревиатуры столиц звучат не очень и отныне я буду переводить их как Восточная, Центральная и т.д. столицы, вместо ВАСС, ЦАСС и т.д. Так, я думаю, будет легче воспринимать информацию.

*******

Разница между Центральной и Восточной столицами незначительна, за исключением того, что Центральная гораздо крупнее и, разумеется, намного более населена. Фактически, Центральная столица известна как самый густонаселённый город в мире. Здесь находится Академия Героев и Подземелье Пустоты, что делает её священной столицей, управляемой Четырьмя Великими Кланами и правительством.

В данный момент Жасмин сидела на заднем сиденье автомобиля, рядом с Азриэлем, а водитель и телохранитель занимали передние сиденья. Они направлялись в Академию Героев на вступительный экзамен.

Как дети клана Кримсон, они были окружены охраной: впереди и позади их сопровождали чёрные автомобили, хотя количество охраны и было ограничено, чтобы избежать излишнего внимания. К сожалению, слугам не разрешено входить в академию, что означало, что им придётся заботиться о себе самим. Нол, который также присоединился к ним, по каким-то причинам решил ехать в машине сзади.

Выбраться из поместья Кримсонов было нелегко: Жасмин пришлось буквально отрывать свою плачущую мать от Азриэля. Их отец, несмотря на внешнее спокойствие, не смог обмануть Жасмин; она знала, что ему тоже было нелегко отпускать их. Повернув голову, Жасмин заметила, что Азриэль рассеянно смотрит в окно с пустым выражением лица. Она тихо вздохнула.

«Всё такой же, да...»

С тех пор как Азриэль вернулся из Царства Пустоты, многое изменилось. Жасмин начала восстанавливать отношения с родителями, и возвращение Азриэля помогло залечить старые раны в их семье. Однако, несмотря на то, что он стал своего рода катализатором для этой новой близости, сам Азриэль держался на расстоянии. Он не избегал их, и, хотя мать могла быть чрезмерно заботливой, он никогда не жаловался. Наоборот, он тепло улыбался, словно наслаждаясь её вниманием.

«Мама, должно быть, тоже заметила. Она наблюдает за ним по-своему», — подумала Жасмин, на её лице появилась лёгкая улыбка.

Жасмин тоже пыталась следить за братом, даже старалась вернуть старую динамику их отношений брата и сестры, игриво поддразнивая его. Но что бы она ни делала, Азриэль никогда не сердился. Он сохранял деликатную дистанцию, никогда не теряя терпения с ней или их родителями. Жасмин с грустью посмотрела на него.

«Должно быть, там было очень одиноко...»

Она не знала, что именно произошло с ним в Царстве Пустоты. Часть её боялась спросить напрямую. Она пыталась выведать что-то у Нола, тонко намекая на свою любознательность, но он не раскрывал подробностей. По какой-то причине Нол был абсолютно предан Азриэлю и отказывался говорить о времени, проведённом в мире Пустоты, без его разрешения. Такое поведение настораживало Жасмин. Она была уверена, что, если бы Азриэль попросил Нола пожертвовать своей жизнью, тот бы не колебался. Эта мысль её пугала. Через что они прошли, чтобы создать такую связь?

Но больше всего Жасмин не могла понять поведение Азриэля на рождественском банкете. Она не могла понять, почему он поступил так, как поступил. Азриэль никогда не был активным или инициативным — по крайней мере, так она думала.

«То, как он вёл себя, словно очаровательный принц, полностью взявший контроль над банкетом».

Он явно что-то планировал, но что именно — оставалось загадкой. Беседа, которую Азриэль вёл с директрисой и Святым Соломоном под звуковым барьером, была тому доказательством.

«О чём бы они ни говорили, это выглядело важным»

Обращаться к отцу за объяснениями было бы бесполезно. Он верил в то, что его дети сами несут ответственность за свои поступки и вмешивался только в случае крайней необходимости. Даже их мать не знала, что планировал Азриэль.

Вдруг Жасмин поморщилась, вспомнив, как на банкете Азриэль чуть не обручился с Селестиной.

«Да, он точно не способен покорить сердце девушки».

Жасмин уверенно кивнула самой себе, убедившись в своей мысли. Она снова тихо вздохнула, посмотрев на Азриэля.

«Но всё-таки… надеюсь, ты отпустишь то, что тебя держит…»

*******

Когда впереди назревает что-то важное и ты сделал всё, что мог, чтобы подготовиться, естественно почувствовать волнение. Вместе с волнением появляются и сомнения, и много. Сомнения переполняли разум Азриэля, когда он смотрел в окно на сменяющийся пейзаж:

«Я сделал достаточно...?»

«Я же ничего не упустил, да?»

«Всё получится, верно?»

После сегодняшнего вступительного экзамена занятия начнутся уже послезавтра. То, что занятия начнутся так скоро, подчёркивало организованность сотрудников академии. Но это также означало... Оставалась всего неделя до того, как первокурсники отправятся в Подземелье Пустоты, что могло привести к потенциальной катастрофе. Азриэль знал, что квест по поводу события в подземелье может прийти ему в любой момент. Но это было неважно.

«Скорее всего, я не смогу выполнить его в этот раз...»

Он был в этом уверен. Ему было обидно упустить все награды, но... Это было необходимо — для него самого. Когда он осознал реальность происходящего, его мысли обратились к главным виновникам грядущей трагедии.

«Нео Генезис…»

Для общества они были очевидным врагом, изображаемым как организация, стремящаяся уничтожить будущее человечества. Эта версия казалась простой и пугающе ясной. Но Азриэль знал больше. Он знал глубокую, более сложную правду, стоящую за их действиями. Он знал его истинную цель.

Это не значит, что он поддерживал методы Нео Генезиса или их идеологию. Далеко не так. Он понимал их мотивы, хотя и не мог их одобрить. Путь, по которому они шли, был морально неверным, но, с их точки зрения, это было мучительной необходимостью. Азриэль не мог осуждать их — точнее, его.

Он понимал их мотивы, его отчаяние. Но понимание мотивов не означало поддержку.

Не потому, что Азриэль верил в свою правоту. Нет. Дело было не в том, что он считал себя правым или неправым. Они оба знали, что ждёт этот мир...

«Интересно, о чём ты думаешь, глядя на всё это…»

— ....

— Сэр, мадам, мы прибыли.

Голос водителя вывел Азриэля и Жасмин из раздумий, возвращая их к настоящему. Никто из них не заметил, что машина остановилась.

«У него, наверное, есть какой-то особый навык, позволяющий водить настолько плавно», — подумал Азриэль.

Выйдя из машины вместе с Жасмин, он потянулся и окинул взглядом здание перед собой.

«Академия героев...»

Архитектура здания была впечатляющей, но не вычурной: с элегантными каменными фасадами и арочными окнами. Широкая мощёная дорожка вела ко входу, где массивные деревянные двери были приоткрыты, приглашая войти.

«…как нормально»

Впервые не было ничего абсурдного или экстравагантного. Академия героев выглядела... нормально. Она удивительно походила на очень престижный университет из его прежнего мира, по крайней мере, снаружи.

Нельзя было не заметить современные здания вокруг академии, из-за которых академия слегка выбивалась из общего антуража.

«Наверное, это здания общежитий»

— Готов? — спокойно спросила Жасмин, ожидая его ответа. Они оба игнорировали удивлённые взгляды и перешёптывания вокруг.

Азриэль усмехнулся.

— Конечно.

Наконец-то настало время для начала главной истории — истории, за чтением которой Азриэль провёл бесчисленные бессонные ночи в своём прошлом мире.

Истории о пути героев.