День выдался пасмурный. Учитывая, что ночи были тёмными, городское электричество нормировалось отключениями, а большинство квартир и предприятий оставались без света, то бессолнечный день сказался на настроении Мегаполиса.

Я была полностью облачена в костюм и находилась в окружении людей без костюмов. Нью-Хейвен не был ближайшим поселением к лагерю Падших, но располагался достаточно близко, чтобы пришлось миновать его по пути. Наступило послеполуденное время, когда все, у кого была работа, работали. Поздновато для обеда, но слишком рано, чтобы заканчивать рабочий день.

В кофейне всё же сидели люди, предпочитающие деловой одежде непринуждённую. Некоторые были студентами из того или иного блока, свободные на тот момент от работы. Большинство из них глазело на меня.

Образ много значил. Я откинула капюшон, потому что он был достаточно широким и плотным, чтобы согревать, а мне не хотелось, чтобы в ответственный момент пот начал заливать глаза. Снятый капюшон и металлическая маска на поясе означали, что я могла изобразить довольно дружелюбное лицо.

Кофейня выглядела в промышленном стиле, пол из залитого бетона благодаря обработке походил на деревянные половицы. Из бетона также состояли выступающие из стен стойки с рядами табуреток под ними, а также нижняя часть прилавка у продавца. Всё остальное было деревянным.

Я встала в очередь, как и все остальные. Женщина передо мной попыталась пропустить меня вперёд, но я убедила её остаться на своём месте в очереди. Это мог быть как страх, так и уважение или попытка помочь. Не то бесплатный кофе для полицейского, не то гнетущее чувство от стоящего за спиной парачеловека.

Я замечала взгляды людей, которых явно беспокоило моё присутствие, но мало что могла с этим поделать.

Хотя с другой стороны меня попытался сфотографировать на телефон один подросток. Из тех, что не ходили в школу. Я обратила внимание, потому что сидевшая рядом с ним девушка настойчиво толкала его и пыталась заставить отложить мобильник. Интерес позитивный, но граничащий с беспокойством.

Я вспомнила, что надо проверить свой телефон. Кензи почти добралась и спрашивала в сообщении, где встретиться. Похоже, Тристан решил этот вопрос.

Женщина передо мной закончила собирать заказ. Две коробки пончиков и других разнообразных десертов для завтрака были сложены друг на друга и перевязаны бечёвкой. И одна подставка под кофе, пластиковая, с четырьмя подстаканниками и ручкой посередине. У меня уже был с собой безалкогольный напиток, поэтому я втиснула его между чашками кофе и забрала всё это.

— А другие в городе есть? — спросила бариста.

— Другие?

— Кейпы.

— Мы тут мимоходом, — ответила я достаточно громко, чтобы меня услышали окружающие. Мы находились достаточно близко лагерю Падших, и не исключено, что у них здесь были свои люди, высматривающие неприятности.

— Хорошо. Многие из приезжих создают нам проблемы.

Должно быть из-за того, что этот район города располагался относительно близко к Падшим. Был ещё один маленький и обособленный от города райончик, который находился к ним ещё ближе: несколько домов, заправочная станция, которая одновременно служила скобяной лавкой и продуктовым магазином, а также клиника дантиста. Здесь, по крайней мере, было куда сходить в кино. Мне сразу представилось, как сверстники Рейна садятся в машины и едут в город, что, без сомнения, вызывает массу неудобств.

— Меня больше интересуют решения, чем проблемы, — сказала я.

Женщина слегка улыбнулась. Она перевела взгляд на следующего клиента, и я восприняла это как намёк на то, чтобы покинуть очередь.

— Хорошего дня, — пожелала я.

Стоило мне обернуться, как подросток за столиком отложил телефон. Его подруга, похоже, не одобряла такое поведение.

— Хочешь фото? — спросила я его.

— Хм? Нет.

— Хочет, — недовольный тон девушки соответствовал её виду.

— Сейчас, — я положила пончики и кофе на пустующий стул за их столом. Затем немного отступила назад и взлетела, едва касаясь пола носком одной ноги и слегка подогнув другую. Я повернулась так, чтобы нагрудник бело-золотого цвета отражал льющийся через окно свет. Когда я накинула капюшон, то украшение с расходящимися вверх лучами на его переднем крае шлёпнуло меня по лбу.

Нужно будет придумать, что с ним сделать.

Парень взялся за телефон. К тому времени я приняла нужную позу и положила обе руки на капюшон. Параллельные шипы, выступающие от моего плеча, торчали назад.

— Готово, — сказал он. — Спасибо.

— Можно взглянуть? — попросила я.

Он показал мне.

— Что-то затевается? — поинтересовался юноша.

— В другом месте, — ответила я. — Но у меня есть способы туда добраться.

Формально это была не ложь.

— А кто ты? — спросил он.

— Пока придумываю, — сказала я. — Но думаю назвать себя в честь звезды.

— Круто.

— И мне надо передать это своим людям, — я завершила полёт и постучала пальцем по крышкам стаканчиков. — Бывай здоров.

— Ты тоже, — по его лицу пробежала усмешка. Локтем он пихнул свою подругу. — Видишь, я же говорил, что ничего серьёзного.

— А могло бы быть, — сказала она и одарила меня улыбкой. — Простите его. Пока.

Подмигнув ей, я собрала свои вещи и направилась к двери.

Выглядело глупо и некоторые, наверное, закатили глаза, но ушла я с улыбкой. Мне понравилось снова оказаться в костюме.

Я оттолкнулась от земли и устремилась в небо.

Остальные наверняка прибывали. Дружественные лица. Иногда не очень. Местом нашей встречи был Нью-Хейвен. Здесь находился портал, поэтому район был мне знаком. Если бы я хотела попасть в Броктон-Бей, но не через портал в Нью-Броктоне, то здесь пролегал бы самый удобный маршрут. Работа Патрульного блока по большей части проходила как раз там.

Кстати!

Я нашла место встречи в городе и заметила стоящий у знака «стоп» автобус. Покрашенный заново, с по большей части заклеенными, а не заменёнными окнами, но всё же автобус. Подлетев к нему, я рассчитала время посадки так, чтобы приземлиться рядом.

Дверь открылась с вымученным звуком, наводящим на мысль о том, что кое-какой ремонт ещё предстоит сделать. В кресле водителя сидел Джаспер.

— Привет, — поздоровалась я. Сбоку появилась рука, покрытая жёсткими волосами, и помахала мне. Я просунула голову, чтобы посмотреть. На сиденье рядом со ступеньками сидел Гилпатрик. Лысый, с кустистыми бровями, волосатыми руками и в униформе Патруля. Я слегка помахала ему в ответ.

— Привет, — сказал Джаспер. — Выглядишь совсем по-другому.

— Может нам стоит выйти? — спросил Гилпатрик.

— Нет, если, конечно, у вас нет вопросов, — ответила я. — Получили документы?

— Да, — подтвердил Гилпатрик. — Патруль Нью-Хейвена уже на месте. Остальные пока не прибыли. Как только все соберутся здесь, мы согласуем и решим, куда нужно двигаться.

— Только не едьте по главной дороге на север или восток. Вместо шоссе поезжайте по грунтовке на восток. У дороги, по которой вы хотите ехать, нет названия. Просто поверните на север у гигантской коровы.

— Гигантской коровы? — переспросил Джаспер.

— Из дерева. Наверное, кому-то захотелось стать первым в постройке гигантской коровы, — сказала я.

— В то время, когда нам не хватает ресурсов и приходится стараться изо всех сил, кто-то построил гигантскую корову? — уточнил Джаспер.

— Забей, — сказал Гилпатрик.

— Вот, — я вошла в автобус, поставила коробку и перерезала бечёвку одним из металлических шипов на перчатке, после чего протянула упаковку Гилпатрику.

— Спасибо.

— Будьте осторожны, — сказала я.

— Хэй, пока ты не ушла, — Джаспер расстегнул рукав.

— Только не это, — сказал кто-то у него за спиной.

С закатанным рукавом Джаспер повернулся и продемонстрировал мне… Игральную карту с шутовским колпаком на ней. Внизу было написано «Шут».

— Все на говно изошли из-за этого, — сообщил он с улыбкой.

— Ты и правда набил её, — сказала я. — Тебе нравится?

— Ага.

— Тогда это главное.

— Да, — Джаспер улыбнулся.

— Они называют тебя Шутом, как ты и хотел?

— Им пришлось, не так ли? — спросил он, всё ещё улыбаясь.

— Да, пришлось.

— Не поощряй его, — сказал Гилпатрик. — Свяжись со мной после, ладно? Поболтаем о том, как всё прошло, наверстаем упущенное.

— Постараюсь. Спасибо за всё, — ответила я.

— Обращайся.

Я взяла оставшуюся коробку пончиков и поднос с кофе, но вместо того, чтобы спуститься по ступенькам, взлетела назад и вверх из двери автобуса. Створки закрылись со всё тем же скрежетом, Шут привёл автобус в движение.

Патрулю предстояло стать частью нашего расширенного оцепления. Эвакуация граждан и сдерживание проблемы исключительно в лагере Падших практически противоречили друг другу. Мы не могли отпустить людей без риска, что они создадут проблемы в другом месте. Нам следовало пропускать их через Патруль.

Три автобуса или фургона, заполненные юношами и девушками лет семнадцати и старше. У них была униформа, оружие и смутное представление о том, что предстоит делать. Наверняка прибудут инструкторы, многие из которых в прошлом были сотрудниками СКП, а также много выпускников.

Наши уже были в сборе. Они расположились на стоянке, где их частично скрывало из виду недостроенное здание магазина. Кензи по приезду улеглась в задней части фургона, сняла шлем, и, свесив ноги через задний бампер, болтала ими в воздухе. В паре метров от открытой двери фургона, повернувшись спиной к ней, стояла женщина, очевидно мать Кензи. Тристан, Света и Крис расположились там же на некотором отдалении. Без костюма пришёл только Крис. На нём была бежевая толстовка с накинутым капюшоном и джинсы. «Лента», которую он взял с собой для ношения с костюмом, была обернута вокруг его плеч, как шарф.

Я приземлилась.

— Вот и ты, — сказал Тристан.

— Встретила Гилпатрика. Приехало уже два из четырёх наших автобусов с ребятами из Патруля. Полагаю, остальные два прибудут к назначенному времени.

— Это что, пончики? — заинтересовался Крис.

— И кофе. А ещё безалкогольный напиток.

Я протянула Крису коробку с его напитком и раздала по стаканчику кофе Свете и Тристану. Кензи надела шлем и выпрыгнула из задней части фургона, пробежав мимо матери.

— Точно не хочешь попить? — я уже спрашивала об этом в предыдущем разговоре по телефону, но всё же уточнила.

— У меня есть с собой в машине.

Я оглянулась на «машину», то есть фургон, и встретилась взглядом с миссис Мартин.

Стальные кольца на затылке миссис Мартин держали её дреды подальше от лица в нарочито небрежном стиле. Металл колец контрастировал с волосами и кожей, скорее полностью чёрной, нежели коричневой. На шее и запястье, дополняя образ, висели несколько стальных браслетов.

Она носила потрясный топ почти целиком красного цвета в цыганском стиле, с проработанным узором. Ткань была лёгкая и свободная, насколько это было возможно, чтобы не слетать с неё. Рукава были такой длины, что технически заканчивались у локтя, но при этом ткань на нижних краях рукавов свисала до самых бёдер чуть пониже шорт. Её сандалии украшали ремешки из красной кожи, которые шли от пальцев ног до лодыжки. Красная кожа поверх чёрной.

Миссис Мартин была достаточно молода, и вполне возможно, что ей не было ещё двадцати, когда появилась Кензи. Она явно разбиралась в моде, была стройной, и обладала большей выдержкой, чем у некоторых знакомых мне супергероев.

Но если отбросить всё перечисленное, она запросто сошла бы за обычную маму на родительском собрании. С морщинками на весьма обычном, хоть и не соответствующем возрасту, лице под очень броским макияжем.

— Миссис Мартин? — спросила я.

— Ирэн, — представилась она.

— Привет, Ирен, я Виктория. — улыбнулась я и протянула ей руку. Она не столько пожала её, сколько просто вложила пальцы мне в ладонь. Слегка растерявшись, я пожала её как могла. Ирен отнеслась к этому спокойно.

Было в ней что-то от примадонны.

— Мне такое нравится, — провела она пальцами по передней части моего нагрудника и потянула за ткань рукава.

— Новенькое. Сделала вчера.

— За один день?

— Вроде того. Это была групповая работа.

— Вдобавок к моему костюму, — сказала Света.

Мать Кензи внимательно посмотрела на неё. Тело Светы украшали завитки и широкие линии, простирающиеся от плеча, локтя и воротника топа, который из всей её одежды больше всего подходил на роль костюма. Все линии были раскрашены.

— Хорошо получилось, — похвалила миссис Мартин.

— Моя мама в некотором роде художница, — Кензи отвлеклась от коробки с пончиками, парочку держа в руке. — Она сейчас работает с моим папой, занимается оформлением интерьеров. Делает дома красивыми для продажи, а папа продаёт их. А ещё она помогает семьям после покупки подыскать такие вещи, которые они хотят.

— Я эстет, а не художник, — сказала мама Кензи. — Оцениваю работы других и делаю всё возможное, чтобы другие тоже оценили. Своего я создаю не так много.

— Эстет, — повторила Кензи. — Понятно. Хочешь пончик, мам?

— Нет.

— Ты хотела сказать «нет, спасибо».

Мать посмотрела на неё.

— Вежливее, пожалуйста, — сказала Кензи. — Мы же с друзьями. Не заставляй меня краснеть.

Ирен Мартин громко хлопнула в ладоши и с улыбкой повернулась ко мне:

— Не хочу препираться. Мы достанем эту махину сзади?

В глубине души мне хотелось продолжить прерванный разговор, но Тристан вмешался раньше:

— Я пытался, Виктория, но обнаружил, что вовсе не так уж и силён.

Взглянув на улыбающуюся Кензи, я решила оставить эту тему.

— Я пристегнула лямки перед погрузкой, — сообщила Кензи. — Надеюсь, это поможет.

— Поможет, — сказала я. — Держитесь подальше.

Они отступили назад.

«Надеюсь, тебе понравится костюм, который я нам сшила», — подумала я, выпуская Искалеченную. По моим прикидкам я носила одежду, в которой фактически хватало места на троих вроде меня. Очень свободные рукава, очень просторные штанины. Пропустив руки через оба рукава к перчаткам, я получила дополнительную физическую силу. Если действовать быстро, можно было управиться до того, как вокруг меня, передо мной и позади меня начнут шевелиться лишние руки и ноги.

Я потянула назад так плавно, как только могла. Остальные ещё больше попятились, и я вытащила большой куб на землю.

Миссис Мартин выровняла заднюю часть фургона, чтобы закрепить пандус и обернулась:

— Всё взяла с собой?

Кензи забралась на заднее сиденье и вылезла с несколькими чемоданчиками поменьше. Оба пончика она засунула в рот и прикусила, чтобы не выпали. Освободив таким образом руки, она натянула три лямки через голову и вытащила пончики:

— Да.

Её мать закрыла дверь фургона.

— Меня, наверное, не будет дома к ужину, — сказала Кензи.

— Понадобится подвезти ещё раз?

— Нет, пожалуй. Вернусь своим ходом. Буду поздно. Вы с папой можете устроить романтический вечер или что-то в этом роде.

Ирен Мартин ничего на это не ответила. Она посмотрела на других членов группы.

— Просто предположила, — сказала Кензи.

— Ты мне всё равно не скажешь, что происходит, но что-то серьёзное, так ведь?

Кензи застонала.

— Так?

— Ну, довольно серьёзно.

— Мне не позвонят сегодня вечером и не скажут, что ты в больнице?

Кензи застонала громче.

— Иди. Спасибо, что подвезла. Приятного дня. Хорошенько отдохните с папой. Договорились? Меня не будет рядом, чтобы докучать.

Ирен Мартин развела руками. Кензи подтолкнула её, и Ирен обошла машину, чтобы сесть за руль. Там она обернулась:

— Виктория?

— Слушаю.

— Ты могла бы как-нибудь прийти на ужин.

— Да, — Кензи покрутила головой между мной и мамой, затем повернулась ко мне, — могла бы.

— Ну… — мне хотелось сблизиться с командой, помогать им и предугадывать подводные камни и скрытые неприятности. Я впервые увидела, как Кензи и её мама хоть в чём-то согласны друг с другом, и выглядело это неплохо. — Конечно.

Кензи торжествующе вскинула кулачки.

Ирен Мартин отправилась в путь, а я повернулась лицом к другим членам группы… Тристан, Света, Крис были очень непохожими друг на друга людьми, но все они смотрели на меня с выражением тревоги и ужаса.

— Да, потрясающе, — Кензи присоединилась к группе и сложила свои вещи. — Могу показать тебе свою основную мастерскую. Мы могли бы отлично поужинать, мои родители — первоклассные повара. Тебе нравится паста?

— Нравится, да.

— Есть блюдо, которое я обожаю, и мы не ели его уже несколько месяцев, потому что я не могла найти подходящее место с итальянскими колбасками, но я провела собственное исследование и нашла одно местечко с хорошими отзывами. Я могла бы попросить маму приготовить его. О, и тебе ведь нравится всякое про кейпов, у меня есть несколько журналов. Если хочешь их в свою коллекцию, мы могли бы договориться.

Подошёл Крис.

— Кажется, ты очень понравилась моей маме, я никогда раньше не видела, чтобы она так поступала. Многим людям она…

Крис взял Кензи под руку. Она продолжила говорить с горящими глазами:

— …похоже, очень нравится, она очаровательна, но никогда не приглашала…

Он подвинул пончик, который Кензи держала во рту.

— дъугих юей омой, — продолжила Кензи, не вынимая пончик.

— Не болтай за едой, — сказал Крис. — Подавишься.

Кензи кивнула.

— Давайте сосредоточимся на миссии, — предложил Крис.

Кензи снова кивнула.

— Авангард прибыл, — предоставил обновлённое положение дел Тристан. — Встретиться с нами они не захотели. Отправятся в северную часть поселения и оттуда будут продвигаться на юг. Подкрепление Хранителей запаздывает. Транспортные проблемы.

— А Рейн? — спросила я.

— Никаких новостей, — ответила Света.

— Эшли?

— Одно сообщение. Она заметила, что ясновидящие готовятся, и воспользовалась возможностью послать весточку. Она уже в пути. Вьючный Зверь и его группа тоже участвуют, но не сотрудничают с группой Скакуна. Они будут действовать независимо, и, похоже, жаждут крови.

— Давайте разберемся с этой проблемой, пока у нас ещё есть шанс, — сказала я.

⊙

По шоссе двигалась колонна автомобилей. Они варьировались от чёрных полированных до тех, что не слишком хорошо пережили конец света.

За ними следила камера Кензи. Там было несколько пикапов, в кузовах которых стояли отдельные участники от различных фракций. Волосы и плащи колыхались на ветру. В одном пикапе сзади сидел Лось, а напротив него Этна. Другой пикап вёз Вьючного Зверя, который оказался настолько тяжелым, что грузовик не смог взять на борт других. Вьюз не был слишком уж огромным, но из-за тяжести его доспехов задняя часть грузовика просела вниз, к земле.

Эшли высунулась из пассажирского окна одного из трёх ржавых и изношенных автомобилей в колонне Вьючного Зверя. Она ухватилась одной рукой так, что голова и плечи оказались снаружи. Другую руку она вытянула навстречу ветру, позади Эшли развевались волосы.

Следом со скоростью, не уступающей автомобильной, бежали четыре собаки-мутанта размером с машину, по большей части хаотично усеянные пластинами из плоти и панцирей. Увеличить изображение или рассмотреть его в подробностях не получалось, но по прошлому опыту я знала, что вблизи плоть выглядит как нечто среднее между сырым мясом освежёванного животного, и тёмной, плотной чешуёй крокодила. Тот пёс, на котором ехала Сука, отличался от остальных, он выглядел стройнее и симметричнее.

Были и другие камеры, но мы взяли с собой лишь ноутбуки. Их небольшие экраны не подходили для одновременного наблюдения всех каналов.

Я нажала пробел на клавиатуре. Камера показала вид сверху на грунтовую дорогу за пределами лагеря Падших. Хранители предоставили нам информацию о них, в том числе об их местоположении.

Вдобавок мы получили несколько заметок о паралюдях из поселения. Многие из них были сильны.

Район Падших никто не покидал. Никаких выездов в соседний городок с его заправочной станцией, никаких визитов в Нью-Хейвен, никто не отправился на работу.

Куб Кензи выгрузили в окружённую высокой травой канаву на обочине дороги. Приземлилась я вертикально и взлетела так же прямо вверх, чтобы оставить как можно меньше следов и запахов.

Я снова нажала пробел.

Патруль. Они расположились на опушке леса, собравшись небольшими группами, которые растянулись нестройными рядами. Машины припарковали, ящики расставили на земле в качестве сидений.

Я ещё раз нажала на клавишу.

Авангард был более сосредоточен на миссии. Мэйдэй много говорил, пока Картограф ходила рядом, прикасаясь к людям. У каждого человека, которого она трогала, глаза вспыхивали розовым. Интересно было наблюдать за организацией группы: основные участники находились в середине, другие образовывали свободное кольцо вокруг них, а периферийные и вспомогательные члены команды расположились вторым кольцом по самому краю.

Я нажала пробел.

Пора вернуться к первому каналу.

Нажатием Alt-Tab я переключилась на карту местности. Её нам прислал в письме Авангард. На ней открывался вид на лес и дороги. Скалы и другие препятствия были очерчены линиями. Подробности о самом поселении на карте отсутствовали.

Мы знали, почему. Обычно Умники старались не сканировать семью Мэзерс, потому что использование силы Умника на них или возле них могло вызвать серьёзные проблемы для самого Умника. Настолько серьёзные, что истошно вопящих Умников приходилось привязывать к больничной койке.

Нажав Alt-Tab, я вернулась к видео. Сплетницы либо не было, либо она сидела в машине, а не на собаке. Я рассматривала автомобили, пока с уверенностью не распознала тот, что видела прошлой ночью.

— Они здесь.

Я оказалась сбита с толку по двум причинам. Во-первых, раздавшийся голос Тристана звучал так, словно кто-то умер или что-то пошло не так. Во-вторых, мне подумалось, что он имел в виду злодеев со Сплетницей. Будто они каким-то образом очутились здесь, хотя в то же время находились явно в другом месте, судя по видео в ноутбуке.

Но оказалось, это не странный голос Тристана, а вполне обычная речь Байрона. Его броня, выполненная в том же едином стиле, что у Тристана, имела голубой оттенок, но была чешуйчатой, а не пластинчатой. С плавниками и спиралями ракушек вместо витых рогов.

И говорил он не о злодеях, которые как-то вдруг преодолели оставшуюся часть пути, а о Хранителях.

— Рада слышать, — улыбнулась я. — Как дела?

— Нервничаю. Детишки тоже, я думаю.

Детишки сидели спиной к стене строящегося здания. С момента нашего приезда на стоянку никто не заходил. Кензи и Крис болтали. Вдвоём они опустошили большую часть коробки с двенадцатью пончиками.

— Да уж, — согласилась я. Сколько разрушительных сил ехало в этих машинах и на собаках? Сколько ещё таилось в лагере Падших?

Закрыв ноутбук, я сунула его в сумку и положила рядом с вещами Кензи.

— Могу я что-нибудь сделать? — спросила я.

— Сделать?

— Чтобы помочь тебе меньше нервничать. Чтобы воспринималось попроще.

Байрон покачал головой.

— Я ценю, что ты здесь. И что ты, Тристан, здесь я тоже ценю. Знаю, ты участвовал в этом с самого начала, но это важно. И гораздо важнее, что ты решился на этот шаг, Байрон.

— Когда-то я был героем. Причём не таким уж плохим, — сказал Байрон. — Не хочу, чтобы пострадали дети и невинные люди. Мне вдруг подумалось… дети и невинные люди надёжнее всего избежали бы страданий, если бы этой команды никогда не было.

— Здесь и сейчас мы делаем благое дело, — сказала я.

— Как и я, — Байрон пожал плечами, при этом жесте его доспехи лязгнули.

У меня не нашлось, что ответить. Собрав свои вещи, я подозвала детей. Когда мы проходили под зданием, с крыши спрыгнула Света, раскачиваясь на руках с такой силой, что её заносило на полпути.

Хранители расположились в квартале отсюда.

Нарвал. Известное имя. Она была высокой, и её рог это подчёркивал. Тело покрывали сверкающие осколки силового поля, которые казались серо-голубыми из-за неба над нами.

Сталевар был там же. Он нёс с собой сумку, весившую наверняка килограмм пятьдесят. Снаряжение для товарища по команде.

Присутствовало ещё семеро, их лица были мне не знакомы.

И самая последняя, но при этом не менее важная. Виста. Сейчас ей должно было исполниться семнадцать. Столько же, сколько было мне, когда я попала в лечебницу. Её обновлённый костюм демонстрировал открытые участки тела, которые запрещалось показывать при службе в Стражах. Оголённые ноги, открытые руки и плечи. Другие части костюма выглядели понаряднее. В новых перчатках с ботинками было меньше ткани и больше брони. Она переделала нагрудник, так что через него проходили борозды. Украшенное текстурой забрало выглядело как панель из непрозрачного зелёного стекла, покрытого рябью. Шарф, свободно накинутый скорее на плечи, нежели на шею, напоминал мне Мисс Ополчение.

— Привет, маленькая Ви, — сказала я. — Уже не такая маленькая?

— Привет, большая Ви, — ответила она. — Какое время для встречи, а? Нам нужно потусоваться.

— Обязательно. И побольше.

Виста подошла и обняла меня, нагрудник её доспехов стукнулся о мой. Она крепко меня стиснула, и я стиснула её в ответ.

— Слышала, тебе стало лучше, — тихо шепнула она.

— Рада тебя видеть, — сказала я. — Похоже, появилось немало знакомых из Броктон-Бей.

— Сплетница. Рэйчел. Рапира. Другие Неформалы.

— Ага, — подтвердила я.

Мы разомкнули объятия. Виста похлопала меня по руке и отступила назад. Сталевар пожал мне ладонь. Другой рукой он уже обнимал Свету.

— Согласился участвовать? — спросила я.

— Как видишь, — ответил Сталевар.

— О да, — сказала Виста. — Укажи мне на плохих парней и я переверну их мир с ног на голову.

— Они будут здесь с минуты на минуту, — Тристан отсутствовал, так что я фактически возглавляла нашу группу. — Вы читали документ?

— Да, — сказала Нарвал. — Виста, не окажешь ли нам честь?

Мы находились недалеко от окраины Нью-Хейвена. Окружение начало искажаться.

— Мои камеры! — пискнула Глянька. — Блин-н. Им не по нраву многие силы, причём многие из вашего города.

— Глянька, ты остаёшься, — предупредила я. — Нарвал, у тебя в группе есть кому остаться?

— Наши Умник и Стрелок, — ответила Нарвал. — Они будут охранять вашего Технаря.

— Не грузи их болтовнёй, Глянька, — сказал Крис.

— Мои камеры не знают, как работать с этой силой, — Кензи не обратила на него внимания.

Пространство перед нами продолжало сворачиваться само в себя. Улица, дорога, трава, деревья и поле — всё сжалось. В результате создалось нечто такое, что выглядело почти как портал.

«Два портала», — поняла я. Второй располагался под трудно различимым углом, так что его маскировали искажения.

Наши группы разошлись в разные стороны. Из города под пасмурным небом — в заросли. В лесу было темно. Крис прошёл первым. Практически с нетерпением.

— Мобильники на вибрацию. С этого момента будьте осторожны, — я сменила режим телефона.

Мы со Светой и Байроном прошли через портал, очутившись в лесу на окраине лагеря Падших. Меж деревьев виднелись тропинки, но протоптали их животные, а не люди.

Было темно, и по большей части мы хорошо замаскировались в полумраке.

Крис сел на корточки впереди нас. Поднеся руку к уголку губ, он вытащил проволоку из внешних брекетов. Его рот широко распахнулся. Крис осмотрелся, свернув голову сначала в одну сторону, затем в другую. Выглядело это предельно неуютно.

Из центрального кармана своей толстовки с капюшоном он вытащил диск. Дважды постучал по нему и вокруг возникла проекция. Камуфляжная.

Она не сделала Криса прозрачным. Похоже, проекция брала кусочки его окружения и накладывала поверх лоскутами. Кора, трава, зелень, кусочек меха. Заплатки не совпадали, так что проекция походила больше на коллаж из альбома с вырезками на тему природы, чем на вторую кожу.

Я увидела, как Крис раздвинул губы в улыбке, и проекционный диск, видимо, в тот же момент запечатлел зубы и брекеты. Сначала зубы отобразились сами по себе, а затем стали частью коллажа. Та же участь постигла металлические части брекетов, лишённых проволоки.

Крис вытащил второй диск и нажал кнопку.

Появилась проекция Гляньки, которая тоже сидела на корточках.

— Камеры показывают, как они едут. Передам на ваши телефоны, но это может быть…

Крис что-то покрутил на диске. Громкость голоса Гляньки стала всё тише и тише.

Почти заглушённая, она повернулась к Крису, уперев руки в бока.

— Если что-то докладывает, то пускай, — я достала мобильник.

Кадры с камеры сильно мерцали, там и сям появлялись пятна, волнистые строки кода вспыхивали розовым на красном фоне. Что мне удалось разглядеть мельком, так это то, что конвой Свинцового Града был в минуте езды.

Если уменьшение помех на телефоне могло что-то значить, то к моменту прибытия злодеев вмешательство Висты должно было разгладиться.

— Я уступлю место брату. Мы меняемся очерёдностью при необходимости, — сказал Байрон. — Будем действовать по ситуации, как собирались. Помните, что на кону невинные жизни. Даже среди Падших.

Его очертания расплылись.

— Они у нас в приоритете, — произнесла я.

— Договорились, — Тристан устроился поудобнее. Он был немногим заметнее, чем Байрон, из-за красного оттенка металла среди леса в зелёных, коричневых и серых тонах.

— Авангард на двенадцать часов, Хранители на девять, — сообщила Кензи на громкости в процентов девяносто от нормы. — У нас есть точка на пять часов, дорога к северу от нас на четыре часа ведёт в лагерь с востока. На два часа находится Патрульный блок в режиме ожидания.

Мысленно я нанесла отметки на карту.

— Приберегу свои трансформации, — Крис переместился поглубже в тень, и проекция сразу перестроилась. — А пока буду ныкаться. У меня это хорошо получается.

— Держись поодаль, — нахмурилась я, глядя на него. — Твоя работа состоит в сопровождении людей. Направь их к группе Патруля, а там разберутся, как с ними поступить.

— Знаю, — сказал он. — Я могу делать ещё всякое другое.

Телефон давал обзор похуже, чем с ноутбука. Изображения были размазаны, а фигуры слишком малы, чтобы легко их разглядеть. Я заметила белое пятно волос Эшли и увидела, как она скрылась в машине.

Собаки отстали от легковых и грузовых автомобилей. Некоторые машины тоже замедлились.

Когда большая часть колонны свернула с шоссе на север, группа Сплетницы, включая собак, продолжила путь в Нью-Хейвен.

— Будь осторожна, Глянька, — сказала я. — Есть немалый шанс, что она выберет целью тебя и использует, чтобы найти Рейна. У них есть собаки.

Глянькина проекция кивнула.

Конвой продолжал разделяться. Дорога тем временем постепенно близилась к повороту, который должен был упереться в лагерь Падших с востока. Грузовик, что вёз Вьючного Зверя, беззаботно пренебрёг дорогой и поехал через поле. Шины грузовика прокручивались в грязи, разбрасывая камни.

В зависимости от направления прибытия они могли наткнуться на Патрульный блок.

Основная масса, впрочем, направлялась по главной грунтовой дороге в лагерь.

— Сплетница паркуется, — сообщила Глянька. — Они запланировали расположиться где-то здесь.

— Тс-с-с, — шикнула я.

Послышался треск камней, взметаемых шинами на грунтовой дороге, колёса прорывались по рыхлой местности.

Я смогла их увидеть сквозь просветы между деревьями. Они проехали метрах в тридцати, причём двигались очень уж уверенно по незнакомой дороге.

Когда последняя из машин проехала мимо нас, мы двинулись за ними, чтобы оставаться у них на хвосте. Временный проекционный костюм Криса быстро изменился, чтобы вобрать в себя окружающую обстановку. Выглядело странно, когда там и сям мелькали доспехи Тристана или моё лицо.

Донёсся отдалённый взрыв, ознаменовавший первый выстрел, начало войны между Свинцовым и Падшими. Я не могла сказать, была ли это ловушка, устроенная для транспортных средств, или нападающие использовали суперспособности.

Мы набрали скорость. Я оторвалась от земли и довольно быстро полетела между деревьями, так что пришлось вытянуть руки, касаясь и отталкиваясь мимоходом от стволов.

Мой план состоял в том, чтобы подобраться достаточно близко, тогда я смогла бы выяснить, что происходит. Это помогло бы координировать работу группы.

Если одну сторону задавили бы с самого начала, это кардинально изменило бы наш подход к операции. Уничтожение Падших было столь же нежелательно, как и уничтожение группы Свинцового Града. Один из вариантов означал, что от рук безрассудных нападающих погибнут гражданские лица. Другой сулил возмездие со стороны обороняющихся, направленное на всех подряд.

Но с самого первого момента, когда прозвучал взрыв и началось сражение, произошло нечто, заставившее изменить все наши планы. Такого я совсем не ожидала.

Выстрелы. С обеих сторон.