Возле фургонов и перил, служивших препятствием для группы Скакуна, затанцевали оранжевые пылинки. Люди, которых оттеснило не слишком далеко, попятились от них.

Впрочем, неудивительно. Светящиеся частицы, созданные парачеловеком, могли быть как безвредными или малоопасными, так и представлять собой точки концентрированной энергии, способные прорезать плоть, словно горячий нож масло. Либо рассеяться с внушительным взрывом.

Я сделала круг над местностью, чтобы получше рассмотреть склонных к жестокости кейпов Вьючного Зверя, стоящих с правой стороны улицы — для них с правой, для меня с левой — на заметном отдалении от других кейпов с Умниками и Скакуном. Светящиеся частицы я обогнула по широкой дуге, чтобы усилить подозрения врагов насчёт опасности пылинок, а затем приземлилась рядом с Козерогом.

— Держишься?

— Ага, — ответила я. — Продолжай в том же духе. Не убирай пылинки, пока враги не начнут сближаться.

— Звучит как план, — произнёс Тристан. — Мэйдэй. Рад знакомству. Ты в курсе событий?

— Дух ввёл меня в курс дела. Это ваша юрисдикция?

— Мы присматриваем за районом, пока другие команды устраивают сюда визиты, — ответила я. — Они заранее договариваются об этом. То, что вы с нами не связались, говорит о том, что что-то пошло не так. Кто-то пакостит то ли нам, то ли Кедровому Граду, то ли обеим сторонам сразу.

— Можем обсудить это позже, — сказал Мэйдэй. — Моя команда: Тэри, Зубец, Сигнальный. Кого не хватает?

— Знаю, что могу вам понадобиться, но концентрация на исходе, — сказала женщина с диаграммами.

— Иди, — сказал он. Едва это слово слетело с его губ, женщина превратилась в дым, рассеявшийся в воздухе. Клубы дыма соответствовали её цветовой гамме: чёрный тканевый покров костюма, тёмно-синие панели брони, голубое изображение «магического круга» на этих панелях и, по-видимому, почти черные волосы с кожей. Кроме того дым был окрашен в цвета внутренностей. Белые клубы означали цвет костей и жира, а ещё было много розовых и красных.

Через полторы секунды она исчезла.

— Зубец, Сигнальный Огонь, мы решим, кого эвакуировать следующим, по ситуации.

Осталось пятеро из Авангарда и пятеро наших. Собравшиеся злодеи Кедрового Града втрое превосходили нас числом.

Дух, Мэйдэй, Сигнальный Огонь, Зубец и ещё одна. Женщина в коротком платье, служившем частью её костюма, леггинсах под ним. Пластины в длинных рукавах помогали сформировать остов «крыльев». Панели на передней части её маски огибали голову, образуя узор в виде крыльев.

По моим догадкам она была Хлопушкой. Такое имя слабо вязалось со стилем Авангарда.

Двое мобильных кейпов и трое, ожидающих телепортации отсюда. Я готова была поспорить, что Мэйдэй уйдёт последним. Как только их группа станет достаточно маленькой, они, вне всяких сомнений, постараются улизнуть. Нам бы тоже не помешала такая возможность.

Оранжевые пылинки Козерога поднимались вверх и заполняли пространство между зданиями.

За завесой раздался звук сил Эшли.

— Эй! — крикнул Скакун. — Это частная собственность. Гражданские платят нам, а мы не трогаем их вещи.

Эшли сказала что-то, чего я не расслышала. Гвоздегрызка хихикнула.

Натали наверняка снова расстроится из-за нас.

Противостояние не могло продолжаться долго. Мы пятились назад, увеличивая расстояние между собой и группой злодеев, в то время как оранжевые пылинки скапливались и заполняли пространство.

— Привет, Сигнальный, — сказала Глянька. — Мы общались не очень долго, но…

— Оптика, — произнёс Сигнальный Огонь.

— Ага, — подтвердила она. — За исключением того, что я сменила имя. Примеряю вот новое, правда товарищ по команде подшучивает над прозвищем. Ты правда меня помнишь? Я думала, ты забыл, скорее всего, потому что у тебя было очень много стажёров…

— Помню, — ответил он.

— Хорошо. Навевает воспоминания. Давненько не виделись, Мэйдэй…

— Сейчас не время, — отрезал тот.

— Оу. Ладно, — согласилась Глянька. — Ладно. Уже затыкаюсь.

— Ты знаешь этого ребёнка? — спросила Хлопушка.

— Когда-то она была в числе моих Стражей, — ответил он. — Чем меньше расскажу, тем лучше.

— Подожди, — вклинился Дух. — Это та самая, о которой ты говорил?

— Чем меньше расскажу, тем лучше, — тон Мэйдэя не оставлял места для сомнений.

— Боже, — произнёс Дух. — Судя по доходившим до меня слухам, я думал, она будет выглядеть совсем иначе. Постарше.

— Давай оставим это, — сказал Мэйдэй. — В первую очередь мне вообще не следовало ничего говорить.

— Приятно знать, что люди обсуждают меня, — сказала Глянька с оттенком сарказма. — Кстати, мы пообщались с Прикусом.

— Пожалуй, с ним стоит поговорить, — заметила я. — Прикус может дополнить сказанное Духом. Его команда побывала здесь.

— Так и сделаю. Он хороший парень, — сказал Мэйдэй. Последовала пауза. — Мы встречались и беседовали несколько раз.

— И с Эйвенгард тоже? — спросила Глянька.

— Без комментариев, — сказал Мэйдэй.

— Я не улавливаю контекст, — пожаловалась Хлопушка.

— Почему бы нам не сосредоточиться на текущих событиях? — спросила Света.

— Пожалуйста, — добавил Мэйдэй. — Дух, приглядывай за теми, что слева. Хлопушка — справа. Перехватывайте и пресекайте попытки нацелиться на меня и Сигнального.

Рейн поднял руку в указующем жесте. Слева от нас по другую сторону баррикады появилась ладонь и рука из тонких сочленений, кончики которых вонзались в стену здания и протыкали её насквозь.

Гвоздегрызка взбиралась по фасаду здания, чтобы подняться повыше и перебраться через оранжевые пылинки.

Я полетела к ней, и одновременно со мной Дух побежал в том же направлении.

На другой стороне улицы Бархат отправила мусорный бак в полёт сквозь оранжевые искры. Полупустая пластиковая ёмкость, облицованная деревянными планками, которые скреплялись металлическими кольцами, перевернулась. Мусор вывалился и без какого-либо ущерба прошёл сквозь оранжевые световые точки.

Чтобы испытать их.

Пускай с этим разбираются остальные. Я не заметила, что именно произошло, но краем глаза увидела, как мусорный бак изменил траекторию полёта. Наверное, вмешалась Света.

Гвоздегрызка закрепилась на стене, воткнувшись в неё удлинившимися пальцами ног, и выставила одну руку в направлении нас с Духом.

Отдельные пальцы были слишком тонкие, а их движение слишком плавным, поэтому атаку сложно было предугадать. Я отлетела вбок, чтобы рассмотреть их со стороны, но меня всё равно задело.

Не дожидаясь очередного удара, я сменила направление, отправившись в свободный полёт вниз. Мне доводилось раньше сталкиваться с огнестрельным оружием. Раз уж не получалось разглядеть вонзающиеся в меня пальцы и зубы, то их следовало воспринимать так же, как пули. Гвоздегрызка была подвижной, сильной и — по моему личному впечатлению — с мощными дробовиками вместо пальцев и зубов.

Я с размаху упала на землю и перекатилась, чтобы Гвоздегрызка упустила меня из виду и переключилась на Духа, что летел к ней, выставив руки с вытянувшимися пальцами, длинными и тонкими.

Пришлось подождать их столкновения. Пальцы ударились друг о друга, словно десять рапир столкнулись с ещё десятью, а затем я вскочила с земли, придавая себе ускорение этим миниатюрным толчком, и взлетела.

Растягивая руки, Дух полетел вниз. Его ладони, заклиненные в одной точке, остались высоко над ним. Я заметила, как кончики зубов Гвоздегрызки прошли над его головой, заметила, как она повернула голову ко мне…

Поскольку Гвоздегрызка растянулась по большей части стены, у меня хватало пространства для манёвра при непрекращающейся атаке. Вместо этого я опустилась пониже, схватила Гвоздегрызку за лодыжку и, воплотив вокруг себя Искалеченную, оттащила злодейку прочь от стены.

Сбросить Гвоздегрызку одним махом оказалось непросто. В иных обстоятельствах я, наверное, даже не сдвинула бы её с места. Но конкретно сейчас отчасти помогла гравитация. Длинные иглы-пальцы выдернулись из стены, и Гвоздегрызка ничего не могла с этим поделать. Разве что вытянуть их ещё дальше.

Боковина швырнула в меня чем-то, что взорвалось об стену в полуметре от моей головы. Взглянув на неё, я увидела, как она выдирает из-под до неприличия укороченной футболки одно из своих выпирающих рёбер. Её живот выглядел как у зомби: зияющий окровавленным сырым мясом, откуда были вырваны буквально килограммы плоти. Один бок полностью отсутствовал, однако другой бок с брюшиной, а также позвоночник и область вокруг него сохранились в целости.

Боковина швырнула кусок в меня. Отпустив Гвоздегрызку, я полетела вниз и с силой ударилась о землю, моя аура вспыхнула. Не прошло и полсекунды, как я сразу же взлетела снова.

— Блядь, не задень меня, Бокоуина! — проскрипела позади меня Гвоздегрызка, её произношение ухудшилось ещё больше, поскольку зубы не до конца втянулись обратно.

Я вновь использовала ауру, едва столкнувшись со стеной. Не слишком сильно, но из-за удара о край оконной рамы стекло задребезжало. Аура расширилась ещё сильнее, чем раньше.

Я петляла, от земли к стене, от стены высоко вверх, оттуда снова к земле. Каждая поверхность, которой я касалась, должна была отвлечь их внимание, рассеять бдительность и заставить Боковину топтаться на месте.

Снова поднявшись в воздух, я полетела к ней с аурой, включённой во всю мощь.

Рывок, удар, рывок, удар — приём был тщательно проработан. Я подлетела к ней и влепила чертовски удачную оплеуху, а затем сменила направление полёта, уворачиваясь от Боковины. Аура резко погасла.

Боковина метнула ребро, но целилась она в ту сторону, где я находилась ещё до нападения на неё. Ребро улетело далеко вбок по направлению к Мэйдэю, Козерогу и остальной группе, после чего врезалось в асфальт.

У неё не хватило времени, чтобы вырвать очередной кусок плоти и швырнуть в меня.

Гвоздегрызка разместилась на стене поудобнее, уцепилась за здание и, вытянув одну руку, отмахивалась от Духа. Она заметила моё приближение, но слишком поздно. Обхватив её рукой за талию, чтобы удлинённый торс оказался на сгибе локтя, я оторвала Гвоздегрызку от стены, на сей раз успешно.

Как только я оттащила её, она замахала руками, ища, за что бы ухватиться. Я не дала ей возможности найти опору или выбрать такой ракурс, чтобы сцапать меня. Убедившись, что кругом всё чисто, я бросила её вниз.

— Козерог! — окликнула я.

— Сейчас, — донёсся его голос издалека.

Гвоздегрызка приземлилась поперёк грузовика в окружении оранжевых пылинок. Они затвердели, превратившись в ребристый белый камень со змеящимися по нему оранжево-жёлтыми прожилками.

Гвоздегрызка застряла, часть её туловища, задница и одна рука зацементировались в камне Козерога. Стена выросла на значительную высоту, поравнявшись со вторыми этажами соседних зданий, а отдельные выросты дотянулись до трёхэтажной высоты.

Я приземлилась на стену, и Дух опустился прямо рядом со мной. Он поднял одну вытянутую руку и помахал ей.

— Обожаю формы Оборотней, которые удаётся украсть, — сообщил Дух. — Они длятся намного дольше других, и дают мне больше наступательных возможностей, чем остальные способности. Это прекрасно. Спасибо тебе, Гвоздегрызка.

— Пошёл ты нахуй! — прокричала Гвоздегрызка искаженным голосом. Она вытянула свободную руку назад. Мы с Духом отпрянули, спрятавшись за верхним краем стены. Вытянутые тонкие пальцы ударили вверх.

— Ещё раз так сделаешь, и я отплачу тебе тем же, — пообещал Дух.

— Оставайся на месте, Гвоздегрызка, — я посмотрела на Духа. — А тебе лучше уйти. Своими способностями я могу лучше противостоять врагам, и если будешь ждать слишком долго, то не сможешь догнать остальных.

— Тут не поспоришь, — и обратным сальто Дух спрыгнул со стены.

Наша группа уже обратилась в бегство. Единственная причина, по которой они не сбежали раньше, заключалась в том, что бутылочное горлышко было слишком важным — даже ключевым — местом, чтобы не дать злодеям навалиться всей толпой. Но теперь обе стороны разделяла стена.

Стоя на её вершине, я наблюдала за происходящим с высоты птичьего полета. Дева начала стрелять по стене, проделывая в ней дыры, тогда как Лось отступил назад, примериваясь.

Я слетела вниз поближе к Гвоздегрызке, чтобы Лось не сбил меня при прорыве.

Прислонившись спиной к стене, я распластала руки и прижалась к неровной поверхности. Спустя некоторое время я почувствовала вибрацию от топота бегущего Лося. Вряд ли в этом была необходимость, потому что дрыгающая ногами Гвоздегрызка кричала на него достаточно громко, чтобы Авангард с терапевтической группой смогли понять, что происходит.

Я сильно ударила своей аурой, расширив её сквозь стену.

Глухой топот прекратился.

С другой стороны стены послышался голос Лося, а затем смех.

Ага.

По крайней мере, он замешкался.

Лось не стал врезаться с размаха в стену, вместо этого пробил её кулаком в перчатке. Мгновение спустя показался ещё один кулак. Лось схватил кусок камня между ладонями, потянул за него и вытащил целиком.

Я попятилась, повернувшись лицом к стене и заднице Гвоздегрызки.

Лось заглянул в дыру.

— Мы снова встретились, — заметил он.

— Извини за лицо, — сказала я.

Он немного сдвинул в сторону металлическую маску и показал мне три борозды, которые тянулись от угла его челюсти к скуле.

— Да, — произнесла я. — Прости.

— Девушка сделала мне комплимент. По её мнению, выглядит угрожающе, — сообщил Лось. — Всё не так плохо.

— Лось, блядь, хватит флиртовать и помоги пробиться! — крикнула женщина с другой стороны стены. Бархат, вроде бы.

— Хотя моя мама заплакала бы, если бы увидела это, — сказал Лось. Он ломанулся вперёд плечом сквозь проделанную им дыру, оставляя за собой отверстие в форме Лося.

Каменные сегменты обрушились за его спиной, я увидела, как по другую сторону стены вся группа Скакуна попятилась назад. Чем больше они мешкали, тем больше времени выигрывали наши.

А лишнее время нам не помешало бы. На своих двоих Лось двигался быстрее, чем можно было ожидать даже при его сверхсиле и атлетичной форме — казалось, что каждый шаг создавал сфокусированный взрыв в точках, где его ноги касались земли, взметая за подушечками ступней полутораметровые гейзеры пыли. Следом бежал Скакун в состоянии Излома.

Сразу за Скакуном в дыру, проделанную Лосем, въехала Бархат на грузовике. Зеркало бокового обзора с одной стороны задело край стены. Внутри машины и в её кузове сидели кейпы.

В прошлом они были контрабандистами, поставщиками и курьерами. Неудивительно, ведь они могли смотаться, когда им угодно. По идее это подразумевало способности к бегству, которые сейчас, впрочем, использовались для погони.

Поймать Скакуна не представлялось возможным, а бросаться очертя голову на грузовик, набитый примерно полудюжиной людей с суперсилами, я не собиралась.

Можно было бы погнаться за Лосем, но не хотелось огорчать его маму ещё больше, чем на данный момент. К тому же он двигался достаточно быстро и резко, я сомневалась, что смогу остановить его без серьёзного материального ущерба.

Лучше уж вернуться к остальным. Они как раз завернули за угол и направились на север, к главному шоссе и железнодорожным путям. Я полетела к ним напрямик, опередив Скакуна и его сопровождение.

В полёте я поравнялась с компанией. Глянька, как ни странно, не отставала, а вот Рейн тащился последним. Козерог положил одну руку ему на плечо.

Мэйдэй справа от Козерога, тоже бежал не слишком быстро. Зубца уже не было, и Сигнальный Огонь с Мэйдэем остались единственными из Авангарда, у кого не было способностей Движков.

Дух воспользовался как силой Хлопушки, так и остаточным эффектом трансформации Гвоздегрызки. Благодаря этому он намного опередил остальных.

Похоже, это было его коньком. Всегда на шаг впереди и всегда лишь с крохотным преимуществом в мобильности.

— Они приближаются. Лось и Скакун бегом. Бархат на машине, — доложила я.

— Понял, — отозвался Козерог.

Я увидела оранжевые линии, пересекающие дорогу, разглядела узор и предназначение. Собранные наспех, они окаменели, едва сквозь них пронеслись Рейн и Мэйдэй. Поперёк дороги выросли ряды колючек.

— Я мог бы использовать свою силу, но хотелось бы держать её в секрете, — сказал Рейн.

— Хорошо, — ответил Тристан. — Держи пушку наготове.

Пушку? Которая была у Эрин?

Злодеи завернули за угол позади нас и начали сокращать дистанцию. Лось увидел шипы, низко пригнулся на бегу и разбил их голыми руками, попутно разбросав по дороге целые куски. При этом он даже не замедлился.

Лось проломил ещё несколько шипастых полос. Один из увенчанных рогами длинных осколков взлетел на воздух, но стоило одному из его концов коснуться земли, как по нему тут же взбежал Скакун, опираясь на ребристые шипы. Осколок начал крениться к земле примерно в нашу сторону, и Скакун, поставив ногу на его навершие, с усилием оттолкнулся.

Отключив силовое поле, я резко расширила ауру и полетела на перехват.

Скакун был быстр и достаточно решителен, отчего аура не заставила его замешкаться надолго. Я двинула локтем в его сторону с обычной, человеческой силой, но его пальцы сомкнулись на сгибе моей руки. Скакун воспользовался шансом, чтобы полу-подтянуться, а затем полу-подбросить себя через мою руку и плечо. Он был легче, чем выглядел, и использовал меня в качестве трамплина, чтобы ещё сильнее сократить разрыв.

Рука Светы перехватила его раньше, чем он успел сграбастать Рейна сзади. Света подтянула себя к нему и в то же время его к себе, возможно, из-за того, что в тот момент Скакун был очень лёгким. Они столкнулись на полпути и рухнули в кучу. Форма Излома рассеялась.

Света достаточно быстро пришла в себя, я даже не успела приблизиться к ней, как она вскочила и протянула руку. Скользя ступнями по дороге, она утянула себя от поверженного Скакуна из-под носа почти настигшего её Лося.

— Останови их! — крикнул Скакун Лосю.

Здоровяк лишь слегка замедлился, чтобы проверить состояние товарища, и тут же набрал скорость. Позади него Бархат протиснула свой грузовик сквозь зазоры, которые были определённо уже, чем расстояние между шинами грузовика. Она выкрутила руль сначала в одну сторону, затем в другую и, возможно, помогая своей способностью, повела машину, накренив её на одну сторону, чтобы прошмыгнуть через оставленные Лосем проломы в препятствиях. С землей соприкасались лишь колёса по правому борту. На крыше грузовика сидел парень, и даже за полсотни метров я разглядела белки его широко открытых глаз, пока он старался удержаться изо всех сил.

Группа продолжала убегать. Когда Авангард отступит, нам пришлось бы решать, что делать с нашей командой. Вряд ли их телепортер смогла бы эвакуировать нас таким же образом.

Прямо по курсу на углу улицы стояла Тревожность Криса, схватившись за лицо всеми конечностями. Завидев наше приближение, существо издало крик.

Дух набрал скорость и устремился в его направлении посредством моего полета в сочетании с полётом Хлопушки. Ладони Духа с вытянутыми пальцами подталкивали его вперёд, словно крылья летучей мыши, только без перепонки между ними. Он коснулся земли и побежал, направляясь прямиком к Крису.

Я хотела выкрикнуть предупреждение, но усомнилась, правильно ли это. Тем самым я бы выдала причастность Криса к нашей группе.

«Сила Криса ведь затрагивает сознание».

— Не надо! — крикнула Света.

— Мы не знаем, что это такое! — добавила я.

Дух проигнорировал нас обеих. Снова.

Непрестанно крича, Крис выписал S-образный манёвр в попытке уклониться, а Дух продолжал наступать Крису на… пятки, если бы таковые у него были.

— Дай! — крикнул Дух, приближаясь, пока почти не смог дотронуться до Криса.

Они провозились так некоторое время — Крис пытался убежать, но Дух не отставал. Крики не прекращались.

Наконец Дух замедлился и позволил Крису оторваться. Оглянулся на всех остальных, оценил ситуацию, а затем взлетел, приблизившись к Хлопушке.

— Мы уже близко! — возвестил Козерог.

Значит он продумал, куда нам двигаться. Хорошо.

Грузовик было остановился, чтобы подобрать Скакуна, но теперь догонял. Да и Лось не давал нам расслабиться.

Я знала, что мне придётся перехватить его, если он чересчур приблизится.

В памяти всё ещё маячила сцена, как лицо Лося залило кровью, когда Искалеченная расцарапала его.

Впереди я разглядела, что сделал Козерог за время ожидания. Улицу перегородила стена из созданного им камня. В ней были достаточно широкие промежутки, чтобы через них могли протиснуться люди. Три проёма, однако в группе было больше трёх человек. Некоторые члены группы обернулись, готовые помочь и вмешаться, в то время как другие гуськом проскользнули через проходы.

Сбоку из окна машины высунулась Этна. Она замахнулась и швырнула сгустки расплавленного стекла.

Первый я перехватила. Силовое поле включилось в последнюю секунду, когда я отклонила сгусток примерно в сторону Лося.

— Снаряд! — крикнула я, потому что второй перехватить не могла.

Оглянувшаяся группа увидела приближение раскалённого добела шара. Все шарахнулись в стороны. Все, кроме Гляньки. Шар попал ей в голову, с силой припечатав о стену позади неё.

Камера с установленным на ней проекционным устройством с громыханием покатилась по дороге и затихла, остановившись стеклянной стороной вниз.

— А-а-у-у-у-х-х-х-х! — завопила Глянька не очень убедительным агонизирующим криком. — Я умираю, я мертва! Ых-х-х-х!

— Глянька, — раздался голос Рейна.

Лось встал как вкопанный у юго-восточного угла небольшого жилого дома, в то время как мы стояли у северо-восточного. Грузовик дал по тормозам. Люди замерли все как один. Некоторые смотрели на Этну.

— Мэйдэй, я любила тебя, ты был потрясающий. Сигнальный Огонь, ты был великим учителем. Команда, вы лучшие, я люблю вас всем сердцем! Помните обо мне, отомстите за меня!

— Глянька, они знают, что это проекция, — сказал Рейн.

— Ёбаный в рот, что ж за день-то такой, — пробормотал Мэйдэй.

Но Глянька, судя по её тону, не расслышала.

— Да знаю я, блин, — сказала камера, звук «н» в конце слова слегка заикнулся. Девочка восторженно рассмеялась. — Я просто веселюсь.

Злодеи никуда не делись. Они выходили из грузовика. Некоторые со спокойными лицами, некоторые — с угрожающими.

— И ты готова зайти так далеко? — крикнула я. — Выстрелить в ребёнка?

— Я думала, ты поймаешь его, — голос Этны звучал приглушённо не только из-за большого расстояния, но и, по-видимому, из-за разочарования в себе. Насколько я помнила, она относилась к отряду Скакуна, несмотря на опасную силу, которая в иных обстоятельствах привела бы её группу Вьючного Зверя.

— Если бы она была настоящей, — сказала я. — То это был бы проёб высшего уровня.

— Если бы она была настоящей, — из грузовика выбрался Вьючный Зверь, отчего машина покачнулась, — то всё равно создавала бы проблемы на нашей территории. Она бы это заслужила.

— Нет, — возразил Скакун.

— Да, — сказал Вьючный Зверь.

— Нет, — повторил Скакун. — Не по таким правилам мы играем.

— Дело не в том, как играешь ты, — ответил мужчина. Вьючный Зверь не был особенно крупным по размеру, да и ростом ниже, чем Лось, однако массивные рога его шлема были такими же широкими, как мускулистые бугайские плечи Лося, а броня, судя по виду, добавляла центнера полтора веса к стокилограммовому телу. — Этна, если ты им не нужна и если готова идти до конца, то я принимаю тебя к себе.

— Нет, спасибо, — ответила Этна.

— Мы работаем заодно, — сказал Лось. — Давай не будем ничего портить.

— Нет, — отрезал Вьючный Зверь. — Мы не заодно.

Тем парнем, сидевшим на крыше грузовика, оказался Раздел. Он подошел к Зверю сбоку. Гвоздегрызка по очевидным причинам осталась сзади, Деву в кузов не позвали, а Боковина не успела к ним запрыгнуть.

Пень тоже присутствовал, он стоял в кузове грузовика, но мы уже знали его мнение по поводу банд и группировок. Нахмуренная маска Пня выглядела особенно зловеще, когда он посмотрел на нас сверху вниз. Он не подозревал, что его сокластерник находится среди нашей группы и так же разглядывает его самого.

В любом случае, Пень не относился к банде Зверя. Напрасная Любовь, возможно, согласилась бы с Вьючным, однако она не явилась.

Тем не менее, два члена банды Зверя отошли в сторону, и сам Вьючный решил отделиться.

— Устроите это ещё раз, и я убью одного из ваших, — пообещал Зверь. — Вы пришли сражаться или удерживать позиции, так будьте готовы к драке.

— Глупость, — сказал Скакун.

Вьючный Зверь внушительно покачал головой, рога на его шлеме описали дугу.

— Необходимость. Можешь сам разбираться с этим бардаком. Мне похуй, оленевод, я с ним завязываю.

Он повернулся и пошёл прочь, покачивая головой. За ним последовал нервничающий Раздел.

Скакун переводил взгляд с Вьючного Зверя на тех из нас, кто ещё не протиснулся сквозь стену Козерога.

Рейн наклонился и поднял камеру Гляньки, слегка отряхнув её, словно мог очистить от ещё тёплого, частично запёкшегося чёрного стекла.

— Камеры, — произнёс Скакун.

Рейн кивнул.

Скакун поднёс ладонь к голове, нащупал волосы, которые взлохматились после его падения кувырком, и пригладил, пробежав по ним пальцами в попытке уложить в причёску.

— И давно?

— Довольно давно, — ответила я. — Мы знаем, что ты вытягиваешь у людей наличку, при том, что у них и так мало денег. Ты используешь это место, чтобы переправлять наркотики в остальную часть города, и ты предоставил… предоставлял убежище таким преступникам, как Гвоздегрызка. Которая сегодня утром увела подростка у родителей.

— Если уберёте меня, моё место займёт кто-нибудь вроде Зверя.

— Если я оставлю тебя сейчас, это всё равно случится. Тебя уберёт кто-нибудь ещё сильнее и грубее, а его сместить будет очень трудно из-за того, что ты уже наладил дела в этом месте.

— Это не твоё, Скакун, — вступила Света, забравшаяся на стену Козерога.

— Не моё, ты права, — произнёс он.

— Оступись. Распусти банды, — предложила я.

— Нет, — ответил Скакун. — Эта роль не для меня. Мне многому предстоит научиться, но я буду меняться, пока не начну соответствовать роли. Полагаю, большинство из этих ребят будут работать со мной, чтобы так и случилось. Нам это необходимо.

Бархат положила руку ему на плечо.

— Твои люди исподтишка собираются развязать войну, — сказала я. — Да, цели приемлемые, но ты ошибочно полагаешь, что плохой день выдался сегодня. Ты недооцениваешь, насколько всё станет плохо, когда за тобой придут Падшие, и какой ущерб они нанесут всем и всему, что встанет между ними и тобой.

— Только не исподтишка, — Скакун оглянулся на Пня. — Мы справимся.

— Тебе надо помалкивать на этот счёт, — прорычал Пень.

— Нет. Вам нужно ввести в курс дела Хранителей. Получите полную картину, обратитесь за помощью. Если вы сражаетесь с Падшими, вам нужно победить безоговорочно.

— Всё схвачено, — сказал Пень. — И если ты не будешь помалкивать, то всё испортишь.

— Это люди, которых не смогла одолеть даже СКП, — предупредила я.

— Всё схвачено, — повторил за Пнём Скакун. — Дело не в СКП, не в героях и не в злодеях.

— Тогда в чем же? — спросила Света. Чтобы увидеть её, мне пришлось посмотреть мимо Рейна. Он хранил молчание.

— Дело в монстрах, — Скакун медленно прошёлся из стороны в сторону. — Кстати говоря… Гаротта?

— Это не мое имя, — ответила Света.

— Цирцея передаёт привет, — сообщил Скакун.

Я заметила, как изменилось выражение лица Светы.

— Да, — продолжил Скакун, — если бы ты прибыла всего на пару часов позже. Хотя неважно. Ресурсы у нас в наличии. Главное уверенно встать на ноги. Если мы грамотно проведём этот рейд, независимо от вашего вмешательства, независимо от того, что сделает Зверь после разрыва со своими людьми, то Кедровый Град станет известен.

— Если проведёте его неправильно, очень многие люди пожалеют о том, что выжили, — сказала я.

Скакун расхаживал ещё несколько секунд, затем остановился.

— Хорошо, — сказал он.

— Если ты готов втянуть в это своих людей, то пожалуй, нам придется перестать любезничать, — предупредила я.

— Что ж, ладно, — Скакун издал тихий смешок. — Лось?

Лось повернул голову к Скакуну, потом к нам.

— Извини, — сказал он, хлопнув костяшками пальцев в перчатке по ладони. А затем без всяких предисловий или прелюдий бросился на нас.

Рейн попятился к проёму. Одной рукой он держал застывшую в стекле камеру, другая рука была скрыта длинным рукавом его костюма. Рейн вытащил светопушку и направил её на группу врагов.

Я отвернула голову, прикрыв глаза рукой. Пускай пистолет и не был нацелен на меня, а глаза зажмурены и прикрыты ладонью, но даже сквозь такую темноту моё зрение окрасилось в розовый с тенями от костей между мной и группой.

Рейн разрядил пистолет, стреляя снова и снова. Судя по изменениям углов вспышки, он двигался во время стрельбы.

Лось врезался в стену прежде, чем добежал до кого-то из нас.

Вспышки прекратилась, и я взмыла в небо. Почувствовав себя в безопасности я осмотрелась и увидела, как остальные пролезли через отверстия в толстенной стене, а Тристан запечатал проёмы за ними. Лось сидел на земле, остальные выглядели обескураженными.

Покачав головой, я полетела за остальными.

⊙

Мы собрались все вместе. Группа Авангарда была в полном сборе, включая членов поддержки. Я настороженно наблюдала, как кейп-целитель принялся за работу. Он положил руку на плечо Перезвук, и вокруг замерцали перекрывающиеся образы.

Нисколько не походило на Эми. Но всё равно беспокоило меня. Истинные целительные силы были чем-то мощным и всеобъемлющим, они охватывали основы, необходимые для понимания различных болезней и недугов, а также приводили к значимым изменениям. Как правило, сверхспособности редко годились для лечения. Если только не были направлены на самих себя.

Но даже сильнейшие самоисцелители, встреченные мною, были весьма хуёвыми. Одним из таких был Краулер.

Пришла Спасательница, телепортер, которая эвакуировала народ. Последней появилась Картограф, прихрамывающая женщина. Она подошла к Мэйдэю, и они пожали друг другу руки. Место, где их ладони соприкоснулись, осветилось нежно-розовым, а затем глаза Мэйдэя за маской вспыхнули тем же цветом.

— Кто это в квартале к северу? — спросил он.

— Гражданские. Дети едят фруктовый лёд, — ответила Картограф.

— Тогда мы можем спокойно поговорить, — Мэйдэй снял шлем. Как и многие кейпы со шлемами, под ним он носил обычную маску. Ему было лет тридцать пять или около того. Кожа тёплого чёрного оттенка, очень длинное лицо и острый подбородок, изогнутые брови, тонкие усы над верхней губой и полоска бороды от середины нижней губы до подбородка. Его голова была обрита наголо.

Его лицо не слишком соответствовало впечатлению, которое он производил в шлеме с широкими треугольными лицевыми панелями. Я решила, что так и задумывалось.

— Это пиздец, — сказала я. — В итоге нам пришлось выдать себя, вы показали пальцем на нашу камеру, взбаламутили воду, и ситуация в целом стала ещё хаотичнее.

— Полегче, — попросил Козерог.

— Она права, — заметил Рейн.

— Знаю, — отозвался Козерог. — Но… полегче. Я не хочу враждовать с Авангардом.

— И мы не хотим вражды, — подтвердил Мэйдэй. — Это чувство взаимно.

— Согласна. В наше время такое ни к чему. Но я расстроена, — сообщила я. — Просто нам пришлось разыграть много наших карт, которые я бы предпочла придержать в рукаве. И мне хотелось бы знать, ради чего.

— Дух сказал, что объяснил ситуацию.

— Но он не смог рассказать, кто дал вам добро.

— У нас была переписка. Кедровый Град попросил о помощи, к нам обратились гражданские. Ничего неожиданного. Мы известные, — сказал Мэйдэй.

— Можешь переслать их нам? Поможешь отследить отправителя? — спросила я. — Думаю, скорее всего, это исподтишка провернул какой-то манипулятор.

— Хотите верьте, хотите нет, но мы известны, — сказал Срез. — Люди подумали, что им нужна помощь, и позвонили нам. Это чертовски вероятнее, чем ваша идея о заговоре.

— Ты говорил с Прогнозом? — спросила я, игнорируя Среза.

— Мы говорили, — ответил Мэйдэй. — Руководство занято войной…

— Так и думала, — мягко произнесла Света.

— …и мы связались с одним из их лейтенантов.

— Как общались? — спросила я.

— Боже мой, — запрокинул голову Срез.

— По электронной почте, — сказал Мэйдэй. — Один раз позвонили.

— Можешь перепроверить этот разговор для нас? — спросила я. — Знаю от свидетеля, что было две попытки взломать их электронную почту.

— Кое-кто в Хранителях столкнулся с тем же, — сказал Мэйдэй. — У юристов.

— Это тот же человек, — сказала я. — Не исключено, что кто-то устроил подлог, подбросил вам наживку.

— На которую мы повелись? — спросил Дух.

Я пожала плечами.

— Мы вникнем в дело и дадим вам знать, — сказал Мэйдэй. — Разберёмся с этим.

— Я в восторге от того, что мы снова работаем вместе, — заёрзала Глянька, сидя на обочине.

— Мы не работаем вместе, Оптика, — сказал Мэйдэй.

— Глянька, — тихо поправила она.

— Глянька, — сказал он. И помолчав, добавил: — Нет.

— Ты должен мне объяснить, — произнесла Хлопушка. — Потому что, насколько я могу судить, ты слишком дерьмово ведёшь себя с ребёнком, а ведь ты умеешь ладить с детьми.

— Он не ведет себя дерьмово, — сказала Глянька. — Он добрый. Нет нужды вдаваться в это.

— А я считаю, что некоторая необходимость имеется, — настаивала Хлопушка. — Пожалуйста. Это начинает меня напрягать.

— Это тот самый ребёнок, — пояснил Дух. — Из-за которого сорвалось повышение.

— Не прямо из-за неё, — сказал Мэйдэй. — Хлопушка, я был бы тебе признателен, если бы ты просто поверила мне на слово и закрыла тему.

— Если бы это было единственное, что сегодня пошло наперекосяк, я бы так и поступила, — ответила та. — Мне доводилось видеть, когда товарищей по команде компрометировали. Порою из-за наркотиков, иногда из-за Скрытников. Но два случая в один и тот же день? Просто… объясни.

Мэйдэй сложил руки на груди.

— Она прошла путь от приюта до фокусной группы СКП в Балтиморе. Не то приёмыш, не то ценный сотрудник… что-то среднее. Оттуда она отправилась в тренировочные лагеря, её возили по многим местам, чтобы она не смогла ни к кому слишком привязаться. Включая Сан-Диего. Сигнальный Огонь?

— Мой коллега попал под следствие, — объяснил Сигнальный Огонь, — Глянька оставила свой компьютер без присмотра, и дети залезли в него, чтобы поменять её интернет-профиль. Там наткнулись на фотографии и отнесли компьютер ответственным лицам.

— Так неловко, — произнесла Глянька. Я подошла, встала рядом с ней и положила руку ей на плечо.

Света присела рядом. Глянька прислонилась к ней.

— Ребенок в купальнике развлекается с инструктором в бассейне отеля, оба радостные, они вместе проводят время, делают фото, как ходят по магазинам, едят в закусочной на колёсах, посещают места, в которых инструктору быть не положено. Ребята присмотрелись повнимательнее. Возникли вопросы, на которые довольно быстро нашлись ответы, учитывая предысторию девочки, но это всё равно потребовало расследования. Нельзя было исключать вероятность, что инструктор пропускал патрули и вместо этого гулял с ребёнком.

— Поддельные фотографии, — произнёс Мэйдэй. — Девочке было одиноко, и она подумала, что было бы неплохо изготовить совместные фото с её любимым инструктором. Фотографии лучшего друга, которые всегда под рукой. Что выглядит странно, когда друг на пятнадцать лет старше.

— Теперь я это понимаю, — тихо сказала Глянька.

— Затем она отправляется в Лечебницу для паралюдей, а оттуда в Балтимор, где за дело берётся Молодая Гвардия. Балтимор. У нас были гетто, были банды, несколько неблагополучных детей в наших Стражах. Были. Мне неприятно говорить об этом напрямую, Глянька, потому что я действительно считаю тебя хорошим ребёнком…

— Все так говорят, но я делала нехорошие вещи, — сказала она.

— По неведению, — мягко произнёс Мэйдэй. — Но, да, нехорошие. Обращаться с ней было сложнее, чем со всеми остальными Стражами вместе взятыми. Как-то раз выхожу я из туалетной кабинки в мужском туалете, а это дитя сидит на стойке у раковины и ждёт меня уже минут двадцать, в кои-то веки без единого звука, а всё потому что ей захотелось со мной поговорить. В туалетах нет камер. Слепое пятно. А теперь представьте, как это выглядит со стороны?

— Извини, — произнесла Глянька.

— Она работает до изнеможения, и это плохо сказывается на отделе. Она намеренно пропускает автобус или подделывает расписание, чтобы проводить с нами больше времени, поэтому нам приходится просить сотрудников отвозить её домой или забирать её. Что тоже приводит к неприятностям, поскольку это время, потраченное вне команды или в непосредственной близости с ребёнком. Причём ребёнок не просто уязвим, но ещё и бросается очертя голову к тем, кто охотится на уязвимых. Похитители, люди, которые эксплуатируют Технарей, люди, которые хотят навредить СКП.

— Бросалась, а не бросается, — поправила Глянька. — Ладно, может, и бросаюсь немного. Но только немного.

— Подобных случаев были сотни. И каждый из них давал повод Молодой Гвардии схватить нас за задницу и показать красную карточку. Если бы не штрафы и административные расходы, мы смогли бы нанять двух новых кейпов откуда-нибудь ещё.

— Ещё раз извини.

— Сейчас ей намного лучше, — заступился Козерог.

— Хорошо.

— Она отличный ребенок. Чертовски талантливая, — добавил Козерог.

— Я разговаривал с Прикусом, Эйвенгард и Наводчиком. Полагаю, вы заметите, что мы в целом понимаем друг друга, — сказал Мэйдэй. — Мы не обязательно расходимся во мнениях, но…

Глянька очень быстро кивнула. Я погладила её по плечу.

— За исключением того, что я не уверен, настолько ли добр, как они, — сказал Мэйдэй. Предыдущую фразу он так и не закончил, оборвав на середине. — Я возглавил отдел, потому что это дитя потопило моего предшественника. Возникшие сомнения, вызванные случаем в туалете, отчасти стоили мне одной прекрасной возможности попасть в основную команду Протектората в течение последнего года, когда мы столкнулись с новым Губителем. Она разрушила много карьер у наставников, героев, социальных работников, и я не могу быть справедлив к ней, потому что чертовски раздосадован.

— Ты мог бы попробовать, — предложила я.

— Мог бы. Но не буду. Авангард отстраняется. Если хочешь, сочти это за благословение. Обычно мы не отступаем. Но в этот раз сделаем исключение, — он посмотрел на Гляньку. — Мы отдадим Кедровый Град вам на попечение, я поспрашиваю о том, что ты рассказала, проверю вероятность взлома и достоверность электронных писем. Дух… ты взял вещи из их офиса?

— Я пошёл туда, куда мне показала Картограф, — ответил Дух. — Но мы не зашли настолько далеко. Эти ребята настояли, чтобы я отправился прямо к тебе. Мы потратили большую часть времени на перепалку.

— Это на тебя не похоже, Дух, — произнёс Мэйдэй. — Обычно ты куда больший прохвост.

— Красавица… вернее, красавицы сказали мне, чтобы я отправлялся, и привели убедительную причину, — Дух задорно усмехнулся, глядя на нас со Светой. — Разок можно и послушаться.

— Меня ты никогда не слушал, — шутливо сказала Хлопушка.

— Или меня, — добавила Картограф.

Перезвук ничего не сказала, но выразительно откашлялась.

Дух нервно хихикнул.

Мэйдэй поднял палец, пока Дух отвернулся в сторону Хлопушки. Сигнальный Огонь рядом с Духом дотянулся и схватил того за руку.

— Что случилось?

Мэйдэй подошёл к нему и схватил за другую руку, после чего свободной ладонью обыскал Духа.

В итоге Мэйдэй сунул руку под плоскую бронепластину и вытащил оттуда блокнот, обмотанный резинкой.

Он бросил его Козерогу.

— Компенсация, — пояснил Мэйдэй. Выражение его лица было серьёзным. — Удачи вам.

Они продолжили путь.

⊙

Я пролистала блокнот. Это была бухгалтерская книга, только без цифр. Сделки записывались в виде бартера, с большим количеством сокращений.

Теперь мы узнали, о каком грузовике шла речь. В ходе приготовлений к войне пропал целый тягач с оружием. И Скакун знал, куда именно.

Он стал настоящим торговцем оружием. Причём в немалых количествах.

Ещё были заметки о другой выполняемой им работе. Наркотики. Заказные грабежи, перевозка товаров между незаконными поселениями тупиковых миров, которыми правили злодеи. Были планы и на многое другое. Похоже, Скакун выделил в будущем пару дней, чтобы вместе со своими подельниками перевезти людей. Оставалось неясно, зачем и с какой целью, но их следовало доставить из одного тупикового мира в другой.

Как только злодеи поймут, что блокнот исчез, то поменяют планы.

Кензи постоянно улыбалась. Её так взбудоражила вылазка и участие в ней, что проблема с Мэйдэем, казалось, отступила на второй план. Тем не менее, мы постарались не докучать Кензи, компанию ей составила только Света. Я помнила, как Кензи вспылила из-за своей сумки.

Отчасти внимание Кензи было приковано к Эшли. Дева всё ещё была в Кедровом Граде, позволяя нам отслеживать, что делает Вьючный Зверь. В настоящее время он пил пиво со своей бандой. Они оставались в Кедровом, но собрались в отдельном месте. Они махнули бы рукой на Скакуна, если бы их оставили в покое их, но я сомневалась, что дела пойдут, как прежде. Одна или другая группа должна была развиваться.

В настоящее время группа Зверя и Девы травила байки с мест сражений. Взвинченная Гвоздегрызка ушла несколько ранее. Мы отследили по камере, как она встретилась с Кольт и молодым парнем. Они втроём отправились на прогулку вдоль береговой линии, Гвоздегрызка расспрашивала о «сотрудниках», а юноша отвечал. Кольт помалкивала, пока к ней не обращались.

Закончив читать блокнот, я передала его Рейну, работавшему над своими руками. Маску и рукава он отложил в сторону. Их изготовила Кензи, а не Рейн.

Выражение его лица было мрачным.

— Как у тебя дела? — спросила я.

— Это был мой день, — произнёс он. — И я даже не смог применить свою силу, чтобы не создать ещё больше проблем, чем оно того стоило.

— Нам нужно кое о чём поговорить, — сказала я.

— Завтра, — попросил он. — Не сегодня. Пожалуйста. Сегодня был тяжёлый день.

Я кивнула и пододвинула блокнот в его сторону.

Крис сидел в углу, спиной к нам, и склонился над видеоигрой. Погрузившись в себя, он не обращал внимания на окружающий мир.

Только мы с Тристаном не находили себе места. Встретившись с ним взглядом, я вышла на пожарную лестницу.

Он присоединился ко мне.

Я встала у перил на маленькой балконной площадке за дверью. Тристан уселся на верхнюю ступеньку лестницы.

— Ты пытался сделать так, чтобы Кензи не оставалась одна в здании, — произнесла я.— И чтобы я не осталась наедине с Эрин и Рейном.

— Ага.

— Чтобы мы со Светой были вместе.

— Тут никаких манипуляций или многоходовок. Вы двое подходите друг другу.

— Мне стоит беспокоиться? — спросила я.

— Сложный вопрос, — отозвался он.

— Я могу тебе доверять?

Он не ответил.

— Или дело в том, что ты не доверяешь им? — спросила я.

— Это очень хуёво, если я считаю самым надежным членом группы самого себя, — Тристан повернулся и посмотрел на меня снизу вверх. — Рейн… он в плохом положении.

— Во многих смыслах, — сказала я.

— Ага.

— Я не хотела его спрашивать, но… из какой он семьи Падших? В последний раз, когда я столкнулась с Падшими, они были из Кроули, однако… в Гимель остались не только Кроули, хотя и тех нам хватило бы по горло.

— Не думаю, что он живет с Кроули, — сказал Тристан. — Но он мне не скажет.

— Ладно, — произнесла я.

Если бы мы были людьми без способностей, которые помогают таким же обычным людям, то это означало бы, что Рейн и Эрин находятся на первых местах в списке нуждающихся. Рейн привёл девушку не просто так. Неужели он ожидал, что она что-то расскажет? Или её присутствие должно было о чём-то нам сообщить?

— Последний вопрос.

— Давай, — отозвался Тристан.

— Знак рукой сегодня утром, — я изобразила жест, держа руку не ладонью вперед к Тристану, а под углом, так что ладонь была обращена к его ногам, если бы он стоял.

— Хм. Мне казалось, это очевидно.

Я покачала головой.

— Стоп, — вытянул перед собой ладонь Тристан. Потом указал вперёд тремя пальцами, — Иди.

— И?..

— Иди медленно, — Тристан изобразил этот жест. — Расслабься. Я решил, что это было интуитивно понятно.

Я усмехнулась себе под нос:

— Вовсе нет.

Тристан улыбнулся.

— Ты хотел попробовать разные сочетания в группе, — догадалась я.

— Пока только нащупываю верный путь, — сказал он. — Это для меня в новинку. Волнуюсь, что всё испорчу. Рейн — мой друг. И я забочусь о них всех. Даже о Крисе, да поможет мне Бог.

Я поколебалась, прежде чем заговорить.

— Это… нормально, что я принимаю участие? — спросила я. — Не делаю хуже своим присутствием?

— Нет. Я так не думаю, — ответил он. — Нам нужна помощь.

— Ладно, — сказала я. — Хорошо. Если бы ты отказался, то сейчас мне было бы довольно трудно уйти.

— Ага. Наверное, — согласился он.

Мы немного посидели. Больше разговор не клеился. Я устала после раннего пробуждения, и адреналин давно выветрился, оставив только глубочайшую усталость, хотя на физическом уровне я не слишком сильно напрягалась.

Когда Тристан встал и потянулся, я восприняла это как негласный намёк. Мы вернулись в помещение.

Было бы неплохо, если бы произошло ещё что-нибудь, прежде чем мы разойдёмся по домам, но, похоже, все участники зализывали раны или ещё как-то пополняли заряд бодрости. До меня доносился голос Эшли, уменьшенный громкостью камеры. Она о чём-то разглагольствовала, а Вьючный Зверь вставлял односложные комментарии. Скакун восстанавливал свой район, убирал обломки со стен, разговаривал с людьми, пытался всё уладить.

Из жилого дома вышли Пень и Напрасная Любовь, её нога была забинтована. Они немного постояли на улице, временами Пень отпускал реплики, комментируя происходящее.

Мы уже собирались расходиться. Кензи отправлялась на ужин к родителям, Рейн должен был отвезти Эрин обратно в лагерь. Как раз в тот момент Кедровый Град снова пришёл в движение.

Подъехал и припарковался посреди улицы автофургон. Недалеко от того места, где располагалось бутылочное горлышко. Люди, которые вышли из машины, были Случаями 53.

Света напряглась.

— Ты их знаешь? — спросила Кензи.

— Цирцея, — произнесла Света. — Хлыст. Щетина. Должно быть, Скакун разнюхивал про меня или расспросил обо мне Сплетницу, а потом связался с ними. Когда-то мы были товарищами по команде. Они знают меня.

— Ты упоминала о них на сеансах терапии, — заметил Тристан.

Света кивнула.

Подъехали другие машины. Я посмотрела на часы. Ровно шесть часов вечера. Время встречи было оговорено заранее.

На сей раз это были представительные автомобили. Шесть чёрных машин и один большой грузовик.

Водители остались на своих местах, задние двери открылись и пассажиры покинули транспорт.

— Среди них те, кого ты наверняка знаешь, — обратился Тристан ко мне.

Я узнала Сплетницу, вышедшую из первого автомобиля. Её сопровождал пацан с птицей на плече. Сплетница улыбалась.

На глаза попался Снафф и другие различные приспешники. Солдаты наподобие тех, что когда-то использовал Выверт.

Из машины, стоящей поодаль, вылезла Чертёнок. Непривычно было видеть её повзрослевшей. С ней была компания детей, все в масках.

Кукла. Раньше она была «бродягой», затем переметнулась на тёмную сторону. Флешетта. В течение кратчайшего периода мы были товарищами по команде. Теперь, вне всяких сомнений, она стала Рапирой.

Грузовик? Рейчел Линдт. Адская гончая. Сука. И стая её собак.

Неформалы болтали как друзья после долгой разлуки. Сплетница стояла чуть в стороне и улыбалась.

Появились и другие, которых я не знала. Они собирали кейпов. Приспешники, товарищи по команде, знакомые. Известные и не очень.

Машины всё подъезжали и парковались. Я увидела, как Сплетница подошла к Скакуну, чтобы пожать ему руку. Неформалы держались позади неё. На заднем плане мелькнула Нянька. Я заметила кого-то, кто мог бы быть Загробным Миром.

Затем я увидел, как Сплетница пожала облачённой в перчатку ладонью большую механическую руку Пня. Она улыбнулась, как будто это была шутка, понятная только им.

— Они договариваются насчёт атаки, — произнесла Света.

— Или устроят её сегодня вечером, — Тристан поставил свою сумку на пол.

— Тс-с-с, — шикнула Кензи.

Пара отошла от основной группы. Даже при сгущающихся сумерках местность освещали автомобильные фары всех припаркованных машин. Сплетница и Пень шагнули в темноту, где оказались вне пределов слышимости большинства других.

— Ты нашла его?

— Я знала его расположение уже очень давно, — ответила Сплетница Пню.

Подошла Напрасная Любовь, и Пень повернул голову в её сторону.

Эти двое коротко пообщались: Пень обронил одно слово, а Напрасная Любовь дважды постучала тыльной стороной ладоней друг о друга, звякнул металл.

Пока они обменивались информацией, Сплетница лениво огляделась, её глаза обратились к небу.

И остановились на камере, уставившись прямо на нас.

— Напрасная Любовь говорит…

— Крэдл приехал.

— Да. Он подождёт, пока толпа разойдётся, только потом выгрузится. А вы…

— А мы доставим, — сказала она. — Вы получите своего четвёртого, а я получу каждого из вас на три года.

— Сойдёт, — произнёс Пень.

— Только не рассказывай мне, что вы собираетесь с ним делать, и всё будет в шоколаде, — заявила она.