Глава 7. Планы

Находясь под аффектом, темноволосый юноша продолжал сжимать уже безжизненное тело ученого. Так прошло несколько минут. Наконец, когда бушевавшие внутри эмоции утихли, он отстранился от трупа.

— Ха..ха... сдох убл@док. Ха-ха... доигрался, учёный хренов.

Жадно вдыхая сырой воздух, пахнущий смесью крови и трав, он принялся тщательнее оглядывать комнату. Оглядев все помещение его взгляд остановился на столе, где Моррис смешивал свои препараты и хранил инструменты.

— Там ведь должно быть хоть что-нибудь полезное для меня.

Юноша думал о том, что хранящиеся там инструменты или зелья помогут ему при побеге из города. Перебирая десятки склянок одну за одной, ему то и дело попадались те же вещества, которые Моррис использовал на нем. При взгляде на них кожа покрывалась мурашками, а по позвоночнику пробирала легкая дрожь. Пока он доставал приглянувшиеся ему предметы, в его голове пронеслась мысль о том, что для всего этого, скорее всего, необходимы специальные условия хранения.

Вынув последнюю колбу с зельем восстановления, он вновь огляделся по комнате. Подойдя к шкафу, из которого ранее Моррис вытащил этот странный камень, он принялся искать в нем какие-нибудь записи или книги о зельях. Изначально юноша предполагал, что это займет довольно много времени, но, к его удивлению, ученый удобно систематизировал и озаглавил все свои записи. Потратив несколько десятков минут, он не нашел ничего о способах хранения зелий.

— Не может быть все так просто. Чтобы какой-либо продукт вечно хранился в обычной стеклянной колбе — бред.

Вспомнив о том, что Моррис явно не был новичком в своем деле, юноша предположил, что где-то все же должны быть старые записи, со времен его начинаний. Первая вещь, которая приходит в голову — домашняя библиотека. В крайнем случае кабинет, просто рабочее место или спальня. Юноша было хотел выйти из комнаты, но вспомнил об одном незначительном, еле бросающимся в глаза нюансе — трупе посреди комнаты.

— Вот же... ну и что мне с тобой делать?

Приняв быстрое решение о том, что останки Морриса все же нужно хотя бы переместить, он подошёл к трупу. Переборов толику отвращения, появившуюся при взгляде на застывшее лицо ученого, юноша схватил его за ноги и поволок в сторону. Дойдя до угла помещения, он разжал руки и послышался характерный звук падения чего-то тяжелого на пол.

Наконец, выйдя из комнаты, он подумал:

— Где я вообще сейчас нахожусь? Он жил в частном доме или квартире? Нет, в квартире он не смог бы проводить подобные эксперименты, может это отдельная лаборатория? Плевать, для меня разницы все равно нет.

Из располагавшихся вдоль всего коридора окон лился, отражающийся от яркой полной луны, оранжевый свет. На протяжении всего довольно короткого пути на стенах красовались разнообразные картины. То были пейзажи, портреты, натюрморты, что создавали впечатление нахождения в картинной галерее. Увидев впереди дверь, юноша перестал глазеть на убранство и ускорил шаг.

За дверью, открывшейся с характерным скрипом, находилась обычная гостевая комната. Обычная двуспальная кровать, тумбочки по бокам от нее, шкаф, нетронутый туалетный столик с довольно большим зеркалом, ковер.

Сразу же потеряв интерес, юноша продолжил свой путь. Встретив еще несколько практически ничем не отличающихся комнат, в числе которых была и комната самого Морриса, где тот по всей видимости лишь спал, он дошел до конца коридора. Окинув взглядом довольно широкую деревянную лестницу и просторное помещение перед ней, начал медленно спускаться. Лестница скрипела под его шагами, и каждый звук эхом разносился по предположительно пустому дому. Он остановился на полпути, вслушиваясь в тишину, в поисках малейшего звука, который мог бы выдать присутствие еще кого-то в этом доме. Но, кроме его собственного дыхания и слабого шороха от старых досок, ничего не нарушало спокойствия ночи.

Продолжив спускаться, юноша наконец оказался в просторной комнате на нижнем этаже. У большого окна стоял черный рояль, который, судя по внешнему виду, регулярно использовали. Вплотную к одинокой дальней стене стоял длинный лакированный стол из темно-коричневого дерева, стоящее по его центру блюдо с фруктами создавало типичную и ничем не примечательную композицию. Находящийся сбоку от стола шкаф со стеклянными дверцами содержал в себе хрустальный сервиз и несколько наполовину пустых ёмкостей, что стояли на отдельной полке. Справа от лежащего по центру комнаты и закрывавшего паркет ковра располагалась большая двустворчатая дверь. По бокам от нее стояли два абажура, а на висящей на стене картине располагался некий усатый мужчина. Он был одет в роскошное, цветастое одеяние и будто пронзал своим надменным взглядом любого человека, что посещал это место.

=====

Юноша потратил довольно много времени на осмотр всего первого этажа. В левом крыле дома находилась гостиная с портретом надменного мужчины. В правом крыле — столовая, из которой можно было попасть на кухню. Отдельным местом в правом крыле был вход в подвал, где и находилась комната в которой Моррис содержал юношу.

Наконец, по окончанию осмотра своего места заключения, перед юношей предстало последнее помещение, находящееся на первом этаже. Отперев еще одну двустворчатую дверь, он оказался в еще одной просторной комнате. Тусклый лунный свет, падающий от окон, едва освещал высокие стеллажи со всевозможными книгами и старинную мебель. В центре комнаты стоял массивный стол с картами, многократно использованными атласами и книгами, оставленными на нем, как будто кто-то только что ушел, не завершая свои дела. Он прошел мимо столов, не обращая внимания на неясные записи, и направился в сторону полок с книгами. Быстро пробежавшись взглядом по названиям, юноша осознал, что потратит здесь уйму времени. В отличии от ранее прочитанных им записей, которые ныне мертвый ученый удобно сортировал, сотни заполнявших библиотеку книг располагались в абсолютном беспорядке. Астрономические карты, энциклопедии, сборники работ по биологии, научные работы самых разнообразных авторов, что охватывали всевозможные научные направления, романы и даже несколько книг с рецептами. Один взгляд на все это мог вскружить голову большинству обычных людей, в том числе и ему.

— Как вообще возможно создать такой хаос?

Тихо ворча и приняв свою ужасающую судьбу, юноша принялся перебирать всю эту макулатуру в поиске нужной информации.

Еле раскрыв свои заспанные глаза, юноша, лёжа на кушетке, осмотрел комнату. Та находилась в еще большем беспорядке чем вчера, по всему полу были разбросаны книги, изрядная часть стеллажей была пуста, а на столе аккуратной стопкой лежали две небольшие карты и довольно тонкая книга. Подняв свое одеревенелое после сна тело, он принялся вспоминать события прошлой ночи. Потратив часы на выбор необходимых ему книг и первичный их осмотр, он улёгся на кушетку в надежде слегка отдохнуть, но, незаметно для себя, проспал всю ночь беспробудным сном. Подойдя к столу, он бросил взгляд на аккуратно лежащие карты и книгу. Карта Западного континента, Империи Игнис и “Основы создания и хранения низкоранговых зелий”.

Взяв одну из карт, юноша принялся читать ее. Западный континент представлял собой огромную ассиметричную территорию. Южная его часть состоит из нескольких крупных полуостровов. На востоке и северо-востоке располагается огромное количество довольно маленьких островов, что заполняют все пространство, длинной в тысячи километров, перед его расчленённым берегом. Западную часть центра и сам запад занимает огромная пустыня, что отделена от всех остальных мест огромным горным массивом. Север же — покрытая горами пустошь. Северо-восток, восток и юг занимают три ныне воюющие и граничащие меж собой державы, несколько княжеств и маленьких королевств, что выполняют роль буферных стран. При этом, Королевство Вьёрн и Империя Игнис располагаются вплотную друг к другу, деля северо-восточные земли.

— Очаг войны — место, где соприкасаются их границы... значит, нужно ехать строго в противоположном направлении.

Бегло осмотрев карту, юноша завернул ее и положил в карман своих потрёпанных штанов. Взяв книгу о зельеварении, он пошел на кухню, намереваясь что-нибудь съесть.

Тяжелая деревянная дверь открылась с легким скрипом. Уткнувшийся в книгу юноша хотел было сделать шаг внутрь, но...

— ААААААА! — раздался пронзительный женский крик, ударивший ему в уши.