Тяжёлый удар пришёлся на место, где мгновение назад была голова лежащего. Еле успев среагировать, мужчина резко повернулся на бок и, оттолкнувшись от земли, встал на ноги, сбивая несколько крессетов.

Не дав и секунды передохнуть, незнакомец так же резко поднялся, замахиваясь для следующего удара. Блондин, еле поспевая за движениями нападавшего в силу усталости, чуть не пропустил удар, летевший снизу в челюсть, но, взяв себя в руки, незаметно достал левой рукой один из своих револьверов и, особо не целясь, сделал три быстрых выстрела. Две пули явно попали в цель, а третья во что-то металлическое.

Спустя мгновение слух мужчины пронзил истошный вопль, который в итоге сменился на сдавленное кряхтение. Вскоре, вернув себе самообладание и коснувшись кольца на указательном пальце правой руки три раза, блондин вывел крессетов из ночного режима, из-за чего они подлетели к нему ближе, снова сопровождая его. Свет, исходивший от механических жучков, упал на сложившуюся пополам фигуру. Синие пряди коротких волос с двумя белыми полосками ниспадали на лицо. Незнакомец сидел на коленях, согнувшись пополам. Одной рукой он держался за живот, а другой опирался о землю.

Обычные пули, как правило, не причиняют такой боли, чтобы издать подобный крик. К такой реакции привели специальные разрывные пули, нужные в основном в борьбе с номами. Они могут справиться почти с любой бронёй этих тварей, кроша её в труху, а в борьбе с планемой так вообще с лёгкостью разрывают ткани, причиняя неимоверную боль или ещё быстрее убивая.

Прошло уже достаточное количество времени, за которое поражённый должен был скончаться. Всё ещё держа того на прицеле, мужчина подошёл, опустился на одно колено рядом с пострадавшим и вгляделся в незнакомца. Кое-что с ним было не так. Уж больно он мелковат, будто ещё ребёнок. Приглядевшись к застывшему телу, он заметил, что крови не было. Он точно нанёс два пулевых ранения, но ни единого ручейка не видно. Внезапно что-то вцепилось в его лодыжку, да с такой силой, что ещё чуть-чуть и сломается кость. Вцепившись когтями, незнакомец приподнялся и глянул исподлобья. Только он начал тянуть вторую руку, как блондин пришёл в себя и всадил ещё одну пулю прямо ему в лоб. Голова незнакомца взорвалась салютом, а тёмная кровь полилась дождём. Даже слишком тёмная…

Проигнорировав кровавые следы на ноге, он спешно перевернул нападавшего на спину, чтобы осмотреть. Он был одет в белый костюм, состоящий из белых брюк и пиджака в золотистую полоску, а также в синюю рубашку с золотистой ленточкой под воротником. Синий плащ с белыми узорами был с разорванными рукавами. Заострив взгляд на руки, блондин увидел позолоченный, слегка бледный металл. Прощупав руки под одеждой до плеч, он понял, что на месте обеих рук слегка помятые механические протезы.

Когда взгляд зацепили дырки в одежде на правом бедре и боку, мужчину бросило в озноб от осознания того, что крови не было. Ни лужи, ни даже пятна, ничего. Смотря на всё это, он понял, что перед ним лежит астра. Эта раса отличается своим долголетием и регенерацией, граничащей с бессмертием. А ещё он осознал, что, когда она придёт в себя, ему точно не поздоровится. Ведь если так подумать, она не могла напасть на него просто так. Большинство астр идут в спелеоты или охотники за головами. Им не нужно есть и спать, поэтому они являются весьма востребованной рабочей силой в вопросах, связанных с макулами, особенно учитывая их феноменальные силу и выносливость. Также астры фактически неубиваемы. Единственный способ сделать это — разрушить ядро, которое по прочности обгоняет алмаз. Так что в работах, опасных для жизни и требующих высоких физических показателей, им нет равных.

Вот только кровь астр не тёмная, а яркая, точнее излучающая свет. Вернув взгляду фокус после того, как ненадолго задумался, он столкнулся с двумя широко раскрытыми белыми глазами.

—…

—…

— Стой! — только и успела выкрикнуть астра, когда мужчина выстрелил ей в голову, чтобы снова вырубить и сбежать.

Однако пуля врезалась в выставленную вперёд металлическую ладонь. Разорвавшись, пуля оставила лишь мелкие, едва заметные царапины.

Только хотевший отшатнуться мужчина внезапно запнулся и, сдавленно вдохнув через стиснутые зубы, опустился обратно на землю, всё так же держа синюю голову на прицеле.

— Погоди! Мир, мир! — тоже отползая, она держала одну руку вытянутой перед собой. — Давай поговорим!

Услышав это, мужчина тупо уставился на неё. Это совсем не то, что он ожидал услышать с момента пробуждения.

— Может, с этого и стоило начать? — разозлившись от непонимания, процедил он.

— Но ты стрелял в меня!

— Ты буквально пыталась размазать мою голову по полу! — не выдержав, рявкнул он, тыча дулом пистолета в сторону астры, слегка потряхиваемый от злости и недоумения.

Отведя взгляд в сторону, астра ненадолго задумалась. Когда же два белых глаза снова уставились исподлобья на сидящего напротив, он неуверенно спросил:

— То есть, ты не собираешься меня убивать?

Приехали. Интересно, когда они успели поменяться ролями?

— Нет. Повторюсь, ты первая на меня напала, — всё ещё находясь начеку, блондин опустил пистолет. — Кстати, насчёт этого, с какого ты напала на меня, пока я спал?!

— Ну… С момента как я очнулась здесь, всё и вся пытается меня убить. А ещё, твои волосы, они… неважно.

Вглядываясь в широкие, будто остервенелые глаза, блондин подумал, что в одиночестве было не так уж и плохо. Пока астра мялась в повисшей тишине, мужчине наконец предоставился шанс собраться с мыслями. И выводы, к которым он пришёл, были вообще не утешительные. Да, перед ним не астра, и бояться будто бы нечего, но, смотря на всю ситуацию, возможно, было бы даже лучше, будь перед ним какой-нибудь охотник за головами. Потому что перед ним сидит нома.

В конце своей жизни, которая может длиться бесконечно долго, когда ядро по какой-либо причине трескается, астра превращается в ному и теряет свои воспоминания и себя в целом. Такие номы в разы слабее прошлых себя, так как их сила, зависящая от цвета крови, теряется вместе с этой самой кровью, которая становится чёрной, как смоль, и невероятно холодной, в отличие от крови любой астры — обжигающе горячей, как магма. Такие номы подвергаются незамедлительному уничтожению, пока они ещё слабы, так как их голод всё равно рано или поздно берёт верх, и они становятся как те бездумные твари, бродящие в пещерах. Поэтому охотник не спешил убирать пистолет в кобуру. Убить ному, особенно ту, что только недавно перевоплотилась, не проблематично, так как, чтобы убить ному, нужно её обескровить. Кровь ном — это то, что поддерживает их жизнь, поэтому достаточно всадить пулю в лоб, и пока нома восстанавливает голову, нанести множественные повреждения телу, пока вся кровь окончательно не испарится.

И кстати, что, Номус тебя дери, значит «а ещё, твои волосы»? Что не так с его волосами?!

— Кстати, где мы? — подала голос нома.

— Эм… Мы в макуле Круна, — увидев два раза моргнувшие внимательные глаза, он продолжил. — Это один из каналов пещер, открытых Хароном — первооткрывателем войда Волопаса, который подарил дом бежавшим от великих волн планетойдам.

— Кому? — вместе со сказанным она наклонила голову вбок.

— Что, «кому»?

— Кому он подарил дом?

Мужчина не знал, как сильно надо было удариться головой, чтобы забыть, кто такие планетойды. Это всё равно что забыть, что в Дневной зоне всегда светло, а в Ночной — темно. Поэтому догадка о том, что перед ним сидит не абы кто, а грёбаный ходячий труп под названием нома, только подтвердилась, потому что астры, ставшие номами, также теряют свои воспоминания.

— Двум разумным расам: астрам и планемам. Планетойды — это обобщённое название для всех разумных рас.

— А суб-астры?

— Кто?

И вот снова они поменялись местами. Теперь его очередь задаваться вопросами.

— Суб-астры, — невозмутимо повторила она. — Гибриды планем и астр. Когда тело как у планем и имеет свой определённый пол, но характеристики его как у астры, за исключением силы, в этом плане они послабее астр, но всё же сильнее планем.

Это она про полуастр? Он ни разу не слышал, чтобы их так называли.

Кстати, насчёт пола. Мужчина до сих пор не знал, с кем он имеет дело, так как астры — бесполая раса. Они рождаются у планем, хоть и не так часто, как сами планемы, и их пол даётся им как имя — для удобства. Поэтому он всё же решил проверить, помнит ли астра своё имя. Хотя, особо он и не надеялся.

— Как тебя зовут? — отлично, такими темпами они точно станут самыми лучшими подружками в этой бесконечной песочнице.

Медленно сменяющаяся эмоция на лице говорила ярче всяких слов. Одним вопросом он будто выбил почву из-под ног и заставил потерять всякий огонёк в глазах.

— Я не помню, как меня зовут, — находясь в прострации, глухо ответила она.

Вздохнув, он начал:

— Может тогда…

Стоп. Что он делает? Перед ним сидит нома, которая скоро превратится в кровожадное чудовище, а не занятная личность и просто долгожданный собеседник. Сжав револьвер в руке покрепче и вспомнив о ране на ноге, он закрыл рот и опустил голову.

Так бы они и сидели в тишине, если бы удручающий вид собравшей к себе колени и обхватившей их руками номы не выводил из себя. Началось то, чего охотник за головами всегда пытался избежать — самобичевание. Как только пойманная им планема входит в это состояние, мужчина сам готов полезть в петлю, лишь бы не видеть этого. Поэтому, чтобы хоть как-то отвлечься и, возможно, отвязаться от этой бомбы замедленного действия, он спросил:

— Ладно, ох, может, хочешь поесть? — колеблясь, неуверенно проговорил он, отслеживая перемены в лице собеседницы. Быть может, какой завалявшийся кусочек мяса отвлечёт её, дав ему возможность смыться.

Она подняла на него взгляд, из-за которого по телу пробежались мурашки и, снова опустив его, подавленно сказала:

— Нет.

Что?

— В смысле? — случайно вырвалось.

— Я не хочу есть. Вернее, я хочу, меня постоянно тянет что-то съесть, но даже мысль, что что-то попадёт мне в рот, ощущается неправильно.

И она снова замолчала, подавленно сидя рядом и заражая воздух своим отчаянием. Мариноваться в этом мужчина не хотел, и раз уж он всё ещё с ней не покончил, значит, потребность в собеседнике всё же весомая, из-за чего было принято решение приободрить, и он выпалил первое, что пришло на ум:

— Давай придумаем тебе имя?

Два ошарашенных взгляда уставились друг на друга. Оба не верили услышанному, но пока у одного глаза мутнели от сомнения, у другой, наоборот, сверкнули надеждой.

— Я даже ни одного имени вспомнить не могу…

И снова повисла тишина, но затем её восторженный вскрик привёл в чувства блондина.

— А что насчёт Феникса?

— Чего? Это даже не имя.

— А что это? Просто мне казалось, что я наконец-то вспомнила какое-то имя, — опустила она задумчивый взгляд.

— Ну, если быть точнее, это название мифической номы, которая сжигала себя, а потом возвращалась из пепла.

Если так подумать, это имя вполне подходило ей. Мужчина не знал, да и, по правде, даже задумываться не хотел, какое имя из существующих ей дать. Обычно астр называют уникальными именами, но выдумывать новое имя для уже бывшей астры — последнее, что ему сейчас хотелось. Дать ей обычное имя всё равно было бы как-то странно. Да и в целом дать имя тому, кто уже обречён, — дело бесполезное. Но всё равно, где-то в задворках разума ему казалось, что всё не будет так просто. Хотя всё уже непросто.

— Может, сократим до Никс? А то имя Феникс будет привлекать излишнее внимание, — сам того не заметив, он всё же поучаствовал в придумывании ей имени. И, похоже, вопрос с полом разрешился сам собой.

— А как зовут тебя?

— Я… — вспомнив про листовки с его именем, дабы найти его живым или мёртвым, которые наверняка уже развешаны по всему полису, он поколебался. Однако он не на поверхности, а она не охотница за головами, по крайней мере, уже нет, поэтому он представился: — Я Кеплер.

Глаза Никс сверкнули ещё ярче. Тут же взяв себя в руки, она протянула левую руку. С удивлением глянув на неё, он всё же позволил себе расслабиться и убрать пистолет в кобуру.

— Приятно познакомиться, Кеплер, — сцепив руки в крепком рукопожатии, с лёгкой улыбкой произнесла Никс.

— Взаимно, Никс, — блёклое подобие дежурной улыбки Кеплера стало ответом Никс.