Аппарат искусственного кровообращения тихо работал, перекачивая и очищая кровь. Будь она человеком, в этом было бы меньше рисков. Изъятие даже частично активного ядра было большим стрессом для организма, что был приспособлен к нему.

Все были готовы к тому, что будет необходимо провести двойную операцию. Но совершенно внезапно стало известно, что в самом массивном контейнере находился не Лайн, а лишь его ядро и сканы, сделанные за всё время его пребывания здесь, как мозга, так и остатков ЭФД. У нас были вопросы к Лоре о том, что же у них там случилось, раз эти вещи оказались здесь без самого Лайна, но никто не решался спросить её. В том взгляде, которым она смотрела на нас, читалось нечто отстраненное и жутко опечаленное.

Мы были в просторной, но низкой комнате. Когда мы сюда зашли впервые, это место было похоже на что угодно, но только не операционную. Сейчас же все здесь сияло, словно и не было всего случившегося со всеми людьми здесь и нами самими.

В стороне от операционного стола было ключевое устройство, без которого ничего бы не смогло получиться. Мы поместили в него два ядра и начался заключительный процесс. ЭФД Лоры не подлежало восстановлению, поэтому мы могли её взять только у Лайна и, совместив остатки кристаллической структуры наших оригиналов, ожидать того, что корпус уже одного ядра вновь запечатан.

От устройства, выполненного из материалов нашего корабля, тянулись толстые провода, подключенные к электросети. Внутри это было похоже на станок, внутри которого было закреплено два ядра, вокруг которых были различные инструменты и манипуляторы. Энергоячеек было недостаточно, каждое движение и разрез материала внутри сопровождался легким мерцанием ламп.

— Состояние начинает стабилизироваться. Очистка крови почти завершена, можем начинать подготовку к трансплантации. – Фолл оторвался от экрана операционного пульта, через который он проводил изъятие и подключение аппарата кровообращения. – Как дела с ядром?

— Спайка прошла успешно. Активность кристаллов в районе 9%, немного, но должно хватить для перехода. – утирая холодный пот, Трилл смотрела за показателями. – ЭФД пока не активна, но подключена.

— Правильно, она и не будет активна до момента полноценного восстановления. Блокировка так просто не снимается, а если и снимается, то только на чтение. Но это опасная игра, как показывает разрушение внутренней структуры у Лоры. Данные внутри настолько разрозненные, что будь даже остальное ядро целым, то толку было бы мало.

— Значит, это конец? – тихо пробормотала я.

Выглядело так, что это будто никто и не услышал, но они буквально застыли, покосив на меня взгляды. У них не было слов, они осознавали, что я права и вся наша дальнейшая жизнь лишается смысла прямо сейчас.

Тишину разрезал звонок, поступивший на внутреннее устройство связи. Ответить на этот звонок предстояло мне. Оранжевая панель с несколькими кнопками и экраном для обеспечения связи, спокойно переливалась своей подсветкой. Вызов исходил из пункта управления SSG и звонящей была Окта. После нажатия прорезиненной кнопки, её голос разлился по всему помещению. Он был удивительно мелодичным для тела, которое некогда было простым инженером.

— Космическая пушка готова, спутник загружен и проверен. Окно для запуска открывается через 17 минут. Вы готовы? – бойко и быстро говорила она. Её речь звучала чужеродно для этого места.

— Скажи, что мы сейчас отправимся. Точнее, ты отправишься. – сказала мне Трилл, садясь на скрипучее раскладное кресло.

— Я скоро буду, продолжайте подготовку. – На небольшом экране я увидела, как она кивнула, а после отключилась.

— Ха, даже смысла пересаживать Лоре сердце уже и нет. – Сказала она наигранно и саркастично.

— Услышь тебя Окта, она тебя точно побила бы. – невесело заметила я.

— Как и тебя, за твои фразочки. Просто сделай свой дело, а мы закончим своё. Не представляю, как нам надо будет уживаться здесь с Ней после её прихода в сознание и до завершения ремонта подъемника.

Смотря на это всё со стороны, Фолл лишь недовольно хмыкнул и лег на заранее уложенный настил на полу, демонстративно накрыв своё лицо белой тканью и сложив руки на груди. Он не особо хотел ввязываться в наши споры, я его понимала, но он всё равно бесил.

Сидя посреди самого нижнего помещения станции, я разглядывала швы на глубоководном костюме и оценивала работу пальцев. Этим костюмом пользовались чаще, и он был изношен куда сильнее. Каждый сустав и сочленение выглядело куда более уставшим и наблюдался неприятный люфт. Слева от меня стоял контейнер, внутри которого покоилось ещё только восстанавливающееся наноядро, которое легко могло быть разрушено внешним давлением или неудачным запуском в составе спутника. Мы воспользовались относительно целой, но заблокированной ЭФД Лайна и хоть как-то сохранившимся кристаллом Лоры. Все события случившееся здесь останутся здесь, их не будет на памяти этого ЭФД. И ещё неизвестно, что точно Лора могла сделать с ЭФД до попадания в наши руки. И ещё не говорила нам использовать сканы его личности, но и не запрещала отправлять их вместе с ядром, а значит…

Рядом со мной стоял ящик метром длинной, что весил под сотню килограмм от хранящихся в нём сканов личности. Всё бы ничего, но только тележки нигде не было рядом, я не могла захватить его с собой, а ещё ведь в запускаемом космическом аппарате просто не могло быть лишнего груза. Неужели Лайн просто не будет знать о том, что здесь случилось, как мы все старались, чтобы хотя бы он покинул это всеми забытое место? Это же… Не честно. Всё не может закончиться именно так. Я не хочу, чтобы он забыл меня… Лору, которую он узнал здесь, которую он обманывал и спасал… Которую покинул, так и не увидев финала.

— Эй, Трез, ты ещё не ушла? – раздался позади голос, приглушенный и сопровождаемый тяжелой металлической поступью.

Файвс выглянул из прохода, смотря прямо на меня. Точнее, так скорее всего было, потому что видеть его глаз я не могла.

— О, хорошо, что я успел. – он незадачливо постучал по своему шлему, что выглядело слишком глупо для его общего грозного и массивного вида. – Думал, что тебе может быть скучно в твоей прогулке до пушки и решил составить компанию, всё равно работ на сегодня больше нет.

Он врал мне. У него не могло быть и пяти свободных минут на следующие две недели, но он всегда находил время, чтобы повидаться со мной, делая вид, что это случайность. Незаметно для меня и себя самого, он стал моим Лайном. Как Фолл у Трилл, как Пент у Окты. И ведь правда, мы всегда были командными игроками, если угодно – попугаями неразлучниками. Жаль, что здесь они вымерли ещё задолго до конца света. А приходила ли мне раньше та идея? Вспомнить этого я не могла, вся жизнь до попадания сюда была сплошным и бессвязным туманом.

— Можешь помочь донести этот контейнер? Там тоже важные штуки для запуска. – сказала я, кривя лицом.

— Что угодно для моей дорогой Ло… Трез. – оговорился он словно специально. – Что угодно… – довольно протянул он.

В этот самый момент я могла поклясться, что видела, как он скривил лицо в доброй улыбке, беря фактически свою собственную жизнь в свои же руки.