Открыв панель, скрывающую за собой оборудование, регулирующее температуру и содержание кислорода, я проверил показатели. Из-за разрушения и нарушения системы, отвечающей за это, нам пришлось восстанавливать всё до состояния «чтобы работало». На текущий момент требовалось доведение всего этого до ума. С учётом ограниченности ресурсов, нам пришлось прибегнуть к демонтажу различного оборудования там, где оно было не столь необходимо или работало лишь частично.

— Регулятор 3H11 точно под замену… – неудовлетворенно, шепнул я себе под нос.

— Держи, этот почти как новый. – сказала Лора, подав мне его.

— Спаси… – начал я, но заметил то, что это был лишь дрон, говоривший её голосом. После секундного замешательства, я всё же взял нужную мне деталь. – Откуда тут взяться новой?

— Так и я говорю «почти». – на небольшом экране, установленном спереди, высветился значок, похожий на улыбку.

В обычной работе он был необходим при работе дронов с живым персоналом, помимо стандартного переговорного устройства. Мне было до сих пор странно слышать её голос, исходящий из машины и осознавать, что это почти полноценная копия её сознания. Это была та версия Лоры, что помнила только общие моменты, абсолютно исключая всё, что находилось на ЭФД. Мы общались с ней не так много и… С Лорой у меня после подобного произошёл некоторый разлад. Я не мог назвать этой ссорой, но ныне каждый наш диалог имел в себе неприятную ноту и был только по существу.

— Слушай, ты же разобралась с картами и чертежами? – спросил я, понизив голос.

— О, та секретная просьба, что ты попросил не раскрывать даже Первой? – играючи, она понизила голос, пародируя мой шепот.

— Первой? Это вы так условились называть себя?

— Да. Она разве тебе не сказала? – она недоуменно наклонила корпус.

— Знаешь ли… – несколько смущенно и растерянно, затянул я.

— Знаю. Предполагаю, что моему оригиналу будет присуще несколько большая злопамятность. Мне в некотором смысле проще думать. – рассудила она спокойно. – Никакой ноющей боли, ограниченного поля зрения, всех этих… Ощущений и шума. Это состояние даже как-то более привычно мне. Думаю, что тебе это тоже могло бы пойти на пользу… – она призадумалась над чем-то. – Особенно, учитывая твой план.

— Да, на самом деле было бы неплохо. Там может случиться всё, что угодно. После отключения Омеги всё ведь будто взбесилось!

— Иной реакции от Кахаси и не ожидалось. Мы не зря обесточили все станции в качестве меры предосторожности.

— И за это я выражаю тебе ещё раз благодарность. Для тебя это был большой риск. – сказал я, припоминая её великую заслугу.

— Наша жизнь, это ежедневная гонка со смертью, и пускай у меня нет «органического» тела, но я не допущу ничего из того, что могу предусмотреть и предугадать. Поражение наших оригиналов, я буду воспринимать как личное. – собравшись с духом, она добавила. – Эта позиция, рассматривает всё, что может случиться с тобой в точности как то, что может случиться и со мной… Такие были мои мысли на момент сканирования, но нечто подсказывает мне маловероятность изменения этого.

Внимательно слушая её, я чуть спустился, сев на верхней ступеньке раскладной лестницы. Мне с первого дня казалось, что Лора, заточённая в металле, ближе к той, которую я знал когда-то давно. Но вот стоило мне подумать, как эта копия станет своеобразным симулякром, так мне становилось не по себе. Это было горькой действительностью, что если не станет меня, то не станет и Лоры.

Подняв свою руку, я взглянул на тёмное пятно, уходящее внутрь. С каждым днём во мне оставалось всё меньше прежнего меня. Медлить было нельзя.

— Лайн, зная то, что… Именно наши отношения после копирования пошли не очень хорошо, я уделила некоторое время на то, чтобы найти кое-что, чего не было и не могло остаться в описи, а было упомянуто только в личных сообщениях. – прерывая мои раздумья, сказала Лора-калька.

— А ведь точно. Во время нашего пребывания на RDL, ты во втором корпусе сказала мне, но не Лоре о том, что нашла какую-то ценность. Ты о ней?

— В самую точку. – она взяла из своего отсека под сменный инструмент два свертка, которые даже при легком соприкосновении и через бумагу, издали легкий звон. Одна их форма мне сказала многое, и я понял, что же это такое.

— Быть не может… – произнёс я завороженный, потянув руки к ним.

— Ещё как может. И даже более того, они могут быть последними на всей Земле. Сегодня, согласно местному летоисчислению, полгода с того дня, как мы застряли здесь… Или вы, если точнее. – исправилась она.

— Даже представить что-то более подходящее тяжело. – я попытался взять сразу два этих свёртка, но отпустила она только один.

— Вторая будет на будущее. Две за один день будет слишком расточительно, тебе не кажется? – даже без лица, я сумел ощутить выражение, которое оно могло бы принять. – У меня она будет сохраннее, поэтому радуйся этой.

— Как скажешь, металлическая принцесса. – я ударил её по передней пластине, и она попыталась закрыться манипуляторами. – Сначала проведём сканирование, назвав это тестированием защитных контуров.

— Так точно! – она отдала честь, прямо как в фильмах, найденных нами среди архивов.

///

После завершения всех процедур, я оказался перед дверью, ведущей в комнату. Было уже достаточно поздно и всё, чем Лора занималась, так это просматривала медиаматериалы, схемы и чертежи, сопоставляла имеющиеся показания с более старыми. Она предпочитала делать это в одиночку, как делала это прежде. После моего стука в дверь, с другой стороны началось копошение и после него, она наконец-то обратилась ко мне.

— Это ты, да? – спросила она так, будто не зная, что за дверью могу стоять только я.

— Я хотел бы перед тобой извиниться, поэтому принёс один подарок…

Её дверь открылась, и теперь она стояла перед мною в одном нижнем белье и застиранной майке с логотипом Оушен Вью в виде символа земли и взлетающего спутника, что была ей не по размеру. На её ногах были затасканные тапочки серого цвета. Усталым взглядом она взглянула на меня сверху вниз, спрашивая им меня о том, почему я пришёл, даже не отрывая рта. Показав из-за своей спины бутылку, её взгляд изменился. Вызванный интерес смягчил выражение её лица.

— Не может быть, чтобы это было то, о чём я думаю… – сказала она, прищурившись и насторожившись.

— Это будет наша первая бутылка вина, о котором нам доводилось слышать столь много… – передразнивая её, ответил я. – И вообще, ответственность за её находку, лежит на твоём… дроне.

— Похоже на правду. Представить тебя в поисках чего-то такого сложно. – она слегка улыбнулась. – Так что же? – спросила она, после недолгого молчания.

— Я предлагаю тебе насладиться этой бутылкой, что имеет все шансы быть одной из последний на этой земле. – в ответ на это, она несколько удивленно заморгала.

— Хорошо. И ты предлагаешь сделать это у меня? – она несколько небрежно и смущенно кивнула на комнату позади, внутри которой царил полумрак и рабочий беспорядок.

— Почему бы и нет? Так или иначе, я взял с собой то, из чего мы сможем выпить. – из сумки, что была перекинута через моё плечо, я достал два высоких стакана, передав перед этим бутылку в её руки.

Это был первый раз, когда я оказался у неё с момента нашего переезда в этот жилой корпус. Загорелся основной свет, что чуть ослепил её саму. Для того, чтобы не отвлекаться на работу, она погасила все мониторы и собрала по папкам всё, что лежало у неё на рабочем столе, пока я, на кофейном столике, рядом с небольшой кушеткой, подготавливал всё для алкогольного пиршества. У нас были исключительно теоретические знания о том, что такое алкоголь и о его воздействии на организм. Самое близкое к этому, был опыт на корабле, который мы разворовали ещё до занятия реставрацией. Измененное и помутнённое сознание у хромериков большая редкость и достигается с помощью совершенно иных вещей, эффект от которых был похож на алкоголь крайне слабо.

Зная точную массу и состояние Лоры, я заранее рассчитал количество снотворного и синтезировал его незадолго до прибытия сюда. Часть меня, терзаемая совестью екнула и замолчала в тот миг, как я вылил злополучную смесь в стакан своей спутницы. Теперь это было не важно, я не мог отступиться. Ей просто надо было выпить один стакан и эффект не заставит себя долго ждать. Уровень работоспособности её ПКС не может выявить интоксикацию и подобное, нет, такое теперь возможно только при одном условии – прибеганию к омнигелю. Он был способен временно восстановить наш внутренний функционал, но только за счёт больших энергопотерь. Это было выяснено мною с помощью СиКейКа, что оказал мне небольшую услугу, прежде чем не ликвидировал угрозу тогда вместе с собой. Из-за непредсказуемости и потенциального негативного воздействия на копию СиКейКа в ПКСе Лоры, мы удалили её, поместив в герметичный и недосягаемый для омнигеля контейнер. Избавляться от нашего старого друга было глупо, он ещё мог принести нам пользу.

Совершив дыхательное упражнение, подсмотренное в одной книге, я привёл свои мысли в порядок. Уж это для Лоры не осталось незамеченным, и она обернулась, одарив меня несколько усталым, но непривычно мягким взглядом. Она будто была рада, что оторвалась от работы на некоторое время. Обойдя столик, её тело, как подкошенное, упало на кушетку, заставив ту жалобно скрипнуть. Запрокинув голову назад, она тяжело вздохнула.

— Прости меня, Лайн. – сказала она, несколько насторожив и удивив меня.

— Тебе не за что просить прощения у меня, напротив…

— Нет, нет. Я ведь действительно веду и чувствую себя как не в своей тарелке с самого первого дня, как я ощутила себя на ACS, у того подъёмника. Только сейчас, после полугода, ко мне стало приходить некоторое понимание. Мне самой смешно, как быстро это произошло по старым меркам, но как непростительно долго по текущим. Мы ведь не знаем, сколько нам отведено времени, прежде чем наши мозговые функции не начнут деградировать вместе с телами или всё не будет резко и окончательно оборвано по вине и обстоятельствам, слабо от нас зависящих. – она поднялась и взяла стакан, начал медленно и изучающе помешивать его содержимое. – У людей ведь вроде как принято поднимать бокалы с… некоторыми пожеланиями? Мне это кажется с некоторой стороны умилительно, не находишь? – она обернулась, сев ко мне полубоком. – Я бы хотела выпить не столько за нас сегодняшних, сколько за нас в будущем. – она подняла стакан, и мы слегка ударились ими, чуть не расплескав содержимое.

Сделав сначала один небольшой глоток, ею был распробован вкус, пришедшийся ей явно по душе. Завороженный, я сам не сразу вспомнил, что тоже держу в руках эту амброзию. После того, как она осушила свой бокал, я решил не отставать и тоже попробовал, но более сдержанно. Всё, начиная с цвета, заканчивая запахом и вкусом, щекотало мои ощущения, заставив в удовольствии прикрыть глаза.

— Не могу поверить тому, насколько же это тело хрупкое и беззащитное, даже без всех этих серьёзных изъянов. – она с небольшой грустью осмотрела своё тело. – Эти тонкие ручки и ножка, моя сузившаяся от скромного рациона талия, эти щёки, которые, несмотря на всё, сумели увеличиться. – она взяла и потрепала себя за щёку, прежде чем прильнуть к моему плечу. – Я тебе завидую, что ты то почти никак не изменился. – Её глаз пересёкся с моим взглядом, и мы на пару мгновений забылись. – Ты самое дорогое в моей жизни, Лайн. – сказала она, уткнувшись в мою грудь.

Это ещё не был сон, а скорее её желание, вызванное выпитым напитком, просто забыться и отдохнуть. Её руки прошли под моими и обхватили меня. Крепко обнимая меня, она только зарывалась носом в мою одежду, прежде чем тихо засопеть. Незаметно для меня, к ней пришёл сон. Осторожно выбравшись из сонной хватки, я встал и сразу за дверью увидел знакомую лицевую панель. Счёт времени был несколько потерян, и только версия Лоры в дроне напомнила мне об этом.

— Так она заснула уже? – со смесью нетерпения и ожидания, огорошила она меня.

— Думаю, что так. Можешь взять её и подготовить, а я, тем временем, раздобуду необходимые материалы. – пройдя дальше, я окинул взгляд за своё плечо. – Будь с ней осторожна.

— На этой станции вряд ли найдётся что-то более бережное, чем медицинские манипуляторы в санчасти. – Ди-лора хвастливо уперла манипуляторы в корпус.

— Это не то, что я имел ввиду. – сказал я, зашагав быстрее.

Смутившись и наклонив корпус, она хотела о чём-то спросить, но передумала, пройдя в комнату к своему оригиналу.