Выдру разбудил сигнал мобильника.

— …М-м. А.

«Что за мерзкий трезвон», — подумал он, нащупывая телефон у подушки. Выключил. Всё нормально. Будильник. Он ещё прозвенит, Выдра же поставил повтор. Всё путём. Оправдываясь перед самим собой, он посильнее закутался в одеяло и обхватил руками, как импровизированную подушку-обнимашку.

Стоп.

А не слишком ли странный этот звук для будильника? Хотя... Какая разница. Спокойной ночи.

В ту же секунду мобильник снова зашёлся в трезвоне.

— …Да чтоб тебя.

Может, проигнорировать? Стоило этой шальной мысли промелькнуть в голове, как левое ухо пронзила острая боль.

— Ай! Слышь, Оруба, ты…

Сразу стало ясно, чьих это рук дело. Выдра жил один в своей двухкомнатной квартире, и кусать его, одинокого мужчину, за уши было больше некому, кроме Орубы.

— Да понял я, понял…

Он снова взял телефон. С трудом разлепив тяжёлые веки, взглянул на дисплей. «Сэмпай».

— Упс! Ой! Это не будильник! З-з-звонок… Чёрт, я попал…

Выдра подскочил как ошпаренный и принял вызов.

— Д-да, алло-алло-алло, д-доброе утро, Выдра у аппарата!..

— Не многовато ли «алло»?

— П-прости! Я-я-я только проснулся…

— Всё путём. И вообще, завязывай извиняться по любому поводу. Надоело.

— П-прости… ой! Опять извинился…

— Тебе что, язык морским узлом завязать, чтобы дошло?

— К-к-как грубо! Язык узлом — надо же такое придумать!

— Да не собираюсь я этого делать.

— От тебя, сэмпай, всего можно ожидать...

— Ты за кого меня держишь?

— Разумеется, за великую наставницу. Уважаю. Глубочайше почитаю. Почти поклоняюсь…

— Я не тот человек, которому стоит поклоняться, и который балуется на досуге такими «забавными» пытками.

— Определение «забавные пытки» — это уже само по себе тревожный звоночек...

— Хватит трепаться. Нашли ещё одну жертву.

— Что-о-о?! Опять?!

— Не опять, а снова.

— П-п-по-о-онял! Вылетаю! Максимально оперативно!

Выдра со скоростью света — ладно, «света» это загнул — со скоростью звука... нет, тоже преувеличение... короче, на пределе возможностей понёсся собираться.

Не то чтобы это было связано с иероглифом «пепел» в его фамилии, но почти все костюмы Хайзаки были серыми. Сегодня он тоже выбрал серую двойку, но с тёмно-синей рубашкой. Перед зеркалом завязал галстук с неброским узором.

(Прим.ред.: фамилия Хайзаки (灰崎) состоит из частей hai — пепел и saki — мыс)

— Неплохо, очень даже неплохо. Ой! Носки, носки! И волосы торчат…

Посадив Орубу на левое плечо и выбежав на парковку, он понял, что ещё даже не рассвело. Хоть он и смотрел на время в телефоне, в сознании оно не отложилось.

— Вечно я так…

Выдра вывел машину, по пути подобрал сэмпай с Гармом и направился к месту происшествия. Сэмпай была в своём обычном чёрном брючном костюме и белых кроссовках, но её волосы казались влажными. «После душа?» — невольно подумал Выдра, и ему стало как-то не по себе.

Кстати, а есть ли у неё парень?

Спросишь такое — сразу получишь с вертухи. Нет уж, лучше промолчать. Хотя, зная сэмпай, она могла бы ответить на удивление спокойно. Типа: «Есть, и что?»

Интересно, есть ли? Конечно, наличие пары-тройки кавалеров у такой женщины никого бы не удивило. Но и отсутствие тоже понятно. Не то чтобы она была скандальной, просто… очень яркая, сильная личность. И работа специфическая. Опять же, Гарм всегда рядом. Хотя если избранник не видит Гарма, то проблем вроде быть не должно. Сам Выдра когда-то встречался с обычной девушкой, которая не видела Орубу. В былые годы он, скажем так, пользовался успехом у противоположного пола. Сейчас тоже ещё не старик, но такая работа накладывала свои ограничения.

Впрочем, не время витать в облаках из-за любви. Откуда вообще взяться лишней минутке? Так что сэмпай, скорее всего, свободна. С головой в работе. Точно свободна. Она же вольная птица. Хотелось бы, чтобы она была свободна. Да. Так лучше.

Наверняка сэмпай свободна. Free, так сказать.

«Сэмпай-фри»… каламбур так себе.

Если вдруг выяснится, что у неё кто-то есть или, не дай бог, она с кем-то живёт, Выдра, наверное, скиснет. Совершенно точно скиснет. Это как если любимый айдол внезапно объявляет о свадьбе — для фаната конец света. Сэмпай — айдол? А Выдра — её фанат?

Сэмпай молча копалась в телефоне. Может, переписывалась с любимым? Нет, нет. Только не она. Это исключено.

А действительно ли исключено?

Выдра знал только Долл-сэмпай из «Далии-4». Только её рабочую маску. О личном они не говорили. Он не знал ни откуда она родом, ни какая у неё семья. Как-то раз он в шутку спросил, когда у неё день рождения, и получил в ответ резкое: «Не скажу». Хотя с чего бы тут злиться?

Много чего любопытно. Стоит только начать об этом думать — и всё, не остановиться. Из-за этих мыслей он вёл машину чуть небрежнее обычного, но сэмпай молчала. А лучше бы наорала…

Новое место происшествия находилось под эстакадой, меньше чем в двух километрах по прямой от того дома, где скончалась старушка. Полиция уже оцепила территорию. Выдра припарковался неподалеку.

Рядом располагались стоянки, велопарковки и небольшой скверик. Жертву нашли в проходе между двумя парковками, где могли только проехать велосипеды или пройти люди. Какой-то прохожий заметил человека, сидящего, прислонившись спиной к исписанной граффити бетонной опоре моста, и, почуяв неладное, вызвал полицию.

На месте уже был хмурый детектив Когурэ в своей синей куртке.

— Она есть. Та самая рана, — сообщил Когурэ, яростно почёсывая затылок у линии роста волос. Заметив этот жест, Выдра невольно охнул.

— А? Что-то не так?

— Нет, ничего.

Выдра поспешно сделал невозмутимый вид, и Когурэ не стал допытываться.

Жертва осталась сидеть так, как её нашли. Бритая голова. Мешковатое оверсайз-худи, брюки карго, массивные кроссовки. На вид лет двадцать, совсем пацан. На тыльной стороне ладони и пальцах руки, безвольно лежащей у колена, виднелись татуировки. Сидел бритоголовый парень ссутулившись. Голова была слегка наклонена влево, и на правой стороне шеи отчётливо виднелась та самая дырочка диаметром в два-три миллиметра.

Сэмпай и Гарм пристально изучали тело, стоя на корточках.

Пахло спиртным. У правого бедра парня валялась баночка алкогольного коктейля. Часть содержимого вылилась, намочив асфальт. Видимо, перед смертью парень пил.

— То, что ты сейчас сказал… — начала сэмпай, не отрывая взгляда от убитого. — О чём ты?

— Э? Ты про что?

— Ты хотел что-то сказать Когурэ-сану?

— Да нет, не то чтобы сказать. Просто мысль мелькнула.

— Выкладывай.

— Да это правда ерунда, совсем не важно…

— Говори. Мне интересно.

— …Просто я давно думал, на кого этот детектив похож. Никак не мог вспомнить. А сейчас осенило. Это же Коломбо.

— Коломбо?

— Ну, был такой персонаж. Старый сериал… или фильм? «Лейтенант Коломбо». Американский.

— Когурэ-сан не очень похож на американца, тебе не кажется?

— Да я про ауру. Вайб! Понимаешь? Атмосфера! Тем более я «Коломбо»-то толком и не смотрел.

— Не смотрел, но говоришь, что похож?..

— Вот поэтому и не хотел говорить. Если бы сходство было один в один, я бы ему самому сказал. Даже спросил бы: «Вам не говорили, что вы вылитый лейтенант Коломбо?»

— Это ещё тупее, чем я думала. Больше никогда об этом не заикайся. Забудь про Коломбо.

— Прости…

Снова пришлось извиняться. Наступит ли когда-нибудь день, когда Выдре не придётся просить у неё прощения? Вряд ли. Похоже, он до конца дней будет ходить перед ней по струнке, получать нагоняй и извиняться. Годы, десятилетия. Пока не покинет этот мир. Судя по ощущениям — вечно.

Кроме той самой дырочки, других повреждений на теле парня вроде бы не было. Жертва просто сидела, пока не остановилось сердце. Похоже, перед смертью он почти не сопротивлялся.

Старушка — в своей квартире, этот парень — под мостом. Тихая смерть.

К слову, также шесть дней назад сорокашестилетний офисный служащий скончался, прислонившись к автомату с напитками в километре отсюда. А пятнадцать дней назад тридцатидвухлетняя женщина умерла при странных обстоятельствах в своей квартире, недалеко от того же автомата. Тело нашёл скорчившимся на балконе её парень, которого теперь допрашивали по подозрению в причастности к убийству.

У всех четверых на шее была дырочка диаметром в два-три миллиметра.

Причина смерти до сих пор не установлена, однако в ранах были обнаружены признаки «прижизненной реакции». То есть дырки проделали, пока люди были живы. При этом крови было на удивление мало.

Можно предположить, что кто-то вонзил в шеи жертв какой-то тонкий инструмент, после чего сердце останавливалось. Когда кровоток прекращался, убийца вынимал инструмент.

Полиция пока не классифицировала это как серию убийств. Про дырки в шеях не сообщали, поэтому в прессе о случаях писали сдержанно. Пока что. Если загадочные смерти продолжатся, скрывать происходящее станет невозможно.

Закончив осмотр бритоголового, сэмпай засыпала Когурэ вопросами: кто нашёл тело, личность погибшего, его маршрут. Ответов пока было мало, но Когурэ обещал подготовить отчёт позже.

— Всё-таки это ваше дело? — спросил детектив, почёсывая затылок. Похоже, это всё-таки была привычка. Выдра не знал, фильм это или сериал, но пару раз видел «Коломбо» по телеку. И тот главный герой тоже вот так то ли тёр, то ли чесал лоб. И причёска такая же — слегка всклокоченная, мягкая — была в том же духе.

— Хотелось бы верить, что нет, — сухо ответила сэмпай. Когурэ пожал плечами и криво усмехнулся. Лицом он тоже был… то ли похож, то ли нет.

Когда они вернулись к машине, уже совсем рассвело. Сэмпай начала звонить начальству, и Выдра решил сгонять за кофе. Комбини нашёлся меньше чем в трёх минутах ходьбы.

Сэмпай, внешне выглядевшая как фанатка чёрного кофе, на самом деле признавала только сладкий латте или кофейное молоко в коробках. Она утверждала, что может пить и черный, но Выдра в этом сильно сомневался. Сам он обычно брал чёрный. Даже когда хотелось сладкого, он выбирал чёрный — как подобает взрослому мужчине. Особенно при сэмпай — только чёрный кофе.

Он быстро набрал булочек, онигири и упаковку шоколада. Вышел из магазина. Машина была справа, но он автоматически глянул налево. И если бы тогда Выдра не посмотрел туда, он бы не заметил свою цель. Он был не на задании, он просто ходил в магазин. Чистая случайность.

Метрах в двадцати впереди шёл мужчина. Среднего роста, среднего телосложения. Молодой, в камуфляжного цвета куртке и джинсах. Темноволосый. Утро только началось, парень просто шёл по улице. Можно было бы проигнорировать. Но из его рукава свисало что-то вроде длинной нити или шнура, который он волочил за собой… Что это?

Выдра глянул на своё левое плечо. Оруба весь сморщился и оскалил крошечные клыки. «Нить» явно была не из этого мира, и Оруба это чувствовал.

Парень не оборачивался, продолжал идти. Кажется, не замечал слежку. Выдра решил идти за ним. Делая вид, что просто возвращается домой с покупками, он набрал сэмпай. Занято. Он быстро скинул сообщение. Перевёл телефон в беззвучный режим и сунул в карман, не выпуская из руки. Тут же последовал ответный звонок.

— Ты за тем подозрительным типом идёшь?

— Да, — прикрыв рот рукой, прошептал Выдра. Сэмпай тоже говорила шёпотом.

— Поняла. Скоро буду.

— Жду.

— Если заметит — бери его. Не дай уйти.

— Принято.

Он сбросил вызов.

Парень шёл вдоль эстакады и вскоре повернул за угол. Дальше тянулись ряды невысоких многоквартирных домов и частный сектор. Дорога была прямой и слишком хорошо просматривалась, так что Выдра увеличил дистанцию. Завернул в переулок и, высунувшись наполовину, следил за целью оттуда.

Парень дёрнулся, будто хотел обернуться, и Выдра мгновенно спрятался. Засёк? Подождав немного, снова выглянул. Пусто. Парень исчез. Выдра едва не рванул с места в панике. Спокойно! Глубокий вдох. Он медленно вышел из переулка. Быстро, но стараясь не шуметь, дошёл до места, где видел цель в последний раз. Слева был пустырь — видимо, недавно снесли здание.

За пустырём стоял дом, а у самого входа на территорию — тот парень. Он прижимал телефон к уху и смотрел прямо на Выдру. Как и ожидалось — молодой. Не больше двадцати или вообще старшеклассник.

Парень сорвался с места. Выдра бросился в погоню. «Опять облажался. Сэмпай голову оторвёт». Незнакомец выбежал со двора на улицу и свернул направо. Кажется, он с кем-то говорил по телефону, но слов было не разобрать.

Выдра выскочил следом. Беглец маячил в пятнадцати метрах впереди. Быстрый, но не спортсмен. Если Выдра поднажмёт — догонит. Но эта штука, которую он волочил за собой… что это, чёрт возьми?

Парень, не глядя, рванул через дорогу на красный. Трасса. Когда Выдра добежал до неё, свет всё ещё горел красным. На него нёсся грузовик. Времени было в обрез, но Хайзаки решил рискнуть. Грузовик яростно засигналил, сердце ушло в пятки. Парень нырнул в узкий проход рядом с пешеходным светофором. Когда Выдра вбежал туда, незнакомец как раз сворачивал в подворотню направо. Если бы Выдра пропустил грузовик — точно бы потерял цель.

— Хорош, я просто хорош!..

Он подстёгивал себя похвалой. Подворотня оказалась между маленьким заводиком и старым жилым домом. Вдоль стен стояли бочки и металлические мусорные баки, делая и без того узкий проход почти непроходимым.

Парень мельком глянул на преследователя и пнул одну из бочек. С грохотом она повалилась, перегородив путь. «Ах так, значит?!» Выдра прищурился.

— Оруба!

Оруба, до этого вцепившийся в левое плечо, мгновенно скользнул вниз по спине и обвил его правую ногу. Для постороннего ничего не изменилось, но теперь Оруба и правая нога Выдры стали единым целым.

Правая нога Хайзаки, ставшая Орубой — или Оруба, ставший ногой — оттолкнулась от земли. С точки зрения физики — просто прыжок. Но результат был за гранью реальности.

Выдра взлетел.

Не то чтобы он полетел как птица, но прыжок был мощнее, чем у мирового рекордсмена. Его подбросило вверх, как на шесте. Легко и невероятно высоко.

— У-ух... — парень застыл, забыв про побег.

Выдра перелетел через завал из бочек. Незнакомец, стоял, разинув рот и запрокинув голову наверх. В мгновение ока Выдра пронёсся над его головой.

Правая нога Выдры теперь была головой Орубы. Его челюсти находились прямо у носка кроссовка. Левая нога была обычной, человеческой. Если приземлиться на неё после такого прыжка — перелом гарантирован. Поэтому Выдра приземлился на правую. Прямо за спиной у парня. И тут же крутанулся на пятке.

— Бежать бесполезно!..

Выдра вцепился правой рукой в воротник его куртки.

— Гха!.. — парень отклонился назад, задыхаясь.

И тут...

— А?!

Что-то коснулось шеи Выдры. ОНО. Он рефлекторно вскинул левую руку к горлу. Попалась! Та самая нить, что свисала из рукава. Он сжал её, хотел дёрнуть, но она выскользнула и тут же обвилась вокруг его левого запястья мёртвой хваткой.

— Ну всё...

Выдра прописал парню в бок левым коленом. Тот охнул, но хватка нити на запястье не ослабла.

— Пока я ещё добрый!..

На этот раз он ударил правой ногой, слитой с Орубой.

— А-а-ах!..

Раздался отчетливый хруст рёбер. Судя по отдаче в ногу, там всё было плохо. Нить тут же отцепилась от запястья. Освободившейся левой рукой Выдра вцепился парню в волосы, впечатал его в стену дома и заломил правую руку за спину.

В рукаве было пусто. Нити нигде не было. Плохо. Не успел он это осознать, как уже отпустил парня и подпрыгнул вверх. Вертикальный прыжок с места — с ногой Орубы это три метра минимум. Нить извивалась в воздухе. Она отделилась от хозяина и попыталась атаковать Выдпу, но тот увернулся. Да что это за дрянь такая?! На вид — не змея, а какой-то запредельно длинный червь. Или цепень. Но черви не летают в воздухе. Эта тварь была пугающе активной. Подвижной до омерзения. И, что важнее — смертельно опасной.

Выдра был почти уверен: это она. Та самая причина четырёх странных смертей за полмесяца. У всех была эта дырочка на шее. Эта тварь проникала внутрь через ранку и останавливала сердце.

Сила тяжести потянула Выдру вниз. Он попытался прихлопнуть гадину правой ногой при приземлении, но нить увернулась.

Едва коснувшись земли ногой Орубы, он снова прыгнул. Не вверх, а вперёд. Обидно, но лучше отступить. Эта штука — убийца, а Выдра не хотел умирать, тем более из-за этой дряни.

Он вылетел из подворотни на узкую улочку без тротуаров. В ту же секунду по ней пронёсся белый минивэн. Слишком близко.

— Эй, стой!..

Удар. Ощущение было такое, будто нижнюю часть тела разорвало на куски. Выдра пытался увернуться, но не успел. Минивэн сбил его. Он несколько раз перевернулся в воздухе, и при ударе о землю в глазах потемнело.

«Я умер?» — мысль была вполне серьёзной. Но, кажется, дыхание ещё теплилось.

— У-у-у…

«Этот стон… мой?»

«Похоже, мой».

Выдра лежал лицом вниз. Зрение затуманилось, всё плыло и было перекошено. Не столько больно, сколько… страшно. Тело онемело. То есть не совсем, но чувствительности почти не осталось.

— Шевелится ещё, — сказал кто-то. Мужской голос.

— Тащим его.

— Прямо так? Он же живой. Что делать будем?

Их было несколько.

Чёрт. Нельзя.

«Что “нельзя”? О чем я вообще?.. Не соображаю. Уплываю».

Сознание проваливалось в густую мглу.

«Сэмпай…»